Теризинозавр: гигантский травоядный динозавр позднего мелового периода.

Введение

Терризинозавридный род из позднего мелового периода.

Теризинозавр ( /θɛrə/, /zɪnoʊˈsɔːrəs/; от греч. «косая ящерица») — род очень крупных теризинозавридов, обитавших в Азии в позднем меловом периоде на территории современной формации Немегт примерно 72,1–66 миллионов лет назад. Он включает в себя единственный вид — *Therizinosaurus cheloniformis*. Первые останки теризинозавра были обнаружены в 1948 году монгольской полевой экспедицией в пустыне Гоби и позднее описаны Евгением Малеевым в 1954 году. Род известен лишь по нескольким костям, включая гигантские когти пястных костей (костей когтей), от которых он и получил своё название, а также по дополнительным находкам, состоящим из элементов передних и задних конечностей, обнаруженных в период с 1960-х по 1980-е годы. Теризинозавр был колоссальным теризинозавридом, достигавшим длины и высоты, и, возможно, весившим более. Как и другие теризинозавриды, он был медлительным, длинношеим животным, питавшимся листвой, оснащённым роговым клювом (рамфотекой) и широким туловищем для переработки пищи. Его передние конечности были особенно мощными и имели три пальца с когтями, которые, в отличие от когтей других родственников, были сильно склеротизированными, удлинёнными и имели выраженную кривизну только на кончиках. У теризинозавра были самые длинные из известных когти пястных костей среди наземных животных, достигавшие длины более. Его задние конечности заканчивались четырьмя функциональными, несущими вес пальцами, что отличалось от других групп тероподов, у которых первый палец был редуцирован до рогового когтя, а также напоминало очень далёких родственников — сауроподоморфов. Это был один из последних и крупнейших представителей своего уникального отряда — Теризинозаврии (ранее известного как Сегнозаврии; сегнозавры). Во время и после первоначального описания в 1954 году, родственные связи теризинозавра были довольно сложными из-за отсутствия полных экземпляров и родственников в то время. Малеев полагал, что останки теризинозавра принадлежат крупному рептильному виду, похожему на черепаху, и также выделил отдельное семейство для рода — Теризинозавриды. Позднее, с обнаружением более полных родственников, теризинозавр и его близкие родственники были отнесены к позднемеловым сауроподоморфам или переходным орнитосхиям, хотя в какой-то момент предполагалось, что это мог быть теропод. Однако, после многих лет таксономических дебатов, они теперь помещены в один из основных кладов динозавров — Тероподы, в частности, в группу манирапторов. Теризинозавр обычно восстанавливается в семействе Теризинозавриды согласно большинству анализов. Необычное строение рук и тела теризинозавра (экстраполированное на основе данных о родственниках) приводится в качестве примера конвергентной эволюции с халикотериями и другими преимущественно травоядными млекопитающими, что указывает на сходные пищевые привычки. Удлинённые когти теризинозавра были более полезны для подтягивания растительности в пределах досягаемости, чем для активной атаки или защиты из-за их хрупкости, однако они могли играть некоторую роль в устрашении. Его передние конечности также были особенно устойчивы к нагрузкам, что свидетельствует о надёжном использовании этих конечностей. Теризинозавр был очень высоким животным, вероятно, испытывал меньшую конкуренцию за листву в своей среде обитания и превосходил хищников, таких как тарбозавр.

Therizinosaurus (,/θ//ɛ//r//ə/,/z//ɪ//n//oʊ /'/s//ɔːr//ə//s//audio=En us Therizinosaurus. oga/; meaning 'scythe lizard') is a genus of very large therizinosaurid that lived in Asia during the Late Cretaceous period in what is now the Nemegt Formation around 72.1 million years ago to 66 million years ago. It contains a single species, Therizinosaurus cheloniformis. The first remains of Therizinosaurus were found in 1948 by a Mongolian field expedition at the Gobi Desert and later described by Evgeny Maleev in 1954. The genus is only known from a few bones, including gigantic manual unguals (claw bones), from which it gets its name, and additional findings comprising fore and hindlimb elements that were discovered from the 1960s through the 1980s. Therizinosaurus was a colossal therizinosaurid that could grow up to long and tall, and weigh possibly over Like other therizinosaurids, it would have been a slow moving, long necked, high browser equipped with a rhamphotheca (horny beak) and a wide torso for food processing. Its forelimbs were particularly robust and had three fingers that bore unguals which, unlike other relatives, were very stiffened, elongated, and only had significant curvatures at the tips. Therizinosaurus had the longest known manual unguals of any land animal, reaching above in length. Its hindlimbs ended in four functionally weight bearing toes differing from other theropod groups in which the first toe was reduced to a dewclaw and also resembling the very distantly related sauropodomorphs. It was one of the last and the largest representative of its unique group, the Therizinosauria (formerly known as Segnosauria; the segnosaurs). During and after its original description in 1954, Therizinosaurus had rather complex relationships due to the lack of complete specimens and relatives at the time. Maleev thought the remains of Therizinosaurus to belong to a large turtle like reptile, and also named a separate family for the genus: Therizinosauridae. Later on, with the discovery of more complete relatives, Therizinosaurus and kin were thought to represent some kind of Late Cretaceous sauropodomorphs or transitional ornithischians, even though at some point it was suggested that it may have been a theropod. After years of taxonomic debate, nevertheless, they are now placed in one of the major dinosaur clades, Theropoda, specifically as maniraptorans. Therizinosaurus is widely recovered within Therizinosauridae by most analyses. The unusual arms and body anatomy (extrapolated after relatives) of Therizinosaurus have been cited as an example of convergent evolution with chalicotheriines and other primarily herbivorous mammals, suggesting similar feeding habits. The elongated hand claws of Therizinosaurus were more useful when pulling vegetation within reach rather than being used for active attack or defense because of their fragility, however, they may have had some role for intimidation. Its arms also were particularly resistant to stress, which suggests a robust use of these limbs. Therizinosaurus was a very tall animal, likely having a reduced competition over the foliage in its habitat and outmatching predators like Tarbosaurus.

