Введение
Обзор истории прав человека в североамериканской стране
В Соединенных Штатах свобода слова и выражения мнений строго защищена от государственных ограничений Первой поправкой к Конституции США, конституциями многих штатов, а также законами штатов и федеральными законами. Свобода слова, также называемая свободой выражения, означает свободное и публичное выражение мнений без цензуры, вмешательства и ограничений со стороны государства. Термин «свобода слова», закрепленный в Первой поправке, охватывает как решение о том, что говорить, так и о том, что не говорить. Верховный суд Соединенных Штатов признал несколько категорий высказываний, которые имеют меньшую или не имеют защиты в соответствии с Первой поправкой, и признал, что правительства могут вводить разумные ограничения по времени, месту и способу осуществления свободы слова. Конституционное право на свободу слова, закрепленное в Первой поправке и распространяющееся на государственные и местные органы власти в соответствии с доктриной инкорпорации, препятствует только государственным ограничениям свободы слова, а не ограничениям, налагаемым частными лицами или организациями, если они не действуют от имени государства. Однако она может быть ограничена по времени, месту и способу в определенных ограниченных обстоятельствах. Некоторые законы могут ограничивать право частных организаций и частных лиц ограничивать свободу слова других, например, трудовое законодательство, которое ограничивает право работодателей запрещать сотрудникам раскрывать свою заработную плату коллегам или пытаться организовать профсоюз. Право на свободу слова, закрепленное в Первой поправке, не только запрещает большинство государственных ограничений на содержание высказываний и возможность их выражения, но и защищает право на получение информации, запрещает большинство государственных ограничений или обременений, которые дискриминируют по признаку высказываний, ограничивает гражданскую ответственность за определенные высказывания и не позволяет государству требовать от отдельных лиц и корпораций высказывать или финансировать определенные виды высказываний, с которыми они не согласны. Категории высказываний, которые имеют меньшую или не имеют защиты в соответствии с Первой поправкой, включают непристойность (как определено тестом Миллера), мошенничество, детскую порнографию, высказывания, неотъемлемо связанные с незаконной деятельностью, высказывания, подстрекающие к неминуемым противоправным действиям, а также регулирование коммерческой речи, такой как реклама. В этих ограниченных областях другие ограничения свободы слова уравновешивают права на свободу слова и другие права, такие как права авторов на их произведения (авторское право), защиту от неминуемого или потенциального насилия в отношении конкретных лиц, ограничения на использование ложной информации для причинения вреда другим (клевета и диффамация) и общение во время пребывания человека в тюрьме. Когда ограничение свободы слова оспаривается в суде, оно считается недействительным, и государство несет бремя доказывания его конституционности.
Англия
В колониальную эпоху английские правила, регулирующие свободу слова, были весьма строгими. Английское уголовное общее право о клевете, подрывающей основы государства, считало критику правительства преступлением. Лорд-главный судья Джон Холт, в своих решениях 1704–1705 годов, объяснил обоснование этого запрета: "Для всех правительств крайне важно, чтобы народ имел о нем хорошее мнение". Объективная истинность высказывания, нарушающего закон о клевете, не являлась оправданием. До 1694 года в Англии существовала сложная система лицензирования; ни одна публикация не допускалась без разрешения, выданного правительством.
Колонии
У колоний изначально были очень разные взгляды на защиту свободы слова. Во время английского колониализма в Америке преследований за подстрекательскую клевету было меньше, чем в Англии, но существовали и другие способы контроля над инакомыслием. Самыми строгими ограничениями на свободу слова в колониальный период были запреты и цензура высказываний, считавшихся богохульными в религиозном смысле. Например, закон штата Массачусетс 1646 года предусматривал наказание для тех, кто отрицал бессмертие души. В 1612 году губернатор Вирджинии объявил смертную казнь за отрицание Троицы согласно «Законам Вирджинии о Божественном, моральном и военном праве», которые также запрещали богохульство, злословие о священнослужителях и королевской семье, а также «непристойные высказывания». Более поздние исследования, посвященные подстрекательской речи в колониях XVII века (когда не было прессы), показали, что с 1607 по 1700 год свобода слова колонистов значительно расширилась, заложив основу для политического инакомыслия, расцветшего среди поколения революционеров. Судебный процесс над Джоном Питером Зенгером в 1735 году был судебным преследованием за подстрекательскую клевету, вызванным публикацией Зенгером критики губернатора Нью-Йорка Уильяма Косби. Эндрю Гамильтон представлял Зенгера и утверждал, что правда должна служить защитой от обвинения в подстрекательской клевете, но суд отклонил этот аргумент. Однако Гамильтону удалось убедить присяжных проигнорировать закон и оправдать Зенгера. Это дело считается победой свободы слова и ярким примером отмены присяжными вердикта, вынесенного на основании закона. Это дело ознаменовало начало тенденции к большему признанию и терпимости к свободе слова.
