Джон Банвилль: Жизнь и творчество писателя.

Введение

Ирландский писатель, также пишет как Бенджамин Блэк (родился в 1945 году).

Банвилл получил образование в CBS Primary, Wexford, школе братьев-христиан, и в колледже Святого Петра, Вексфорд. Несмотря на то, что он намеревался стать художником и архитектором, он не поступил в университет. Банвилл описал это как «серьезную ошибку. Я должен был пойти. Я сожалею, что не прожил эти четыре года, напиваясь и влюбляясь. Но я хотел уйти от семьи. Я хотел свободы». В качестве альтернативы он утверждал, что университет принес бы ему мало пользы: «Не думаю, что я узнал бы что-то новое, и не думаю, что у меня хватило бы смелости взяться за те вещи, которыми я занимался как молодой писатель, если бы я учился в университете – меня бы сломили мои преподаватели». После школы Банвилл работал клерком в Aer Lingus, что позволяло ему путешествовать по значительно сниженным тарифам. Он воспользовался этими тарифами, чтобы поехать в Грецию и Италию. По возвращении в Ирландию он стал субредактором в The Irish Press, в конечном итоге став главным субредактором. Перед тем, как The Irish Press прекратила свое существование в 1995 году, Банвилл стал субредактором в The Irish Times. В 1998 году он был назначен литературным редактором. The Irish Times также столкнулась с финансовыми трудностями, и Банвиллу предложили выбор между пакетом выходного пособия или работой в качестве субредактора отдела новостей. Он ушел. У Банвилла есть два сына от брака с американской художницей по текстилю Джанет Данэм, с которой он познакомился в Соединенных Штатах в 1960-х годах. На вопрос в 2012 году о распаде этого брака, Банвилл сразу же сосредоточился на том, как это повлияло на его детей: «Это было тяжело для них», – сказал он. В 1980-х годах, будучи неизвестным писателем, он посещал книжные магазины Дублина – «а тогда их было много» – примерно во время публикации его романа «Кеплер», – «и ни в одном из них не было ни одной моей книги». Но, как он отметил в 2012 году, «я не расстроился, потому что писал те книги, которые хотел написать. И винить в отсутствии заработка мог только себя, это ничья вина. Никто не был обязан покупать мои книги». Он понял, что, как и он, ученые пытаются навести порядок в своей работе. Он с теплотой вспоминал Джона МакГерна, который потерял работу из-за осуждения со стороны работодателя и католической церкви за близкие отношения с иностранкой. Во время книжного тура по США в марте 2006 года Банвиллу поступил телефонный звонок: «Боюсь, у меня плохие новости. Джон Банвилл умер». Однако Банвилл знал, что МакГерн был болен, и, проверив, что тот все еще жив, пришел к выводу, что умер сам МакГерн. Так оно и было. Он написал описание картины Караваджо 1602 года «Взятие Христа» для книги «Линии зрения», выпущенной в 2014 году в ознаменование 150-летия Национальной галереи Ирландии. Он внес свой вклад в книгу «Сыновья и отцы», опубликованную в 2015 году для сбора средств на усилия Ирландского фонда хосписа по оказанию помощи неизлечимо больным пациентам на дому.

Banville was educated at CBS Primary, Wexford, a Christian Brothers school, and at St Peter's College, Wexford. Despite having intended to be a painter and an architect, he did not attend university. Banville has described this as "A great mistake. I should have gone. I regret not taking that four years of getting drunk and falling in love. But I wanted to get away from my family. I wanted to be free." Alternately he has stated that college would have had little benefit for him: "I don't think I would have learned much more, and I don't think I would have had the nerve to tackle some of the things I tackled as a young writer if I had been to university – I would have been beaten into submission by my lecturers." After school, Banville worked as a clerk at Aer Lingus, which allowed him to travel at deeply discounted rates. He took advantage of these rates to travel to Greece and Italy. On his return to Ireland, he became a sub editor at The Irish Press, eventually becoming chief sub editor. before The Irish Press collapsed in 1995, Banville became a sub editor at The Irish Times. He was appointed literary editor in 1998. The Irish Times, too, endured financial troubles, and Banville was offered the choice of taking a redundancy package or working as a features department sub editor. He left. Banville has two sons from a marriage to the American textile artist Janet Dunham, whom he met in the United States during the 1960s. Asked in 2012 about the breakdown of that marriage, Banville's immediate thoughts focused on the effect it had on his children; "It was hard on them", he said. As an unknown writer in the 1980s, he toured Dublin's bookshops — "and we had a lot of bookshops back then" — around the time of the publication of his novel Kepler "and there wasn't a single one of any of my books anywhere". But, he noted in 2012, "I didn't feel badly about it because I was writing the kinds of books I wanted to write. And I had no one but myself to blame if I wasn't making money, that wasn't anybody's fault. Nobody was obliged to buy my books". He realised that, like him, scientists were trying to impose order in their work. He wrote fondly of John McGahern, who lost his job amid condemnation by his workplace and the Catholic Church for becoming intimately involved with a foreign woman. While on a book tour of the United States in March 2006, Banville received a telephone call: "I have bad news, I'm afraid. John Banville is dead". However, Banville was aware that McGahern had been unwell and, having performed the necessary checks to ensure that he was still alive, concluded that it was McGahern who was dead instead. And it was. He wrote an account of Caravaggio's 1602 painting The Taking of Christ for the book Lines of Vision, released in 2014 to mark the 150th anniversary of the National Gallery of Ireland. He contributed to Sons+Fathers, a book published in 2015 to provide funds for the Irish Hospice Foundation's efforts to give care to terminally ill patients within their own homes.

