Обычаи и традиции Древнего Рима

Введение

Обычаи и традиции древнего Рима

Mos maiorum (; "обычай предков" или "путь предков"; : нравы, ср. англ. "mores"; maiorum – родительный падеж множественного числа от "старший" или "более значимый") – это неписаный кодекс, из которого древние римляне черпали свои социальные нормы. Это основополагающая концепция римского традиционализма, отличная от, но находящаяся в динамическом взаимодействии с писаным законом. Mos maiorum представлял собой совокупность устоявшихся принципов, образцов поведения и социальных практик, оказывавших влияние на частную, политическую и военную жизнь в Древнем Риме.

Семья и общество

Римская семья (familia, лучше переводить как "домашнее хозяйство", чем "семья") была иерархичной, как и римское общество. Эти иерархии были традиционными и самовоспроизводящимися, то есть поддерживались и поддерживали mos maiorum. Глава семьи, pater familias, обладал абсолютной властью над своим домашним хозяйством, которое являлось одновременно автономной единицей в обществе и моделью социального порядка, но от него ожидалось, что он будет использовать эту власть умеренно и действовать ответственно в интересах своей семьи. Риск и давление общественного порицания в случае невыполнения ожиданий также являлись формой моса. Характерной социальной связью в Древнем Риме были отношения между покровителем (patronus) и клиентом (cliens). Хотя обязательства в этих отношениях были взаимными, они также носили иерархический характер. Эти отношения не представляли собой единицу, а скорее сеть (clientela), поскольку сам патрон мог быть обязан кому-то более высокого статуса или большей власти, а клиент мог иметь нескольких покровителей, чьи интересы могли конфликтовать. Если familia была дискретной единицей, лежащей в основе общества, то эти взаимосвязанные сети уравновешивали эту автономию и создавали связи, необходимые для существования сложного общества. Хотя одной из основных сфер взаимодействия в отношениях между покровителем и клиентом были суды, патронаж сам по себе не являлся юридическим договором; давление к соблюдению обязательств было моральным, основанным на качестве fides – "доверия" (см. раздел "Ценности" ниже) и моса. Патронаж служил образцом, когда завоеватели или наместники за рубежом устанавливали личные связи в качестве покровителей с целыми общинами, связи, которые затем могли увековечиваться как семейные обязательства. В этом смысле мос становится скорее вопросом прецедента, чем неизменной традиции.

Традиция и эволюция

Римский консерватизм находит лаконичное выражение в указе цензоров от 92 г. до н.э., сохранившемся у историка II века Светония: «Все новое, что совершается вопреки обычаям и традициям наших предков, представляется неправильным». Однако, поскольку *mos maiorum* был вопросом обычая, а не писаного закона, сложные нормы, которые он воплощал, со временем эволюционировали. Способность сохранять сильное централизованное чувство идентичности, адаптируясь к меняющимся обстоятельствам, позволила Риму расшириться от города-государства до мировой державы. Сохранение *mos maiorum* зависело от согласия и умеренности среди правящей элиты, конкуренция которой за власть и статус представляла для него угрозу. Демократическая политика, движимая харизматическим влиянием отдельных лиц (*populares*) на римский народ (*populus*), потенциально подрывала консервативный принцип *mos*. Поскольку высшие магистратуры и жреческие должности изначально были прерогативой патрициев, стремление плебеев (*plebs*) к доступу к ним могло рассматриваться как угроза традиции (см. Борьбу орденов). Реформы осуществлялись посредством законодательства, и писаный закон заменял собой согласие. Когда плебеи получили доступ почти ко всем высшим должностям, за исключением немногих архаичных жреческих должностей, интересы плебейских семей, возвысившихся до элиты, стали совпадать с интересами патрициев, сформировав римскую знать (*nobiles*) – элитный социальный статус с расплывчатым определением в период Римской республики. Плебс и его поддержка популярных политиков продолжали представлять угрозу для *mos* и элитного согласия в период Поздней Республики, что отражено в риторике Цицерона. В период перехода к Христианской империи Квинт Аврелий Симмах утверждал, что дальнейшее процветание и стабильность Рима зависят от сохранения *mos maiorum*, а раннехристианский поэт Пруденций отвергал консервативную приверженность римским традициям как «суеверие стариков» (*superstitio veterum avorum*) и считал ее уступающей новой, явленной истине христианства. После окончательного падения Западной Римской империи в 476 г. н.э. и возвышения различных варварских королевств старые римские нравы либо были вытеснены, либо синтезированы с традициями германской элиты и последующими феодальными ценностями.

