Введение
Староанглийское стихотворение "Wulf and Eadwacer" (приблизительно ADDwatcher) – это староанглийское стихотворение, написанное аллитеративным стихом и славящееся своей сложной интерпретацией. Его по-разному характеризовали: в современной науке – как элегию, исторически – как загадку, а также (в спекуляциях о предшествующей истории поэмы) – как песню или балладу с рефреном. Поэма ведется от первого лица, вероятнее всего, женским голосом. Поскольку аудитории дается очень мало информации о ее положении, некоторые ученые полагают, что история была хорошо известна, и что безымянная рассказчица соответствует именованным персонажам из других сказаний, например, Сигни, или что персонажи Вулф и Эдвацер соответствуют Теодериху Великому и его сопернику Одоакру. Единственный дошедший до нас текст поэмы содержится на листах 100v–101r в Эксетерском кодексе X века, вместе с другими текстами, с которыми он имеет качественные сходства.
"Wulf and Eadwacer" (, approximately ADDwatcher) is an Old English poem in alliterative verse of famously difficult interpretation. It has been variously characterised, (modernly) as an elegy, (historically) as a riddle, and (in speculation on the poem's pre history) as a song or ballad with refrain. The poem is narrated in the first person, most likely with a woman's voice. Because the audience is given so little information about her situation, some scholars argue the story was well known, and that the unnamed speaker corresponds to named figures from other stories, for example, to Signý or that the characters Wulf and Eadwacer correspond to Theoderic the Great and his rival Odoacer. The poem's only extant text is found at folios 100v 101r in the tenth century Exeter Book, alongside other texts to which it possesses qualitative similarities.
Синопсис
Поэтический голос, вероятно, разлучен со своим возлюбленным и/или мужем, Вульфом, как символически, так и физически («Вульф на iege, ic on oþerre» [Вульф на острове, я – на другом]), и это разделение, по-видимому, поддерживается угрозой насилия («willað hy hine aþecgan» [они хотят его захватить]), возможно, со стороны её же соплеменников («Leodum is minum swylce him mon lac gife» [для моего народа это все равно, что кому-то дарить ему/им дар/жертву]). Она изливает скорбь по возлюбленному, тоскуя по тому, чтобы он обнял её («þonne mec se beaducafa bogum bilegde» [когда храбрый воин обвил меня своими руками]). Она находит утешение в его скором приходе, но это утешение смешано с горечью («wæs me wyn to þon, wæs me hwæþre eac lað» [в этом была радость для меня, но и неприязнь]). Затем она обращается к «Эадвацеру», который может быть её мужем или её пленителем, и, кажется, упоминает их «щенка» («Uncerne earne hwelp» [наш несчастный щенок]), который обычно понимается как метафорическое обозначение «ребенка» и, возможно, указывает на то, что ребенок является «щенком» человека по имени «Вульф». Она описывает, как ребенка унесли «в лес» (to wuda).
Рукопись
Предложения относительно его происхождения до включения в Эксетерский кодекс, следовательно, многочисленны и разнообразны. Включение рефрена в текст поэмы может свидетельствовать о неанглийском происхождении, поскольку рефрен не характерен для староанглийской элегии или какой-либо другой известной староанглийской поэтической формы. Среди предложенных объяснений этой аномалии, скандинавское влияние на англосаксонский текст предлагает одно из возможных решений, и подобным образом рассматривается как объяснение его сложного языка, однако эта теория, как и большинство других касательно предыстории поэмы, может считаться лишь гипотетической ввиду отсутствия существенных подтверждающих доказательств. Высказывается предположение, что поэма восходит к определенной интерпретации истории о Вейланде; что женщина – Беадохильда, Вульф – Вейланд, а Эадвакер – ее гневный отец. Этот эпизод также упоминается в поэме «Деор».