Криминальная фантастика

Начиная с «Кристин Фолс», опубликованной в 2006 году, Банвилл пишет криминальные романы под псевдонимом Бенджамин Блэк. Он пишет свои романы о Бенджамине Блэке гораздо быстрее, чем создает свои литературные произведения. Он рассматривает свою работу под псевдонимом как ремесло, а себя как Банвилла – как художника. Он считает криминальную литературу, по его собственным словам, «дешевой прозой». Главный герой серии романов о Кирке – дублинский патологоанатом. Первые три романа – «Кристин Фолс» (2006), «Серебряный лебедь» (2007) и «Элегия за апрель» (2011) – были экранизированы в криминальный телесериал «Кирк». Другие романы серии о Кирке, написанные под псевдонимом Бенджамин Блэк, – «Смерть летом» (2011), «Возмездие» (2012), «Священный сан» (2013) и «Даже мертвые» (2016). Еще два романа о Кирке были опубликованы под его настоящим именем: «Апрель в Испании» (2021) и «Замкнутое пространство» (2023). Другие связанные книги: «Снег» (2020), с инспектором-детективом Сент-Джоном Страффордом, который также появляется в «Апреле в Испании», был опубликован под его именем, как и «Утонувший» (2024). Другие криминальные романы, написанные под псевдонимом Бенджамин Блэк, – «Лемур» (2008), «Черноглазая блондинка» (2014), «Пражские ночи» (2017) и «Тайные гости» (2020).

Стиль

Банвилл крайне резко критикует все свои работы, говоря о своих книгах: "Я ненавижу их все, презираю их. Они все – постоянный позор". "Иногда, в середине дня, если я чувствую себя немного сонным, Блэк как бы наклоняется через плечо Банвиллу и начинает писать. Или Банвилл наклоняется к Блэку и говорит: "О, это интересное предложение, давай поиграем с ним". Я вижу, пересматривая работу, моменты, когда одна сторона проникала в другую или обе стороны смешивались друг с другом". Его типичный рабочий день начинается с поездки из дома в Дублине в офис у реки. Он пишет с 9 утра до обеда. Затем он обедает хлебом, сыром и чаем и продолжает работать до 6 вечера, после чего возвращается домой. Он известен своим мрачным юмором и острым, зимним остроумием. Его называют "наследником Пруста, через Набокова". Дон ДеЛилло описывает работы Банвилла как "опасную и ясную прозу", Дэвид Мехеган из The Boston Globe называет его "одним из величайших стилистов, пишущих на английском языке сегодня", Вал Нолан в The Sunday Business Post характеризует его стиль как "лиричный, педантичный и временами забавный"; The Observer описал "Книгу свидетельств" как "безупречно текущую прозу, лиризм, аристократическую иронию и мучительное чувство потери, напоминающие "Лолиту"". Джерри Дьюкс, рецензируя "Море" в "Irish Independent", назвал Банвилла "владыкой языка". Майкл Росс заявил, что Банвилл – "возможно, единственный живущий писатель, способный продвинуть художественную литературу за пределы того, чего достиг Беккет". Банвилл сказал, что он "пытается соединить поэзию и прозу в новую форму". Банвилл признался, что в юности подражал Джеймсу Джойсу: "После того, как я прочитал "Дублинцев" и был поражен тем, как Джойс писал о реальной жизни, я сразу же начал писать плохие имитации "Дублинцев"". Между тем, в интервью 2012 года Ноа Чарни Банвилл назвал У.Б. Йейтса и Генри Джеймса двумя главными влияниями на его творчество. Отвечая на предложение о том, что Фёдор Достоевский и Альбер Камю достойны сравнения, Банвилл сказал: "Достоевский – настолько плохой писатель, что его трудно воспринимать всерьез. То же самое можно сказать и о Камю". Банвилл написал предисловие к пятидесятилетнему юбилею творчества Эдны О'Брайен, "Объект любви: избранные рассказы", восхваляя ее как "одного из самых утонченных писателей, работающих сегодня" и отмечая, что "трудно представить современного писателя, который мог бы сравниться с сочетанием [О'Брайен] непосредственности и чуткого воспоминания". Он отметил, насколько "выразительны" персонажи О'Брайен, и признал, что все они "в той или иной степени искалечены миром, и особенно миром мужчин". Банвилл заключил, что О'Брайен – "просто один из лучших писателей нашего времени". Банвилл посвятил себя написанию сценария для экранизации романа Элизабет Боуэн "Последний сентябрь". Позже Банвилл написал предисловие к ее сборнику рассказов. Будучи близок к литературному редактору Кэролайн Уолш, Банвилл рассказал о своем отчаянии, узнав о ее смерти. Он посвятил "Древний свет" ей. Также Банвилл был близок к Эйлин Баттерсби, на похоронах которой он был тронут до слез, читая стихотворение в ее память.

