Джон Макдуал Стюарт: Исследователь Австралии

Введение

Шотландский исследователь (1815–1866)

Джон Макдуолл Стюарт (7 сентября 1815 – 5 июня 1866), часто упоминаемый просто как "Макдуолл Стюарт", был шотландским исследователем и одним из наиболее выдающихся исследователей внутренних районов Австралии. Стюарт возглавил первую успешную экспедицию, пересекшую Австралийский континент с юга на север и обратно, через его центр. Его опыт и забота о членах команды позволили ему ни разу не потерять ни одного человека, несмотря на суровость пройденных земель. Исследования Стюарта в конечном итоге привели к аннексии в 1863 году обширной территории правительством Южной Австралии. Эта территория получила название Северная территория. В 1911 году Австралийское Содружество приняло на себя ответственность за эту территорию. В 1871–1872 годах вдоль маршрута Стюарта была проложена Австралийская сухопутная телеграфная линия. Главная дорога из Порт-Огасты в Дарвин также была проложена практически по его маршруту и в 1942 году была названа шоссе Стюарта в его честь по рекомендации генерал-губернатора Гоури.

Ранние годы

Родился в Дайсарте, Файф, Шотландия, Стюарт был младшим из девяти детей. Его отец, Уильям Стюарт, был отставным армейским капитаном, работавшим таможенным чиновником. Родители Стюарта умерли, когда ему было чуть больше десяти лет, и о нем позаботились родственники. Он окончил Шотландскую военно-морскую и военную академию по специальности гражданского инженера, а в возрасте 23 лет эмигрировал в Австралию. Стюарт был худощавым, изящно сложенным молодым человеком ростом около 168 см и весом менее 54 кг. В январе 1839 года он прибыл на барке "Инд" в едва двухлетнюю колонию Южная Австралия, которая в то время представляла собой не более чем одинокий, переполненный аванпост из палаток и деревянных хижин с земляным полом. Стюарт вскоре устроился на работу к генеральному землеустроителю колонии, работая в полузасушливых зарослях вновь осваиваемых районов, размежая участки для поселенцев и шахтеров.

Защитник Чарльза Стюрта

Генеральным геодезистом Южной Австралии, начальником Стюарта, был знаменитый исследователь капитан Чарльз Стюрт, который уже раскрыл тайну рек, впадающих во внутренние районы Нового Южного Уэльса, в процессе достигнув и назвав реку Дарлинг, пройдя всю длину реки Муррумбиджи и проследив течение реки Мюррей до моря. Стюарт оставался в Геодезическом департаменте до 1842 года, после чего работал в горах Лофти в качестве частного геодезиста. В 1844 году капитан Стюрт отправился в экспедицию в засушливые внутренние районы и взял Стюарта в качестве чертежника. Экспедиция Стюрта проникла дальше на север, чем любая предыдущая попытка, но дорогой ценой больших лишений. Вместо ожидаемого внутреннего моря исследователи обнаружили два из самых суровых засушливых районов Австралии: Каменистую пустыню Стюрта и пустыню Симпсон. После того, как его второй помощник Джеймс Пул умер от цинги, Стюрт назначил Стюарта на его место. Оба мужчины выжили и вернулись в Аделаиду, но сильно пострадали от цинги. Стюрт так и не оправился и вскоре вернулся в Англию; младший Стюарт не мог работать или путешествовать в течение года. Стюарт вернулся к своей профессии частного геодезиста, проводя все больше времени в отдаленных районах, и переехал в Порт-Линкольн на несколько лет, прежде чем снова переехать в Северные Флиндерс-Рейнджес, где он работал на состоятельных землевладельцев Уильяма Финка, Джеймса Чемберса и Джона Чемберса, занимаясь разведкой местности, поиском полезных ископаемых и обмером пастбищных угодий. Утверждается, что он был участником экспедиции Стивена Хэка в мае и июне 1857 года, искавшей пастбищные угодья к северу и западу от залива Стрики, а также частной экспедиции к озеру Гэрднер с Энтони Форстером (впоследствии ставшим редактором The Register) в 1858 году.