История открытия

В 1948 году несколько монгольских палеонтологических экспедиций, организованных Академией наук СССР, были проведены в формации Немегт в пустыне Гоби, в Юго-Западной Монголии, с основной целью поиска новых ископаемых находок. Экспедиции обнаружили многочисленные окаменелости динозавров и черепах в стратотипе Немегт (также известном как долина Немегт), но наиболее заметными находками стали три частичных когтевых фаланг (костей когтей) значительного размера. Этот набор фаланг был найден на участке формации Немегт, обозначенном как Карьер V, рядом со скелетом крупного теропода, а также в ассоциации с другими элементами, включая фрагмент пястной кости и несколько фрагментов ребер. Образец был зарегистрирован под номером PIN 551 483, и позднее, в 1954 году, эти окаменелости были описаны российским палеонтологом Евгением Малеевым, который использовал их для научного описания нового рода и вида – *Therizinosaurus cheloniformis*, сделав его голотипом. Родовое название *Therizinosaurus* происходит от греческих слов θερίζω (therízo, означающее коса, серп или резать) и σαῦρος (sauros, означающее ящерица), в связи с огромными когтевыми фалангами, а видовое название *cheloniformis* образовано от греческого χελώνη (chelóni, означающее черепаха) и латинского *formis*, поскольку останки первоначально считались принадлежащими рептилии, похожей на черепаху. Малеев также выделил отдельное семейство для этого нового и загадочного таксона: Therizinosauridae. Поскольку в момент первоначального описания о *Therizinosaurus* было известно немного, Малеев полагал, что PIN 551 483 принадлежал крупной, вытянутой рептилии, похожей на черепаху, которая использовала свои гигантские когти для сбора водорослей. Хотя не было полностью ясно, к какому типу животных принадлежат эти окаменелости, в 1970 году российский палеонтолог Анатолий К. Рождественский одним из первых предположил, что *Therizinosaurus* был тероподом, а не черепахой. Он провел сравнение *Chilantaisaurus* с голотипными фалангами *Therizinosaurus*, чтобы предположить, что конечности на самом деле принадлежали карнозавру, тем самым интерпретируя *Therizinosaurus* как теропода. Рождественский также проиллюстрировал три голотипные когтевые фаланги и переидентифицировал фрагмент пястной кости как кость предплюсны, а на основе необычной формы фрагментов кости предплюсны и ребер отнес их к останкам сауропода. Эти тероподовые признаки были поддержаны польским палеонтологом Халшкой Осмольской и ее соавтором Эвой Рониевич в 1970 году при описании и наименовании *Deinocheirus* – еще одного крупного и загадочного теропода из этой формации, который первоначально был известен по частичным конечностям. Подобно Рождественскому, они предположили, что голотипные фаланги скорее принадлежали тероподу-карнозавру, чем крупной морской черепахе.

In 1948, several Mongolian Paleontological expeditions organized by the USSR Academy of Sciences were conducted in the Nemegt Formation of the Gobi Desert, Southwestern Mongolia, with the main objective of new fossils findings. The expeditions unearthed numerous dinosaur and turtle fossil remains from the stratotype locality Nemegt (also known as Nemegt Valley), but the most notable elements collected were three partial manual unguals (claw bones) of considerable size. This set of unguals was found on a subdivision of the Nemegt locality designated as Quarry V near the skeleton of a large theropod, but also in association with other elements including a metacarpal fragment and several ribs fragments. It was labelled under the specimen number PIN 551 483 and later on, these fossils were described by the Russian paleontologist Evgeny Maleev in 1954 who used them to scientifically name the new genus and type species Therizinosaurus cheloniformis, becoming the holotype specimen. The generic name, Therizinosaurus, is derived from the Greek θερίζω (therízo, meaning scythe, reap or cut) and σαῦρος (sauros, meaning lizard) in reference to the enormous manual unguals, and the specific name, cheloniformis, is taken from the Greek χελώνη (chelóni, meaning turtle) and Latin formis as the remains were thought to belong to a turtle like reptile. Maleev also coined a separate family for this new and enigmatic taxon: Therizinosauridae. Since little was known of Therizinosaurus at the time of the original description, Maleev thought PIN 551 483 belonged to a large, long turtle like reptile that relied on its giant hand claws to harvest seaweed. Though it was not fully understood to what general kind of animal these fossils belonged, in 1970, the Russian paleontologist Anatoly K. Rozhdestvensky was one of the first authors to suggest that Therizinosaurus was a theropod and not a turtle. He made comparisons between Chilantaisaurus and the holotype unguals of Therizinosaurus to propose that the appendages actually came from a carnosaurian dinosaur, thereby interpreting Therizinosaurus as a theropod. Rozhdestvensky also illustrated the three holotypic manual unguals and re identified the metacarpal fragment as a metatarsal bone, and based on the unusual shape of both metatarsal and ribs fragments he listed them as sauropod remains. These theropodan affinities were also followed by the Polish paleontologist Halszka Osmólska and co author Ewa Roniewicz in 1970 during their naming and description of Deinocheirus—another large and enigmatic theropod from the formation that was initially known from partial arms. Similar to Rozhdestvensky, they suggested that the holotype unguals were more likely to have belonged to a carnosaurian theropod, rather than a large marine turtle.

