Введение

Христианские деноминации, придающие особое значение ритуалу и форме.

Термин «высокая церковь» относится к верованиям и практикам христианской экклезиологии, литургии и теологии, которые подчеркивают «ритуал, авторитет священства и таинства». Хотя этот термин используется по отношению к различным христианским традициям, он возник и в основном связан с англиканской традицией, где он описывает церкви, использующие ряд ритуальных практик, ассоциирующихся в общественном сознании с римским католицизмом и восточным православием. Противоположная традиция – «низкая церковь». Современные СМИ, освещающие англиканские церкви, часто предпочитают термины «евангелические» вместо «низкой церкви» и «англо-католические» вместо «высокой церкви», хотя их значения не полностью совпадают. Другие современные деноминации, имеющие направления «высокой церкви», включают некоторые лютеранские, пресвитерианские и методистские церкви.

Вариации

Из-за своей истории термин "высокая церковь" также относится к аспектам англиканства, существенно отличающимся от Оксфордского движения или англо-католицизма. Сохраняются приходы, которые придерживаются традиций "высокой церкви", но в то же время строго следуют типично англиканским обычаям и литургическим практикам, изложенным в Книге общих молитв. Высокоцерковный англиканство, как правило, ближе, чем низкоцерковный, к римско-католическому и восточно-православному учению и духовности; его характерными чертами являются относительно сложная музыка, алтарные образы, облачения духовенства и особое внимание к таинствам. Оно по своей сути традиционно. Тем не менее, "высокая церковь" включает в себя многих епископов, священнослужителей и прихожан, симпатизирующих современному общепринятому мнению в рамках реформированного христианства, которое, согласно официальному учению Римско-католической и Восточной Православной церквей, считается отлучением от церкви (см. рукоположение женщин и, в различной степени, аборты). Термин "высокая церковь" также применяется к элементам протестантских церквей, в которых отдельные общины или пасторы демонстрируют различия в литургической практике, например, пресвитерианство высокой церкви и методизм высокой церкви, а в лютеранстве существует историческое разделение на "высокую" и "низкую" церкви, сопоставимое с англиканством (см. неолютеранство и пиетизм).

Эволюция термина

Высокая церковь – это обратное образование от термина "высокий церковник", ярлыка, использовавшегося в XVII и начале XVIII веков для обозначения противников религиозной терпимости, где "высокий" означало "крайний". Когда пуритане начали требовать от Англиканской церкви отказа от некоторых традиционных литургических акцентов, епископальной структуры, приходского убранства и прочего, позиция "высокой церкви" стала все более отчетливо отличаться от позиции латитудинариев, также известных как сторонники "широкой церкви", которые стремились минимизировать различия между англиканством и реформированным христианством и сделать церковь максимально инклюзивной, максимально расширив доступ для различных христианских взглядов. Со временем ряд лидеров Оксфордского движения перешли в католицизм, последовав примеру Джона Генри Ньюмана, одного из отцов Оксфордского движения и на некоторое время самого "высокого церковника". Преподобный Эдвард Бувери Пузи, оставаясь всю жизнь приверженцем "высокой церкви", оставался духовным наставником Оксфордского движения, оставаясь священником в Англиканской церкви. В меньшей степени, рассматривая это в ретроспективе с XIX века, термин "высокая церковь" также стал ассоциироваться с верованиями каролинских богословов и с пиетистскими акцентами того периода, практиковавшимися общиной Литл-Гиддинг, такими как пост и длительная подготовка к принятию Евхаристии.