Ратификация первой поправки
В 1780-х годах, после Американской революционной войны, дебаты о принятии новой Конституции привели к расколу между федералистами, такими как Александр Гамильтон, сторонниками сильного федерального правительства, и антифедералистами, такими как Томас Джефферсон и Патрик Генри, которые выступали за более слабое федеральное правительство. Во время и после ратификации Конституции антифедералисты и законодательные собрания штатов выразили опасения, что новая Конституция чрезмерно усиливает власть федерального правительства. Разработка и последующее принятие Билля о правах, включая Первую поправку, во многом стали результатом этих опасений, поскольку Билль о правах ограничил полномочия федерального правительства.
Акты чужеземцев и подстрекательства к мятежу
В 1798 году Конгресс, в котором в то время находилось несколько ратификаторов Первой поправки, принял законы об иностранцах и о подстрекательстве к мятежу. Эти законы запрещали публикацию "ложных, скандальных и злонамеренных измышлений против правительства Соединенных Штатов, или любой из палат Конгресса Соединенных Штатов, или Президента Соединенных Штатов, с намерением опорочить их или подвергнуть их насмечкам или дискредитации; или вызвать против них ненависть добропорядочных граждан Соединенных Штатов, или подстрекать к мятежу внутри Соединенных Штатов, или возбуждать какие-либо незаконные объединения для противодействия или сопротивления любому закону Соединенных Штатов или любому действию Президента Соединенных Штатов". Закон допускал правдивость в качестве защиты и требовал доказательства злонамеренных намерений. Закон 1798 года, тем не менее, затруднил определение первоначальных намерений авторов Первой поправки, поскольку некоторые члены Конгресса, поддержавшие принятие Первой поправки, также проголосовали за принятие закона 1798 года. Федералисты во главе с президентом Джоном Адамсом активно использовали закон против своих оппонентов, демократических республиканцев. Законы об иностранцах и о подстрекательстве к мятежу стали одним из ключевых политических вопросов на выборах 1800 года, и после избрания президентом Томас Джефферсон помиловал тех, кто был осужден по этим законам. Закон истек, и Верховный суд так и не вынес решения о его конституционности. В деле "Нью-Йорк Таймс против Салливана" Суд заявил: "Хотя Закон о подстрекательстве к мятежу никогда не рассматривался в этом суде, атака на его законность победила в суде истории". 376 U. S. 254, 276 (1964).
Эпоха цензуры
С конца 1800-х до середины 1900-х годов различные законы ограничивали свободу слова способами, которые сегодня недопустимы, главным образом из-за общественных норм. Возможно, вдохновленный нецензурной бранью и широко доступной порнографией, с которой он столкнулся во время Гражданской войны в США, Энтони Комсток выступал за государственное подавление речи, оскорбляющей викторианскую мораль. Он убедил правительство штата Нью-Йорк создать Нью-Йоркское общество по борьбе с пороками в 1873 году и послужил вдохновением для создания Общества стражей нравственности в Бостоне в 1878 году. Городские и государственные власти осуществляли контроль за газетами, книгами, театрами, комедийными представлениями и фильмами на предмет оскорбительного содержания и применяли законы посредством арестов, изъятия материалов и штрафов. Законы Комстока, принятые Конгрессом (и соответствующие законы штатов), запрещали отправку по почте США материалов, содержащих порнографию; информацию о контрацепции, абортах и секс-игрушках; а также личные письма, упоминающие сексуальные действия. Регулирование американского кино государственными и местными органами власти дополнялось Кодексом кинопроизводства с 1930 по 1968 год – попыткой индустрии предотвратить федеральное регулирование. Аналогичный, поддерживаемый индустрией, Кодекс комиксов действовал с 1954 по 2011 год. Некоторые законы были мотивированы не моралью, а соображениями национальной безопасности. Управление цензуры подавляло распространение информации, имеющей военное значение, во время Второй мировой войны, в том числе посредством журналистов и всей корреспонденции, поступающей в Соединенные Штаты или отправляемой из них. Маккартизм, охвативший период с 1940-х по 1950-е годы, привел к подавлению пропаганды коммунизма и созданию «черного списка» в Голливуде. Это включало в себя некоторые судебные преследования на основании Закона Смита 1940 года.