Дополнительные образцы

Дальнейшие экспедиции в формации Немегт обнаружили больше окаменелостей *Therizinosaurus*. В 1968 году, до работ Рождественского, Осмольской и Рониевича, верхняя часть ручного когтя была найдена в местонахождении Алтан-Уул и каталогизирована как MPC D 100/17 (ранее IGM или GIN). В 1972 году в верхних белых слоях местонахождения Гермин Цав был обнаружен еще один фрагментированный коготь (образец MPC D 100/16), сохранилась лишь его нижняя часть. В 1973 году также из Гермин Цав был собран гораздо более полный, крупный и сочлененный экземпляр. Этот образец был обозначен как MPC D 100/15 и состоит из левой и правой передних конечностей, включая скапулокоракоиды, обе плечевые кости (гумеры), правую локтевую кость с лучевой и левую локтевую кость, два правых запястья, правое пястье, включая полный палец II, и некоторые ребра с гастралиями (брюшными ребрами). Как это часто бывает с ископаемыми, некоторые элементы сохранились не полностью, например, скапулокоракоиды с переломанными концами, а левая передняя конечность менее полная, чем правая. Все эти экземпляры впервые были описаны и отнесены к *Therizinosaurus* монгольским палеонтологом Ринчен Барсбольдом в 1976 году. В этой новой монографии он отметил, что фрагменты ребер в MPC D 100/15 были тоньше, чем фрагменты из голотипа, и идентифицировал MPC D 100/16 и 100/17 как принадлежащие пальцам I и III соответственно. Барсбольд пришел к выводу, что MPC D 100/15 представляет собой *Therizinosaurus*, поскольку коготь в этом экземпляре обладал удлиненной и сплющенной морфологией, характерной для всех предыдущих образцов. Он заключил, что *Therizinosaurus* является таксоном тероподов, поскольку MPC D 100/15 демонстрировал множество признаков, свойственных тероподам. В 1990 году Барсбольд и Тереза Марианска согласились с Перле в том, что материал задней конечности из Гермин Цав, описанный им в 1982 году, был теризинозаврином (тогда называемым сегнозаврином), учитывая, что плюсневые кости были коренастыми, а астрогал имел латерально изогнутый восходящий отросток (костный вырост), однако выразили сомнение в его отнесении к *Therizinosaurus* и сегнозавриновой идентичности этого таксона, поскольку он был известен только по плечевому поясу и другим элементам передних конечностей, что делало прямое сравнение между образцами невозможным. Они считали, что этот образец представляет собой представителя позднего мелового периода Segnosauria, но не *Therizinosaurus*. Однако в 2010 году североамериканский палеонтолог Линдси Э. Занно в своей масштабной таксономической переоценке Therizinosauria сочла отнесение MPC D 100/45 к *Therizinosaurus* вероятным, основываясь на том, что он был собран в том же стратиграфическом контексте (формация Немегт), что и голотип, и разделял крепкое телосложение и четырехпалую морфологию других теризинозаврид, таких как *Segnosaurus*. Она также исключила реберный материал из голотипа, поскольку он был повторно идентифицирован Рождественским и, вероятно, принадлежал динозавру-зауроподу, а не самому *Therizinosaurus*.

Further expeditions in the Nemegt Formation unearthed more fossils of Therizinosaurus. In 1968 prior to Rozhdestvensky, Osmólska and Roniewicz statements, the upper portion of a manual ungual was found in the Altan Uul locality and labeled as MPC D 100/17 (formerly IGM or GIN). In 1972, another fragmented ungual (specimen MPC D 100/16) was discovered at the Upper White Beds of the Hermiin Tsav locality, only preserving its lower portion. During the year 1973, a much more complete, larger, and articulated specimen was collected also from Hermiin Tsav. This specimen was labelled as MPC D 100/15 and consists of both left and right arms including the scapulocoracoids, both humeri (upper arm bones), right ulna with radius and left ulna, two right carpals, the right metacarpus including a complete digit Il, and some ribs with gastralia (belly ribs). As common with fossils, some elements were not entirely preserved such as the scapulocoracoids with broken ends, and the left arm is less complete than the right one. All of these specimens were first described and referred to Therizinosaurus by the Mongolian paleontologist Rinchen Barsbold in 1976. In this new monograph, he pointed out that the rib fragments in MPC D 100/15 were more slender than the ones from the holotype, and identified MPC D 100/16 and 100/17 as pertaining to digits I and III, respectively. It was clear to Barsbold that MPC D 100/15 represented Therizinosaurus as the ungual in this specimen shared the elongation and flattened morphology of all previous specimens. He concluded that Therizinosaurus was a theropod taxon since MPC D 100/15 matched multiple theropodan characters. In 1990, Barsbold and Teresa Maryanska agreed with Perle in that the hindlimb material from Hermiin Tsav he described in 1982 was therizinosaurian (then called segnosaurians) given that the metatarsus was stocky and the astragalus had a laterally arched ascending process (bony extension), but cast doubt with his referral of it to Therizinosaurus and the segnosaurian identity for this taxon since it was only known from the pectoral girdle and other forelimb elements, making direct comparisons between specimens impossible. They considered this specimen to represent a Late Cretaceous representative of the Segnosauria, but not Therizinosaurus. In 2010 however, the North American paleontologist Lindsay E. Zanno in her large taxonomic reevaluation of Therizinosauria considered the referral of MPC D 100/45 to Therizinosaurus to be likely based on the rationale that it was collected in the same stratigraphic context (Nemegt Formation) as the holotype, and shared the robust and four toed morphology of other therizinosaurids such as Segnosaurus. She also excluded the rib material from the holotype as it was re identified by Rozhdestvensky to likely have come from a sauropod dinosaur, and not Therizinosaurus itself.