Первая экспедиция

14 мая 1858 года, при финансовой поддержке Уильяма Финка, Стюарт отправился в первую из шести крупных экспедиций. Его целью было найти минералы, землю, которую местные аборигены называли Уингилпинин, и новые пастбища на северо-западе Южной Австралии. Стюарт отправился со станции Джона Чемберса Оратунга, взяв с собой двух служащих Чемберса (белого по имени Форстер и молодого аборигена), полдюжины лошадей и запасы продовольствия на шесть недель, предоставленные Чемберсом, а также карманный компас и часы. Из хребтов Флиндерс Стюарт двинулся на запад, минуя южную околицу озера Торренс, затем на север вдоль западного берега озера Торренс. Он обнаружил изолированную цепочку полупостоянных водопоев, которую назвал Чеймберс-Крик (ныне известную как Стюарт-Крик). Впоследствии это место стало жизненно важным пунктом для экспедиций в засушливый центр континента. Продолжая путь на северо-запад, Стюарт достиг окрестностей Кубер-Педи (не подозревая о фантастически богатом месторождении опалов под его ногами), прежде чем нехватка провизии и отсутствие корма для лошадей вынудили его повернуть к морю, находившемуся в 500 километрах к югу. Тяжелое путешествие вдоль края Великой Викторианской пустыни привело Стюарта к Миллерс-Уотер (вблизи современной Седуны), а оттуда – обратно к цивилизации после четырех месяцев и 2400 километров пути. Эта экспедиция принесла Стюарту известность и награду Королевского географического общества – золотые часы.

Вторая экспедиция

Вскоре после возвращения из своей первой экспедиции Стюарт подал заявку на пасторальную аренду в Чеймберс-Крик. Будучи признанным первооткрывателем, он уже имел право на аренду, но стремился получить права на более обширную территорию. В качестве аргумента в процессе переговоров Стюарт предложил самостоятельно провести геодезические работы и в апреле 1859 года отправился с группой из трех человек и 15 лошадей. Это обеспечило ему твердую поддержку и доверие губернатора Южной Австралии Ричарда Грейвса Макдоннелла, который сам был заядлым исследователем. Завершив геодезию в Чеймберс-Крик, Стюарт вновь отправился на север, намереваясь достичь границы между Южной Австралией и будущей Северной территорией (в то время еще являвшейся частью Нового Южного Уэльса). Несмотря на достаточные запасы продовольствия и наличие воды, экспедиция повернула назад примерно в 100 километрах от границы из-за отсутствия подков для лошадей – жизненно важного предмета в этой засушливой, каменистой местности. Однако, что важно, Стюарт обнаружил еще один надежный источник воды для будущих попыток: "прекрасный источник", питаемый тогда еще неизвестным Большим Артезианским бассейном. Он писал:
"Я назвал это "Родником Надежды". Вода немного солоновата, не из-за соли, а из-за соды, и течет обильным потоком. Я пил воду и похуже: для меня она имеет первостепенное значение и обеспечивает возможность отступления. Я могу отсюда добраться до Аделаиды в любое время года и при любой погоде". Он вернулся в июле с отчетами о "чудесной стране" – поразительное описание территории, которая сегодня едва способна прокормить несколько голов скота.