Современный взгляд
В результате сложившейся судебной практики Верховного суда в период правления Уоррена в середине и конце 20-го века, суд пришел к основному принципу, согласно которому свобода слова по умолчанию считается защищенной, если не предусмотрено конкретное исключение. Таким образом, за исключением ряда узких исключений, правительство, как правило, не вправе регулировать содержание высказываний. В 1971 году в деле «Коэн против Калифорнии» судья Джон Маршалл Харлан II, ссылаясь на дело «Уитни против Калифорнии», подчеркнул, что Первая поправка призвана защищать неприкосновенность «площадки для обмена идеями», а в 1972 году судья Тургуд Маршалл убедительно пояснил следующее:
«Прежде всего, Первая поправка означает, что правительство не имеет права ограничивать выражение мнений из-за их смысла, идей, тематики или содержания. [Ссылки] Для дальнейшего развития нашей политики и культуры, а также для обеспечения самореализации каждого человека, нашему народу гарантировано право свободно выражать любые мысли, не опасаясь правительственной цензуры. Суть этой недопустимой цензуры – контроль над содержанием. Любое ограничение свободы выражения из-за его содержания полностью подорвет «глубокую национальную приверженность принципу, согласно которому обсуждение общественных вопросов должно быть свободным, активным и открытым для всех». [Ссылка]»
Основная политическая речь
Основная политическая речь – это обсуждение политических вопросов, включая комментарии к государственным законам и политике, обсуждение общественных проблем, которые могут быть предметом государственных действий, комментарии о политических партиях, отдельных политиках, политических кандидатах и так далее. Это включает в себя право публично критиковать правительство и его лидеров, в том числе в очень резких или оскорбительных выражениях. Основная политическая речь является наиболее защищаемой формой выражения мнений из-за ее важности для функционирующей республики. Например, в деле *Buckley v. Valeo* Верховный суд постановил:
«Обсуждение общественных вопросов и дебаты о квалификации кандидатов являются неотъемлемой частью функционирования системы управления, установленной нашей Конституцией. Первая поправка обеспечивает наиболее широкую защиту такому политическому выражению, чтобы «обеспечить свободный обмен идеями для достижения политических и социальных изменений, желаемых народом». Ограничения, налагаемые на основную политическую речь, должны пройти строгую проверку на соответствие конституции, иначе они будут признаны недействительными. Верховный суд постановил, что само по себе избирательное право не является политической «речью» и, следовательно, может подлежать существенным ограничениям, а также может быть ограничено право баллотироваться на должность. Однако призывы к изменению или отмене таких ограничений защищены Первой поправкой, а некоторые виды ограничений избирательного права уже запрещены другими положениями конституции.»
Коммерческая речь
Коммерческая речь не находится полностью вне защиты Первой поправки к Конституции США, поскольку представляет собой высказывание, "предлагающее коммерческую сделку", как это было определено в деле Ohralik v. Ohio State Bar Assn. в 1978 году. Такая речь сохраняет выразительную ценность, несмотря на то, что она произносится на рынке, обычно регулируемом государством. В 1980 году в деле Central Hudson Gas & Electric Corp. v. Public Service Commission было установлено, что ограничения в отношении коммерческой речи подлежат промежуточному уровню проверки по четырем критериям. Дело Sorrell v. IMS Health Inc. (2011) ставит под вопрос, существует ли коммерческая речь как самостоятельный вид высказываний.