Описание

По стандартам манирапторанов, теризинозавр достигал огромных размеров, по оценкам, в длину, с высотой от 2 до 5 метров и весом от 2 до, возможно, более. Эти размеры делают теризинозавра самым крупным из известных теризинозавров и самым крупным из известных манирапторанов. Наряду с орнитомимозавром дейнохейрусом, он был крупнейшим из манирапториформ. Хотя останки тела теризинозавра относительно неполны, можно делать выводы о его физических характеристиках, основываясь на более полных и родственных теризинозавридах. Как и другие представители его семейства, у теризинозавра был пропорционально небольшой череп с ромфотекой (роговым клювом) на длинной шее; он передвигался на двух ногах; имел большой живот для переработки растительности и редкое оперение. Другие черты, которые, вероятно, присутствовали у теризинозавра, включают сильно пневматизированный (наполненный воздухом) позвоночный столб и крепко сложенное тело, ориентированное назад. В 2010 году Сентер и Джеймс использовали уравнения длины задних конечностей для прогнозирования общей длины задних конечностей у теризинозавра и дейнохейруса. Они пришли к выводу, что у среднего теризинозавра могли быть ноги длиной около . Недавно Майк Тейлор и Мэтт Ведель предположили, что вся шея была в 2,9 раза больше размера плечевой кости, которая составляла , что привело к шее длиной на основе сравнений с серией наншиунгозавров. Наиболее отличительной особенностью теризинозавра было наличие гигантских когтей на каждом из трех пальцев его рук. Они были распространены среди теризинозавров, но особенно крупные и окостенелые у теризинозавра, и считаются самыми длинными из всех известных наземных животных. Год спустя, в 1980 году Барсбольд и Перл назвали новый род – эрликозавр. Они выделили новый инфраотряд – сегнозаврий, состоящий из эрликозавра и сегнозавра. Они также отметили, что, хотя сегнозавры были аберрантными и имели таз, похожий на таз орнитисхий, они обладали чертами, схожими с другими тероподами. С обнаружением задней конечности, отнесённой к теризинозавру, в 1982 году Перлом, он пришел к выводу, что сегнозавр очень похож на него, основываясь на морфологии, и они, возможно, принадлежали к одной и той же группе. В результате классификация сегнозавров начала смещаться в сторону сауроподоморфов. В 1984 году Грегори С. Пол утверждал, что сегнозавры, а не тероподы, были сауроподоморфами, которым удалось сохраниться до мелового периода. Он основывал эту идею на анатомических признаках, таких как череп и схожая конфигурация. Он придерживался этой точки зрения в 1988 году, поместив инфраотряд Segnosauria в теперь устаревшую Phytodinosauria, и был одним из первых, кто предложил отнести загадочного теризинозавра к сегнозаврам. Другие известные палеонтологи, такие как Жак Готье или Пол Серено, поддержали эту точку зрения. В 1990 году Барсбольд и Тереза Марянска согласились с тем, что материал задней конечности из Гермийна Цав, отнесённый к теризинозавру в 1982 году, был сегнозавриевым, поскольку он соответствовал нескольким признакам, но считали маловероятным, что он принадлежит к тому же роду и виду, поскольку не было совпадающих образцов. Барсбольд и Марянска также не согласились с предыдущими исследователями, которые классифицировали дейнохейруса как сегнозавра. Однако с неожиданным открытием и описанием алксазавра в 1993 году широко признанное родство сегнозавров с сауроподоморфами было поставлено под сомнение палеонтологами Дейлом Расселом и Дун Чжимином. Этот новый род был намного более полным, чем любой другой сегнозавр, и множество анатомических особенностей указывали на его родство с теризинозавром. В связи с этим они определили, что Therizinosauridae вместе с Segnosauridae являются одной и той же группой, при этом первое название имеет таксономический приоритет. Из-за некоторых примитивных признаков, присутствующих у алксазавра, они ввели новый таксономический ранг – Therizinosauroidea, включающий новый таксон и Therizinosauridae. Вся новая информация предоставила данные о родстве вновь названных теризинозавроидов. Рассел и Дун пришли к выводу, что это были тероподы с необычными чертами. В 1994 году Кларк и его коллеги переописали очень полный череп эрликозавра, и на этот раз было обнаружено еще больше признаков тероподов. Они также подтвердили синонимию Segnosauridae с Therizinosauridae и считали теризинозавроидов манирапторными динозаврами. В 1997 году Рассел ввел инфраотряд Therizinosauria, чтобы объединить всех сегнозавров. Этот новый инфраотряд состоял из Therizinosauroidea и более продвинутых Therizinosauridae. Следовательно, Segnosauria стал синонимом Therizinosauria. Несмотря на некоторые неопределенности, небольшой и оперенный теризинозавроид из Китая был описан в 1999 году Сюй Сином и его коллегами: новый род – бейпяозавр. Это подтвердило положение теризинозавров среди тероподов, а также их таксономическое место в Coelurosauria. Открытие также показало, что перья были широко распространены среди тероподовых динозавров. В 2010 году Линдси Дзанно пересмотрела таксономию теризинозавров в деталях. Она обнаружила, что многие части голотипа и отобранных образцов теризинозавров были потеряны или повреждены, а небольшое количество образцов без перекрывающихся элементов затрудняло определение родственных связей между членами группы. Дзанно приняла отнесение образца IGM 100/45 к теризинозавру, поскольку он соответствует множеству признаков теризинозаврид, но решила не включать образец в свой таксономический анализ из-за отсутствия сравнительных останков передних конечностей. Она также исключила предполагаемые ребра, присутствовавшие на голотипе, поскольку они, вероятно, принадлежали другому животному, а не теризинозавру.

