Введение

Амфибийная операция на полуострове Галлиполи

Высадка на мысе Хеллес (Seddülbahir Çıkarması) была частью Галлипольской кампании – серии амфибийных высадок британских и французских войск на полуострове Галлиполи 25 апреля 1915 года во время Первой мировой войны. Хеллес, расположенный у подножия полуострова, являлся основной зоной высадки. При огневой поддержке Королевского флота 29-я дивизия должна была в первый день продвинуться вдоль полуострова и захватить высоты Ачи Баба. Британцы планировали захватить форты, охранявшие Дарданелльский пролив. Отвлекающая высадка в Булаере силами Королевской военно-морской дивизии и реальная высадка в бухте Анзак были осуществлены до рассвета на севере, в Габа-Тепе, Австралийским и Новозеландским армейским корпусом; французские войска совершили диверсионную высадку в Кум-Кале на азиатском берегу пролива. После наступления темноты французы провели демонстрацию в заливе Бесика. Высадка в Хеллесе была плохо организована британским командующим, генерал-майором Эйлмером Хантером Уэстоном. Пляжи V и W превратились в кровавую баню, несмотря на слабые оборонительные сооружения, в то время как успешные высадки в других местах не были использованы в полной мере. Хотя британцам удалось закрепиться, их планы оказались в беспорядке. На протяжении двух месяцев британцы вели кровопролитные сражения, чтобы достичь целей, намеченных на первый день, но в конечном итоге были разгромлены османскими защитниками.

Османские события

В начале 20-го века Османскую империю называли "больным человеком Европы", ослабленной политической нестабильностью, военными поражениями и гражданскими конфликтами после столетия упадка. Власть была захвачена в 1908 году группой молодых офицеров, известных как Молодые турки, которые установили Мехмеда V в качестве фигурного султана. Новый режим осуществил программу реформ для модернизации политической и экономической системы и переопределения национального характера империи. Германия предоставила значительные инвестиции, а ее дипломаты получили больше влияния за счет Великобритании, ранее преобладающей державы в регионе, а немецкие офицеры помогали в обучении и перевооружении армии. Несмотря на эту поддержку, экономические ресурсы империи были истощены из-за затрат на Первую и Вторую Балканские войны, и французы, англичане и немцы предложили финансовую помощь. Прогерманская фракция, под влиянием Энвера Паши, бывшего османского военного атташе в Берлине, выступала против пробританского большинства в османском кабинете и пыталась установить более тесные отношения с Германией. В декабре 1913 года немцы отправили в Константинополь военную миссию во главе с генералом Отто Лиманом фон Сандерсом. Географическое положение Османской империи означало, что ее нейтралитет в случае европейской войны представлял значительный интерес для России, Франции и Великобритании. Во время июльского кризиса 1914 года немецкие дипломаты предложили антироссийский союз и территориальные приобретения на Кавказе, на северо-западе Ирана и в Транскаспии. Пробританская фракция в кабинете была изолирована из-за того, что британский посол ушел в отпуск до 18 августа. По мере углубления кризиса в Европе политика Османской империи заключалась в получении гарантии территориальной целостности и потенциальных преимуществ, не подозревая, что британцы могут вступить в европейскую войну. 30 июля 1914 года, через два дня после начала войны в Европе, османские лидеры согласились тайно сформировать Османско-германский альянс против России, хотя это не требовало от них немедленных военных действий. 2 августа британцы реквизировали два современных линкора, османский линкор "Султан Осман I Эвель" и османский линкор "Решадие", которые строились для Османского флота на британских верфях, отчуждая сторонников британцев в Константинополе, несмотря на предложение компенсации в случае сохранения нейтралитета. Во время напряженных дипломатических отношений между двумя империями немецкое правительство предложило два крейсера в качестве замены Османскому флоту. Союзники предприняли погоню за "Гоэбеном" и "Бреслау", которым удалось уйти, когда османское правительство открыло Дарданеллы, чтобы позволить им пройти в Константинополь, хотя, как нейтральной стороне, по международному праву они должны были блокировать военные суда. В сентябре британская военно-морская миссия к османам, основанная в 1912 году под руководством адмирала Артура Лимпуса, была отозвана, поскольку казалось, что османы скоро вступят в войну, и командование Османским флотом перешло к контр-адмиралу Вильгельму Сухону из Императорского немецкого флота. 27 сентября немецкий командир Дарданелльских укреплений в одностороннем порядке приказал закрыть проход, что усилило впечатление о прогерманской ориентации османов. Немецкое военно-морское присутствие и успехи немецких армий в Европе дали прогерманской фракции в османском правительстве достаточно влияния, чтобы объявить войну России. 27 октября "Гоэбен" и "Бреслау", переименованные в османский линейный крейсер "Явуз Султан Селим" и османский крейсер "Мидилли", вышли в Черное море, бомбардировали порт Одессы и потопили несколько российских кораблей. Османы отклонили требование союзников о высылке немецких миссий и 31 октября 1914 года официально вступили в войну на стороне Центральных держав. Россия объявила войну Турции 2 ноября, на следующий день британский посол покинул Константинополь, а британская военно-морская эскадра у Дарданелл подвергла обстрелу внешние форты в Кум-Кале и Седдюль-Бахире. Снаряд попал в пороховой склад, разрушил орудия и убил 86 солдат. Великобритания и Франция объявили войну 5 ноября, а османы объявили джихад (священную войну) позже в том же месяце, начав Кавказскую кампанию против русских с целью возвращения бывших турецких провинций. Бои также начались в Месопотамии после высадки британских войск для оккупации нефтяных месторождений в Персидском заливе. Османы готовились к нападению на Египет в начале 1915 года, чтобы оккупировать Суэцкий канал и перерезать средиземноморский путь в Британскую Индию и Дальний Восток.

Стратегия союзников и Дарданеллы

К концу 1914 года гонка к морю во Франции, война маневров, завершилась, и были вырыты траншеи от швейцарской границы до Ла-Манша. Германская империя и Австро-Венгрия закрыли сухопутные торговые пути между Великобританией и Францией на западе и Россией на востоке. Белое море в Арктике и Охотское море на Дальнем Востоке зимой были скованы льдом и находились далеко от Восточного фронта. Балтийское море было заблокировано Имперским военно-морским флотом, а вход в Черное море через Дарданеллы контролировала Османская империя. Пока империя сохраняла нейтралитет, торговля с Россией продолжалась, но проливы были закрыты до того, как Османская империя вступила в войну, и в ноябре началось минирование водного пути. Аристид Бриан в ноябре выступил с предложением атаковать Османскую империю, которое было отклонено, а также провалилась попытка британцев подкупить османов, чтобы они присоединились к союзникам. Позже в том же месяце Уинстон Черчилль, первый лорд Адмиралтейства, предложил военно-морскую атаку на Дарданеллы, основанную отчасти на ошибочных донесениях о численности османских войск. Черчилль хотел использовать большое количество устаревших линкоров, которые не могли действовать против немецкого Флота открытого моря, для операции против Дарданелл, при поддержке небольшого оккупационного корпуса, предоставленного армией. Выражалась надежда, что нападение на османов также вовлечет бывшие османские территории Болгарии и Греции в войну на стороне союзников. 2 января 1915 года великий князь Николай обратился к Великобритании с просьбой об оказании помощи против османов, которые вели наступление на Кавказе. Началось планирование военно-морской демонстрации в Дарданеллах с целью отвлечения войск с Кавказского фронта.