Выразительное поведение
Выразительное поведение, также называемое "символической речью" или "речевыми актами", – это невербальное поведение, направленное на передачу сообщения. Примеры включают создание или уничтожение объекта как форму заявления (например, сжигание флага во время политического протеста), молчаливые марши и парады, призванные донести определенную идею, одежда с символическим значением (например, антивоенные повязки), язык тела, сообщения, зашифрованные в коде, идеи и структуры, воплощенные в компьютерном коде ("программном обеспечении"), математические и научные формулы, а также иллокутивные акты, выражающие отношение, просьбу или мнение посредством подтекста. Выразительное поведение признается решениями федеральных судов как защищенное Первой поправкой к Конституции США в качестве формы выражения, хотя это прямо не указано в тексте поправки. Например, в контексте Первой поправки, компьютерный код – это способ описать решение проблемы, используя точные команды, которые может понять компьютер, а сжигание флага – способ выразить свои взгляды, выступая против действий или политической позиции государства. В решении 1995 года *Hurley v. Irish American Gay, Lesbian, and Bisexual Group of Boston* Верховный суд США подтвердил, что искусство Джексона Поллока, экспрессионистская музыка Арнольда Шёнберга и полубессмысленный стих "Jabberwocky" подлежат защите. Это контрастирует, например, с нацистской Германией, которая запрещала так называемое "дегенеративное искусство" и "дегенеративную музыку". В решении 2010 года *Kleinman v. City of San Marcos* Пятый апелляционный округ США отметил ряд случаев, когда художественное выражение сочеталось с элементами, не относящимися к свободе слова (например, художественно раскрашенный списанный автомобиль или одежда, украшенная граффити). В каждом случае суды применили полную защиту Первой поправки, но использовали критерий умеренного контроля и поддержали нейтральные по содержанию государственные правила (например, запрет на выставление списанных автомобилей на общественных дорогах, ограничения по времени и месту для уличных торговцев). В деле *Morse v. Frederick* подсудимый утверждал, что лозунг "BONG HITS 4 JESUS" был призван вызвать смех или отвращение, но не пропагандировал ничего, однако Верховный суд постановил, что он может быть наказан в соответствии с доктриной о свободе слова в школах, поскольку разумный человек мог бы истолковать его как пропаганду употребления наркотиков (что противоречило школьной политике).
Виды ограничений речи
Верховный суд признал несколько различных типов законов, ограничивающих выражение мнений, и применяет к каждому типу законов различную степень проверки соответствия конституции.
Ограничения по содержанию
Ограничения, основанные на содержании, "предположительно неконституционны, независимо от благонамеренных мотивов правительства, нейтрального обоснования по содержанию или отсутствия неприязни к идеям, содержащимся в регулируемой речи". Ограничения, требующие анализа содержания речи для применения, должны пройти строжайший контроль. Ограничения, основанные на содержании, могут дискриминировать по признаку точки зрения или тематики. Примером закона, регулирующего тематику речи, может служить муниципальный указ, запрещающий любое пикетирование перед школой, за исключением пикетирования в целях трудовых споров. Такой закон будет являться дискриминацией по тематике, поскольку он отдает предпочтение одной теме над другой при определении того, кому будет разрешено выступать. Примером закона, регулирующего точку зрения выступающего, является политика государственного должностного лица, разрешающего противникам абортов выступать на государственной собственности, но запрещающего сторонникам легального аборта из-за их взглядов – это будет являться "дискриминацией по точке зрения". Ограничения, применяемые к определенным точкам зрения, но не к другим, подвергаются самому высокому уровню проверки и обычно отменяются, если они не подпадают под одно из специальных исключений, установленных судом. Пример этого можно найти в решении Верховного суда США по делу Legal Services Corp. v. Velazquez (2001). В этом деле Суд постановил, что государственные субсидии не могут использоваться для дискриминации в отношении конкретного случая продвижения определенной точки зрения. Суд отметил в деле Snyder v. Phelps (2011), что одним из способов установить, является ли ограничение основанным на содержании или нейтральным по содержанию, является рассмотрение вопроса о том, выступил бы оратор с другим сообщением при абсолютно идентичных обстоятельствах: "Группа прихожан, стоящих на том же месте, где стоял Вестборо, с плакатами "Бог благословит Америку" и "Бог любит тебя", не была бы привлечена к ответственности. Именно содержание высказываний Вестборо сделало их ответственными за причиненный ущерб".