До 1833 года

Во время правления короля Якова I предпринимались попытки уменьшить рост партийности внутри Церкви Англии и, более того, примирить с Церковью умеренных пуритан, которые еще не примкнули к установленной церкви или покинули ее в последние годы. Проект создания Авторизованного перевода Библии был одной из таких попыток примирения. Продолжающееся использование Библии короля Якова англиканами и другими протестантами в англоязычном мире является отражением успеха этих усилий по сотрудничеству. Однако во время правления короля Карла I, когда разногласия между пуританскими и католическими элементами в Церкви Англии стали более острыми, а протестантское нонконформистство за пределами Церкви росло в численности и становилось более громким, позиция Высокой церкви стала ассоциироваться с руководством архиепископа Кентерберийского Уильяма Лода (см. Лоудианство) и государственной политикой, направленной на ограничение роста протестантской диссидентщины в Англии и других владениях Короны. Например, можно привести попытку восстановить епископальную систему в Шотландской церкви – политика, которая была "успешной" до правления Вильгельма и Марии, когда должность епископа была упразднена, за исключением небольшого меньшинства шотландцев, принадлежавших к Шотландской епископальной церкви. После упразднения англиканства и преследования англиканских верований и практик во времена Содружества, возвращение англиканской партии к власти в парламенте Кавалеров привело к сильному возрождению позиции Высокой церкви в английской политической жизни. Одержав победу после поколения борьбы, англиканское дворянство почувствовало необходимость вновь укрепить реангликанизированную Церковь Англии как один из важнейших элементов Реставрационного урегулирования посредством обновленного и усиленного союза между Троном и Алтарем, или Церковью и Государством. Почитание мученичества короля Карла I Стюарта как защитника его Коронационной клятвы защищать Церковь Англии стало отличительной чертой ортодоксальной Высокой церкви. В то же время от династии Стюартов ожидалось сохранение их приверженности англиканству. Это стало важным вопросом для партии Высокой церкви и нарушило Реставрационное урегулирование при брате Карла II, короле Якове II, обратившемся в католицизм, и привело к неудачам для партии Высокой церкви. Эти события завершились Славной революцией и исключением католических Стюартов с британского престола. Последующий раскол из-за присяг должностных лиц на верность Короне и королевскому престолонаследию, который привел к исключению епископов-нонжуроров, отказавшихся признать фактическую абдикацию короля в 1688 году, и восшествию на престол короля Вильгельма III и королевы Марии II, нанес значительный ущерб единству партии Высокой церкви. Позднее события, связанные с попытками якобитов, сторонников исключенных династий, вернуть английские и шотландские троны, привели к обострению антикатолической риторики в Британии и дистанцированию партии Высокой церкви от более ритуальных аспектов церковного управления эпохи Каролины, которые часто ассоциировались с раскольническими нонжурорами. Томас Хэнкорн, валлийский священнослужитель, видный в якобитских кругах, произнес проповедь на судебном заседании графства Суонси 18 апреля 1710 года ("Правильный путь к чести и счастью"), во время которой он жаловался на "быстрый рост деистических, вольнодумных и антитринитарных взглядов". Объектами гнева Хэнкорна были "нерелигиозность, распущенность и безнравственность", а также "любопытные, дотошные скептики" и "страдающая от греха, шаткая нация". Позже он начал кампанию по восстановлению прав на десятину. В конечном итоге, при королеве Анне, партия Высокой церкви увидела возрождение своих позиций вместе с партией тори, с которой она тогда была тесно связана. Однако при ранних Ганноверах и партия Высокой церкви, и партия тори вновь оказались в немилости. Это привело к увеличению маргинализации взглядов Высокой церкви и тори, поскольку большая часть XVIII века была отдана правлению партии вигов и аристократических семей, которые в значительной степени были прагматичными широтудинами в церковном управлении. Это была также Эпоха Разума, которая ознаменовала период большой духовной спячки и застоя в Англиканской церкви. Таким образом, к концу XVIII века и началу XIX века те литургические практики, которые были распространены даже в кругах Высокой церкви, не соответствовали тем, что были найдены позднее во время католического возрождения XIX века. Священнослужители и миряне Высокой церкви часто назывались "высокими и сухими", в связи с их традиционно высоким положением в отношении политического положения Церкви в Англии и суровой верой, которая сопровождалась строгим, но достойным стилем богослужения, отражающим их представление об упорядоченном и достойном церковном управлении в противовес выкрикам низшей церкви, побежденным их кавалерийскими предками. Со временем их позиция Высокой церкви стала окаменелой среди остатков книжных священнослужителей и помещиков. Примером церковнослужителя начала XIX века этой традиции является сэр Роберт Инглис, член парламента.

С 1833 года

Только с успехом Оксфордского движения и его растущим акцентом на ритуальное возрождение с середины XIX века термин «Высокая церковь» начал приобретать значение, близкое к более позднему термину «англо-католическая». Даже в этом случае он использовался лишь в противопоставлении низкому церковному духу евангеликов и пиетистов. Последние стремились вновь уменьшить отчуждение англикан (государственной церкви) от большинства протестантских нонконформистов, к которым к тому времени относились веслиане и другие методисты, а также последователи более старых протестантских деноминаций, объединенных общим названием «Старый диссидент». В отличие от прежних союзов с тори, англо-католицизм все больше связывался с социализмом, Лейбористской партией и расширением прав принятия решений для церковных соборов. С середины XIX века термин «Высокая церковь» обычно стал ассоциироваться с более явно выраженной англо-католической литургической или даже триумфалистской позицией в Англиканской церкви, в то время как оставшиеся латитудинарианцы стали именоваться «Широкой церковью», а возродившаяся евангельская партия – «Низкой церковью». Однако термин «Высокая церковь» по-прежнему может относиться к англиканцам, придерживающимся высоких взглядов на таинства, церковную традицию и трехступенчатое священство, но не считающим себя англо-католиками.