Введение

Болезнь, вызываемая O. tsutsugamushi

Кустарниковый тиф – это форма тифа, вызываемая внутриклеточным паразитом Orientia tsutsugamushi, грамотрицательной α-протеобактерией семейства Rickettsiaceae, впервые выделенной и идентифицированной в 1930 году в Японии. Хотя клинические проявления болезни схожи с другими формами тифа, ее возбудитель больше не относится к роду Rickettsia, наряду с классическими тифовыми бактериями, а к роду Orientia. Поэтому данное заболевание часто классифицируется отдельно от других тифов.

Признаки и симптомы

Признаки и симптомы включают лихорадку, головную боль, мышечную боль, кашель и симптомы со стороны желудочно-кишечного тракта. Более вирулентные штаммы O. tsutsugamushi могут вызывать кровоизлияния и внутрисосудистое свертывание крови. Типичными признаками являются морбилиформная сыпь, струп, спленомегалия и лимфаденопатии. Лейкопения и отклонения в печеночных пробах часто наблюдаются на ранней стадии заболевания. Пневмонит, энцефалит и миокардит развиваются на поздней стадии заболевания. В частности, установлено, что это наиболее частая причина синдрома острого энцефалита в штате Бихар, Индия.

Диагноз

В эндемичных районах диагноз обычно ставится только на основании клинических данных. Однако диагностика часто затруднена, поскольку клинические симптомы перекрываются с другими инфекционными заболеваниями, такими как лихорадка денге, брюшной тиф и лихорадка неясного генеза (ЛНГ). Выявление эшары является достаточно специфичным признаком кустарникового тифа, но оно может быть ненадежным у людей с темной кожей, а место эшары, обычно соответствующее месту укуса клеща, часто располагается в труднодоступных областях. Без целенаправленного поиска эшару легко пропустить. Анамнез укуса клеща часто отсутствует, так как укус безболезненный, а клещи слишком малы, чтобы их можно было увидеть невооруженным глазом. В отдаленных эндемичных районах кустарниковый тиф часто ошибочно диагностируется как ЛНГ, поскольку посев крови часто бывает отрицательным, но заболевание эффективно лечится хлорамфениколом. При наличии сомнений диагноз может быть подтвержден лабораторными исследованиями, например, серологическими тестами. Однако такие тесты часто недоступны в большинстве эндемичных районов, поскольку серологическое исследование не входит в стандартный комплекс обследований при ЛНГ, особенно в Мьянме (Бирме). Выбор лабораторного теста не является однозначным, и все существующие методы имеют свои ограничения. Самый дешевый и доступный серологический тест – тест Вейля-Феликса, но он известен своей ненадежностью. Наиболее точным методом является непрямая иммунофлуоресценция, однако основным ограничением является необходимость наличия флуоресцентного микроскопа, который редко доступен в условиях ограниченных ресурсов, где распространен кустарниковый тиф. Непрямая иммунопероксидаза, модификация стандартного метода ИФА, может использоваться со световым микроскопом, и результаты этих тестов сопоставимы с результатами ИФА. Существуют экспресс-тесты, дающие результат в течение часа, но их доступность сильно ограничена высокой стоимостью. У пациентов из эндемичных районов это также проблематично, поскольку антитела могут быть обнаружены у до 18% здоровых людей. Другие методы включают культивирование и полимеразную цепную реакцию, но они не являются рутинными, результаты не всегда коррелируют с серологическими тестами и могут быть искажены предшествующей антибиотикотерапией. Существующие методы диагностики были обобщены. Рифампицин и азитромицин являются альтернативными препаратами. Азитромицин является альтернативой для детей и беременных женщин с кустарниковым тифом, а также при подозрении на устойчивость к доксициклину. Ципрофлоксацин нельзя безопасно применять во время беременности, так как он связан с мертворождением и выкидышем. Комбинированная терапия доксициклином и рифампицином не рекомендуется из-за возможного антагонизма.

Вакцина

Никаких лицензированных вакцин нет. Ранняя попытка создать вакцину против кустарникового тифа была предпринята в Великобритании в 1937 году (при участии Фонда Велкома, который заразил около 300 000 хлопковых крыс в засекреченном проекте под названием "Операция Тайбёрн"), но вакцина не применялась. Первая известная партия вакцины против кустарникового тифа, фактически использованная для вакцинации людей, была отправлена в Индию для использования союзными сухопутными войсками Юго-Восточного Азиатского командования в июне 1945 года. К декабрю 1945 года было отправлено 268 000 кубических сантиметров. Вакцина производилась в лаборатории Велкома в Элли-Гранж, Франт, Сассекс. Попытка проверить эффективность вакцины с помощью контрольной группы, получавшей плацебо, была отклонена военными командирами, которые возражали против проведения эксперимента. В настоящее время признается огромное антигенное разнообразие штаммов Orientia tsutsugamushi, и иммунитет к одному штамму не обеспечивает иммунитет к другому. Любая вакцина против кустарникового тифа должна обеспечивать защиту от всех локально циркулирующих штаммов для достижения приемлемого уровня защиты. Вакцина, разработанная для одной местности, может оказаться неэффективной в другой из-за антигенного разнообразия. Эта сложность продолжает затруднять разработку эффективной вакцины. Дора Луш, австралийский бактериолог, умерла после случайного укола иглой, содержащей возбудителя кустарникового тифа, во время вакцинации мыши в рамках попытки разработать вакцину.

История

Во время Второй мировой войны среди войск в Бирме и Цейлоне произошли серьезные эпидемии этого заболевания. Несколько членов 5307-го сводного подразделения армии США (Merrill's Marauders) умерли от болезни, а также многие солдаты в Бирманском театре военных действий; и до 1944 года эффективные антибиотики или вакцины были недоступны. Вторая мировая война указывает на то, что заболевание эндемично для неразвитых районов всей Океании в Тихоокеанском регионе, хотя военные записи часто не содержат точных диагнозов, и многие случаи эвакуации из-за "высокой температуры", вероятно, были вызваны другими тропическими болезнями. В главе под названием "Зеленая война" биограф генерала МакАртура, Уильям Манчестер, отмечает, что это заболевание было одним из многих изнуряющих недугов, поражавших обе стороны на Новой Гвинее в кровопролитных и ожесточенных битвах за Кокоду на крайне пересеченной местности в тяжелейших условиях – продолжавшихся в течение шести месяцев вдоль Кокодской тропы в 1942–43 годах. Он упоминает, что для эвакуации в госпиталь солдатам союзников (которые сменялись) требовалось иметь высокую температуру, и что число заболевших превышало число раненых в бою в соотношении 5:1. О первом случае скрупного тифа в Чили сообщалось в 2006 году. Вероятнее всего, это связано с недостаточной диагностикой и неполной отчетностью, а не с недавним распространением заболевания в Чили. В январе 2020 года заболевание было впервые зарегистрировано в самом южном регионе Чили.