Османские оборонительные приготовления

Морские операции в Дарданеллах завершились неудачей 18 марта, когда три линкора были потоплены, а четыре капитальных корабля серьезно повреждены морскими минами, установленными вдоль азиатского побережья. Начались приготовления к высадке, чтобы помочь флоту нейтрализовать форты и батареи, охраняющие проливы, но приготовления в Египте не были скрыты, французский командир даже упомянул об этом в интервью газете в Александрии. 24 марта Энвер-паша, османский министр войны, объединил военные силы вокруг Дарданелл под командованием маршала Отто Лимана фон Сандерса и штаба Пятой армии. По прибытии в Галлиполи, Лиман приказал сосредоточить гарнизоны на полуострове, а 5-я и 7-я дивизии были передислоцированы в Булаир. 9-я дивизия была развернута в южной части полуострова, от залива Сувла до Седд-эль-Бахр, а 11-я дивизия заняла гарнизон на азиатском побережье (3-я дивизия была отправлена позднее в качестве подкрепления). Рядом с Богали 19-я дивизия была размещена в резерве под командованием штаба 5-й армии, готовая выдвинуться в Булаир, Габа-Тепе или на азиатский берег в зависимости от развития событий. Лиман сделал акцент на политике мобильной обороны дивизий в трех оборонительных районах, вместо упорной попытки охранять побережье непрерывной обороной, и передислокация проводилась ночью, чтобы избежать обнаружения вражеской авиаразведкой. 9-я дивизия под командованием полковника Халиля Сами Бея развернула свои силы в соответствии с новой оборонительной схемой, создав северную зону от устья Агиль-Дере, к северу от Ари-Бурну до Семерли-Тепе, занятую 27-м полком и некоторой горной артиллерией, и южную зону от Семерли-Тепе до Седд-эль-Бахр, гарнизонированную 26-м полком. 25-й полк был размещен в резерве на плато Килид-Бахр возле фермы Серафима, готовый вмешаться в любой из районов. В северной оборонительной зоне командующий 27-м полком, подполковник Али Шефик Бей, разместил 2-й батальон на побережье, с двумя 120-мм орудиями в Габа-Тепе и двумя 150-мм орудиями в глубине страны; 1-й и 3-й батальоны находились в резерве в районе Майдоса (до бомбардировки 23 апреля, после чего они были передислоцированы в район в 1,5 мили (2 км) от Габа-Тепе). В южной оборонительной зоне подполковник Кадри Бей, командующий 26-м полком, сформировал три батальонных района: северный, или "сектор Кум-Тепе", от Семерли-Тепе до Сари-Тепе, занятый 1-м батальоном, с тремя ротами, поддерживаемыми полевой батареей на побережье и ротой в резерве, с двумя 150-мм орудиями к югу от Габа-Тепе. В центральном "секторе Крития" 2-й батальон контролировал район от Сари-Тепе до устья ущелья Гулли и от Седд-эль-Бахр до устья Тенкир-Дере. Одна рота была размещена на побережье Эгейского моря, другая – в районе залива Морто, а две другие находились в резерве в Канли-Дере, к юго-востоку от Критии, в штабе полка. На западном берегу Керевеш-Дере батарея 105-мм гаубиц вела огонь по проливу. Южный "сектор Седд-эль-Бахр" простирался от пляжа Гулли до Седд-эль-Бахр и был гарнизонирован 3-м батальоном и ротой инженеров, работавших над укреплением пляжа. Одна рота охраняла пляж W, другая рота была размещена в Седд-эль-Бахре с четырьмя пулеметами "Максим" на возвышенности, с обзором пляжа V, а две роты находились в резерве на низменности к северо-западу от залива Морто; двенадцать человек вели наблюдение за пляжем X. На трех пляжах, где британцы планировали крупные высадки, находилось по две роты пехоты и 4–6 пулеметов, с двумя пехотными и одной инженерной ротой в резерве. На азиатском побережье 3-я дивизия имела два полка в районе Трои и один от Кум-Кале до Йени-Шехра; 11-я дивизия находилась в резерве около Эзине, с отрядами по обе стороны залива Бесика.

План союзников

Целью военной операции была помощь флоту в прохождении проливов, путем захвата османских фортов на европейском берегу с тыла и получения наблюдательного пункта, с которого можно было бы подавлять форты на азиатском берегу. Основной целью было плато Килитбахир, прикрывавшее османские форты в проливах и протянувшееся полукругом почти по всей ширине полуострова между Майдосом и Соганлы-Дере. Плато простиралось от Килитбахира на запад примерно на 6 километров (4 мили), имело ширину около 3 километров (2 мили) в самой широкой части и значительную высоту. Османы укрепили и обнесли плато проволочными заграждениями, а также расширили укрепления на юг до хребта Какма-Даг, выходящего к проливу, и на север до Габа-Тепе, формируя оборонительную линию, где ширина полуострова составляла 8 километров (5 миль), и доминирующую над равниной Килия к юго-западу. Генерал сэр Иэн Гамильтон, командующий Средиземноморскими экспедиционными силами (MEF), решил осуществить две основные высадки с двумя отвлекающими маневрами. Корпус ANZAC должен был совершить внезапную высадку между Габа-Тепе и Рыбацкой хижиной, а прикрывающие силы – высадиться незадолго до рассвета без предварительной артиллерийской подготовки. После закрепления левого фланга, силы должны были продвинуться на восток в направлении Майдоса, чтобы перерезать османские коммуникации с гарнизонами, расположенными южнее. На полуострове Галлиполи, по обе стороны от мыса Хеллес, где флот мог обеспечить поддержку с трех сторон, прикрывающие силы 86-й бригады и дополнительные подразделения должны были высадиться и закрепиться на пляжах, после чего основные силы должны были выдвинуться вперед к целям первого дня – деревне Крития и холму Ачи-Баба. Для высадки было выбрано пять пляжей, от востока (внутри проливов) к западу (на побережье Эгейского моря): S, V, W, X и Y. Пляжи V и W были основными пунктами высадки на оконечности полуострова, по обе стороны от мыса Хеллес. К северу от высадки ANZAC планировался отвлекающий маневр в районе Булаира. Королевская морская дивизия (RND), за исключением двух батальонов, должна была провести демонстрацию в самой узкой части полуострова, чтобы заставить османов удерживать силы в этом районе во время основных высадок. Морские силы прикрытия должны были обстреливать укрепления Булаира в течение всего дня, а один корабль – провести разведывательный выход вблизи берега, при видимости транспортных судов на заднем плане. К югу от высадки в районе мыса Хеллес, на азиатском берегу в Кум-Кале, французский полк из Корпуса экспедиционеров Востока должен был временно высадиться одновременно с 29-й дивизией у мыса Хеллес, чтобы отвлечь османскую артиллерию на азиатском берегу, дезориентировать османское командование и задержать переброску подкреплений из Азии в Галлиполи, после чего отступить и присоединиться к основным силам на полуострове. Несмотря на заверения в отчете Адмиралтейства 1905 года о достаточном количестве воды в долинах, были предприняты масштабные приготовления для обеспечения адекватного водоснабжения. В апреле из Франции прибыл индийский 9-й мулевой корпус с 4316 мулами и 2000 повозками, а в Египте был сформирован «Сионский мулевой корпус» из еврейских эмигрантов из России, проживавших в Палестине. Необходимость в средствах для перевозки воды считалась настолько острой, что в середине апреля в Египет был направлен запрос о немедленной отправке «Сионского мулевого корпуса», несмотря на его нехватку снаряжения.