Roman conservatism finds succinct expression in an edict of the censors from 92 BC, as preserved by the 2nd century historian Suetonius: "All new that is done contrary to the usage and customs of our ancestors, seems not to be right." However, because the mos maiorum was a matter of custom, not written law, the complex norms that it embodied evolved over time. The ability to preserve a strongly centralised sense of identity while it adapted to changing circumstances permitted the expansionism that took Rome from city state to world power. The preservation of the mos maiorum depended on consensus and moderation among the ruling elite whose competition for power and status threatened it. Democratic politics, driven by the charismatic appeal of individuals (populares) to the Roman people (populus), potentially undermined the conservative principle of the mos. Because the higher magistracies and priesthoods were originally the prerogative of the patricians, the efforts of plebeians (the plebs) for access could be cast as a threat to tradition (see Conflict of the Orders). Reform was accomplished by legislation, and written law replaced consensus. When plebeians gained admission to nearly all the highest offices, except for a few arcane priesthoods, the interests of plebeian families who ascended to the elite began to align with those of the patricians, creating Rome's nobiles, an elite social status of nebulous definition during the Roman Republic. The plebs and their support of popular politicians continued as a threat to the mos and elite consensus into the late Republic, as noted in the rhetoric of Cicero. During the transition to the Christian Empire, Quintus Aurelius Symmachus argued that Rome's continued prosperity and stability depended on preserving the mos maiorum, and the early Christian poet Prudentius dismissed the conservative adherence to native Roman traditions as "the superstition of old grandpas" (superstitio veterum avorum) and inferior to the new revealed truth of Christianity. After the final collapse of the Western Roman Empire in 476 AD and ascension of the various Barbarian kingdoms, the old Roman mores were then either superseded by or synthesized with the traditions of the Germanic elite and subsequent feudal values.

Фиды

Латинское слово fides охватывает ряд английских слов, таких как доверие/надежность, добросовестность/верность, уверенность, благонадежность и правдивость. Оно было важным понятием в римском праве, так как устные договоры были распространены. Понятие fides было персонифицировано богиней Фидес, чья роль в mos maiorum подтверждается историей её культа. Её храм датируется приблизительно 254 годом до н.э. и располагался на Капитолийском холме в Риме, рядом с Храмом Юпитера.

Пиета

Пиета – римское отношение должного уважения к богам, родине, родителям и семье, требующее поддержания этих отношений в моральном и добросовестном порядке. Цицерон определял пиета как «справедливость по отношению к богам». Она заключалась не только в жертвоприношениях и безупречном исполнении ритуалов, но и во внутренней преданности и праведности личности, являясь ключевой добродетелью римского героя Энея в «Энеиде» Вергилия. Использование прилагательного Pius в качестве когномена свидетельствует о её важности как определяющей характеристики. Подобно Фидес, Пиета почиталась как богиня, и в 191 году до н.э. был обещан храм в её честь, освященный десять лет спустя.

Религио и культ

Связанное с латинским глаголом *religare* – «связывать», *religio* представляло собой связь между богами и смертными, осуществляемую в традиционных религиозных практиках для поддержания *pax deorum* («благосклонности богов»). *Cultus* означал активное отправление и правильное исполнение ритуалов. Религиозная практика, в этом смысле, отличается от *pietas* и присущей ей морали. См. Религия в Древнем Риме и императорский культ (Древний Рим).

Дисциплина

Военный характер римского общества указывает на важность дисциплины, понимаемой как воспитание, подготовка, выправка и самообладание.

Гравитас и констанция

Гравитас — это достойное самообладание. Констанция — это стойкость или упорство. Перед лицом невзгод, хороший римлянин должен был демонстрировать невозмутимое спокойствие. Римский миф и история подкрепляли эту ценность, повествуя о таких героях, как Гай Муций Сцевола, который в легенде об основании Республики показал свою серьёзность и решительность этрусскому королю Ларсу Порсенне, держа свою правую руку в огне.

Виртус

Виртус, происходящий от латинского слова vir («мужчина»), составлял идеал истинного римского мужчины. Гай Луцилий обсуждает виртус в некоторых своих работах и говорит, что виртус мужчины заключается в умении различать, что хорошо, что зло, что бесполезно, что стыдно или бесчестно.

"Достоинства и авторитеты"

Dignitas и auctoritas были результатом проявления ценностей идеального римлянина и службы государству через исполнение обязанностей в священстве, на военной службе и в магистратурах. Dignitas – это репутация, основанная на достоинстве, чести и уважении. Таким образом, римлянин, демонстрирующий gravitas, constantia, fides, pietas и другие римские добродетели, пользовался dignitas среди своих сограждан. Аналогичным образом, следуя этим путем, римлянин мог заслужить auctoritas ("престиж и влияние").