For maniraptoran standards, Therizinosaurus obtained enormous sizes, estimated to have reached in length with estimated heights from and ponderous weights from to possibly over These dimensions make Therizinosaurus the largest therizinosaur known and the largest known maniraptoran. Along with the contemporaneous ornithomimosaur Deinocheirus, it was the largest maniraptoriform. Though the body remains of Therizinosaurus are relatively incomplete, inferences can be made about its physical characteristics based on more complete and related therizinosaurids. Like other members of its family, Therizinosaurus had a proportionally small skull bearing a rhamphotheca (horny beak) atop its long neck; bipedal gaits; a large belly for foliage processing; and sparse feathering. Other traits that were likely present in Therizinosaurus include a heavily pneumatized (air filled) vertebral column and a robustly built, (backwards oriented)
In 2010, Senter and James used hindlimb length equations to predict the total length of the hindlimbs in Therizinosaurus and Deinocheirus. They concluded that an average Therizinosaurus may have had approximately long legs. More recently, Mike Taylor and Matt Wedel suggested that the whole neck would be 2.9 times the size of the humerus, which was , resulting in a long neck based on comparisons with the series of Nanshiungosaurus. The most distinctive feature of Therizinosaurus was the presence of gigantic unguals on each of the three digits of its hands. These were common among therizinosaurs but particularly large and stiffened in Therizinosaurus, and they are considered as the longest known from any terrestrial animal. A year later, the new genus Erlikosaurus was named by Barsbold and Perle in 1980. They named a new infraorder called the Segnosauria, composed of Erlikosaurus and Segnosaurus. They also noted that while aberrant and having ornithischian like pelves, segnosaurs featured similar traits to other theropods. With the discovery of the referred hindlimb to Therizinosaurus in 1982 by Perle, he concluded that Segnosaurus was very similar to the latter based on the morphology and they possibly belonged to a single, if not the same, group. Consequently, the assignment of segnosaurs started to shift towards sauropodomorphs. In 1984, Gregory S. Paul claimed that segnosaurs, rather than being theropods, were indeed sauropodomorphs that successfully managed to remain in the Cretaceous period. He based the idea on anatomical traits such as the skull and similar configuration. He maintained his position in 1988 by placing the Segnosauria into the now obsolete Phytodinosauria, and was one of the first to suggest a segnosaur assignment for the enigmatic Therizinosaurus. Other prominent paleontologists like Jacques Gauthier or Paul Sereno supported this vision. In 1990, Barsbold and Teresa Maryanska agreed in that the hindlimb material from Hermiin Tsav referred to Therizinosaurus in 1982 was segnosaurian since it matched several traits, but considered it unlikely to belong to the genus and species as there was no overlapping material among specimens. Barsbold and Maryanska also disagreed with previous researchers who classified Deinocheirus as a segnosaur. However, with the unexpected discovery and description of Alxasaurus in 1993, the widely accepted sauropodomorph affinities of segnosaurs were questioned by paleontologists Dale Russell and Dong Zhiming. This new genus was far more complete than any other segnosaur and multiple anatomical features indicated that it was related to Therizinosaurus. With this, they identified the Therizinosauridae along with the Segnosauridae to be the same group, the former name having taxonomic priority. Due to some primitive characters present in Alxasaurus they coined a new taxonomic rank, the Therizinosauroidea, containing the new taxon and Therizinosauridae. All of the new information provided data on the affinities of the new named therizinosauroids. Russell and Dong concluded that they were theropods with unusual features. In 1994, Clark and colleagues redescribed the very complete skull of Erlikosaurus and even more theropod traits were found this time. They also validated the synonymy of the Segnosauridae with Therizinosauridae and considered therizinosauroids as maniraptoran dinosaurs. In 1997, Rusell coined the infraorder Therizinosauria in order to contain all segnosaurs. This new infraorder was composed of Therizinosauroidea and the more advanced Therizinosauridae. Consequently, Segnosauria became a synonym of Therizinosauria. Though some uncertainties remained, a small and feathered therizinosauroid from China was described in 1999 by Xu Xing and colleagues: the new genus Beipiaosaurus. It confirmed the placement of therizinosaurs among theropods and also their taxonomic place on the Coelurosauria. The discovery also indicated that feathers were highly distributed among theropod dinosaurs. In 2010, Lindsay Zanno revised the taxonomy of therizinosaurs in extensive detail. She found that many parts on therizinosaur holotype and referred specimens were lost or damaged, and sparse specimens with no overlapping elements were disadvantages when concluding the relationships of the members. Zanno accepted the referral of the specimen IGM 100/45 to Therizinosaurus since it matches multiple therizinosaurid traits, but decided not to include the specimen in her taxonomic analysis due to the lack of comparative forelimb remains. She also excluded the supposed ribs that were present on the holotype since they likely came from a different animal and not Therizinosaurus.