Третья экспедиция

Примерно в это время в Австралии интерес к исследованиям достиг пика. Этому способствовало несколько факторов. В "метрополии" (как австралийцы по-прежнему называли Британию) общественное внимание было сосредоточено на поисках истоков Нила, а конкурирующие экспедиции Спика, Бертона и Бейкера боролись за честь открытия. Подобно внутренним районам Африки, внутренние области Австралии оставались неловким белым пятном на карте, и хотя давние мечты о плодородном внутреннем море угасли, существовало сильное желание пересечь континент. Это был зенит эпохи героических исследований. Кроме того, появился телеграф. Эта технология, изобретенная всего несколько десятилетий назад, быстро развивалась, и формировалась глобальная сеть подводных и наземных кабелей. Линия из Англии уже достигла Индии, и планировалось ее продление до крупных населенных пунктов Австралии в Виктории и Новом Южном Уэльсе. Несколько континентальных колоний соперничали за право разместить австралийский конечный пункт телеграфа: Западная Австралия и Новый Южный Уэльс предлагали длинные подводные кабели, а Южная Австралия – использовать кратчайший подводный кабель и вывести его на берег в северной части Австралии (Топ-Энд). Оттуда он должен был пройти по суше 3000 километров на юг до Аделаиды. Сложность была очевидна: предложенный маршрут был не только удаленным и (насколько известно европейским поселенцам) необитаемым, но и представлял собой просто огромное пустое пространство на карте. Примерно в то же время богатая и соперничающая колония Виктория готовила самую масштабную и щедро оснащенную экспедицию в истории Австралии – Викторианскую исследовательскую экспедицию под руководством Роберта О’Хары Берка. Правительство Южной Австралии предложило награду в размере 2000 фунтов стерлингов любому, кто сможет пересечь континент через центр и найти подходящий маршрут для телеграфа от Аделаиды до северного побережья. Друзья и спонсоры Стюарта, Джеймс и Джон Чемберс и Финк, попросили правительство выделить 1000 фунтов стерлингов на оснащение экспедиции под руководством Стюарта. Однако правительство Южной Австралии проигнорировало Стюарта и вместо этого спонсировало экспедицию под руководством Александра Толмера, которая потерпела полный провал, не сумев выйти за пределы освоенных территорий. Тем временем Стюарта одолевали другие проблемы. Некоторые земли, которые он заявил и обследовал в районе Чамберс-Крик во время своей второй поездки, на самом деле уже были исследованы и заняты людьми, привлеченными в этот район сообщениями о первой экспедиции Стюарта. Стюарту нужно было вернуться в Чамберс-Крик, чтобы повторно обследовать свои участки. Он покинул Аделаиду с небольшой группой в августе 1859 года. Обследовав свои собственные и несколько новых участков от имени своих спонсоров, Стюарт провел весну и лето, исследуя район к западу от озера Эйр, обнаружив несколько дополнительных артезианских источников. Работая в сильную летнюю жару, Стюарт испытывал проблемы со зрением из-за бликов, и после некоторого времени, довольствуясь половинным пайком, все, кроме одного из его людей, отказались покидать лагерь. С презрением Стюарт отправил их домой. Уильям Кеквик, его единственный оставшийся спутник, был известен своей стойкостью и оставался со Стюартом на протяжении всей его карьеры, обычно организуя базы снабжения, в то время как Стюарт занимался разведкой. Кеквик отправился на юг за провизией и людьми, вернувшись с 13 лошадьми и запасами на три месяца, но только с одним человеком – Бенджамином Хедом.

At around this time in Australia, exploration fever was reaching a peak. Several factors contributed. At "home" (as Australians still called Britain), public attention was focussed on the search for the source of the Nile, with the competing expeditions of Speke, Burton and Baker all contending for the honour of discovery. Like the interior of Africa, inland Australia remained an embarrassing blank area on the map and although the long held dreams of a fertile inland sea had faded, there was an intense desire to see the continent crossed. This was the apex of the age of heroic exploration. Additionally, there was the factor of the telegraph. Invented only a few decades earlier, the technology had matured rapidly and a global network of undersea and overland cables was taking shape. The line from England had already reached India and plans were being made to extend it to the major population centres of Australia in Victoria and New South Wales. Several of the mainland colonies were competing to host the Australian terminus of the telegraph: Western Australia and New South Wales proposed long undersea cables; South Australia proposed employing the shortest possible undersea cable and bringing the telegraph ashore in Australia's Top End. From there it would run overland for 3,000 kilometres south to Adelaide. The difficulty was obvious: the proposed route was not only remote and (so far as European settlers were concerned) uninhabited, it was simply a vast blank space on the map. At much the same time, the wealthy rival colony Victoria was preparing the biggest and most lavishly equipped expedition in Australia's history; the Victorian Exploring Expedition, to be led by Robert O'Hara Burke. The South Australian government offered a reward of £2,000 to any person able to cross the continent through the centre and discover a suitable route for the telegraph from Adelaide to the north coast. Stuart's friends and sponsors, James & John Chambers and Finke, asked the government to put up £1,000 to equip an expedition to be led by Stuart. The South Australian government, however, ignored Stuart and instead sponsored an expedition led by Alexander Tolmer, which failed miserably, failing to travel beyond the settled districts. Meanwhile, Stuart was entangled with other problems. Some of the land he had claimed and surveyed in the Chambers Creek district on his second trip had in fact already been explored and claimed by people attracted to the area by reports of Stuart's first trip. Stuart needed to return to Chambers Creek to re survey his claims. He left Adelaide with a small party in August 1859. Having surveyed his own claim and several new claims on behalf of his sponsors, Stuart spent the spring and summer exploring the area west of Lake Eyre, finding several more artesian springs. Working through the severe heat of summer, Stuart experienced trouble with his eyes because of the glare, and after some time enduring half rations, all but one of his men refused to leave camp. Contemptuously, Stuart sent them home. William Kekwick, his remaining companion, was reputed for his steadfastness and would stay with Stuart for the remainder of his career, usually organising the supply bases while Stuart scouted ahead. Kekwick went south for provisions and more men, returning with 13 horses, rations for three months, however only a single man; Benjamin Head.

