Введение

Иконы и символы в христианстве

Религиозные образы в христианской теологии играют роль в литургической и набожной жизни последователей определенных христианских конфессий. Использование религиозных изображений часто было предметом споров в истории христианства. Опасение идолопоклонства является движущей силой различных традиций аниконизма в христианстве. В ранней Церкви христиане использовали символ Ихтиса (рыбы) для идентификации христианских мест поклонения и христианских домов. Синод в Эльвире (306–312 гг. н.э.) «запретил выставлять изображения в церквях». Однако, начиная с III века н.э., изображения использовались в христианском богослужении в некоторых частях христианского мира, хотя некоторые древние Церкви, такие как Церковь Востока, по-видимому, имеют давние традиции не использовать изображения. Тем не менее, существуют литературные и археологические свидетельства раннего присутствия изображений в традиции Церкви Востока. Определенные периоды христианской истории характеризовались сторонниками аниконизма, начиная с движения византийского иконоборчества, в котором восточные православные и византийские императоры Михаил II и Феофил «запретили почитание икон и активно преследовали их сторонников». Позднее, во время «Иконоборческой ярости», кальвинисты удаляли статуи и священное искусство из церквей, принявших реформатскую веру. Церковный отец Иоанн Дамаскин утверждал, что «принятие Богом человеческой природы освятило человеческий образ, отметив, что человечество Христа образует образ Бога; следовательно, художники могли использовать человеческие образы для изображения воплощенного Слова, а также святых». Таким образом, религиозные изображения сегодня, в форме статуй, в основном ассоциируются с римско-католической и лютеранской традициями. Двумерные иконы широко используются и чаще всего связаны с частями восточного христианства, хотя их также используют католики, лютеране и, все чаще, англиканцы. С 1800-х годов набожное искусство стало очень распространенным в христианских домах, как протестантских, так и католических, часто включая настенные кресты, вышитые стихи из христианской Библии, а также изображения Иисуса. В западном христианстве верующие обычно имеют домашний алтарь, в то время как в жилищах причастников восточных христианских Церквей часто есть иконовый угол. Культовый образ – это созданный человеком предмет, который почитается или которому поклоняются как воплощению или представлению божества, человека или духа. Он также спорно и пренебрежительно используется некоторыми протестантами, особенно некоторыми анабаптистами и реформированными христианами, для описания восточно-православной (и в меньшей степени католической) практики поклонения христианскому Богу через использование икон, обвинение, которое эти христиане отвергают. В аналогичном спорном смысле эти протестанты также используют его, чтобы пренебрежительно описать различные католические набожные практики, такие как скрупулы и почитание статуй и плоских изображений Девы Марии и других святых, которые католики не считают идолопоклонством.

Еврейское происхождение

Идолопоклонство запрещено многими стихами Ветхого Завета, но нет единого отрывка, который бы чётко определял идолопоклонство. Скорее, существует ряд заповедей на эту тему, разбросанных по книгам Еврейской Библии, некоторые из которых были написаны в разные исторические периоды в ответ на различные проблемы. Идолопоклонство в Еврейской Библии определяется как поклонение идолам (или изображениям), поклонение политеистическим богам посредством идолов (или изображений) и даже использование идолов в поклонении Яхве (Богу). Израильтяне использовали различные изображения в связи со своим богослужением, включая вырезанных херувимов на ковчеге завета (Исход 25:18-22 (NKJV)), которые Бог повелел Моисею сделать, и вышитые изображения херувимов на завесе, отделявшей Святое Святых в скинии (Исход 26:31 (NKJV)). Аналогично, Нехуштан, который Бог повелел Моисею сделать и поднимать высоко для исцеления израильтян от змеиных укусов при взгляде на него, является предписанным Богом использованием изображения. Однако, в рамках более поздней религиозной реформы, Езекия уничтожил медного змея, которому еврейский народ стал приносить благовония (Царств 18:4).

