Нилоты: народы долины реки Нил в Восточной Африке.

Введение

Коллекция этнических групп, коренных жителей долины Нила в Восточной Африке.

Нилоты – это народы, коренные жители долины Нила, говорящие на нилотических языках. Они проживают в Южном Судане, Судане, Эфиопии, Уганде, Кении, восточной приграничной зоне Демократической Республики Конго, Руанде, Бурунди и Танзании. К ним относятся народы, говорящие на языке бурун, народ тесо, также известный как итесо или народ тесо, народы каро, народы луо, народы атекер, народы календжин, народ карамоджон, также известный как карамоджон или каримоджон, датуга, динка, нуэр, атвот, лотуко и народы, говорящие на языке маа. Нилоты составляют большинство населения Южного Судана, который считается их изначальным ареалом расселения. После народов банту они являются второй по численности группой народов, населяющих регион Африканских Великих озёр вокруг Восточно-Африканского рифтового разлома. Они также составляют значительную часть населения юго-западной Эфиопии. Численность нилотов в конце XX века составляла 7 миллионов человек. Нилоты преимущественно исповедуют христианство и традиционные верования, включая религию динка. Некоторые нилоты также исповедуют ислам.

Имя

Термины "нилотик" и "нилот" ранее использовались как расовые подклассификации, основанные на антропологических наблюдениях за предполагаемыми отличительными особенностями телосложения многих носителей нилотских языков. В XX веке социальные науки в основном отказались от подобных попыток классифицировать народы по физическим характеристикам, отдав предпочтение лингвистическим исследованиям для их разграничения. На основе общего языка формировались этнические группы и культуры. Однако, начиная с конца XX века, социальные и естественные ученые стали использовать данные популяционной генетики. В настоящее время термины "нилотик" и "нилот" (в единственном числе – "нилот") используются главным образом для обозначения различных народов, говорящих на языках одной нилотской языковой семьи. Этимологически эти термины происходят от названия долины Нила, а именно от Верхнего Нила и его притоков, где проживает большинство суданских народов, говорящих на нило-сахарских языках.

Происхождение

Предполагается, что протонилотическое единство, обособленное от более раннего недифференцированного восточносуданского единства, сформировалось к третьему тысячелетию до нашей эры. Развитие протонилотов как группы могло быть связано с их одомашниванием скота. Восточносуданское единство должно было существовать значительно раньше, возможно, около пятого тысячелетия до нашей эры. Предполагаемое нило-сахарское единство датируется верхним палеолитом, примерно 15 тысяч лет назад. Исходное местонахождение ранних носителей нилотских языков, вероятно, находилось к востоку от Нила, на территории современного Южного Судана. Протонилоты третьего тысячелетия до нашей эры были скотоводами, в то время как их соседи, протоцентральносуданские народы, в основном занимались земледелием. Нилоты практиковали смешанную экономику, сочетающую скотоводство, рыболовство и земледелие. Одни из самых ранних археологических находок, описывающих сходную культуру из того же региона, были обнаружены в Кадеро, в 48 м к северу от Хартума (Судан) и датируются 3000 годом до нашей эры. В Кадеро найдены остатки культуры скотоводов и кладбище со скелетными останками, демонстрирующими фенотипы, характерные для африканцев южнее Сахары. Также имеются свидетельства одомашнивания других животных, искусства, торговли на дальние расстояния, выращивания зерновых культур и потребления рыбы. Генетические и лингвистические исследования показали, что нубийцы в Северном Судане и Южном Египте представляют собой смешанную группу, изначально близко связанную с нилотскими народами. Позднее эта популяция получила значительный приток генов из Ближнего Востока и других восточноафриканских популяций. Нубийцы считаются потомками ранних обитателей долины Нила, которые впоследствии образовали Королевство Куш, включавшее Керму и Мероэ, а также средневековые христианские королевства Макурию, Нобатию и Алодию. Эти исследования позволяют предположить, что народы, близкие к нилотам, на протяжении длительного времени населяли долину Нила, вплоть до южного Египта, в древности.