Четвертая экспедиция

2 марта 1860 года трое мужчин покинули Чеймберс-Крик, стремясь найти центр Австралии. Как обычно, Стюарт путешествовал налегке, взяв с собой лишь то, что можно было перенести на нескольких вьючных лошадях. Секрет успешной экспедиции, по мнению Стюарта, заключался в быстром продвижении и избежании задержек и осложнений, неизбежно сопутствующих большому обозу. К тому времени, когда они достигли реки Нилс (недалеко от современной Ооднадатты), неожиданный дождь испортил большую часть их припасов, и они продолжили путь на половинном пайке – что оказалось тяжелым испытанием для Хэда, который начал путешествие крепким мужчиной и весил вдвое больше Стюарта. Воду находить становилось все труднее, и у них началась цинга. Правый глаз Стюарта слабел. Тем не менее, в начале апреля они обнаружили крупный водоток, который Стюарт назвал рекой Финк, и двинулись по нему на северо-запад, пересекая границу Южной Австралии и достигнув хребтов Макдоннелл, которые он назвал в честь сэра Ричарда Грейвса Макдоннелла, губернатора Южной Австралии, 12 апреля 1860 года. 22 апреля 1860 года, по расчетам Стюарта, отряд достиг центра континента. Стюарт писал:
"На расстоянии около двух миль к NNE возвышается высокая гора, которую я надеялся считать центром, но завтра я воздвигну на ней каменный конус, водружу там флаг и назову ее горой Стюрт в честь моего выдающегося и уважаемого командира экспедиции 1844 и 1845 годов, капитана Стюрта, в знак благодарности за ту доброту, которую я от него получил во время того путешествия". На самом деле, гора стала известна как Центральная гора Стюарт, в честь самого Стюарта, а не его наставника, и современные географы не считают ее истинным центром Австралии. Тем не менее, она сохраняет свою символическую значимость. Исследователи не смогли продвинуться дальше на север. Нехватка воды вынуждала их снова и снова возвращаться назад. У Стюарта цинга прогрессировала, Хэд похудел вдвое, и лишь Кеквик сохранил способность к тяжелой работе. Затем, 22 мая, пошел дождь. Благодаря тому, что вода стала доступна почти ежедневно, они смогли преодолеть значительное расстояние и к середине июня достигли пересохшего русла реки, которое Стюарт назвал Теннантс-Крик (ныне место расположения поселка Теннант-Крик). Самый сложный участок пути остался позади, и до побережья оставалось всего около 800 км. Однако дальнейшее продвижение казалось невозможным. Четырехдневная вылазка на северо-запад не дала никаких результатов, и им пришлось отступить. Дав лошадям неделю на отдых, они попытались двигаться строго на север. Они обнаружили еще один ручей (позже названный Атак-Крик), но их путь преградили густые заросли. В отличие от аборигенов, живущих южнее, народ Варрамунга защищал свою территорию от чужаков. 26 июня они совершили набег на лагерь исследователей. Один украл распилку для копыт (которую Стюарту удалось вернуть), другие бросали бумеранги в лошадей и поджигали траву вокруг лагеря. Стюарт, как и Стюрт (и в отличие от некоторых других австралийских исследователей), в целом хорошо ладил с аборигенами, с которыми встречался, но он не смог договориться с этой группой и посчитал дальнейшее продвижение небезопасным. В ту ночь, когда даже неутомимый Кеквик жаловался на слабость, исследователи отказались от попытки достичь северного побережья и с неохотой повернули на юг. До Аделаиды оставалось 2400 километров, у всех троих была цинга, запасы были на исходе, лошади были измождены, а местность высыхала. Тем не менее, отряд продолжал двигаться с привычным для Стюарта быстрым темпом. В августе они достигли безопасного Чеймберс-Крик. За несколько дней до этого, 20 августа 1860 года, более крупная экспедиция Берка и Уиллса наконец покинула Мельбурн. Стюарт достиг Аделаиды в октябре 1860 года. Хотя ему не удалось полностью пересечь континент, его достижение в определении центра было огромным и сравнимо с открытием Джоном Хэннингом Спеком истоков Нила. Стюарт решил задачу, которую он пытался решить вместе с капитаном Стюртом 15 лет назад – разгадать тайну центра великого австралийского континента. Он был награжден Медалью Патрона Королевского географического общества, став всего вторым человеком, удостоенным как Медали Патрона, так и золотых часов (другим был доктор Ливингстон). Позднее даже правительство Южной Австралии начало признавать способности Стюарта, и в его честь был устроен торжественный завтрак в "Уайтс Румс" в Аделаиде.

