Введение

Что-то, что сообщает о значении.

В семиотике знак – это всё, что сообщает о значении, отличном от самого себя, интерпретатору этого знака. Значение может быть намеренным, как когда слово произносится с определённым смыслом, или непреднамеренным, как когда симптом воспринимается как признак конкретного заболевания. Знаки могут передавать информацию через любые органы чувств: зрение, слух, осязание, обоняние или вкус. Существуют две основные теории, описывающие способ, которым знаки приобретают способность передавать информацию. Обе теории рассматривают определяющее свойство знака как отношение между рядом элементов. В семиологии, традиции семиотики, разработанной Фердинандом де Соссюром, отношение знака является дуальным, состоящим лишь из формы знака (сигнификанта) и его значения (сигнифицируемого). Соссюр считал это отношение по своей сути произвольным (принцип семиотической произвольности), обусловленным лишь социальным соглашением. Теория Соссюра оказала значительное влияние на изучение языковых знаков. Другая важная семиотическая теория, разработанная Чарльзом Сандерсом Пирсом, определяет знак как триадическое отношение: «нечто, представляющее нечто для кого-то в каком-то отношении». Это означает, что знак – это отношение между носителем знака (конкретной физической формой знака), объектом знака (аспектом мира, о котором знак сообщает) и интерпретантом (смыслом знака, как он понимается интерпретатором). Согласно Пирсу, знаки можно разделить по типу отношений, связывающих их, на иконы, индексы и символы. Иконы – это знаки, обозначающие посредством сходства между носителем знака и объектом знака (например, портрет или карта), индексы – это знаки, обозначающие посредством прямой связи смежности или причинности между носителем знака и объектом знака (например, симптом), а символы – это знаки, обозначающие посредством закона или произвольной социальной конвенции.

Диадические знаки

Согласно Сассюру (1857–1913), знак состоит из означающего (signifiant) и означаемого (signifié). Их нельзя понимать как отдельные сущности, а скорее как соответствие между значимыми различиями в звуке и потенциальной (корректной) дифференциальной сигнификацией. Сассюровский знак существует только на уровне синхронной системы, где знаки определяются их относительными и иерархическими возможностями совместной встречаемости. Поэтому часто Соссюра неверно истолковывают, полагая, что означающие – это всё, что можно произнести, а означаемые – вещи в мире. На самом деле, отношение языка к речи (parole), или речи в контексте, всегда было и остаётся теоретической проблемой для лингвистики (см., например, знаменитое эссе Романа Якобсона «Заключительное заявление: лингвистика и поэтика» и другие работы). Знаменитый тезис Сассюра утверждает, что связь между знаком и обозначаемым им объектом реального мира является произвольной. Между словом и объектом, к которому оно относится, нет естественной связи, и нет причинно-следственной связи между присущими объекту свойствами и природой знака, используемого для его обозначения. Например, ничто в физических свойствах бумаги не требует её обозначения фонологической последовательностью «бумага». Однако существует то, что Сассюр назвал «относительной мотивацией»: возможности значения означающего ограничены композиционностью элементов в лингвистической системе (см. работу Эмиля Бенвениста о произвольности знака в первом томе его трудов по общей лингвистике). Иными словами, слово может приобрести новое значение только в том случае, если оно различимо от всех остальных слов в языке и не имеет существующего значения. Позднее структурализм основывался на этой идее о том, что только в рамках данной системы можно определить различие между уровнями системы и употребления, или семантической «ценностью» знака.

Теории XX века

В настоящее время принято считать, что эффективность действий, которые могут преобразовать сообщение в текст (включая речь, письмо, рисунок, музыку и физические движения), зависит от знаний отправителя. Если отправитель не знаком с языком, его кодами и культурой, то он или она не сможет ничего выразить, будь то как гость в другой языковой среде, или из-за медицинского состояния, такого как афазия (см. Роман Якобсон). Современные теории отвергают сассуровское различие между означающим и означаемым и ищут смысл не в отдельных знаках, а в их контексте и в рамках потенциальных значений, которые могут быть применены. Эти теории утверждают, что язык является коллективной памятью или культурной историей всех различных способов, которыми передавался смысл, и в этом смысле может охватывать весь жизненный опыт (см. Луи Хелмслев). Хелмслев не считал знак наименьшей семиотической единицей, поскольку полагал возможным его дальнейшее разложение; вместо этого он рассматривал «внутреннюю структуру языка» как систему фигур, концепцию, в некоторой степени связанную с понятием тропа, которую он считал конечной семиотической единицей. Эта позиция подразумевает, что речь – это лишь одна из форм поведения и переносит фокус внимания с текста как языка на текст как репрезентацию цели, функциональную версию намерения автора. Но как только сообщение передано, текст существует независимо. Следовательно, хотя авторы, сотрудничавшие в создании этой страницы, существуют, они могут быть представлены только знаками, фактически отобранными и представленными здесь. Процесс интерпретации в сознании получателя может приписывать значения, совершенно отличные от тех, которые подразумевались отправителями. Но почему это может происходить? Ни отправитель, ни получатель текста не обладают полным знанием языка. Относительно небольшой объем знаний каждого человека является продуктом личного опыта и его отношения к обучению. Когда аудитория получает сообщение, всегда существует избыток коннотативных значений, доступных для применения к конкретным знакам в их контексте (независимо от того, насколько полны или неполны их знания, когнитивный процесс остается одинаковым). Поэтому первым шагом к пониманию сообщения является приостановка или отсрочка суждения до получения дополнительной информации. В какой-то момент индивидуальный получатель решает, какое из всех возможных значений наилучшим образом соответствует ситуации. Иногда неопределенность не разрешается, поэтому значение откладывается на неопределенный срок или присваивается предварительное или приблизительное значение. Чаще всего стремление получателя к завершенности (см. гештальт-психологию) приводит к приписыванию простых значений, основанных на предрассудках и без учета намерений отправителя.

Постмодернистская теория

В критической теории понятие знака используется неоднозначно. Как отметил Дэниел Чандлер:

Многие постмодернистские теоретики постулируют полное разъединение означающего и означаемого. «Пустое» или «плавающее означающее» определяется как означающее с расплывчатым, крайне изменчивым, неопределимым или отсутствующим означаемым. Такие означающие имеют разные значения для разных людей: они могут обозначать множество или даже любые означаемые; они могут означать все, что захотят их интерпретаторы.

Семиотическая черная дыра

В семиотической теории Феликса Гваттари, семиотические черные дыры – это атемпоральное разрушение знаков.