Кормление

В 1993 году Дейл А. Рассел и Дональд Э. Рассел проанализировали теризинозавра и халикотерия и отметили сходство в их общем строении тела, несмотря на то, что они принадлежат к разным группам. Оба рода обладали крупными, хорошо развитыми и относительно сильными передними конечностями; тазовый пояс был мощным и приспособленным для сидячего образа жизни; а структура задних конечностей (особенно стопы) была крепкой и укороченной. Они сочли эти адаптации примером конвергентной эволюции – явления, когда организмы развивают сходные признаки, не будучи обязательно родственными, – между вымершими родами млекопитающих и динозавров. Более того, подобное строение тела в некоторой степени проявляется у современных горилл. Поскольку известно, что животные с таким строением тела являются травоядными, авторы предположили такой же образ жизни для теризинозавра. Рассел и Рассел реконструировали пищевое поведение теризинозавра как способность сидеть во время поедания листвы с больших кустарников и деревьев. Растительный материал собирался бы с помощью его рук, и этому, вероятно, способствовала удлиненная шея, которая уменьшала необходимость в больших усилиях и затратах энергии. Поскольку его руки были достаточно длинными, чтобы касаться земли в определенных позах, они могли помогать динозавру подниматься из лежачего положения. Если теризинозавр питался, стоя на двух ногах, он мог бы доставать даже более высокую растительность, опираясь на свои короткие и крепкие ноги. В то время как халикотерий лучше приспособлен к захвату ветвей, теризинозавр был более эффективен в отодвигании больших скоплений листвы благодаря своим длинным когтям. Также возможно, что теризинозавр был менее способен к высокой точности движений, чем халикотерий, из-за более развитых мозговых, зубных и мышечных возможностей последнего. Энтони Р. Фиорильо и его коллеги в 2018 году предположили, что теризинозавр обладал сниженной силой укуса, которая могла быть полезна для общипывания растительности или поиска пищи, основываясь на родственных теризинозавридах, таких как эрликозавр и сегназавр. Поскольку сила укуса начала уменьшаться у примитивных теризинозаврид и продолжала снижаться у более продвинутых форм, теризинозавр, будучи представителем продвинутой группы, подвергся этому эволюционному изменению.

In 1993 Dale A. Russell and Donald E. Russell analyzed Therizinosaurus and Chalicotherium, and noted similarities in their respective body plan, even though they form part of different groups. Both genera had large, well developed, and relatively strong arms; the pelvic girdle was robust and suited for a sitting behavior; and the hindlimb (particularly the foot) structure was robust and shortened. They considered these adaptations to represent an example of convergent evolution—a condition where organisms evolve similar traits without necessarily being related—between extinct mammal and dinosaur genera. Moreover, the body plan is somewhat exhibited by the modern day gorillas. Because the animals with this type of body plan are known to represent herbivores, the authors suggested this lifestyle for Therizinosaurus. Russell and Russell reconstructed the feeding behavior of Therizinosaurus as being able to sit while consuming foliage from large shrubs and trees. The plant material would have been harvested with its hands and this action was likely favored by its elongated neck which prevented the use of large amounts of force and effort. As its arms were long enough to have touched the ground during certain stances, they could have helped the dinosaur to rise from a prone position. If browsing in a bipedal stance, Therizinosaurus may have been able to reach even higher vegetation supported by its short and robust feet. Whereas Chalicotherium was more suited to hook branches, Therizinosaurus was better at pushing large clumps of foliage because of its long claws. It is also possible that Therizinosaurus was less capable of great precision in its movements than was Chalicotherium, due to the latter having more developed brain, dental and muscular capacities. Anthony R. Fiorillo and colleagues in 2018 suggested that Therizinosaurus had a reduced bite force that may have been useful for cropping vegetation or foraging, based on relative therizinosaurids such as Erlikosaurus and Segnosaurus. As the bite force started to decrease from primitive to derived therizinosaurians, Therizinosaurus, being a derived member, would have been subject to the evolutionary relationship.

Руки и когти работают

Когда род был впервые описан Малеевым в 1954 году, он полагал, что необычно большие когти использовались для сбора водорослей. Однако это было основано на предположении о существовании гигантской морской черепахи. В 2014 году Лаутеншлегер протестировал функцию различных когтей передних конечностей теризинозавров, включая сам теризинозавр, с помощью цифрового моделирования. Для каждой морфологии когтей были смоделированы три различных функциональных сценария с приложением силы в 400 Н в каждом сценарии: царапанье/копание; зацеп и тяга; и прокол. В то время как когти Алксазавра приводили к низким величинам напряжения, напряжение возрастало с искривлением и удлинением когтей у Фалькария, Нотрониха и Теризинозавра. Наибольшие значения напряжения, деформации и нагрузки были получены в сценарии царапанья/копания, в то время как сценарий зацепа и тяги давал более низкие значения, а наименьшие – в сценарии прокола. В частности, общее напряжение было наиболее выражено в необычных когтях Теризинозавра, что может представлять собой исключительный случай специализации, связанной с удлинением. Лаутеншлегер отметил, что более изогнутые и удлиненные когти некоторых теризинозаврид были малопригодны для царапанья и копания, что указывает на маловероятность этой функции. Хотя о роющем (фоссориальном) поведении сообщалось у нескольких видов динозавров, большой размер тела в значительной степени исключает возможность рытья нор у теризинозавров. Тем не менее, копание, вероятно, осуществлялось когтями задних конечностей, поскольку, как и у других манирапторов, перья на передних конечностях мешали бы этой функции. Вместо использования для роющего поведения, более вероятно, что Теризинозавр использовал свои передние конечности для зацепа и тяги, чтобы подтягивать или хватать растительность в пределах досягаемости. Такое травоядное поведение делает теризинозавров в основном похожими на современных муравьедов и вымерших наземных ленивцев. Лаутеншлегер не мог ни подтвердить, ни опровергнуть возможность использования когтей передних конечностей для защиты, внутривидовой конкуренции, стабилизации при захвате стволов деревьев во время объедания листвы, полового диморфизма или захвата партнера во время спаривания, учитывая недостаток образцов. Он уточнил, что нет доказательств использования длинных когтей Теризинозавра в активной обороне или нападении, однако возможно, что эти придатки могли играть определенную роль при столкновении с угрозой, например, для устрашения. Скотт А. Ли и Закари Ричардс в 2018 году, на основе измерений сопротивления изгибу нескольких гумеров динозавров, обнаружили, что гумеры карнозавров, теризинозавров и тиранозавров относительно устойчивы к напряжению. Эта повышенная способность выдерживать напряжение подтверждает идею о том, что Теризинозавр и другие теризинозавриды использовали свои передние конечности мощным образом, создавая значительные усилия. Они также предположили, что выдающиеся когти некоторых представителей могли использоваться для защиты от хищников и других различных функций. В отличие от обычно легких и проворных орнитомимозавров, которые избегали хищничества благодаря скорости, Теризинозавр и его родственники полагались на передние конечности и когти, чтобы противостоять угрозам (и изначально были медленными бегунами). Исследование 2023 года, проведенное Цинь, Рэйфилдом, Бентоном и др. относительно функции когтей у теризинозаврид и альварезаврид, представляющих крайности морфологии когтей тероподов, предполагает, что для Теризинозавра не была выявлена какая-либо механическая функция, что указывает на то, что когти на его передних конечностях были скорее декоративными, чем функциональными, и являлись результатом перамморфного роста, вызванного увеличением размера тела.