Banville is highly scathing of all of his work, stating of his books: "I hate them all I loathe them. They're all a standing embarrassment." "Sometimes, in the middle of the afternoon if I'm feeling a little bit sleepy, Black will sort of lean in over Banville's shoulder and start writing. Or Banville will lean over Black's shoulder and say, "Oh that's an interesting sentence, let's play with that." I can see sometimes, revising the work, the points at which one crept in or the two sides seeped into each other". His typical writing day begins with a drive from his home in Dublin to his office by the river. He writes from 9 a. m. until lunch. He then dines on bread, cheese and tea and resumes working until 6 p. m., at which time he returns home. He is known for his dark humour, and sharp, wintery wit. He has been described as "the heir to Proust, via Nabokov". Don DeLillo describes Banville's work as "dangerous and clear running prose", David Mehegan of The Boston Globe calls him "one of the great stylists writing in English today", Val Nolan in The Sunday Business Post calls his style "lyrical, fastidious, and occasionally hilarious"; The Observer described The Book of Evidence as "flawlessly flowing prose whose lyricism, patrician irony and aching sense of loss are reminiscent of Lolita." Gerry Dukes, reviewing The Sea in the Irish Independent, hailed Banville as a "lord of language". Michael Ross has stated that Banville is "perhaps the only living writer capable of advancing fiction beyond the point reached by Beckett". Banville has said that he is "trying to blend poetry and fiction into some new form". Banville has said that he imitated James Joyce as a boy: "After I'd read The Dubliners, and was struck at the way Joyce wrote about real life, I immediately started writing bad imitations of The Dubliners." Meanwhile, in a 2012 interview with Noah Charney, Banville cited W. B. Yeats and Henry James as the two real influences on his work. Responding to the suggestion that Fyodor Dostoevsky and Albert Camus were worthy comparisons, Banville said: "Dostoyevsky is such a bad writer it is hard to take him seriously Ditto Camus". Banville contributed the introduction to the fifty year retrospective of Edna O'Brien's work, The Love Object: Selected Stories, praising her as "one of the most sophisticated writers now at work" and noting how it was "hard to think of any contemporary writer who could match [O'Brien's] combination of immediacy and sympathetic recall". He noted how "striking" is the figuring of O'Brien's characters and acknowledged that all her characters "are in some way damaged by the world, and specifically by the world of men". Banville concluded by describing O'Brien as "simply one of the finest writers of our time". Banville dedicated himself to the task of writing the screenplay for an adaptation of Elizabeth Bowen's novel The Last September. Banville later wrote the introduction for her Collected Stories. Close to the literary editor Caroline Walsh, Banville spoke of his devastation upon learning of her death. He dedicated Ancient Light to her. Likewise, Banville was close to Eileen Battersby, at whose funeral he was moved to tears whilst reciting a poem in her memory.