On 2 March 1860 the three men left Chambers Creek, aiming to find the centre of Australia. As always, Stuart travelled light, taking only as much as could be carried on a few pack horses. The secret to successful exploration, in Stuart's view, was to travel fast and avoid the delays and complications that always attend a large supply train. By the time they reached Neales River (near present day Oodnadatta) unexpected rain had ruined most of their stores and they continued on half rations – something that Head, who had started the trip as a big man and weighed twice as much as Stuart, found difficult to adjust to. Water became more and more difficult to find and scurvy began to set in. Stuart's right eye was failing. Nevertheless, they found a major watercourse in early April which Stuart named the Finke River, and followed it north west over the South Australian border to the MacDonnell Ranges, which he named after Sir Richard Graves MacDonnell, Governor of South Australia, on 12 April 1860. On 22 April 1860, according to Stuart's calculations, the party reached the centre of the continent. Stuart wrote:
There is a high mount about two miles to the NNE which I hoped would be in the centre but on it tomorrow I will raise a cone of stones and plant the Flag there and will name it Mount Sturt after my excellent and esteemed commander of the expedition in 1844 and 45, Captain Sturt, as a mark of gratitude for the great kindness I received from him during that journey. In fact the mountain became known as Central Mount Stuart after Stuart himself, not his mentor Sturt, and geographers no longer regard it as the true centre of Australia. Nevertheless, it retains its symbolic value. The explorers were unable to progress much further north. Lack of water forced them back again and again. Stuart's scurvy was growing worse, Head was now half his original weight, and only Kekwick remained capable of heavy work. Then, on 22 May, it rained. With water now available nearly every day, they made good mileage and by mid June were able to reach a riverbed which Stuart named Tennant's Creek (now the site of the township Tennant Creek). The worst of the country was now behind them and they were only about 800 km from the coast. From here, however, progress seemed impossible. A four day excursion to the north west found no water at all and they had to retreat. After giving the horses a week to recover, they tried heading due north. They found another creek (later named Attack Creek) but were blocked by heavy scrub. Unlike those further south, the Warramunga Aboriginal people defended their country from trespassers. On 26 June they raided the explorers' camp. One stole the shoeing rasp (which Stuart was able to recover); others threw boomerangs at the horses and set fire to the grass around the camp. Like Sturt (and unlike some of the other Australian explorers) Stuart generally got on well with the Aboriginal people he encountered but he was unable to negotiate with this group and considered it unsafe to continue. That night, with even the indefatigable Kekwick complaining of weakness, the explorers abandoned their attempt to reach the north coast and reluctantly turned south. It was 2,400 kilometres to Adelaide, all three men had scurvy, supplies were very short, the horses were in poor condition, and the country was drying out. Nevertheless, the party pressed on at Stuart's customary rapid pace. They reached the safety of Chambers Creek in August. A few days earlier, on 20 August 1860, the larger Burke and Wills expedition had finally left Melbourne. Stuart reached Adelaide in October 1860. Although he had narrowly failed to cross the continent, his achievement in determining the centre was immense, ranked with John Hanning Speke's discovery of the source of the Nile. Stuart had solved that which he attempted with Capt. Sturt 15 years earlier – the riddle of the nature of the centre of the great Australian continent. He was awarded the Royal Geographical Society's Patron's Medal – becoming only the second person to receive both the Patron's Medal and a gold watch (the other was Dr Livingstone). Belatedly, even the South Australian government started to recognise Stuart's abilities, and was honoured with a public breakfast at White's Rooms in Adelaide.