Авиационные операции

Самолеты Королевской военно-морской авиации (RNAS) поддерживали высадку войск Анзака с помощью гидросамолетов и воздушного шара; 3-я аэродромная эскадрилья RNAS, располагавшая 18 самолетами, действовала в поддержку операции в районе Хеллес. Над Хеллесом и азиатским побережьем поддерживались постоянные патрули в прекрасных летных условиях, каждый пилот совершал по три вылета в течение дня, начиная с рассвета. Как только османская артиллерия открыла ответный огонь, наблюдатели в самолетах использовали беспроводную связь для корректировки огня военно-морской артиллерии, но их корректировки игнорировались из-за огромного количества османских целей и недостаточной огневой мощи кораблей. После закрепления войск на берегу, корабли реагировали на сигналы от экипажей самолетов, использовавших сигнальные ракеты для связи с судами, не имевшими возможности принимать радиосообщения. Летчики приступили к бомбардировке артиллерийских позиций, лагерей и войск, вели фоторазведку и осуществляли наблюдение за полуостровом вплоть до Булаира и азиатского побережья. Воздушный шар поднялся в 5:21 утра, и два наблюдателя следили за продвижением войск по скалам, а затем доложили об обнаружении линкора «Тургут Рейс» в проливе, который был вынужден отойти. Наблюдателям с воздуха мешали крутые, поросшие кустарником холмы и песчаные овраги, но они продолжали патрулирование в течение всего дня.

Сила прикрытия

Пляж V был длинным и широким, с низким берегом высотой около 5 футов (2 метра) со стороны суши. Мыс Хельлес и форт Этругрул (форт № 1) находились слева, а старый замок Седд-эль-Бахр (форт № 3) — справа, если смотреть с моря; холм 141 был расположен глубже вглубь страны. Пляж был заминирован и оборонялся примерно ротой солдат из 3-го батальона 26-го полка, вооруженных четырьмя пулеметами «Максим». Первыми высадились солдаты 1-го батальона Королевских дублинских фузилеров, прибывшие на шлюпках, которые буксировали или гребли к берегу. Остальные были высажены с «Троянского коня» — переоборудованного угольщика, на носу которого было установлено одиннадцать пулеметов. В корпусе были прорублены люки для удобства высадки солдат по трапам. На корабле находилось 2000 человек: 1-й батальон Королевских мюнстерских фузилеров, две роты 2-го батальона Гэмпширского полка (из 88-й бригады) и одна рота Королевских дублинских фузилеров. Шлюпки с дублинцами задержались из-за течения и прибыли на полчаса позже, в 6:30 утра. После бомбардировки берег казался безлюдным, но как только шлюпки приблизились к берегу, османские защитники открыли огонь. Огонь из форта и замка велся в упор по пляжу, убив многих солдат в шлюпках, некоторые из которых унесло в море, не оставив выживших. Многие другие получили ранения, когда дублинцы высаживались на берег, а некоторые раненые утонули. Выжившие укрылись под берегом на противоположной стороне пляжа, но большинство десантных лодок остались на мели с мертвыми экипажами вокруг. Два взвода успешно высадились на правом фланге у Камбера, а некоторые солдаты достигли деревни, где были окружены и уничтожены. Из 700 человек, участвовавших в высадке, 300 были убиты, а многие другие ранены. «Ривер Клайд» сел на мель непосредственно перед шлюпками, и для соединения угольщика с берегом планировалось использовать паровой буксир «Аргайл» — плоскодонную лодку, которая должна была выйти на берег перед ним, чтобы образовать плавучий мост, соединяющий трапы на носу «Ривер Клайд» с пляжем. «Аргайл» сбился с курса влево и оказался бортом к берегу. Капитан «Ривер Клайд», коммандер Эдвард Унвин, вывел людей наружу, чтобы вручную переместить три баржи (транспортные лодки) на правом борту вперед. Две роты мюнстеров вышли из люков, прикрываемые пулеметами на носу, и двинулись по трапам к берегу, но многие были ранены пулями. Некоторым солдатам удалось высадиться, а другие утонули из-за тяжести снаряжения. Около 9:00 утра другая рота предприняла попытку высадки, но после того, как одна рота высадилась, потери первых двух взводов были настолько велики, что операция была приостановлена до наступления темноты.