Расширение за пределами Судда

Лингвистические данные свидетельствуют о том, что со временем регион заселили носители нилотических языков, таких как нуэр, динка, шиллук и луо. Эти группы распространились из заболоченных угодий Судд, где археологические находки указывают на существование культуры, основанной на кочевом скотоводстве, начиная с 3000 года до н.э., и нилотическая культура в этом районе, возможно, непрерывно развивалась с тех пор. Распространение нилотов из Судда на остальную территорию Южного Судана, по-видимому, началось в XIV веке. Это совпало с падением христианских нубийских королевств Макурии и Алодии и проникновением арабских торговцев в центральный Судан. Возможно, от арабов жители Южного Судана получили новые породы крупного рогатого скота без горбов. Археолог Роланд Оливер отмечает, что этот период также ознаменовался началом железного века у нилотов. Все эти факторы могли способствовать расширению нилотов и их доминированию в регионе.

Шиллук

К XVI веку самой могущественной группой среди носителей нилотических языков были колло, известные арабам и европейцам как шиллук, которые распространились на восток до берегов Белого Нила под легендарным предводительством Никанга, который, как считается, правил землями Лэг колло с примерно 1490 по 1517 год. Колло установили контроль над западным берегом реки до Кости в Судане. Там они создали экономику, основанную на скотоводстве, земледелии и рыболовстве, с небольшими поселениями, расположенными вдоль реки. У колло развилась интенсивная система ведения сельского хозяйства. Плотность населения земель колло в XVII веке была сопоставима с плотностью населения земель египетского Нила. Одна из теорий предполагает, что давление со стороны колло вынудило народ фундж двинуться на север, где они основали Султанат Сеннар. Динка остались в районе Судд, сохраняя свою экономику, основанную на кочевом скотоводстве. В то время как динка были защищены и изолированы от соседей, колло были более вовлечены в международные дела. Колло контролировали западный берег Белого Нила, а восточный берег находился под контролем султаната фундж, между которыми регулярно возникали конфликты. Колло имели возможность совершать быстрые набеги на соседние территории на военных каноэ и контролировали воды Нила. Фундж располагали постоянной армией бронированной конницы, что позволяло им доминировать на равнинах Сахеля. Предания колло повествуют о Радхе Одаке Околло, который правил около 1630 года и возглавил их в тридцатилетней войне с Сеннаром за контроль над торговыми путями Белого Нила. Колло заключили союз с Султанатом Дарфура и Королевством Такали против фундж, но капитуляция Такали привела к завершению войны в пользу фундж. В конце XVII века колло и фундж объединились против динка, которые усилили свое влияние в приграничной зоне между фундж и колло. Политическая структура колло постепенно централизовалась вокруг короля, или рета. Наиболее значимой фигурой был Радх Туго (сын Радха Доккоодхо), который правил примерно с 1690 по 1710 год и основал столицу колло – Фашоду. В тот же период произошел постепенный распад султаната фундж, оставив колло в полном контроле над Белым Нилом и его торговыми путями. Военная мощь колло основывалась на контроле над рекой.

By the 16th century, the most powerful group among the Nilotic speakers were the Cøllø, called Shilluk by Arabs and Europeans, who spread east to the banks of the white Nile under the legendary leadership of Nyikang, who is said to have ruled Läg Cøllø c from around 1490 to 1517. The Cøllø gained control of the west bank of the river as far north as Kosti in Sudan. There they established an economy based on cattle raising, cereal farming, and fishing, with small villages located along the length of the river. The Cøllø developed an intensive system of agriculture. The Cøllø lands in the 17th century had a population density similar to that of the Egyptian Nile lands. One theory is that pressure from the Cøllø drove the Funj people north, who would establish the Sultanate of Sennar. The Dinka remained in the Sudd area, maintaining their transhumance economy. While the Dinka were protected and isolated from their neighbours, the Cøllø were more involved in international affairs. The Cøllø controlled the west bank of the White Nile, but the other side was controlled by the Funj sultanate, with regular conflict between the two. The Cøllø had the ability to quickly raid outside areas by war canoe, and had control of the waters of the Nile. The Funj had a standing army of armoured cavalry, and this force allowed them to dominate the plains of the sahel. Cøllø traditions tell of Rädh Odak Ocollo who ruled around 1630 and led them in a three decade war with Sennar over control of the White Nile trade routes. The Cøllø allied with the Sultanate of Darfur and the Kingdom of Takali against the Funj, but the capitulation of Takali ended the war in the Funj's favour. In the later 17th century, the Cøllø and Funj allied against the Dinka, who rose to power in the border area between the Funj and Cøllø. The Cøllø political structure gradually centralized under the a king or reth. The most important is Rädh Tugø (son of Rädh Dhøköödhø) who ruled from circa 1690 to 1710 and established the Cøllø capital of Fashoda. The same period had the gradual collapse of the Funj sultanate, leaving the Cøllø in complete control of the White Nile and its trade routes. The Cøllø military power was based on control of the river.