Преступление и наказание

В 2012 году, беседуя с Ниам Хоран, Банвилл поделился своими размышлениями о боли и ответственности: «Причинять боль другим людям – это худшее, что можно сделать. Сама по себе боль – это уже достаточно плохо, но причинять боль другим – непростительно. Абсолютно непростительно. В буквальном смысле непростительно. Я думаю, что человек должен нести ответственность за свою жизнь и за свои плохие поступки, равно как и за хорошие. Нужно, как я говорю, быть ответственным. Неудача в искусстве, неудача в зарабатывании на жизнь или успех – ничто из этого не сравнится, все меркнет перед причинением боли другим людям, потому что, знаете, мы живем так недолго, а сама жизнь так трудна, что у нас есть обязанность стараться быть достойными по отношению к другим». 21 августа 2017 года в дневном эфире программы Liveline на RTÉ Radio 1 обсуждался доклад об использовании Тринити-колледжем Дублина 100 000 животных для научных исследований за предыдущие четыре года, когда один из слушателей отметил, что Банвилл уже поднимал этот вопрос, но его проигнорировали. Банвилл лично позвонил в Liveline, чтобы назвать эту практику «совершенно возмутительной», и рассказал, как наткнулся на группу протестующих женщин. На вопрос, получил ли он какую-либо поддержку своей позиции, выраженной в письме, отправленном в The Irish Times, он ответил: «Нет. Я был совершенно разочарован и подумал: «Просто замолчи, Джон. Не вмешивайся, потому что я ничего не добьюсь». Если бы я мог что-то изменить, я бы продолжил. Я имею в виду, я привлек Джона Коэтзи, знаете, знаменитого романиста, Дж. М. Коэтзи, и он написал письмо в The Irish Times. Я обратился ко многим людям. Странно, но я попросил одного международного активиста по защите прав животных – нет, скорее, противником вивисекции – внести свой вклад, но он сказал, что на самом деле не против вивисекции, что мне кажется весьма странной позицией». Для Банвилла это было редким проявлением активности такого рода, раскрывающим публике другую сторону его личности, как он признал, когда ведущий спросил, были ли у него прецеденты протестов против подобных занятий, как, например, кровавые виды спорта: «Я не использую свой публичный голос для протестов. Просто в этот раз мне показалось, что можно что-то сделать. Единственный эффект, который я заметил, заключается в том, что в следующем году было проведено примерно в два раза больше экспериментов. Такова сила интеллектуального протеста». Когда речь зашла об употреблении мяса, Банвилл ответил: «Я не ем».

Speaking to Niamh Horan in 2012, Banville related his thoughts on hurt and responsibility: "To hurt other people is the worst thing you can do. To be hurt oneself is bad enough, but hurting other people is unforgivable Unforgivable. Literally unforgivable. I think that one has to take responsibility for one's life and one has to take responsibility for one's bad deeds as well as one's good deeds. One has to, as I say, be responsible Failure in art, or failure in making a living, or a success — none of them compares, everything pales beside hurting other people, because, you know, we are here for such a short time and basic life itself is so hard one has a duty to try to be decent to other people". On 21 August 2017, the RTÉ Radio 1 weekday afternoon show Liveline was discussing a report on Trinity College Dublin's use of 100,000 animals to conduct scientific research over the previous four years when a listener pointed out that Banville had previously raised the matter but been ignored. Banville personally telephoned Liveline to call the practice "absolutely disgraceful" and told the tale of how he had come upon some women protesting: Asked if he received any other support for his stance in the letter he sent to The Irish Times, he replied: "No I became entirely dispirited and I thought, 'Just shut up, John. Stay out of it because I'm not going to do any good'. If I had done any good I would have kept it on. I mean, I got John Coetzee, you know, the famous novelist, J. M. Coetzee, I got him to write a letter to The Irish Times. I asked a lot of people. Oddly, I asked uh, uh, well I won't say who it was, but I asked an international anti vivisection person, well no, an international animal rights person, to contribute, but he said that he wasn't actually against vivisection, which seems to me a very peculiar stance to take". This for Banville was a rare intervention of its kind, revealing to the public a different side — as he acknowledged when the presenter asked him if he had a history of objecting to activities such as blood sport: "I don't use my public voice to make protests. It was just on this one occasion it seemed that something could be done. The only effect it has had, as far as I can see, is that the following year there were about twice as many experiments. So much for the intellectual raising his voice in protest". When the subject of eating meat was raised, Banville responded: "I don't".