When the genus was first described by Maleev in 1954, he considered that the unusually large claws were used to harvest seaweed. This was however, based on the assumption of a giant marine turtle. In 2014, Lautenschlager tested the function of various therizinosaur hand claws—including Therizinosaurus—through digital simulations. Three different functional scenarios were simulated for each claw morphology with a force of 400 N applied in each scenario: scratch/digging; hook and pull; and piercing. Though the stocky claws of Alxasaurus resulted in low stress magnitudes, the stress was greater with the curvature and elongation of the claws in Falcarius, Nothronychus and Therizinosaurus. Some of the highest stress, deformation, and strain magnitudes were obtained in the scratch/digging scenario, the hook and pull scenario, in contrast, resulted in lower magnitudes, and lesser ones were found in the piercing scenario. Particularly, the overall stress was most pronounced in the unusual claws of Therizinosaurus, which may represent an exceptional case of elongation specialization. Lautenschlager noted the more strongly curved and elongate claws of some therizinosaurian taxa were poorly functional in a scratch/digging fashion, indicating this as the most unlikely function. Though fossorial (digging) behavior has been reported in several dinosaur species, the large body size largely rules out the possibility of burrow digging in therizinosaurs. Nevertheless, an overall digging action would have been done with the foot claws because, since as in other maniraptorans, feathers on the arms would have interfered with this function. Instead of being used for fossorial behavior, it is more likely that Therizinosaurus make use of its hands in a hook and pull fashion to pull or grasp vegetation within reach. This herbivorous behavior would make therizinosaurs mostly similar to the extant anteaters and the extinct ground sloths. Lautenschlager could neither confirm nor disregard that the hand claws could have been used for defense, intraspecific competition, stabilization by grasping tree trunks during high browsing, sexual dimorphism, or gripping mates during mating given the lack of more specimens. He clarified that there is no evidence that the long claws of Therizinosaurus would have been used in active defense or attack, however, it is possible that these appendages could have had some role when facing a threat, such as intimidation. Scott A. Lee and Zachary Richards in 2018 based on bending resistance measurements of several dinosaur humeri, found the humeri of carnosaur, therizinosaur, and tyrannosaur dinosaurs to be relatively resilient to stress. This increased ability to withstand stress supports the idea that Therizinosaurus and other therizinosaurians used their arms in a robust fashion that generated significant forces. They also suggested that the prominent claws of some members could have been used as a defense against predators and other various functions. Unlike the generally light and agile ornithomimosaurs who avoided predation with speed, Therizinosaurus and relatives relied on arms and claws to face threats (and were generally slow runners to begin with). A 2023 study by Qin, Rayfield, Benton et al., regarding the claw function in therizinosaurids and alvarezsaurids, which represent the extremes of theropod claw morphology, suggest that there was no mechanical function identifiable for Therizinosaurus, suggesting the claws on its forelimbs were merely decorative rather than functional and a result of peramorphic growth resulting from increased body size.