Пятая экспедиция

Джеймс Чемберс предложил план Стюарту и Кеквику вернуться на север с правительственной вооруженной охраной, чтобы преодолеть трудности в Атак-Крик. Правительство колебалось, обсуждая расходы, персонал и окончательный контроль над экспедицией, но в итоге согласилось выделить десять вооруженных людей и 2500 фунтов стерлингов, а также назначить Стюарта оперативным командующим. (Для сравнения, экспедиция Берка и Уиллса обошлась в 9000 фунтов стерлингов. Эта экспедиция уже достигла реки Дарлинг в северном Новом Южном Уэльсе.) Стюарт покинул Чеймберс-Крик 1 января 1861 года с дюжиной человек, 49 лошадьми и запасами на 30 недель. В Южной Австралии стояло самое жаркое время года, и это было наихудшее время для путешествия. Вскоре Стюарт был вынужден отправить обратно двух человек и пять самых слабых лошадей. Жара была невыносимой, и отряд часто задерживался, пока Стюарт искал корм и воду. 11 февраля они все еще находились в северной части Южной Австралии, в день, когда Берк и Уиллс достигли залива Карпентария. С большим трудом отряд Стюарта достиг хребта Макдоннелл, когда начались сильные дожди, позволившие им двигаться на север гораздо быстрее. 24 апреля 1861 года они достигли Атак-Крик и на этот раз не обнаружили никаких признаков враждебных племен, которые препятствовали предыдущей попытке. Примерно в то же время – и, конечно, неизвестно отряду Стюарта – Берк, Уиллс и Кинг достигли своего базового лагеря в Купер-Крик и обнаружили его заброшенным. Четвертый член их группы, Чарльз Грей, уже умер; Уиллс, а затем Берк погибли через несколько дней, оставив только Кинга, которого поддерживали местные аборигены. Стюарт все еще планировал двинуться на северо-запад к известному региону реки Виктория, который был нанесен на карту Августом Чарльзом Грегори в 1858 году. Оставив основной отряд на отдых, он возглавил несколько небольших групп в этом направлении, но продвижение было заблокировано густыми зарослями и полным отсутствием воды. После долгих усилий разведывательным группам удалось найти еще один водопой дальше на север, и Стюарт перевел основной отряд туда. В течение следующих двух недель Стюарт предпринял еще три попытки найти проходимый маршрут через равнины на северо-запад, но безуспешно. Наконец, он решил попробовать двигаться строго на север. Его усилия были вознаграждены открытием "великолепного водоема", широкого и длинного, который он назвал "Воды Ньюкасла" в честь его милости герцога Ньюкасла, секретаря по колониям. Еще пять недель отряд стоял лагерем у Ньюкасл-Уотерс, пока Стюарт пытался найти северо-западный путь к реке Виктория и, следовательно, к морю. Местные аборигены с подозрением относились к чужакам на своей земле, разжигая костры вокруг лагеря и пугая лошадей, и Кеквику пришлось выставить вооруженную стражу с приказом стрелять предупредительные выстрелы, когда они приближались. Запасы истощались, и как люди, так и лошади были в плохом состоянии. Наконец, 1 июля 1861 года, ровно через шесть месяцев после того, как они покинули Чеймберс-Крик, Стюарт приказал возвращаться. В относительно прохладную южную зиму они быстро продвигались, достигнув освоенных территорий Южной Австралии в сентябре. Узнав о пропаже Берка и Уиллса, Стюарт немедленно предложил присоединиться к их поискам. Однако первые спасательные отряды ушли некоторое время назад и вскоре вернулись с известием о том, что не менее семи членов самой большой и хорошо оснащенной экспедиции в истории Австралии погибли. Общественный интерес к исследованиям значительно угас. Хотя Стюарт уже возглавил пять экспедиций в засушливый центр Австралии и пересек почти весь континент, не потеряв ни одного человека, правительство Южной Австралии изначально не хотело поддерживать шестую попытку. Однако перспектива прокладки маршрута для наземной телеграфной линии стала важным фактором. Правительство в последний момент выделило 2000 фунтов стерлингов при условии, что Стюарт возьмет с собой ученого. Джеймс и Джон Чемберс вместе с Уильямом Финком остались основными частными спонсорами.