Основная сила

Хантер Уэстон наблюдал за высадкой на пляже W с моря, но получил вводящие в заблуждение донесения в 7:30 и 7:50 утра о том, что высадка проходит успешно. В 8:30 утра Хантер Уэстон приказал основным силам начать высадку, а в 9:00 вторая волна ждала возвращения буксиров с берега, хотя прибыло лишь немного. Раненых эвакуировали, и несколько взводов под командованием бригадного генерала Генри Нейпира отплыли к берегу. О катастрофе, постигшей первую волну, Хантер Уэстон еще не знал и в 9:00 утра приказал войскам на реке Клайд выдвинуться к левому флангу, а войскам на пляже W – продолжить высадку. В 9:30 рота 2-го Гэмпширского полка попыталась высадиться, но большинство солдат были расстреляны на трапах, и попытка была прервана. Судно, на котором находились Нейпер и его штаб, было замечено направляющимся к берегу и подозвало к реке Клайд, откуда Нейпер увидел множество людей на баржах перед угольным судном и прыгнул на ближайшую, не подозревая, что они мертвы. Нейпер и его штаб достигли хоппера, попали под обстрел, и Нейпер был убит через несколько минут. В 10:21 утра Гамильтон, наблюдавший за высадкой с [указать местоположение], приказал Хантеру Уэстону приостановить высадку на пляже V и перенаправить оставшиеся силы с пляжа V на пляж W. Во второй половине дня линкоры «Королева Елизавета» и [указать название второго корабля] обстреливали османские укрепления на пляже V, но это мало повлияло на интенсивность огня, направленного на британские войска. Во время очередной попытки высадки с реки Клайд, когда мост к берегу был отремонтирован в 16:00, лишь немногим солдатам удалось добраться до уступа за пляжем. В 17:30 линкоры возобновили обстрел деревни, гребня хребта и верхних сооружений форта; в 19:00 около 120 человек выдвинулись на правый фланг и атаковали форт, где османский пулеметный расчет отразил атаку и заставил выживших отступить в укрытие. После наступления темноты трапы реки Клайд были очищены от тел убитых и раненых, что заняло до 3:00 утра. Хирург на борту угольного судна оказал помощь 750 раненым с 25 по 27 апреля, несмотря на ранение в ногу. Около полуночи Хантер Уэстон отдал приказ атаковать холм 141, но два офицера связи из штаба Гамильтона доложили, что ночная атака невозможна; на суше войска были организованы в три группы для атаки в 5:00 утра после артиллерийской подготовки «Альбиона». Османские защитники имели преимущество в ведении боя с подготовленных позиций, при отсутствии внезапности или точного прикрытия огнем с кораблей, но испытывали проблемы со связью и обнаружили, что артиллерия находится вне досягаемости пляжа. Майор Махмут, командир 3-го батальона 26-го полка, некоторое время не мог определить место высадки в возникшей суматохе. Запросы о подкреплении из 25-го полка были удовлетворены только в 1:00 утра 26 апреля. Командир взвода Абдул Рахман доложил о многочисленных потерях, и в 15:00 османы в форте и на фланге под командованием сержанта Яхи были вынуждены отступить. Батальон потерял половину личного состава, а моральный дух многих выживших упал на следующий день, когда они были обойдены войсками с пляжа S. Османы быстро отступили вверх по руслам рек Кирте и Кандилире, оставив около семидесяти раненых. Попытки организовать оборону на второй линии оказались безуспешными, и выжившие отступили к линии от Критии в конце дня. К 27 апреля потери защитников пляжа составили 575 человек.

Сила прикрытия

Пляж W располагался на побережье к северо-западу от мыса Хеллес, к югу от Текке Бурну, в месте расположения небольшого оврага. Пляж обороняла пехотная рота 3-го батальона 26-го полка, его длина составляла, а ширина – с крутыми скалами по краям и относительно пологим подходом через песчаные дюны в центре к гребню с видом на море. Османские войска заминировали пляж и установили обширные заграждения из колючей проволоки, включая проволоку вдоль береговой линии и растяжки непосредственно под поверхностью воды, в нескольких ярдах от берега. На возвышенности располагались траншеи, а в скалах были скрыты два пулемета для прикрытия проволочных заграждений фланговым огнем. Гребень за центром пляжа простреливался укреплениями на более высоких позициях к северо-востоку и юго-западу, а дальше находился один из двух редутов вблизи холма 138, оба сильно укрепленные колючей проволокой и расположенные за склонами, лишенными укрытия. Еще одна линия колючей проволоки тянулась от южного редута к скалам в районе маяка, блокируя продвижение с пляжа W к пляжу V. 1-й батальон Ланкаширских фузилеров находился на борту крейсера "Эвриал" и линкора, которые заняли позиции у берега. Около 4:00 утра войска перешли на тридцать два катера, а "Эвриал" приблизился к берегу около 5:00 утра. Час спустя шесть буксиров с "Эвриал" направились к берегу в линию, с интервалами, буксиры с "Непоколебимого" слева. Когда буксиры достигли расстояния в от берега, их отцепили, и матросы в катерах начали грести. Берег был тих, но как только первая лодка причалила, османский ружейный огонь обрушился на британские войска, вызвав большие потери. "Эвриал" и прекратили обстрел за десять минут до высадки британцев, и османская пехота смогла покинуть укрытия. Выжившие спрыгнули с катеров и попытались броситься к берегу, но многие упали в глубокую воду и утонули под тяжестью снаряжения. Предварительный обстрел не перерезал проволочные заграждения вдоль берега, и выжившие фузилеры подвергались обстрелу с трех сторон, когда перерезали проволоку или ползли под ней. Позже один из очевидцев писал:

Небольшие группы фузилеров прорвались сквозь заграждения, достигли дюн за берегом и захватили траншеи за ними. Некоторые буксиры с "Непоколебимого" отклонились к северной стороне залива и высадились без сопротивления. Небольшая группа поднялась по скале и заняла траншею на вершине, отбив османскую контратаку, а затем вступила в бой с османскими войсками на северном фланге пляжа. Османский ружейный огонь по основной точке высадки начал ослабевать после того, как тяжелый снаряд с берега попал в траншею; фузилеры проделали еще несколько проходов в проволоке и атаковали скалу на южном конце пляжа. Морские наблюдатели могли видеть траншеи на вершине скалы, и когда британцы атаковали, корабли…

К 7:15 утра британцы продвинулись достаточно вглубь, чтобы лишить османов возможности наблюдать за местностью. На северном фланге бригадный генерал Харэ и другие, обошедшие османскую оборону с севера, двинулись к пляжу X, но вскоре после этого подверглись обстрелу с холма 114, и Харэ был ранен. Вторая волна буксиров высадилась с небольшими потерями около 7:30 утра и готовилась атаковать холм 138 вместе с выжившими из первой волны. Неточная карта вызвала задержку, так как оказалось, что у холма 138 есть еще один гребень к юго-западу, увенчанный еще одним редутом. Во время высадки компасы, бинокли и часы промокли, что добавило путаницы. Две группы атаковали редуты, но были отбиты, в то время как войска на левом фланге сражались вверх по оврагу, ведущему от пляжа к холму 114, который также подвергся атаке с пляжа X. Османские пленные, захваченные в районе пляжа W, сообщили, что к югу от Критии находилась только одна дивизия.

Основная сила

В 8:30 утра Хантер Уэстон приказал основному корпусу начать высадку и перенаправил часть войск, предназначенных для пляжа V, на пляж W в качестве подкрепления, которое прибыло в 9:00 и 10:21. Гамильтон приказал перенаправить войска, направлявшиеся на пляж V, на пляж W. Первые подкрепления понесли большие потери от огня снайперов на большом расстоянии, когда приближались к пляжу, но затем, скрытые скалами, смогли высадиться и занять позиции между флангами полка Lancashire Fusiliers. К 11:30 на левом фланге фузилеры установили связь с войсками с пляжа X и завершили захват холма 114. На правом фланге войска высадились и попытались достичь холма 138, но были прижаты к земле на полпути к вершине. После высадки еще одного батальона и артиллерийской бомбардировки со стороны кораблей Swiftsure и Euryalus была предпринята новая атака. Первый редут был захвачен в 15:00, а затем, после тяжелого продвижения через колючую проволоку, второй редут был взят без сопротивления и с незначительными потерями после отступления гарнизона. Захват двух редутов позволил войскам, застрявшим у маяка, продвинуться к пляжу V, пока не наткнулись на новые заграждения из проволоки. Войска пытались прорезать проволоку, но были видны на горизонте и обстреляны. Наблюдатели с кораблей Queen Elizabeth и Albion, находившихся в 2 км от берега, следили за попытками, но не могли открыть огонь из-за недостатка информации о ситуации на берегу. Через час проволока была перерезана, но войска снова оказались под огнем на другой стороне. О катастрофе на пляже V полковнику Вулли Доду на пляже W сообщили только в 17:00, после чего он приказал войскам, удерживавшим два редута, захватить скалу над пляжем V. Войска уже продвигались к форту № 1, но османские защитники на пляже V быстро остановили наступление, и войска заняли оборонительные позиции, что положило конец попытке исправить ситуацию на пляже V. На северном фланге холм 114 был укреплен, но наступление на вторую цель с пляжа W не было предпринято. Несмотря на шестикратное численное превосходство над османскими войсками, британцы ждали новых приказов, которые не поступали из-за гибели командующего десантными войсками и проблем со связью с штабами, все еще находившимися на кораблях. План совместного наступления на вторую цель сорвался, и на берегу не было никого, кто мог бы предложить альтернативу. Обладая четкой целью, войска и офицеры 29-й дивизии преодолели множество новых препятствий, но двенадцать батальонов между холмами 114 и 138 не стали наступать на слабо охраняемые позиции противника.