Новый Завет

Ненависть иудаизма к тому, что они воспринимали как идолопоклонство, была унаследована еврейским христианством. Хотя Иисус в Нагорной проповеди обсуждал Моисеев закон, Он не касается вопросов, касающихся смысла заповеди против идолопоклонства. Однако Его учения утверждают, что поклонение должно быть направлено только к Богу (Матфея 4:10, которая сама является цитатой из Второзакония 6:13, см. также Shema in Christianity, Great Commandment, and Ministry of Jesus). В Посланиях Павла содержится несколько увещаний "бежать от идолопоклонства" (, , , , , ,). Павел из Тарса, согласившийся с Апостольским указом, также писал, что это было разрешено, если произносится благословение над [мясом] и если это не вызывает соблазна. Однако он утверждал, что боги, которым поклонялись в идолопоклонстве, по его убеждению, суть демоны, и любое прямое участие в их поклонении оставалось запрещенным (1 Коринфянам 10:14–22). См. также Закон Христа. В Новом Завете термин "идолопоклонство" также используется для обозначения привязанности к вещам, подобной страсти, например, к богатству, как в Колоссянам 3:5: "Умертвите, потому, ваши земные члены: блуд, нечистоту, похоть, злые желания и жадность, которая есть идолопоклонство". Некоторые христианские богословы считают абсолютизацию идеи идолопоклонством. Следовательно, чрезмерное внимание к определенным аспектам христианства в ущерб другим было бы идолопоклонством. Новый Завет содержит зачатки аргумента, который служит основанием для религиозных изображений или икон. Иисус был видим, и ортодоксальное христианское учение утверждает, что Иисус есть воплощенный Бог (YHWH). В Евангелии от Иоанна Иисус сказал, что, поскольку Его ученики видели Его, они видели Бога Отца (Евангелие от Иоанна 14:7–9). Павел из Тарса назвал Иисуса "образом Бога невидимого" (Колоссянам 1:15). Теологи, такие как Иоанн Дамаскин, утверждали, что связь между воплощением Иисуса и использованием изображений настолько сильна, что отвергать или запрещать использование изображений равносильно отрицанию воплощения Иисуса. Раннее христианство росло в обществе, где религиозные изображения, обычно в виде статуй – больших в храмах и маленьких, таких как лары и пенаты в домах, – были заметной чертой традиционных языческих религий, таких как традиционная древнеримская религия, древнегреческая религия и другие формы восточного язычества. Многие отцы Церкви в своих писаниях решительно осуждают эти практики, которые, по-видимому, включали прямое идолопоклонство. Однако статуи на светских зданиях могли служить выражением светской власти в различные периоды христианства, без каких-либо последствий идолопоклонства.

Использование икон и символов в христианском поклонении

Раннее христианское искусство использовало преимущественно символические и аллегорические изображения, отчасти, несомненно, чтобы избежать привлечения внимания во время преследований ранних христиан в Римской империи. В катакомбах Рима Иисус был представлен косвенно пиктографическими символами, такими как Ихтис (рыба), павлин, Агнец Божий или якорь (Лабарум или Чи-Ро возникли позднее). Впоследствии стали использоваться персонифицированные символы, включая Иону, чьи три дня в чреве кита предвосхищали промежуток между смертью Христа и Его Воскресением, Даниила в львином рву или Орфея, умиротворяющего животных. Наиболее распространенным из этих образов было изображение "Доброго Пастыря" – безбородого юноши в пасторальных сценах, собирающего овец, которое, вероятно, не понималось как портрет исторического Иисуса. Изображения Иисуса, начиная с III века, включали черты, близкие к традиционному образу – удлиненное лицо и длинные прямые волосы. С ростом Церкви и ее популярности возникла необходимость обучать неграмотных новообращенных с помощью изображений, повествующих о библейских историях, а также образов святых, ангелов, пророков и Креста (хотя он изображался лишь в украшенном драгоценностями, прославленном виде). После прекращения преследований и принятия христианства Константином были построены большие церкви, которые с самого начала украшались сложными изображениями Иисуса и святых в мозаике. Небольшие рельефы также находили на саркофагах, например, на саркофаге Юния Басса. Однако масштабная монументальная скульптура религиозного содержания не создавалась, и в византийском и восточном православном искусстве ее избегают и по сей день. Она вновь появилась лишь в каролингском искусстве, среди народов, не сохранивших памяти о языческих религиозных статуях. Сцены Ветхого Завета встречаются в еврейских катакомбах того же периода, а также на сильно расписанных стенах синагоги Дура-Европос в Сирии. Католические и православные историки, основываясь на этих археологических находках в катакомбах, утверждают, что почитание икон и реликвий началось задолго до правления Константина I. Христианское использование реликвий также восходит к катакомбам, когда христиане молились у тел мучеников, а иногда использовали их гробницы в качестве алтарей для совершения Евхаристии, которая была, и в католицизме, лютеранстве и восточном православии является центральным актом христианского богослужения. Многие рассказы о ранних мучениках заканчиваются описанием того, как христиане собирали останки мученика, насколько это было возможно, чтобы сохранить его мощи. Это подтверждается письменным свидетельством о мученичестве святого Поликарпа, личного ученика святого Иоанна Богослова. В истории Церкви происходили значительные периоды иконоборчества (преднамеренного уничтожения икон), первым крупным всплеском которого стало византийское иконоборчество (730–787 гг.), вызванное строгим буквальным толкованием второй заповеди и взаимодействием с мусульманами, придерживающимися строгих запретов на создание изображений. Иконоборчество было официально осуждено Западной и Восточной Церквями на Втором Никейском соборе в 787 году (Западная Церковь не была представлена, но позже одобрила его постановления). Это решение основывалось на аргументах, в том числе на том, что библейская заповедь, запрещающая изображения Бога, была обусловлена тем, что никто не видел Бога. Но благодаря воплощению Иисуса, Бога, явившегося в видимой материи, человечество теперь увидело Бога. Поэтому утверждалось, что они изображают не невидимого Бога, а Бога, как Он явился во плоти. Фома Аквинский писал (Сумма теологии, III, 25, 3), но "не оказывается почтения образу Христа как таковому, например, вырезанному или написанному дереву, ибо почтение причитается лишь разумному существу". В случае изображения святого поклонение не будет латрией, а скорее дулией, в то время как Пресвятая Дева Мария удостаивается гипердулии. Поклонение любого типа – латрия, гипердулия или дулия – может рассматриваться как осуществляемое через икону, изображение или статую: "Честь, воздаваемая образу, переходит к оригиналу" (святой Иоанн Дамаскин в Сумме). Адриан Фортескю суммирует учение Церкви: "Мы должны оказывать мощам, распятиям и святым изображениям относительное почитание, поскольку они связаны с Христом и Его святыми и являются их памятью. Мы не молимся мощам или изображениям, ибо они не могут видеть, слышать или помогать нам". Говоря о последствиях идолопоклонства, Бенедикт XVI говорит: "Поклонение идолу, вместо того чтобы открывать человеческое сердце для Другого, для освобождающих отношений, позволяющих человеку выйти из узкого пространства своего эгоизма и войти в измерение любви и взаимной отдачи, заключает человека в исключительный и отчаянный круг самоискания".