Палеосреда

Останки терризинозавра были найдены в хорошо известной формации Немегт в пустыне Гоби. Хотя эта формация никогда не датировалась радиометрически из-за прерывистой экспозиции и отсутствия датируемых вулканических пород, состав окаменелостей позвоночных указывает на раннюю ступень маастрихта, возможно, между 70 и 68 миллионами лет назад. Формация Немегт разделена на три неофициальных члена. Нижний член состоит главным образом из флювиальных отложений, в то время как средний и верхний члены представлены аллювиальными равнинами, палудальными, лагунами и флювиальными отложениями. Среды обитания терризинозавра были определены по осадочным отложениям в формации, уровню δ13C, сохранившемуся в зубной эмали многих травоядных динозавров, и многочисленной окаменевшей древесине. Эти среды включали в себя крупные извилистые и разветвленные реки с обширными лесными массивами, состоящими из густых, закрытых крон араукарий, поддерживавших разнообразных травоядных динозавров, таких как терризинозавр. Климат формации был относительно умеренным (среднегодовая температура между 7,6 и 8,7 °C), характеризовался муссонами с холодными, сухими зимами и жаркими, дождливыми летами, а также среднегодовым количеством осадков от 775 до 835 мм, подверженным значительным сезонным колебаниям. Влажные условия формации Немегт могли служить оазисом, привлекавшим овирапторид из засушливых соседних местонахождений, таких как формация Барун-Гойот, о чем свидетельствует присутствие Немегтомаи в обоих регионах. Ранее предполагалось, что формация Немегт могла быть похожа на современную дельту Окаванго, также состоящую из хорошо увлажненных территорий. Палеофауна формации Немегт была разнообразной и богатой, включала других динозавров, таких как альварессауры Мононикус и Немегтоникус; дейнонихозавры Адазавр и Занабазар; орнитомимозавры Ансеримус и Галлимимус; овираптозавры Авимус, Гигантораптор, Ринхения и Эльмизавр; тираннозавриды Алектрозавр, Алиорамус и, возможно, Багаратан; анкилозавриды Сайхания и Тархия; и пахицефалозавриды Гомалоцефал и Преноцефал. Мегафауна Немегта включала орнитомимозавра Дейнохейруса; хадрозавридов Барсболдию и Сауролофуса; титанозавров Немегтозавра и Опистокоэликаудию; и высшего хищника Тарбозавра. Дополнительная палеофауна включает птиц, таких как Judinornis или Teviornis; многочисленные пресноводные остракоды в различных местонахождениях; рыб; наземных и водных черепах, таких как Монголохелис и Немегтемис; и крокодиломорфа Параллигатора. Поскольку отложения, в которых были найдены останки терризинозавра, имеют флювиальное происхождение, предполагается, что он предпочитал кормиться в прибрежных зонах. Благодаря своему значительному росту и высокому образу жизни, терризинозавр был одним из самых высоких динозавров в палеофауне формации Немегт. Вероятно, он не испытывал значительной конкуренции с другими травоядными за листву, однако могло происходить разделение ниш с титанозаврами – также длинношеими динозаврами – из этой формации. Если бы терризинозавр был пасущимся животным, то он конкурировал бы с современными пасущимися животными, такими как Сауролоф. Хотя мелкие хищники, такие как дромеозавриды и троодонтиды, не представляли угрозы для терризинозавра, единственным другим хищником, сопоставимым по размеру, был тарбозавр. Из-за большего роста терризинозавра, крупный тарбозавр, возможно, не мог укусить выше бедер или живота стоящего терризинозавра. Удлиненные когти могли быть полезны для самообороны или для устрашения хищника в этой ситуации. Также возможно, что терризинозавр конкурировал за другие различные ресурсы с Дейнохейрусом, Сауролофусом, Немегтозавром и Опистокоэликаудией.

The remains of Therizinosaurus have been found in the well known Nemegt Formation of the Gobi Desert. Although this formation has never been dated radiometrically because of the discontinuity of exposures and absence of datable volcanic rock facies, the vertebrate fossil assemblage suggests an early Maastrichtian stage possibly between 70 million and 68 million years ago. The Nemegt Formation is separated into three informal members. The lower member is mainly composed by fluvial sediments, while middle and upper members consist of alluvial plain, paludal, lacustrine, and fluvial sedimentation. The environments that Therizinosaurus inhabited have been determined by the sedimentation across the formation, the δ13C level preserved on the tooth enamel of many herbivorous dinosaurs and the numerous petrified wood across the formation. They consisted of large meandering and braided rivers with extensive woodlands composed of large, enclosed, canopy like forests of Araucarias that supported diverse herbivorous dinosaurs like Therizinosaurus. The climate of the formation was relatively temperate (mean annual temperatures between 7.6 and 8.7 °C), characterized by monsoons with cold, dry winters and hot, rainy summers with the addition of mean annual precipitations between 775 mmm and 835 mmm, a precipitation that was subject to prominent seasonal fluctuations. The wet environments of the Nemegt Formation may have acted as an oasis like area that attracted oviraptorids from arid neighbour localities such as the Barun Goyot Formation, as evidenced on the presence of Nemegtomaia in both regions. It has been previously suggested that the Nemegt Formation may have been similar to the modern day Okavango Delta, which is also composed of mesic (well watered) surroundings. The paleofauna of the Nemegt Formation was diverse and rich, composed of other dinosaurs such as the alvarezsaurs Mononykus and Nemegtonykus; deinonychosaurs Adasaurus, and Zanabazar; ornithomimosaurs Anserimimus and Gallimimus; oviraptorosaurs Avimimus, Gigantoraptor, Rinchenia and Elmisaurus; tyrannosaurids Alectrosaurus, Alioramus and possibly Bagaraatan; ankylosaurids Saichania and Tarchia; and pachycephalosaurids Homalocephale and Prenocephale. The Nemegt megafauna included the ornithomimosaur Deinocheirus; hadrosaurids Barsboldia and Saurolophus; titanosaurs Nemegtosaurus and Opisthocoelicaudia; and the apex predator Tarbosaurus. Additional paleofauna includes birds like Judinornis or Teviornis; abundant freshwater ostracods at numerous localities; fish; terrestrial and aquatic turtles such as Mongolochelys and Nemegtemys; and the crocodylomorph Paralligator. As the sediments in which Therizinosaurus remains have been found are fluvial based, it is suggested that it may have preferred to forage on riparian areas. Therizinosaurus due to its prominent height and high browsing lifestyle, was one of the tallest dinosaurs in the Nemegt Formation paleofauna. It probably had no significant competition with other herbivores over the foliage, however, a niche partitioning with the titanosaurs—also long necked dinosaurs—of the formation could have occurred. If Therizinosaurus was a grazer, on the other hand, it would have competed with contemporary grazers such as Saurolophus. Although small predators like dromaeosaurids and troodontids did not represent a threat to Therizinosaurus, the only other predator rivaling in size was Tarbosaurus. Because of the greater height of Therizinosaurus, a large Tarbosaurus may have been not able to bite any higher than the thighs or belly of an adult standing Therizinosaurus. The elongated claws may have been useful for self defense or to intimidate the predator during this situation. It is also possible that Therizinosaurus competed for other various resources with Deinocheirus, Saurolophus, Nemegtosaurus and Opisthocoelicaudia.