Пляж С

Пляж S располагался внутри пролива, в небольшом разрыве скал на северном конце залива Морто, в 3 км от пляжа V. На вершине скалы находилась батарея де Тотта – заброшенное укрепление. В этом районе не было подготовлено никакой обороны, и только один османский взвод охранял пляж, а другой взвод находился в 1 км вглубь. Четыре траулера, каждый с шестью спасательными шлюпками на буксире, медленно продвигались против течения Дарданелл и тральщиков в проливе, но османская артиллерия на азиатском берегу вела огонь по другим целям, и траулеры подошли к берегу без происшествий. Когда траулеры достигли мелководья, шлюпки были отпущены на воду. Десантная группа из трех рот 2-го батальона Южно-Уэльских пограничников, прикрываемая линкором «Корнуоллис», высадилась под огнем османского взвода, занимавшего траншею на полпути вверх по скале. Две роты высадились на пляже, а одна начала штурм скал в районе Эски-Хисарлык, чтобы захватить батарею де Тотта. Капитан Дэвидсон с «Корнуоллиса» совершил несанкционированную высадку с группой моряков и морской пехоты для усиления десантной группы. Потери среди всех десантных групп составили 63 пограничника, моряка и морпеха. На батарее британцы обнаружили османский взвод и взяли пятнадцать пленных; к 8:00 утра высадка была завершена. С обрывов была видна катастрофа на пляже V, но командующему было приказано ждать наступления с юга. После того, как один из пленных сообщил о близости еще 2000 османских солдат, командир продолжил укреплять позиции, вместо того чтобы атаковать тыл османского гарнизона в Седд-эль-Бахре. Позже выяснилось, что единственными османскими войсками в районе высадки были рота, неполная на убитый и захваченный во время высадки взвод, и еще одна рота, отправленная из Критии, но перенаправленная в Седд-эль-Бахр до начала высадки. Высадка капитаном с «Корнуоллиса» привела к задержке прибытия корабля на пляж V, где ему было назначено координировать высадку.

Сила прикрытия

Пляж X располагался под длинной, осыпающейся скалой на эгейском побережье, к северу от пляжа W, примерно в 2 км выше мыса Текке-Бурну. Османские оборонительные сооружения не были возведены, и пляж охраняли всего двенадцать солдат. Османский гарнизон был ошеломлен обстрелом с корабля "Implacable" после высадки войск, направлявшихся на пляж W, и четырех буксиров, которые шли параллельно линкору, пока он не скрылся из виду с берега. К 6:30 утра десантная группа достигла берега и поднялась на вершину скалы без потерь. Буксиры вернулись, чтобы забрать остальную часть батальона и оборудование, которое прибыло к 7:30 утра. Продвигаясь вглубь страны, британцы приблизились к району, где находились в бивуаке два османских резервных подразделения. Одно подразделение было направлено к пляжу W и вступило в бой с британским наступлением с пляжа X. Британский командир, подполковник Х. Э. Б. Ньюэнхэм, приказал атаковать с северо-востока, чтобы сформировать оборонительный фланг слева, двум взводам продвинуться в лоб и закрепиться у берега, а остальной десантной группе атаковать холм 114 справа, чтобы установить связь с войсками на пляже W. Атака на северо-восток началась около 8:00 утра, но была остановлена огнем из османского стрелкового оружия. Однако на правом фланге атака достигла вершины холма 114 к 11:00 утра, под приветственные возгласы моряков на "Implacable". Фронт вдоль пляжа был длинным и имел множество разрывов, а левый фланг был вовлечен в бой с османскими защитниками. Из-за отсутствия возможности проведения разведки перед высадкой и наличия лишь одной неточной карты, ценность обзора со скал над пляжем не была оценена заранее. Склоны холмов 138 и 141 были хорошо видны и находились в пределах досягаемости для наступления с пляжа X, что могло бы отрезать защитников пляжа W. Пляж S в заливе Морто, расположенный в 3 км, также был виден, но десантные силы на пляже X сосредоточились на высадке. Лишь немногие офицеры десантной группы на пляже X знали о высадке на пляже S, и в течение дня между ними не передавалось никаких сообщений.

Основная сила

Основные силы начали высадку в 9:00 утра, практически не встречая сопротивления со стороны османов, за исключением звуков стрельбы на левом фланге. Два основных батальона были изъяты из десанта для подкрепления высадок на пляжах Y и S, а 1-й пограничный и 1-й батальоны Иннискиллинга были поставлены в дивизионный резерв и должны были удерживаться на случай чрезвычайных ситуаций. Первоначальная десантная группа не находилась под командованием бригадного генерала У. Р. Маршалла, и основные силы не получили указаний об участии во втором этапе наступления к линии от пляжа Y до Седд-эль-Бахра. Известий о других высадках не поступало, а легкая высадка на пляж X заставила его ожидать скорого прибытия подкреплений с пляжей W и V. Маршалл поднялся на скалу и во время брифинга получил сообщение с просьбой о помощи с левого фланга, после чего отправил резервную роту. Маршалл приказал пограничникам занять вершину скалы, а затем отправил роту на помощь войскам на холме 114. Вскоре после этого британские войска были замечены отступающими на левом фланге под преследованием османской пехоты, и Маршалл начал отдавать приказ о контратаке, когда был ранен, а майор К. Д. Воган убит. Османская пехота находилась в нескольких сотнях ярдов от берега, когда была отброшена штыковой атакой. Британцы удовлетворились восстановлением позиции и не стали преследовать османов. К 13:00 поступили некоторые сведения, но ничего не было известно о пляже W или из штаба дивизии. Было видно, что высадка на пляжах W и V задерживается, поскольку османские солдаты все еще удерживали холмы 141 и 138, хотя их численность оставалась неизвестной. Маршалл был уверен в своих инструкциях относительно резервных батальонов и приказал им зарыться в землю по периметру. Несмотря на значительное численное превосходство османов, они подавили инициативу захватчиков и выиграли время для организации обороны и подхода подкреплений. В 18:00 Маршалл связался с Хантером Уэстоном, предложив продвинуться к пляжу Y, но получил приказ ждать утра и выполнить первоначальный план. Затем с пляжа W от Вулли Дода поступил приказ продвинуть правый фланг к пляжу X и установить связь, но это оказалось невозможным, так как османы предприняли контратаку на пляж Y.