Ограничения времени, места и способа и Первая поправка
Первая поправка к Конституции Соединенных Штатов гласит, что "Конгресс не должен издавать никаких законов, касающихся установления религии или запрещающих свободное ее исповедание, или ограничивающих свободу слова или печати, или право народа мирно собираться и обращаться к правительству с петицией об устранении злоупотреблений". Легко ошибочно истолковать Первую поправку как предоставление людям права говорить все, что они хотят, когда и где они хотят. Однако Верховный суд Соединенных Штатов истолковал это так, что Первая поправка никогда не предназначалась для предоставления такой власти. Суд последовательно постановил, что правительство имеет право налагать ограничения на свободу слова в отношении времени, места и манеры ее осуществления. Как отмечено в деле *Кларк против Сообщества творческого ненасилия* (1984), "ограничения [по времени, месту и манере] действительны при условии, что они обоснованы без учета содержания регулируемой речи, что они четко определены для служения значительным государственным интересам и что они оставляют достаточно альтернативных каналов для распространения информации". Эти ограничения неоднократно признавались конституционными во многих решениях Верховного суда. Традиционные общественные форумы включают общественные места, такие как парки и тротуары. Эти места пользуются самой сильной защитой в соответствии с Первой поправкой. Хотя традиционные общественные форумы все же подлежат традиционным ограничениям по времени, месту и манере, что означает, что ограничения должны быть нейтральными по содержанию, служить значительным государственным интересам и обеспечивать достаточно альтернативных возможностей. Как отмечено в деле *Почтовая служба США против Совета гражданских ассоциаций Гринбурга* (1981), "Первая поправка не гарантирует доступа к собственности только потому, что она находится в собственности или под контролем правительства". Судья Маршалл в деле *Грейнед против города Рокфорда* (1972) также отметил нечто подобное, заявив: "Ключевой вопрос заключается в том, насколько манера выражения в принципе совместима с обычной деятельностью в данном месте в данное время". Возможность ограничения была продемонстрирована во многих делах, например, в деле *Город Чикаго против Александра* (2014), когда движение Occupy было ограничено, поскольку парк был закрыт, и им не разрешалось там протестовать в тот период времени. Тем не менее, речь не может подвергаться дискриминации из-за взглядов говорящего или содержания его высказываний. Эта точка зрения вызывает серьезные споры. Другие, такие как судья Пирс, выразивший свое мнение в деле *Город Чикаго против Александра* (2014), утверждают, что ограничения предназначены лишь для отсрочки высказываний, чтобы уменьшить проблемы, которые они создают для общества. Назначенные общественные форумы подлежат тем же ограничениям, что и традиционные общественные форумы, то есть ограничения по времени, месту и манере должны быть нейтральными по содержанию, служить государственным интересам и обеспечивать достаточно альтернативных возможностей. Непубличные форумы включают в себя терминалы аэропортов и внутренние почтовые системы. Хотя свобода слова важна в нашем обществе, существуют и другие ценности, которые не менее важны, такие как общественный порядок и общественное спокойствие. Ограничения по времени, месту и манере уравновешивают эти противоречивые ценности в нашем обществе. Важно понимать, как судьи и другие государственные органы решают, какие высказывания ограничивать в отношении времени, места и манеры. Как уже говорилось, для того чтобы Верховный суд и другие государственные органы могли налагать ограничения по времени, месту и манере, они должны решить, что эти ограничения нейтральны по содержанию, четко определены, служат значительным государственным интересам и допускают другие альтернативные способы коммуникации.
Ложь
Законы о мошенничестве в коммерческой деятельности, фальшивомонетничестве и лжесвидетельстве поддерживались в определенных пределах, однако некоторые неверные утверждения фактов оставались под защитой.
Подстрекательство к неминуемым незаконным действиям
Речь, подстрекающая к неминуемым противоправным действиям, изначально запрещалась на основании более мягкого теста «явной и непосредственной опасности», установленного в деле «Шенк против Соединенных Штатов», но впоследствии этот тест был отменен тестом «неминуемой противоправной деятельности», установленным в деле «Бранденбург против Огайо».
Слово в слово
Подстрекательские высказывания, которые сами по себе наносят ущерб или могут спровоцировать слушателя на немедленное возмездие или нарушение общественного порядка. Использование таких высказываний не обязательно защищено как "свобода слова" в соответствии с Первой поправкой к Конституции США.
Реальные угрозы
См. Watts v. United States, Virginia v. Black.
