Введение

Приподнятое красное поражение кожи у младенцев, вызванное доброкачественной сосудистой опухолью. Причины их возникновения до конца не ясны. Хотя этот родимый знак может выглядеть пугающе, врачи обычно рекомендуют не трогать его и дать ему исчезнуть самостоятельно, если он не мешает зрению или не блокирует ноздри. Они чаще встречаются у девочек, людей европеоидной расы и недоношенных детей.

Признаки и симптомы

Детские гемангиомы обычно развиваются в течение первых нескольких недель или месяцев жизни. Ранние проявления могут напоминать красную полоску или пятно, белое пятно или синяк. В большинстве случаев они возникают на голове и шее, но могут появляться практически где угодно. Внешний вид и цвет ИГ зависят от его локализации и глубины в коже. Глубокие ИГ проявляются в виде нечетко очерченных синеватых пятен (макул), которые могут пролиферировать в папулы, узлы или более крупные образования. Пролиферирующие поражения часто поддаются компрессии, но при этом достаточно плотные. У многих глубоких гемангиом можно заметить несколько поверхностных капилляров над основной глубокой составляющей или вокруг выступающих вен. Глубокие гемангиомы, как правило, развиваются немного позже поверхностных, и могут иметь более длительные и поздние фазы пролиферации. Глубокие гемангиомы редко изъязвляются, но могут вызывать проблемы в зависимости от их расположения, размера и темпов роста. Глубокие гемангиомы, расположенные вблизи чувствительных структур, могут вызывать сжатие окружающих мягких тканей в фазе пролиферации, например, наружного слухового прохода и века.

Осложнения

Почти ни одна из ИГ не связана с осложнениями. Они могут изъязвляться на поверхности, что может быть болезненным и вызывать проблемы. При глубоких язвах могут возникнуть значительный дискомфорт, кровотечение и инфекция. Если гемангиома развивается в гортани, это может привести к нарушению дыхания. Если гемангиома расположена рядом с глазом, её рост может вызвать закупорку или смещение глаза, что может привести к амблиопии. В очень редких случаях, чрезвычайно крупные гемангиомы могут вызывать сердечную недостаточность с высоким выбросом из-за объема крови, который необходимо перекачивать через избыточные кровеносные сосуды. Поражения, прилегающие к кости, могут вызывать эрозию кости. Крупные сегментарные гемангиомы в области поясничного отдела позвоночника могут быть связаны с дисрафизмом, проблемами с почками и мочеполовой системой в рамках синдрома, известного как ЛУМБАР. Множественные кожные гемангиомы у младенцев могут указывать на наличие гемангиомы печени. Обследование на поражение печени часто рекомендуется младенцам с пятью или более кожными гемангиомами.

Причины

Причина гемангиомы в настоящее время неизвестна, но ряд исследований указывают на важную роль эстрогенной сигнализации в пролиферации. Локальная гипоксия мягких тканей в сочетании с повышением уровня циркулирующего эстрогена после рождения может служить стимулом для её развития. Также была предложена гипотеза о том, что материнская плацента эмболизирует клетки в дерму плода во время беременности, что приводит к гемангиомагенезу. Однако другая группа исследователей, проведя генетический анализ однонуклеотидных полиморфизмов в ткани гемангиомы и сравнив его с ДНК матери, опровергла эту гипотезу. Другие исследования выявили роль усиленного ангиогенеза и васкулогенеза в развитии гемангиом.