James Chambers put forward a plan for Stuart and Kekwick to return north with a government provided armed guard to see them past the difficulties at Attack Creek. The government prevaricated and quibbled about cost, personnel, and ultimate control of the expedition, but eventually agreed to contribute ten armed men and £2,500; and put Stuart in operational command. (In contrast, the Burke and Wills expedition had cost £9,000 to establish. That expedition had already reached the Darling River in northern New South Wales.) Stuart left Chambers Creek with a dozen men, 49 horses and rations for 30 weeks on 1 January 1861. It was high summer in South Australia and the worst possible time for travelling. Stuart was soon forced to send two men and the five weakest horses back. The heat was extreme and the party often delayed while Stuart searched for fodder and water. They were still in northern South Australia on 11 February, the day that Burke and Wills reached the Gulf of Carpentaria. With difficulty, Stuart's party had reached the MacDonnell Ranges when heavy rains came, allowing them to press on northwards at a much better pace. They reached Attack Creek on 24 April 1861, this time finding no sign of the hostile tribesmen that had blocked the last attempt. At about the same time – and unknown to Stuart's party, of course – Burke, Wills and King reached their base camp at Cooper Creek only to find it deserted. The fourth member of their party, Charles Gray, was already dead; Wills and then Burke perished within a few more days, leaving only King to be sustained by the kindness of the local Aboriginal people. Stuart still planned to march north west towards the known region of Victoria River, which had been mapped by Augustus Charles Gregory in 1858. Leaving the main expedition to rest, he led a series of small parties in that direction, but was blocked by thick scrub and a complete lack of water. After a great deal of effort, the scouting parties managed to find another watering point further north and Stuart moved the main body up. Over the next two weeks Stuart made three more attempts to find a practicable route over the plains to the north west, but without success. Finally, he decided to try heading due north. He was rewarded with the discovery of "a splendid sheet of water" wide and long which he named "Newcastle Water, after his Grace the Duke of Newcastle, Secretary for the Colonies". For five more weeks the party camped at Newcastle Waters while Stuart tried to find a north westward route to take them to Victoria River and thus the sea. The local Aboriginal people were wary of trespassers on their land, lighting fires around the camp and spooking the horses, and Kekwick had to mount an armed sentry with instructions to fire warning shots whenever they came near. Provisions were running short and both men and horses were in poor condition. Finally, on 1 July 1861, exactly six months after they had left Chambers Creek, Stuart ordered a return. In the relative cool of the southern winter, they travelled fast, reaching the settled regions of South Australia in September. When Stuart learned that Burke and Wills were missing he immediately offered to join the search for them. The first rescue teams had left some time earlier, however, and soon returned with the news that no less than 7 members of the largest and best equipped expedition in Australia's history had died. Public exploration mania had cooled considerably. Although Stuart had now led five expeditions into the arid centre of Australia and crossed all but the last few hundred miles of the continent without losing a man, the South Australian government was initially reluctant to back a sixth effort. However, the prospect of establishing a route for an overland telegraph line became a significant factor. The government finally provided £2,000 at the last minute on condition that Stuart took a scientist with him. James & John Chambers along with William Finke remained the principal private backers.

Характер и последние дни

По современным меркам Стюарт был физически небольшого роста и жилистого телосложения, но на самом деле он был среднего телосложения для западных европейцев того времени. У него была густая темная борода, а иногда он носил брюки из плотной ткани и старомодное длинное синее пальто с латунными пуговицами и шляпу из древесины капустного дерева. Он был способен выносить лишения и обладал несгибаемой решимостью, которая превосходила любые мысли о личном комфорте. Он не был особо общительным; у него были хорошие друзья, но он казался счастливее вдали от толпы. Он был масоном, принятый в ложу «Истина», Аделаида, № 649, 1 августа 1859 года, и оставался членом до самого возвращения в Англию. Другие источники указывают на его посвящение в ложу «Истина», Северная Аделаида, № 933, 5 апреля 1860 года. Многолетние тяжелые условия, в сочетании с недоеданием, цингой, трахомой и другими болезнями, привели к тому, что он практически ослеп, испытывал сильные боли и был в настолько плохом состоянии здоровья, что часть (900 км) обратного пути своей последней экспедиции (1861–1862) он провел, будучи перенесенным на носилках между двумя лошадьми. Он так и не смог восстановить здоровье. Он подготовил свои дневники к публикации и 23 апреля 1864 года отплыл на корабле «Инда» в Великобританию, первоначально чтобы навестить свою сестру в Шотландии. Он умер в Лондоне два года спустя и был похоронен на Кенсал-Гринском кладбище.