Букеровская премия

В 1981 году Бэнвилл написал письмо в The Guardian, предлагая вручить ему Букеровскую премию, поскольку он был "в списке претендентов, уступая лишь финалистам", чтобы он мог использовать деньги для покупки всех экземпляров книг из длинного списка в Ирландии и пожертвовать их библиотекам, "тем самым гарантируя, что книги не только будут куплены, но и прочитаны – безусловно, уникальное явление". Когда его роман "Книга доказательств" вошел в шорт-лист Букеровской премии 1989 года, Бэнвилл рассказал, что его друг, которого он описал как "джентльмена, разбирающегося в скачках", посоветовал ему "делать ставки на остальных пятерых финалистов, утверждая, что это верный выигрыш, поскольку если я выиграю премию, у меня будут деньги, а если проиграю – один из других победит. Но это меня озадачило, и я так и не сделал ставки. Сомневаюсь, что я скоро посещу Ladbrokes". Энн Хаверти позже описала критику Бэнвиллом романа "Суббота" как "удивительно эффективную". Сазерленд отправил письмо (подписанное с указанием должности "Эмеритированный профессор имени лорда Нортклиффа") в ответ на рецензию Бэнвилла, в котором раскритиковал его за неверное толкование сцены игры в сквош в романе. Бэнвилл опубликовал письменный ответ, начав его со слов: "По вызову, человек с чувством вины направляется в Отдел пустяков", а затем попросил прощения у Сазерленда за его "медлительное понимание", после того как ему удалось прочитать "все семнадцать страниц" описания игры. Позже Бэнвилл признался, что, прочитав письмо Сазерленда, он подумал: "[Ч]ерт возьми, с Букером можно попрощаться". Бэнвилла, Барри и Али Смит сразу же исключили из числа претендентов, и большая часть обсуждения сосредоточилась на Барнсе, Исигуро и Зади Смит. Когда правила премии позже изменились, чтобы допустить участие американских писателей, Бэнвилл приветствовал эту идею. Однако позже он выразил сожаление по поводу этого решения: "Премия была уникальной в своей первоначальной форме, но утратила эту уникальность. Теперь это просто еще одна премия среди множества. Я убежден, что администрация должна сделать смелый шаг, признать, что изменение было ошибкой, и вернуться к прежним правилам".

Banville wrote a letter in 1981 to The Guardian suggesting that the Booker Prize, for which he was "runner up to the shortlist of contenders", be given to him so that he could use the money to buy every copy of the longlisted books in Ireland and donate them to libraries, "thus ensuring that the books not only are bought but also read – surely a unique occurrence". When his novel The Book of Evidence was shortlisted for the 1989 Booker Prize, Banville said a friend — whom he described as "a gentleman of the turf" — instructed him "to bet on the other five shortlistees, saying it was a sure thing, since if I won the prize I would have the prize money, and if I lost one of the others would win But the thing baffled me and I never placed the bets. I doubt I'll be visiting Ladbrokes any time soon". Anne Haverty later described Banville's critique of Saturday as "devastatingly effective". Sutherland sent a letter (signed with the title "Lord Northcliffe Professor Emeritus") in response to Banville's review, a letter in which he took Banville to task over his misreading of a game of squash in the novel. Banville issued a written reply with the opening line: "Summoned, one shuffles guiltily into the Department of Trivia", before begging Sutherland's pardon for his "sluggish comprehension" after managing to make his way through "all seventeen pages" of the game. Banville later admitted that, upon reading Sutherland's letter, he had thought: "[W]ell, I can kiss the Booker goodbye". Banville, Barry and Ali Smith were dismissed outright and much of the discussion focused on Barnes, Ishiguro and Zadie Smith. When the prize rules later changed to allow entries by American writers, Banville welcomed the idea. However, he later expressed regret over the decision: "The prize was unique in its original form, but has lost that uniqueness. It is now just another prize among prizes. I am convinced the administrators should take the bold step of conceding the change was wrong, and revert".

Премия Кафки

В 2011 году Банвилль был удостоен премии Франца Кафки. В жюри вошли Марсель Райх-Раницки и Джон Калдер. Банвилль назвал эту награду «одной из тех, которую действительно хочется получить». Он отметил, что это премия старого образца, и добавил: «Как старый ворчун, она мне идеально подходит. Я пытаюсь понять Кафку с юности», а также сказал, что его бронзовая статуэтка «будет грозно смотреть на меня с каминной полки».

Нобелевская премия по литературе - обман

В день объявления премий за 2019 и 2018 годы на телефоне Банвилла высветился номер Шведской академии. Он сообщил об этом своей дочери, которая перезвонила отцу, наблюдая за прямой трансляцией в полдень, чтобы сообщить ему, что его имя не было названо. Член Академии Пер Вэстберг также счел это "розыгрышем". Банвилл передал запись Шведской академии, чтобы помочь в расследовании, и сказал The Observer: "В этом есть доля комизма и потенциал для материала: "Человек, который почти получил Нобелевскую премию"". В то же время, средства массовой информации в соседней Англии назвали это "обманом". Он получил множество сочувственных писем и телефонных звонков, а также поддержку от коллег-писателей.