Южно-нилотическое поселение в Восточной Африке

Начиная с середины XIX века, европейские антропологи, а затем кенийские историки проявляли интерес к истокам миграции людей из разных регионов Африки в Восточную Африку. Одной из наиболее известных и широко распространенных теорий, возникших в результате этих исследований, является экспансия банту. Основными методами исследования служили лингвистика, археология и устная история.

Устные традиции

Значение прослеживания истории отдельных кланов для понимания формирования групп Календжин было показано такими учеными, как Б. Э. Кипкорир (1978). Он утверждал, что тугены первоначально поселились небольшими клановыми группами, спасаясь от войны, голода и болезней, и пришли из западных, восточных и северных областей. Даже часть тугенов утверждает, что они прибыли с горы Кения. Рассказ о заселении Нанди демонстрирует аналогичный характер освоения территории Нанди. Календжинские кланы, которые переселились и заняли область Нанди, таким образом став племенем Нанди, происходили из широкого спектра регионов, где говорили на языках Календжин. Очевидно, существовали основные пространственные зоны, куда люди переселялись и концентрировались на протяжении веков, в процессе эволюционируя в отдельные сообщества Календжин, известные сегодня, путем принятия мигрантов и ассимиляции коренного населения. По разным причинам медленные и многопоколенные миграции нилотов луо происходили из Южного Судана в Уганду и западную Кению, начиная как минимум с 1000 года н.э. и продолжаясь до начала XX века. Устная история и генеалогические данные использовались для оценки хронологии расширения луо в Кению и Танзанию. Можно выделить четыре основные волны миграции в бывшую провинцию Ньянза в Кении, начиная с народа Джок (Joka Jok), которая, по оценкам, началась примерно в 1490–1517 годах. Джока-Йок были первой и самой крупной волной мигрантов в северную Ньянзу. Эти мигранты поселились в месте, называемом холм Рамоги, а затем распространились по северной Ньянзе. Вскоре последовали люди Овини (Jok'Owiny) и люди Омоло (Jok'Omolo) (1598–1625). Затем последовала разнообразная группа, состоящая из суба, саква, асембо, уйома и кано. Суба изначально были народом, говорящим на языках банту, которые ассимилировались с культурой луо. Они бежали из Королевства Буганда в Уганде после гражданской войны, последовавшей за убийством 24-го Кабаки Буганды в середине XVIII века, и поселились в Южной Ньянзе, особенно на островах Русинга и Мфангано. Носители языка луо пересекли залив Винам озера Виктория из северной Ньянзы в южную Ньянзу, начиная с начала XVII века.

The significance of tracing individual clan histories in order to get an idea of Kalenjin groups formation has been shown by scholars such as B. E. Kipkorir (1978). He argued that the Tugen first settled in small clan groups, fleeing from war, famine, and disease, and that they arrived from western, eastern, and northern sections. Even a section among the Tugen claims to have come from Mount Kenya. The Nandi account on the settlement of Nandi displays a similar manner of occupation of the Nandi territory. The Kalenjin clans who moved into and occupied the Nandi area, thus becoming the Nandi tribe, came from a wide array of Kalenjin speaking areas. Apparently, spatial core areas existed to which people moved and concentrated over the centuries, and in the process evolved into the individual Kalenjin communities known today by adopting migrants and assimilating original inhabitants. For various reasons, slow and multigenerational migrations of Nilotic Luo peoples occurred from South Sudan into Uganda and western Kenya from at least 1000 AD, and continuing until the early 20th century. Oral history and genealogical evidence have been used to estimate timelines of Luo expansion into and within Kenya and Tanzania. Four major waves of migrations into the former Nyanza province in Kenya are discernible starting with the people of Jok (Joka Jok), which is estimated to have begun around 1490–1517. Joka Jok were the first and largest wave of migrants into northern Nyanza. These migrants settled at a place called Ramogi Hill, then expanded around northern Nyanza. The people of Owiny' (Jok'Owiny) and the people of Omolo (Jok'Omolo) followed soon after (1598 1625). A miscellaneous group composed of the Suba, Sakwa, Asembo, Uyoma, and Kano then followed. The Suba originally were Bantu speaking people who assimilated into Luo culture. They fled from the Buganda Kingdom in Uganda after the civil strife that followed the murder of the 24th Kabaka of Buganda in the mid 18th century and settled in South Nyanza, especially at Rusinga and Mfangano islands. Luo speakers crossed Winam Gulf of Lake Victoria from northern Nyanza into South Nyanza starting in the early 17th century.