Пляж Y

Y Beach находился на значительном расстоянии к северу вдоль побережья Эгейского моря, недалеко от Критии и позади большинства османских оборонительных позиций на мысе Хеллос. Море у берега было достаточно глубоким для прохода лодок в пределах нескольких ярдов, а побережье представляло собой крутой обрыв высотой около 46 метров, с двумя оврагами, обеспечивающими легкий доступ наверх. Район оставался без защиты, ближайшие османские войска – два взвода в 2 км к югу у Гулли-Равина, взвод 2-го батальона 26-го полка у Сари-Тепе и 25-й полк на ферме Серафима, в 8 км. 1-й батальон 26-го полка был размещен между Семерли-Тепе и Сари-Тепе, в 3 км к северу от Y Beach, но был сдержан для предотвращения возможной высадки в течение двух дней. Круизеры и с транспортным судном N2 и восемью траулерами встретились в 6 км к западу от Y Beach с прикрывающим флотом, линкором и крейсером. В 2:30 ночи войска перешли на траулеры, которые направились к берегу, с "Голиафом", а крейсеры держались ближе к берегу. В 4:15 утра траулеры двинулись вперед, пока не коснулись дна, после чего войска перешли в лодки, которые были доставлены к берегу, когда началась бомбардировка мыса Хеллос. Плимутский батальон RND (лейтенант-полковник Годфри Мэтьюс), 1-й батальон Королевских шотландских пограничников (лейтенант-полковник Арчибальд Коэ) и рота 2-го батальона Южно-Уэльских пограничников высадились на Y Beach с 5:15 до 5:45 утра. Разведчики, двигавшиеся вперед в центре и на флангах, обнаружили четырех османских солдат, двое из которых были убиты и двое взяты в плен. Две роты продвинулись к Гулли-Равину, примерно за вершиной обрыва, и в 7:30 утра две роты морской пехоты двинулись на юго-восток через овраг для поиска предполагаемого османского артиллерийского орудия. О успехе высадки сообщили Гамильтону, когда крейсер "Королева Елизавета" проходил мимо в 8:20 утра. Десантные силы ждали до середины дня ожидаемого наступления с мыса Хеллос, в условиях такой тишины, что Мэтьюс и адъютант перешли Гулли-Равин и дошли до 800 метров от Критии, не обнаружив никаких признаков османских войск. Группа морской пехоты, проводившая поиски, продвинулась примерно на 2 км к юго-востоку, но не обнаружила орудия и вернулась в 11:00 утра без сопротивления. На X Beach был отправлен запрос об обновлении информации, но ответа не последовало. В 9:00 утра и в полдень с X Beach были слышны выстрелы, но из штаба 29-й дивизии не поступило никаких инструкций, поэтому Мэтьюс приказал укрепить позицию. В 15:00, не получив никаких признаков наступления с мыса, Мэтьюс покинул овраг и начал снова окапываться на вершине обрыва. Мертвая местность вокруг места высадки вынудила британцев установить протяженный периметр, в центре которого были размещены войска 29-й дивизии, а на флангах – морская пехота. С кораблей отступление было незаметно, и работы по обустройству новых позиций замедлились из-за переплетенных корней под поверхностью и того, что тяжелые инструменты для копания все еще находились на пляже, в результате чего к вечеру окопы были глубиной не более полуметра. На ферме Серафима командир 9-й османской дивизии Сами-бей получил известие о высадке сразу после ее начала и в 13:00 отправил пехотный батальон, артиллерийскую батарею и отделение пулеметов к месту высадки. Сразу после 16:00 одно из орудий открыло огонь, а в 17:40 османская пехота начала контратаку на плацдарм. Первая атака была совершена ротой и была подавлена огнем с кораблей. Когда орудия прекратили огонь с наступлением темноты, османская пехота атаковала с большой решимостью. К 23:00 подкрепления увеличили численность османских войск до полутора батальонов, и британские потери заставили Мэтьюса запросить подкрепление, на которое он не получил ответа. На рассвете 26 апреля османская пехота отступила, понеся около 50% потерь и нанеся британцам потери в 697 человек. Коэ был смертельно ранен, а его адъютант убит; боеприпасы на плацдарме были на исходе, и усложнялось это необходимостью снабжать патронами как винтовки образца VI, так и VII. Как только рассвело, корабли возобновили обстрел. За ночь некоторые британские солдаты начали отставать от своих подразделений и возвращаться к пляжу, а их моральный дух был еще больше подорван, когда снаряд с корабля упал в плацдарм. В 6:30 утра корабли получили запрос о помощи от группы на берегу, у которой закончились боеприпасы, что стало первым признаком того, что что-то не так. Лодки, отправленные на пляж для эвакуации группы и ее раненых, были замечены другими солдатами на пляже, и сложилось впечатление, что началась общая пересадка. Не зная о том, что эвакуация уже началась, Мэтьюс и солдаты на высоте, которые всю ночь отбивали атаки османской пехоты, приказали кораблям открыть огонь за пределами обрыва, по османским войскам, которые собирались для новой атаки, которая началась в 7:00 утра и прорвала центр британской линии. Не имея резервов, британцы перегруппировались и обратили нападавших в бегство штыковой атакой, которая положила конец угрозе плацдарму. Первоначальный прорыв османов вызвал панику в тылу британских защитников, что отразилось в сигналах, полученных кораблями. После отражения атаки Мэтьюс осмотрел позиции на правом фланге и обнаружил, что они были пусты. Поняв, что солдаты ближе к пляжу начали пересаживаться, он не видел другого выхода, кроме как позволить этому продолжаться, и собрал группу людей для защиты оврага, пока раненые не будут эвакуированы. К 11:00 утра все солдаты на пляже покинули его, и арьергард отступил с обрыва и был доставлен лодками в течение тридцати минут. Во время отхода османские войска в этом районе не открывали огонь, и когда офицер военно-морского флота возглавил группу морской пехоты на берег днем, чтобы поискать выживших, они смогли обыскать местность в течение часа без помех.

Булайр

Одиннадцать транспортных судов, и , и , два эсминца и несколько траулеров встретились у Булайра до рассвета. Военные корабли начали целый день бомбардировки сразу после восхода солнца, а эсминец прошел близко к берегу. Позже от транспортных судов спустили шлюпки, и строями по восемь катеров, буксируемых траулерами, создали видимость высадки. К концу дня солдаты начали садиться в шлюпки, которые перед наступлением темноты направились к берегу и вернулись после наступления ночи. Ночью лейтенант-коммандер Б. К. Фрейберг выплыл на берег, зажег сигнальные ракеты вдоль пляжа, проник вглубь территории и разведал османские укрепления, оказавшиеся муляжами, после чего благополучно вернулся. Сразу после рассвета отвлекающая группировка отплыла на юг, чтобы присоединиться к основным силам высадки.