Диагноз

Большинство гемангиом можно диагностировать на основании анамнеза и физического осмотра. В редких случаях для подтверждения диагноза требуется визуализация (ультразвуковое исследование с допплером, магнитно-резонансная томография) и/или цитология или гистопатология. Подробный анамнез, описывающий характеристики роста гемангиомы, может быть очень полезен при постановке диагноза. В первые 4–8 недель жизни гемангиомы быстро растут, преимущественно объемным, а не радиальным ростом. Обычно за этим следует период более медленного роста, который может длиться 6–9 месяцев, при этом 80% роста завершается к 3 месяцам. В конечном итоге гемангиомы подвергаются обратному развитию в течение нескольких лет. Если диагноз неясен на основании физического осмотра и анамнеза роста (чаще всего при глубоких гемангиомах с минимальным кожным вовлечением), то визуализация или гистопатология могут помочь подтвердить диагноз. На УЗИ с допплером гемангиома в пролиферативной фазе выглядит как высокопотоковая масса мягких тканей, обычно без прямого артериовенозного шунтирования. На МРТ гемангиомы проявляются как четко очерченное образование с умеренной и повышенной интенсивностью сигнала на T1- и T2-взвешенных изображениях соответственно, и выраженным усилением после введения гадолиния, с быстропроточными сосудами. Под микроскопом гемангиомы представляют собой неинкапсулированные скопления плотно упакованных тонкостенных капилляров, обычно с эндотелиальной выстилкой. Наполненные кровью сосуды разделены небольшим количеством соединительной ткани. Их просвет может быть тромбирован и организован. Может наблюдаться отложение пигмента гемосидерина вследствие разрыва сосудов. Гистохимический маркер GLUT 1 может быть полезен для дифференциальной диагностики гемангиом с другими состояниями, такими как сосудистые мальформации.

Лечение

Большинство ВГ (инфантильных гемангиом) исчезают без лечения, не оставляя видимых следов или оставляя минимальные следы. Однако это может занять много лет, и некоторым поражениям может потребоваться какое-либо лечение. Недавно были опубликованы многопрофильные клинические рекомендации по ведению инфантильных гемангиом. Показаниями к лечению являются нарушение функции (например, нарушение зрения или кормления), кровотечение, потенциально опасные для жизни осложнения (заболевания дыхательных путей, сердца или печени) и риск долгосрочной или стойкой деформации. Крупные ВГ могут оставлять видимые изменения кожи вследствие значительного растяжения кожи или изменения текстуры поверхности. Лечение обычно требуется, когда они мешают зрению, дыханию или угрожают значительной деформацией (особенно при поражениях лица, и в частности, носа и губ). Медикаментозная терапия наиболее эффективна в период наиболее активного роста гемангиомы, который приходится на первые 5 месяцев жизни.

Лекарства

Лечение ИГ включает медицинскую терапию (системную, интралезиональную и топическую), хирургическое вмешательство и лазерную терапию. До 2008 года основным методом лечения проблемных гемангиом были пероральные кортикостероиды, которые эффективны и остаются вариантом для пациентов, которым терапия бета-блокаторами противопоказана или плохо переносится. После случайного наблюдения, что пропранолол, неселективный бета-блокатор, хорошо переносится и эффективен для лечения гемангиом, препарат был изучен в крупном рандомизированном контролируемом исследовании и одобрен Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA) для этого показания в 2014 году. Пероральный пропранолол более эффективен, чем плацебо, наблюдение без вмешательства или пероральные кортикостероиды. Пропранолол впоследствии стал терапией первой линии для системного лечения этих поражений. Оба этих метода терапии продемонстрировали благоприятные эффекты в отношении уменьшения гемангиом без увеличения риска побочных эффектов. Кроме того, не было выявлено различий между этими двумя препаратами в их способности уменьшать размер гемангиомы; однако, неясно, существует ли разница в их безопасности. Все эти результаты основаны на доказательствах умеренного или низкого качества, поэтому необходимы дальнейшие рандомизированные контролируемые исследования с участием большого числа детей для дальнейшей оценки этих методов лечения. Данный обзор пришел к выводу, что на данный момент нет данных, ставящих под сомнение пероральный пропранолол как стандартную системную терапию для лечения этих поражений. Другие системные методы лечения, которые могут быть эффективными при лечении ИГ, включают винкристин, интерферон и другие препараты с антиангиогенными свойствами. Винкристин, для введения которого требуется центральный венозный доступ, традиционно используется в качестве химиотерапевтического средства, но было показано, что он эффективен против гемангиом и других сосудистых опухолей у детей, таких как капосиформная гемангиоэндотелиома и туфтовидная ангиома. Интерферон альфа-2a и 2b, вводимый подкожно, продемонстрировал эффективность против гемангиом, но может вызывать спастическую диплегию у до 20% леченных детей. Эти препараты редко используются в настоящее время в эпоху терапии бета-блокаторами. Интралезиональные инъекции кортикостероидов (обычно триамцинолона) используются для лечения небольших локализованных гемангиом, где они показали относительную безопасность и эффективность. Инъекции гемангиом верхнего века вызывают споры из-за сообщаемого риска эмболизации сетчатки, возможно связанного с высоким давлением инъекции. Топический тимолол-малеат, неселективный бета-блокатор, доступный в виде гелеобразующего раствора, одобренного для лечения глаукомы, все чаще признается безопасной и эффективной альтернативой для лечения небольших гемангиом. Обычно его применяют два-три раза в день.