Постколониальные традиции

Несколько исторических повествований из различных подплемен Календжин указывают на Тульветаб/Тульвоп Кони (гору Эльгон) как их первоначальную точку поселения в Кении. Эта точка происхождения является центральной темой в большинстве рассказов, записанных после колониального периода. Один из самых известных рассказов гласит:

Календжин происходят из страны на севере, известной как Emet ab Burgei, что означает «теплая страна». Говорят, что люди отправились на юг, проходя через гору Эльгон или Тульвет аб Кони (на языке Календжин). Сабаот поселились на склонах горы, а остальные продолжили путь в поисках лучших земель. Кэйё и Мараквет поселились в долине Керио и на холмах Черангани. Покот поселились на северном склоне горы Эльгон, а затем распространились на территории к северу от озера Баринго. У озера Баринго тугены отделились от нанди и кипсигис. Это произошло во время голода, известного как Кемеутаб Рерисик, что означает «голод летучих мышей». Рассказывают, что во время этого голода летучая мышь принесла пучок зеленой травы, который был воспринят как добрый знак, предвещающий, что голод можно избежать, переселившись в более плодородные земли. Тугены переселились и поселились вокруг холмов Туген, а кипсигис и Лембу Нанди – в район Ронгай. Говорят, что кипсигис и нанди долгое время жили как единая группа, но в конечном итоге были вынуждены разделиться из-за неблагоприятных факторов окружающей среды. Среди них – засухи и вторжения масаи из Уасин-Гишу. Географические барьеры защищали южные народы от распространения ислама, позволяя им сохранить свое социальное и культурное наследие, а также свои политические и религиозные институты. Народ динка был особенно защищен в болотах Судд, которые оберегали их от внешнего вмешательства и позволяли оставаться в безопасности без больших вооруженных сил. У народов шиллук, азанде и бари были более частые конфликты с соседними государствами.

Культура и религия

Большинство нилотов продолжают заниматься скотоводством, совершая сезонные миграции со своими стадами. Некоторые племена также известны традицией набегов за скотом. Благодаря длительному взаимодействию с соседними народами, нилоты в Восточной Африке переняли многие обычаи и практики от южнокушитских групп. К ним относятся возрастная система социальной организации, обрезание и элементы лексики. В религиозном отношении нилоты в основном придерживаются традиционных верований, христианства и ислама. В религии динка существует пантеон божеств. Высшим, Богом-Творцом является Nhialic, Бог неба и дождя, и правитель всех духов. Считается, что он присутствует во всем творении и контролирует судьбу каждого человека, растения и животного на Земле. Nhialic также известен как Jaak, Juong или Dyokin другими нилотическими группами, такими как нуэр и шиллюк. Dengdit или Deng – бог неба, дождя и плодородия, наделенный силой Nhialic. Мать Дэн – Abuk, богиня-покровительница садоводства и всех женщин, изображаемая в виде змеи. Garang, другое божество, по мнению некоторых динка, считается богом, подчиненным Deng. Его духи заставляют большинство женщин динка и некоторых мужчин издавать крики. Термин Jok обозначает группу духов предков. В мифологии лотуко главный бог называется Ajok. Он обычно воспринимается как добрый и благосклонный, но может прийти в гнев. Однажды, как сообщается, он ответил на молитву женщины о воскрешении ее сына. Однако ее муж разгневался и убил ребенка. Согласно религии лотуко, Ajok был возмущен поступком мужчины и поклялся больше никогда не воскрешать лотуко. В результате, как говорят, смерть стала окончательной.