Кальвинизм

Иоанн Кальвин, родоначальник реформистской традиции христианства, оказавшей влияние на континентальные реформистские, конгрегационалистские, англиканские и пресвитерианские традиции, всегда был крайне враждебен любым публично демонстрируемым религиозным изображениям, которые систематически уничтожались кальвинистами, как, например, во время Иконоборчества в Нидерландах. К концу XVI века возникли споры между лютеранами и кальвинистами, при этом лютеране оказывали сильное сопротивление кальвинистскому иконоборчеству. Хотя обе группы не возражали против иллюстраций в книгах или гравюр библейских событий, а также портретов реформаторов, производство масштабного религиозного искусства практически прекратилось в протестантских регионах примерно после 1540 года, и художники переключились на светские сюжеты, что иронично часто включало в себя возрождение классической мифологии. Самые ранние катехизисы реформистского (кальвинистского) христианства, написанные в XVI–XVIII веках, включая Гейдельбергский (1563), Вестминстерский (1647) и Фишерский (1765), содержали обсуждения в формате вопросов и ответов, подробно разъясняющие, как создание изображений Бога (включая Иисуса) противоречило их пониманию запрета Второй заповеди на создание изображений для поклонения в любой форме. В XX веке кальвинистский богослов Дж. И. Пакер в 4-й главе своей книги «Познание Бога» пишет: «Представление Бога в уме может быть таким же серьезным нарушением второй заповеди, как и представление Его руками». Его основная обеспокоенность заключается в том, что «ум, увлеченный изображениями, – это ум, который еще не научился любить и внимать Слову Божьему». Иными словами, создание изображений опирается на человеческие источники, а не на божественное откровение. Другой типичный христианский аргумент в пользу этой позиции заключается в том, что Бог воплотился в человеке, а не в предмете из дерева, камня или холста, и поэтому единственное богоугодное служение изображениям – это служение другим людям. В период конфликтов архиепископа Уильяма Лауда с пуританами в Англиканской церкви использование ритуальных предметов, предписанных Книгой общих молитв, часто становилось причиной разногласий. (См. спор об облачениях).

Неиспользование Амишами

Амиши — это христианская группа анабаптистов, запрещающая использование изображений в повседневной жизни. В своих критических замечаниях они утверждают, что подобные практики по сути не отличаются от идолопоклонства и ограничивают, конкретизируют Бога, который, по их мнению, превосходит любое человеческое представление.