Кумкале

В 5:15 утра французские линкоры *Жорегиберри* и *Анри IV*, с крейсерами *Жанна д’Арк* и *Латуш-Тревиль*, британский линкор и российский крейсер *Аскольд* начали бомбардировку Кумкале перед высадкой 6-го смешанного колониального полка у форта, на небольшом незащищенном пляже. Однако течение от Дарданелл было настолько сильным, что десант достиг берега только в 10:00 утра. Отсутствие внезапности было компенсировано продолжительной бомбардировкой, местность была гораздо более плоской, чем на полуострове, и большинство османских войск были настолько деморализованы к моменту высадки, что отступили за реку. Форт и деревня Кумкале были быстро заняты с незначительными потерями. Остальная часть высадки также была задержана течением, но в 17:30 началось наступление в направлении Йени-Шехра и холма Оркание, где оно было остановлено османскими защитниками. Самолет-разведчик доложил о прибытии подкреплений, и попытка была отменена. Ночью французы освещали местность прожекторами, а *Жорегиберри* продолжал медленную бомбардировку. В 20:30 начались османские контратаки, продолжавшиеся до рассвета, все они оказались безуспешными и дорогостоящими; французы готовились возобновить наступление на Йени-Шехр утром. 26 апреля османские войска захватили кладбище Кумкале, после чего 50–60 человек вышли с белыми флагами и сложили оружие. Османские и французские войска смешались, офицеры начали переговоры, и внезапно капитан Рокель был похищен. Французские войска возобновили боевые действия, но французская и османская пехота все еще были перемешаны, и некоторым османам удалось проскользнуть, занять несколько домов и захватить два пулемета. Французы отбили дома, но попытка вернуть пулеметы также провалилась и привела к значительным потерям. Французы пришли к выводу, что капитуляция была искренней, но затем в ряды войск проникли другие солдаты, проводившие обманной маневр. В качестве возмездия французы расстреляли девять пленных. В течение дня османский командующий запросил подкрепления. К концу отвлекающего маневра потери французов составили 778 человек, а у османских защитников – 1730, включая 500 пропавших без вести. К 27 апреля французы высадились на правом фланге британцев в Геллесе. После высадки османского командующего, генерала Вебера-пашу, критиковали за неподготовленность, плохую тактику, сбои в связи и отсутствие лидерских качеств, хотя плоская местность облегчила точную бомбардировку с моря. Османская артиллерийская батарея в Тепе нанесла серьезные потери во время отхода, и *Савойя* подошла ближе к берегу, чтобы обстрелять османов.

Залив Бешик

В ночь с 25 на 26 апреля у залива Бесика (ныне Бешик) появились шесть французских транспортных судов, два эсминца и торпедный катер. Военные корабли открыли обстрел, а с транспортов были спущены шлюпки для имитации высадки. В 8:30 утра прибыл крейсер "Жанна д'Арк" и присоединился к обстрелу, после чего в 10:00 силы были отозваны на Тенедос. Османский гарнизон оставался в этом районе до 27 апреля, хотя в турецком официальном отчете было отмечено, что высадки в Кум-Кале и демонстрация в заливе Бесика были распознаны как хитрость. Переброска войск с азиатского берега задерживалась из-за нехватки лодок и опасений перед союзническими подводными лодками, а не из-за боязни высадки на азиатской стороне. Лишь 29 апреля войска из этого района появились на фронте Геллес.

Анализ

В 2001 году Траверс писал, что огневая мощь современного османского оружия и устойчивость полевых укреплений привели ко значительным потерям союзников, особенно на пляжах V и W. Гамильтона критиковали за то, что он не приказал Хантеру Уэстону отправить больше войск на пляж Y, однако это было не связано с предоставлением свободы действий своему подчиненному, поскольку Хантеру Уэстону было приказано перенаправить часть основных сил с пляжа V на пляж W в полдень. Гамильтон не знал об условиях на пляже V до установления контакта с Хантером Уэстоном, и вмешательство в план высадки могло усугубить задержки. Хантер Уэстон сосредоточился на высадке на пляжах V и W, а затем на холме 138, что соответствовало тенденции генералов на Западном фронте сосредотачиваться на районах с наиболее сильным сопротивлением противника и усиливать провалы. Траверс отметил, что французская высадка в Кум-Кале была упущена из виду, хотя и оказалась одной из самых успешных, несмотря на первоначальную уверенность османов в том, что высадка будет разбита четырьмя сосредоточенными поблизости батальонами. Командующий XV корпусом, генерал Вебер-паша, подвергся критике за неподготовленность, плохую связь, тактику и руководство, особенно в условиях более ровной местности, чем на полуострове, где французская артиллерия могла доминировать над османской пехотой. Несмотря на это преимущество, османам удалось остановить французское наступление 26 апреля в дорогостоящем оборонительном сражении. Наиболее успешными были высадки в С, Х, Y и Кум-Кале, благодаря внезапности, тесной поддержке флота и неспособности османов разместить гарнизоны вдоль всего побережья, лишь в наиболее уязвимых точках. Основные высадки на пляжах V и W были самыми кровопролитными. Военные корабли, приблизившиеся к берегу для обстрела османских позиций, оказали определенное воздействие, и на пляже W смогли подавить ответный огонь османов после первых британских потерь. На пляже V обстрел оказался менее эффективным, а попытка высадки с «Ривер Клайда» провалилась, оставив выживших в ловушке до 26 апреля. Высадка на пляже Y прошла успешно, поскольку не встретила сопротивления, однако трудности с обстрелом возвышенности стали причиной многих британских проблем. Траверс также отметил неопытность и техническую некомпетентность, из-за которых старшие командиры застряли на кораблях, а командиры, высадившиеся на берег, стали жертвами. Несмотря на значительное численное превосходство, османы эффективно использовали свои полевые укрепления, пулеметы и винтовки для обороны пляжей и воспрепятствования продвижению вглубь страны. В 1929 году британский официальный историк К.Ф. Аспиналл Огландер писал, что в ходе Галлипольской кампании Средиземноморские силы союзников (МЭФ) не достигли своих целей в первый день, но план наступления на Ачи-Бабу имел разумные шансы на успех. Он утверждал, что главной причиной неудачи было необычно большое количество старших офицеров, ставших жертвами. С начала высадки 29-я дивизия потеряла двух из трех бригадиров, двух из трех бригадных майоров и большинство старших офицеров из 4,5 батальонов прикрывающих сил, высадившихся на пляжах X, W и V. Огландер также отметил, что высадка на небольших пляжах с ограниченным количеством лодок требовала четких и строгих инструкций для эффективного перехода с корабля на берег, и планы, разработанные штабами армии и флота, а также штабом 29-й дивизии, были превосходными, но оставляли мало свободы действий в случае неудачи высадки. Командирам на пляжах Y и S было приказано ждать наступления с основных пляжей и присоединиться к атаке на Ачи-Бабу. Не было предусмотрено атаки в направлении основных пляжей для оказания помощи, хотя количество войск, высадившихся на второстепенных пляжах, превысило численность османского гарнизона на южной оконечности полуострова. Неспособность учесть возможность того, что войскам на пляжах Y и S может потребоваться поддержка основных сил, также выявила отсутствие резерва под контролем главнокомандующего. Огландер предположил, что наличие двух батальонов для высадки в наиболее слабом месте османской обороны, выявленном в ходе основных высадок, позволило бы захватить Геллес и Седд-эль-Бахр к полудню. Такой маневр потребовал бы хорошей связи между сушей и морем, но сложность была недооценена и затрудняла британские операции в течение всего дня. Очевидные трудности перемещения войск в открытых лодках небольшими группами отвлекали внимание, особенно в моменты между высадкой и достижением берега, несмотря на уверенность флота в своих планах обстрела. Опасения были оправданы, и высадка на пляже V была спасена от катастрофы только благодаря укрывному огню пулеметов с «Ривер Клайда», а поражение на пляже W удалось предотвратить, обойдя османский правый фланг. Недостаток опыта проведения высадок в современных условиях затруднял восстановление рассеянных подразделений и недооценивалась сложность организации наступления вглубь страны. Была допущена ошибка, заключающаяся в недостаточном акцентировании внимания всех участников высадки на том, что времени на продвижение вглубь страны до прибытия османских подкреплений будет мало. План высадки основывался на важности поддержания связи между армией и флотом, что привело к решению разместить штаб 29-й дивизии на борту «Эвриалуса», а Гамильтона и штаб МЭФ – на борту «Куин Элизабет», флагманского корабля главнокомандующего флотом. Несмотря на усилия флота, Хантер Уэстон и штаб 29-й дивизии большую часть дня не имели связи с высадившимися силами, несмотря на то, что находились всего в 1,6 км от линии фронта. Когда «Куин Элизабет» потребовался для обстрела пляжа V, Гамильтон оказался отрезанным от связи с 25 апреля днем до вечера, не имея возможности вмешиваться где-либо еще. Огландер предположил, что для штабов армии и флота следовало подготовить отдельное судно связи, оснащенное средствами сигнализации для поддержания связи с высадившимися силами, свободное от других требований. Стресс и истощение, вызванные высадкой, и незнакомая обстановка на берегу, в сочетании с потерями среди офицеров, привели к тому, что некоторые подразделения 29-й дивизии оказались в затруднительном положении к вечеру, не подозревая, что османские защитники находятся в столь же подавленном состоянии. Перед вторжением Хантер Уэстон напечатал «Личное примечание» для каждого солдата дивизии, чтобы предупредить об опасностях высадки, описывая