Y ДНК

Исследование Y-хромосомы, проведенное Wood и др. (2005), исследовало различные популяции Африки на предмет отцовских линий, включая 26 масаи и 9 луо из Кении, а также 9 алур из Демократической Республики Конго. Характерный нилотический отцовский маркер – гаплогруппа A3b2 – был обнаружен у 27% масаи, 22% алур и 11% луо. Гаплогруппа B является еще одним характерным нилотийским отцовским маркером. Она была выявлена у 22% образцов луо, 8% масаи и 50% нуэр. Гаплогруппа E1b1b наблюдалась с общей частотой около 11% среди носителей нило-сахарских языков в районе Великих озер, причем наибольшее влияние отмечено среди масаи (50%). Это указывает на значительный исторический поток генов от мужчин, говорящих на кушитских языках, в эти нило-сахарские популяции. 67% образцов алур обладали гаплогруппой E2. Исследовалась Y-ДНК популяций региона Судана, с включением различных местных нилотических групп для сравнения. Характерные нилотийские клады A и B были наиболее распространенными отцовскими линиями среди носителей нило-сахарских языков, за исключением тех, кто проживает на западе Судана. Там было отмечено заметное влияние Северной Африки. Гаплогруппа A была обнаружена у 62% динка, 53,3% шиллуков, 46,4% нуба, 33,3% нуэр, 31,3% фур и 18,8% масалитов. Гаплогруппа B была выявлена у 50% нуэр, 26,7% шиллуков, 23% динка, 14,3% нуба, 3,1% фур и 3,1% масалитов. Клад E1b1b также наблюдался у 71,9% масалитов, 59,4% фур, 39,3% нуба, 20% шиллуков, 16,7% нуэр и 15% динка. Атипично высокая частота гаплогруппы у масалитов была объяснена либо недавним эффектом «бутылочного горлышка» в популяции, который, вероятно, изменил исходное разнообразие гаплогрупп сообщества, либо географической близостью к месту происхождения E1b1b в Северной Африке. Считается, что этот клад "мог быть занесен в Судан [ ] после постепенного опустынивания Сахары примерно 6000–8000 лет назад". Аналогично, афро-азиатское влияние прослеживалось у нилотов датог из северной Танзании, 43% из которых несли субклад M293 гаплогруппы E1b1b.

A Y chromosome study by Wood et al. (2005) tested various populations in Africa for paternal lineages, including 26 Maasai and 9 Luo from Kenya, and 9 Alur from the Democratic Republic of Congo. The signature Nilotic paternal marker Haplogroup A3b2 was observed in 27% of the Maasai, 22% of the Alur, and 11% of the Luo. Haplogroup B is another characteristically Nilotic paternal marker. It was found in 22% of Luo samples, 8% of Maasai, and 50% of Nuer peoples. The E1b1b haplogroup has been observed at overall frequencies around 11% among Nilo Saharan speaking groups in the Great Lakes area, with this influence concentrated among the Maasai (50%). This is indicative of substantial historic gene flow from Cushitic speaking males into these Nilo Saharan speaking populations. 67% of the Alur samples possessed the E2 haplogroup. The Y DNA of populations in the Sudan region were studied, with various local Nilotic groups included for comparison. The signature Nilotic A and B clades were the most common paternal lineages amongst the Nilo Saharan speakers, except those inhabiting western Sudan. There, a prominent North African influence was noted. Haplogroup A was observed amongst 62% of Dinka, 53.3% of Shilluk, 46.4% of Nuba, 33.3% of Nuer, 31.3% of Fur, and 18.8% of Masalit. Haplogroup B was found in 50% of Nuer, 26.7% of Shilluk, 23% of Dinka, 14.3% of Nuba, 3.1% of Fur, and 3.1% of Masalit. The E1b1b clade was also observed in 71.9% of the Masalit, 59.4% of the Fur, 39.3% of the Nuba, 20% of the Shilluk, 16.7% of the Nuer, and 15% of the Dinka. The atypically high frequencies of the haplogroup in the Masalit was attributed to either a recent population bottleneck, which likely altered the community's original haplogroup diversity, or to geographical proximity to E1b1b's place of origin in North Africa. The clade "might have been brought to Sudan [ ] after the progressive desertification of the Sahara around 6,000–8,000 years ago". Similarly, Afro Asiatic influence was seen in the Nilotic Datog of northern Tanzania, 43% of whom carried the M293 subclade of E1b1b.