Непристойные вещи
Непристойность, определяемая тестом Миллера с применением современных общественных стандартов, является типом выражения, не подлежащим правовой защите. Это выражение, к которому применимы все следующие критерии: возбуждает похоть, изображает или описывает сексуальные действия в откровенно оскорбительной форме и лишено серьезной литературной, художественной, политической или научной ценности. (Обычно это применяется к наиболее откровенным формам порнографии.) Закон штата Алабама о борьбе с непристойностью 1998 года распространяется на секс-игрушки. Аналогичный техасский закон о непристойности 1973 года (обновленный в 2003 году) был признан неконституционным в 2008 году.
Детская порнография
См. New York v. Ferber.
Оскорбление
Ограничения в отношении клеветы и диффамации влекут за собой гражданско-правовую ответственность и были подтверждены Верховным судом. В деле Hustler Magazine против Фалвелла, получившем известность благодаря фильму «Народ против Ларри Флинта», Суд сузил определение клеветы. Дело New York Times Co. против Салливана установило стандарт «действительного злого умысла», представляющий собой высокую планку для истцов, являющихся публичными лицами. Распространение ложных сведений по вопросам, находящимся в ведении федерального правительства, также является уголовным преступлением.
Нарушение частной жизни
См. Time, Inc. против Хилла.
Умышленное причинение эмоционального вреда
См. Hustler Magazine против Фалвелла, Техас против Джонсона.
Взносы на кампанию
См. Buckley v. Valeo и McCutcheon v. Federal Election Commission.
Независимые политические расходы
Граждане Объединенные против Федеральной избирательной комиссии.
Выступление правительства
Доктрина правительственной речи устанавливает, что правительство вправе осуществлять цензуру, когда речь исходит от самого правительства, что повлекло за собой ряд спорных решений относительно сферы ее применения.
Публичная речь сотрудника
Заявления, сделанные государственными служащими при исполнении своих служебных обязанностей, не подлежат защите Первой поправкой от дисциплинарных мер со стороны работодателя, как это установлено в деле Гарсетти против Себальос. Это также распространяется на частных подрядчиков, работающих на правительство. Первая поправка защищает работников от государственных работодателей только тогда, когда они выступают публично вне рамок своих служебных обязанностей в общественных интересах, что было подтверждено и уточнено в деле Лэйн против Фрэнкса. Речь не защищена от дисциплинарных взысканий в частном секторе. В ряде судебных дел рассматривается речь, связанная с работой или требуемая работодателем, а также речь, в отношении которой предприняты ответные меры со стороны третьих лиц, например, работодателя. Дело Лэйн против Берроуза (ранее Лэйн против Фрэнкса) рассматривает множество подобных вопросов и суммирует результаты. Лицо, дающее показания в суде, и если эти показания не входят в его служебные обязанности, выступает как гражданин и пользуется защитой Первой поправки, тогда как лицо, чья речь является неотъемлемой частью его работы, а не просто связана с ней, может не иметь такой защиты. Вопросы, возникающие в подобных делах, включают в себя необходимость обеспечения безопасности свидетелей в суде, чтобы они могли свободно и правдиво давать показания; право работодателей принимать меры, если сотрудник высказывается таким образом, который наносит ущерб работодателю; права информаторов (whistleblowers); и пользу для общества, если люди, обладающие знанием о реальном положении дел и хорошо осведомленные о нем, могут свободно высказывать свое мнение.
Речь студента
В деле *Тинкер против Независимого школьного округа Де-Мойн* (1969) Верховный суд распространил широкую защиту, гарантированную Первой поправкой, на учащихся государственных школ, запретив цензуру, за исключением случаев, когда она создает "существенные помехи школьной дисциплине или правам других". Последующие судебные решения неоднократно подтверждали или ограничивали эту защиту. В деле *Школьный округ Бет-Эл против Фрейзера* (1986) была поддержана дисциплинарная мера в отношении ученика, чья предвыборная речь содержала сексуальные намеки и была признана "непристойной", но не "порнографической". В деле *Hazelwood v. Kuhlmeier* (1988) была разрешена цензура в школьных газетах, которые не были признаны площадками для свободного выражения мнений учащихся. В деле *Guiles v. Marineau* (2006) было подтверждено право ученика носить футболку, высмеивающую президента Джорджа Буша-младшего, включая обвинения в употреблении алкоголя и наркотиков. В деле *Морз против Фредерика* (2007) была поддержана отстранение ученика от занятий за демонстрацию баннера с надписью "BONG HiTS 4 JESUS" на мероприятии, проводимом школой за пределами школьной территории. В деле *Лоури против Школьного округа Уотсона Чапел* апелляционный суд признал недействительными школьный дресс-код и правила распространения литературы за их расплывчатость и необоснованное ограничение критики в адрес школьного округа. Аналогичная защита распространяется и на государственные колледжи и университеты; например, студенческие газеты, признанные площадками для свободного выражения мнений, получили широкую защиту со стороны апелляционных судов.