Различные интерпретации
Несмотря на то, что стихотворение состоит всего из девятнадцати строк, существует множество различных интерпретаций, отчасти из-за наличия в нем нескольких устаревших слов и неоднозначной грамматики. Один из исследователей полагает, что слово Eadwacer в стихотворении – не имя собственное, а простое нарицательное, означающее «смотритель имущества». Это сокращает число персонажей в стихотворении с трех до двух: говорящего и ее возлюбленного, Вульфа. Если принять эту интерпретацию, то ее восклицание («Слышишь меня, Эадвацер?») можно понимать как сарказм или вызов его мужественности. Она подразумевает, что его долгие отсутствия сделали его кем угодно, только не защитником для нее и их ребенка, о котором она тревожится. При такой трактовке ироничное высказывание говорящего о возлюбленном придает смысл последним двум строкам. Возможно, она говорит, что Вульф был ее любовником и отцом ее ребенка, но никогда не был и не относился к ней как к мужу. Следовательно, сложности их отношений легко разрешимы. Однако, похоже, Вульфу это дается легче, чем самой говорящей (Адамс). Хотя этот вопрос остается предметом споров среди ученых, некоторые утверждают, что персонаж Вульфа – это сын говорящего, а не ее возлюбленный. В этом случае она может оплакивать своего сына, надеясь на его безопасность, или скорбеть о его смерти. Один из исследователей отмечает: «В "Вулфе и Эадвацере" женщина оказывается в ситуации, типичной для староанглийской поэзии, раздираемая противоречивыми верностями». Многие комментаторы рассматривают эту ситуацию как любовный треугольник, где Вульф – любовник женщины, а Эадвацер – ее муж. Если это так, то "Вульф и Эадвацер" нетипичны, поскольку большинство кризисов верности в древнеанглийской литературе происходят внутри семьи. Действительно, романтическая или сексуальная любовь не была литературной нормой до XII века, как это стало впоследствии; другие виды любви имели приоритет. Ситуация в "Вулфе и Эадвацере" гораздо более типична для англосаксонской культуры, чем обычно принято считать, если понимать говорящего как мать человека, к которому она обращается как к Вульфу, а также «щенка» из шестнадцатой строки. Его аргумент о том, что Вульф на самом деле является сыном рассказчицы, придает элегии новую глубину – она превращается в стихотворение о скорби по сыну, который, по-видимому, находится в изгнании или мертв.
Переводы стихов и адаптации
"Вулф" Кевина Кроссли-Холланда, опубликованный в сборнике "Битва при Малдоне и другие древнеанглийские стихи" (1965). "Вулф и Эадвацер" Майкла Александра, опубликованный в "The Earliest English Poems" (1966). Крейг Рейн, в "Rich" (Лондон: Faber, 1984), с. 27. "Вулф и Эадвацер" Фионы Сэмпсон, опубликованный в "Folding the Real" (2001). "Любовное средство" Бернарда О’Донахью, опубликованный в "Outliving" (2003) в ознаменование бракосочетания двух его бывших учеников, Эланор Даймотт и Саймона Маршалла. "Вулф и Эадвацер" Пола Малдуна, опубликованный в "The Word Exchange: Anglo Saxon Poems in Translation" (2010). "Четыре отступления от 'Вульфа и Эадвацера'" Вахни Капильдео, впервые опубликованный в "Utter" (2013). "Вулф и Эадвацер / Свет дня – наше свидетельство" Керри Карнахан, опубликованный в журнале "Boston Review" (2017). Карнахан использует это стихотворение для исследования ужаса белого национализма и насилия в отношении женщин. "Вулф и Эадвацер" Миллера Вольфа Обермана, опубликованный в "The Unstill Ones" (Принстон: Princeton University Press, 2017), с. 6–8 и 57. "From WULF" Роуэна Эванса, опубликованный в "Reliquiæ" (2017). М. Л. Мартин, "W & E" (Action Books, готовится к публикации), с отрывками, опубликованными в нескольких журналах, включая "Waxwing" (2018), "Brooklyn Rail: In Translation" (август 2018) и "Columbia Journal" (2019).
Романы и рассказы
Вулф Хамиша Клейтона, опубликованное издательством Penguin New Zealand (2011). Вулф повествует историю "Вулфа и Эдвацера", переплетенную с историей вождя племени Нгати Тоа Те Раупарахи. Это стихотворение играет важную роль в романе Сары Перри «После меня придет потоп» (2014), отражая его темы непроницаемости, одиночества и любви.
Музыка
"Wulf and Eadwacer" американской неофолк-группы Blood Axis, вошедшая в их альбом Born Again (2010).