МТДНК

В отличие от отцовской ДНК нилотов, материнские линии нилотов в целом демонстрируют низкий или пренебрежимо малый уровень афро-азиатского и иных посторонних влияний. Исследование митохондриальной ДНК (мтДНК) изучило материнское происхождение различных нилотических популяций в Кении, включая представителей туркана, самбуру, масаи и луо. мтДНК почти всех исследованных нилотов принадлежала к различным субсахарским макрогаплогруппам L, таким как L0, L2, L3, L4 и L5. Небольшой приток материнских генов из Северной Африки и Африканского Рога был отмечен в некоторых группах, главным образом благодаря присутствию гаплогрупп M и I мтДНК примерно у 12,5% представителей масаи и 7% представителей самбуру соответственно.

Автосомная ДНК

Автосомная ДНК нилотических народов была исследована в рамках изучения генетических кластеров различных популяций Африки. По мнению исследователей, нилоты, как правило, формируют собственный африканский генетический кластер, хотя наиболее тесно связаны с другими популяциями нило-сахарской группы, а затем, в большей степени отдалённо, – с носителями языков нигеро-конголезской семьи. Авторы также обнаружили, что отдельные нилотические народы в восточноафриканском регионе Великих озёр, например масаи, демонстрируют некоторую дополнительную аффинизацию с афроазиатскими группами, обусловленную неоднократной ассимиляцией кушитскоязычных народов на протяжении последних примерно 5000 лет. В целом, нилоты и другие народы нило-сахарской группы тесно связаны с носителями языков нигеро-конголезской семьи из Западной и Центральной Африки. Считается, что обе группы отделились от общего предка около 28 000 лет назад, возможно, где-то в регионе Сахель. У большинства нилотических народов преобладает или полностью представлено западноафриканское/восточноафриканское происхождение, хотя у некоторых групп наблюдается различная степень примеси западноевразйских генов, в основном опосредованная косвенно через скотоводов из Африканского Рога.

Анализ примеси

В 121 африканской популяции, четырех афроамериканских популяциях и 60 неафриканских популяциях результаты показали высокую степень смешанного происхождения, отражающую миграционные события. Во Восточной Африке все исследованные группы населения в разной степени имели элементы нилотского, кушитского и бантуйского происхождения. В целом, генетические кластеры соответствовали лингвистической классификации, однако были и заметные исключения, такие как луо из Кении. Несмотря на то, что луо говорят на языках нило-сахарской группы, они генетически ближе к популяциям, говорящим на языках нигеро-кордофанской группы, которые их окружают. Это указывает на высокую степень смешения, произошедшую во время южного продвижения южных луо. У групп календжин и масаи было обнаружено меньше бантуйского происхождения, но значительное кушитское.

Физиология

Физически нилоты отличаются тёмным цветом кожи и стройным, высоким телосложением. У них часто встречаются исключительно длинные конечности, особенно дистальные сегменты (предплечья, голени). Считается, что эта особенность является климатической адаптацией, позволяющей их организму более эффективно рассеивать тепло. Суданские нилоты считаются одними из самых высоких народов в мире. Средние показатели роста и веса были зафиксированы в выборке суданских шиллуков. В другой выборке суданских динка соотношение роста к весу составило , с крайне эктоморфным соматотипом 1,6–3,5–6,2. Что касается черт лица, то наиболее распространённый профиль носа среди нилотских популяций – широкий, с характерно высокими значениями индекса, варьирующимися от 86,9 до 92,0. Более низкие носовые индексы часто встречаются у нилотов, обитающих в более южном регионе Великих озёр, таких как масаи, что объясняется генетическими различиями. Кроме того, нилотские группы, в настоящее время населяющие регион Африканских Великих озёр, иногда имеют меньший рост, чем те, кто проживает в регионе Судана. Измерения и были получены в выборке земледельческой турканы на севере Кении, а и – в выборке скотоводов туркана. Рост масаи в южной Кении составил , при экстремальном соотношении длины туловища к длине ног 47,7. Многие нилотские группы преуспевают в беге на длинные и средние дистанции. Эта спортивная сила может быть связана с их исключительной экономичностью бега, которая обусловлена стройным телосложением и очень длинными, стройными ногами (особенно голенями, то есть икроножными мышцами и лодыжками). Среди 404 элитных кенийских бегунов на длинные дистанции 76% респондентов международного класса идентифицировали себя как представителей этнической группы календжин, а 79% говорили на нилотском языке.