Военные секреты
Публикация, сбор или распространение информации, составляющей государственную тайну, не является охраняемой речью в Соединенных Штатах. Информация, относящаяся к "национальной обороне", охраняется, даже если ее раскрытие не предполагает или не может повлечь за собой ущерб национальной безопасности. Невоенная информация, способная нанести серьезный ущерб национальной безопасности, охраняется от преднамеренного разглашения только при наличии соответствующего умысла или знания о возможном ущербе. Несанкционированное создание, публикация, продажа или передача фотографий или эскизов жизненно важных оборонных объектов или оборудования, определенных Президентом, запрещены. Сознательное и умышленное разглашение определенных сведений, составляющих государственную тайну, запрещено. Несанкционированное сообщение "конфиденциальных данных" или попытка или сговор с целью передачи таких данных запрещены. Лицу, получившему сведения о личности секретного агента в результате "совокупности действий, направленных на выявление и разоблачение секретных агентов", запрещается раскрывать его личность любому лицу, не имеющему допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, при наличии разумных оснований полагать, что такие действия могут нанести ущерб усилиям американской внешней разведки. Помимо уголовной ответственности, для предотвращения подобных действий используются трудовые договоры, лишение государственной службы, денежные штрафы, соглашения о неразглашении, конфискация имущества, судебные запреты, аннулирование паспортов и предварительная цензура.
Изобретения
Закон о добровольных заявках 1917 года предоставлял Комиссару по патентам полномочия отказывать в выдаче патентов на изобретения, которые могли бы нанести ущерб национальной безопасности США, и передавать эти изобретения правительству Соединенных Штатов для его собственного использования. В 1951 году он был заменен Законом о секретности изобретений, который запрещал изобретателям публиковать информацию об изобретениях или распространять ее. Оба закона предусматривали уголовную ответственность для изобретателей, подпадающих под действие этих законов. Соединенные Штаты находились в состоянии объявленной чрезвычайной ситуации с 1950 по 1974 год, после чего стали доступны приказы о сохранении секретности в мирное время. Правительство выдавало примерно от 4100 до 5000 приказов в год с 1959 по 1974 год, пиковое значение составило 6193 приказа в 1991 году, и примерно 5200 в год с 1991 по 2003 год. Определенные области исследований, такие как атомная энергетика и криптография, постоянно подпадают под действие этих приказов. Правительство наложило приказы о секретности на исследования в области холодного ядерного синтеза, космических технологий, радиолокационных ракетных систем и голосовых шифраторов Citizens Band, а также предпринимались попытки распространить их на исследования в области оптической инженерии и вакуумных технологий.
Ядерная информация
Закон об атомной энергии 1954 года автоматически классифицирует "все данные, касающиеся (1) разработки, производства или применения атомного оружия; (2) производства специальных ядерных материалов; или (3) использования специальных ядерных материалов для выработки энергии". Правительство предпринимало безуспешные попытки запретить публикацию ядерной информации, включая конструкцию бомбы, в журнале Scientific American в 1950 году и в журнале The Progressive в 1979 году.
Оружие
В 1999 году в законопроект, посвященный поиску фосфатов и компенсациям племени меномини, было внесено дополнение, устанавливающее уголовную ответственность за "обучение или демонстрацию изготовления или использования взрывчатого вещества, разрушительного устройства или оружия массового уничтожения, а также за распространение любыми способами информации, касающейся полностью или частично изготовления или использования взрывчатого вещества, разрушительного устройства или оружия массового уничтожения", при условии, что совершающий это действует с намерением или пониманием того, что "обучение, демонстрация или информация будут использованы для совершения или содействия федеральному преступлению, связанному с насилием". Это дополняет другие федеральные законы, запрещающие использование и распространение информации о создании взрывных устройств в преступных целях. Закон впервые был успешно применен против 18-летнего Шермана Мартина Остина в 2003 году за распространение информации, которая впоследствии была свободно переиздана. Остин признал себя виновным, и его приговор не был обжалован, поэтому конституционность 18 U.S.C. § 842(p) остается неопределенной.