к которым войска будут подвержены. В южных высадках британцы высадили 12,5 батальонов к 13:00 против максимум двух османских батальонов, и Огландер писал, что неудача на пляже V привела к провалу британского плана по достижению Ачи-Бабы. Османских защитников было недостаточно для отражения вторжения, но руководство Сами-бея, направившего немногочисленные имеющиеся подкрепления в 26-й полк, отдало приказ бросить британцев в море, простую инструкцию, которую все могли понять. Рота в Седд-эль-Бахре выдержала огонь военно-морской артиллерии и удерживала позицию в течение всего дня, получив подкрепление примерно в два взвода. За ночь небольшие группы османской пехоты на пляжах W и X сдержали британцев, и к 8:00 26 апреля вынудили покинуть пляж Y.

Потери

Огландер писал, что в турецком официальном отчете было зафиксировано 1898 потерь османской армии из пяти батальонов, находившихся к югу от Ачи-Бабы, до утра 27 апреля, в первые два дня высадки на мысе Хеллес. Джон Киган в 1998 году сообщил, что британские потери на мысе Хеллес утром составили около 2000 человек. 1-й Королевский Дублинский и 1-й Королевский Мюнстерский фузилерские полки были объединены в составный батальон, известный как "Дубстеры", а исходные полки были восстановлены после эвакуации. "Мюнстеры" перешли в 48-ю бригаду 16-й (ирландской) дивизии в мае 1916 года, а в октябре 1917 года к ним присоединились "Дублинцы". Из 1100 дублинцев одиннадцать пережили Галлипольскую кампанию без единой царапины.

Последующие операции

Атака союзников началась в 8:00 утра 28 апреля с морской бомбардировки. План наступления предусматривал удержание позиций французами на правом фланге, в то время как британская линия должна была повернуться и захватить Критию и Ачи Бабу с юга и запада. План был плохо доведён до командиров бригад и батальонов 29-й дивизии. Хантер Уэстон оставался в тылу и не мог осуществлять контроль по мере развития атаки. Первоначальное наступление было стремительным, но войска столкнулись с очагами османского сопротивления. В некоторых местах продвижение было остановлено, в других – продолжалось, что привело к обходу обеих сторон, что было более невыгодно для нападавших. По мере продвижения британцев и французов местность становилась всё более сложной, войска достигли четырёх глубоких ущелий, тянувшихся от высот вокруг Ачи Бабы к мысу. На левом фланге два батальона 87-й бригады (1-й Пограничный полк и 1-й Королевский полк Иннискиллинг Фузильеры) вошли в ущелье Гулли, но были остановлены пулемётным гнездом у пляжа Y. Дальнейшее продвижение по ущелью стало возможным лишь после того, как 1/6-й Гуркский стрелковый полк захватил этот пост в ночь с 12 на 13 мая, поднявшись по 91-метровому (300 футов) вертикальному склону, который ранее остановил Королевскую морскую пехоту и Королевский Дублинский полк; это место получило название «Гуркский Обман». Измотанные, деморализованные и практически лишённые командования британские войска не могли продвинуться дальше, сталкиваясь с растущим османским сопротивлением, а в некоторых местах османские контратаки отбросили французов и британцев к исходным позициям. К 18:00 атака была отменена. Из примерно 14 000 союзных войск, участвовавших в операции, потери составили 2 000 британцев и 1 001 француз.

Пляж V

Шесть крестов Виктории были вручены на пляже V морякам и бойцам Королевской военно-морской дивизии, предпринявшим попытку удержать переправу из барж и эвакуировать раненых, включая коммандера Унвина, суб-лейтенанта Артура Тисдалла, матроса первого класса Уильяма Уильямса, матроса Джорджа Самсона и мичманов Джорджа Дрюри и Уилфреда Маллесона. Подполковник Чарльз Даути Уайли был награжден посмертно крестом Виктории за руководство атакой, в результате которой утром 26 апреля был захвачен Седд-эль-Бахр, а Уильям Косгроув из 1-го королевского Мюнстерского фузилерского полка также был удостоен креста Виктории.