Хирургические операции

Хирургическое иссечение гемангиом показано редко и ограничивается случаями, когда медицинская терапия неэффективна (или противопоказана), когда поражение расположено анатомически в месте, доступном для резекции, и когда резекция, вероятно, необходима, а характер рубца будет схожим вне зависимости от времени проведения операции. Хирургия также может быть полезна для удаления остаточной фиброзно-жировой ткани (после инволюции гемангиомы) и реконструкции поврежденных структур.

Лазерный

Лазерная терапия, как правило, импульсный лазер красителя (PDL), играет ограниченную роль в ведении гемангиом. PDL чаще всего применяется для лечения изъязвленных гемангиом, часто в сочетании с местной терапией и обработкой ран, и может способствовать более быстрому заживлению и уменьшению болевых ощущений. Лазерная терапия также может быть полезна при ранних поверхностных ИГ (хотя быстропролиферирующие поражения могут быть более склонны к образованию язв после лечения PDL), а также для лечения кожных телеангиэктазий, сохраняющихся после инволюции.

Прогноз

На этапе инволюции ИГ, наконец, начинает уменьшаться в размерах. Ранее считалось, что ИГ улучшаются примерно на 10% каждый год, однако новые данные свидетельствуют о том, что максимальное улучшение и инволюция обычно достигаются к 3,5 годам. Большинство ИГ разрешаются к 10 годам, но у некоторых пациентов гемангиома не исчезает полностью. Может наблюдаться остаточная краснота, которую можно уменьшить с помощью лазерной терапии, чаще всего PDL. При изменениях текстуры кожи может быть рассмотрено абляционное фракционное обновление. Гемангиомы, особенно те, которые значительно увеличились в размерах во время фазы роста, могут оставлять растянутую кожу или фиброжировую ткань, которая может приводить к деформации или потребовать хирургической коррекции в будущем. В областях, где ранее были язвы, могут оставаться стойкие рубцы. Дополнительные долгосрочные последствия связаны с выявлением внекожных проявлений, ассоциированных с ИГ. Например, пациенту с крупной гемангиомой лица, у которого диагностированы критерии синдрома PHACE, может потребоваться постоянный неврологический, кардиологический и/или офтальмологический мониторинг. В случаях ИГ, затрагивающих жизненно важные структуры, симптомы могут улучшаться по мере инволюции гемангиомы. Например, респираторный дистресс может уменьшиться при инволюции ИГ, занимающего пространство в дыхательных путях, а сердечная недостаточность с высоким выбросом может ослабеть при инволюции гепатогемангиомы, что в конечном итоге может позволить снизить или прекратить лечение. В других случаях, например, при нелеченной гемангиоме века, развившаяся амблиопия не улучшается при инволюции кожного поражения. По этим причинам младенцы с младенческими гемангиомами должны быть обследованы соответствующим специалистом в ранней пролиферативной фазе, чтобы мониторинг рисков и лечение были индивидуализированы и результаты могли быть оптимизированы.

Терминология

Терминология, используемая для определения, описания и классификации сосудистых опухолей и мальформаций, менялась с течением времени. Изначально термин «гемангиома» использовался для описания любой сосудистой опухолеподобной структуры, независимо от того, присутствовала она при рождении или появилась позже в жизни. В 1982 году Малликен и Гловацки предложили новую систему классификации сосудистых аномалий, которая получила широкое признание и была принята Международным обществом по изучению сосудистых аномалий. Эта система классификации была недавно обновлена в 2015 году. В настоящее время классификация сосудистых аномалий основывается на клеточных характеристиках, естественном течении и клиническом поведении поражения. Сосудистые аномалии делятся на сосудистые опухоли/неоплазмы, включающие младенческие гемангиомы, и сосудистые мальформации, включающие образования с расширенными или аномальными сосудами, такие как капиллярные мальформации (винные пятна), венозные мальформации и лимфатические мальформации. Этот маркер коренным образом изменил возможности дифференциальной диагностики младенческой гемангиомы и других сосудистых аномалий.