Интернет-речь, онлайн-форумы
В единогласном решении 9–0 Верховный суд распространил полную защиту Первой поправки на Интернет в деле "Рено против ACLU", решение, отменившее части Закона о приличии в коммуникациях 1996 года, закона, запрещавшего "непристойные" онлайн-коммуникации. Решение суда распространило конституционную защиту, предоставляемую книгам, журналам, фильмам и устной речи, на материалы, публикуемые в Интернете. Конгресс предпринял вторую попытку регулировать контент в Интернете с помощью Закона о защите детей в сети (COPA). В 2002 году Верховный суд вновь вынес решение в деле "Американский союз гражданских свобод против Эшкрофта", признав любые ограничения в Интернете неконституционными. В деле "Соединенные Штаты против Американской библиотечной ассоциации" (2003) Верховный суд постановил, что Конгресс имеет право требовать от государственных школ и библиотек, получающих скидки по программе e-rate, устанавливать программное обеспечение для контроля контента в качестве условия получения федерального финансирования. Судьи отметили, что любые вопросы, касающиеся Первой поправки, были решены положениями Закона о защите детей в Интернете, позволяющими взрослым просить библиотекарей отключить фильтры или разблокировать отдельные сайты.
Частные субъекты, частная собственность, увольнение работников частных работодателей
Несмотря на распространенное заблуждение о том, что Первая поправка запрещает кому-либо ограничивать свободу слова, текст поправки запрещает это только Конгрессу США (и, как следствие, тем, чьи полномочия проистекают из Конгресса). Начиная с решения Верховного суда США по делу *Gitlow v. New York* 1925 года, этот запрет был распространен и на правительства штатов и местные органы власти, опираясь на текст Четырнадцатой поправки. Ключевым вопросом в юриспруденции о свободе слова является то, следует ли толковать Первую поправку как направленную исключительно против действий государственных органов, или же она может распространяться и на частных лиц. В частности, обсуждается, должны ли частные собственники иметь право использовать государственные инструменты для ограничения свободы слова на своей территории (что подразумевает баланс между правом на свободу слова и положениями о принудительном отчуждении имущества). Право на свободу слова в частных торговых центрах, принадлежащих другим лицам, активно рассматривалось в судебных процессах как на федеральном, так и на уровне штатов, наиболее заметно в делах *Lloyd Corp. v. Tanner* (1972) и *Pruneyard Shopping Center v. Robins* (1980).
Платформы социальных сетей
Учитывая разногласия между Пятым и Одиннадцатым апелляционными округами, весьма вероятно, что Верховный суд определит надлежащую классификацию по Первой поправке для социальных сетей. Частные платформы социальных сетей, такие как Facebook и Twitter, не связаны требованиями Первой поправки. Тем не менее, социальные сети блокировали или подвергали цензуре пользователей по запросу сотрудников государственных органов и выборных должностных лиц. Платформы разработали собственные правила и процедуры, стремясь сбалансировать свободу выражения мнений своих пользователей с модерацией или удалением оскорбительной или вредоносной речи. В процессе разработки частной политики и процедур они в ряде случаев использовали концепции и стандарты, разработанные судами США в делах о свободе слова, такие как доктрина о публичных лицах, сформировавшаяся после дела New York Times v. Sullivan. Некоторые наблюдатели отмечают подрыв свободы слова из-за широкого распространения Интернета и социальных сетей, что позволило большим группам людей, не одобряющих определенные высказывания, нападать на определенных авторов и преследовать их угрозами смерти и изнасилования, вызывать отряды специального назначения, подавая ложные сообщения в полицию, организовывать бойкоты предприятий и, по крайней мере, в одном случае, спровоцировать стрельбу. Среди тех, на кого были совершены нападения, – бизнесмен из Массачусетса, замеченный на фотографии, выражающей поддержку Дональду Трампу, дизайнеры и комментаторы видеоигр, ресторан, где сотрудник, выступающий против Трампа, сделал негативный комментарий клиенту, поддерживающему Трампа, руководитель отдела по связям с общественностью, опубликовавший оскорбительную шутку в Twitter перед посадкой в самолет, и даже жертвы стрельбы в Лас-Вегасе в 2017 году, обвиненные активистами против контроля над оружием в инсценировке произошедшего.