Японский китобойный промысел: история и современность.

Японский китобойный промысел: история с 12 века, индустриальный китобойный промысел с 1890-х, приостановка IWC в 1986 году и научные исследования.

48 мин чтения

100%

Источник: Whaling in Japan — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Японская китобойная ловля, с точки зрения активной охоты на китов, по оценкам Японской ассоциации китобойного промысла, началась примерно в XII веке. Однако промышленный китобойный промысел в Японии начался около 1890-х годов, когда Япония присоединилась к современной китобойной индустрии, в которой в то время участвовали многие страны. На протяжении XX века Япония активно занималась коммерческим китобойным промыслом. Это продолжалось до вступления в силу моратория Международной китобойной комиссии (МКК) на коммерческий китобойный промысел в 1986 году. Япония продолжала охотиться на китов, используя положение о научных исследованиях в соглашении, а японский китобойный промысел осуществлялся Институтом исследования китообразных. Это допускалось правилами МКК, хотя большинство членов МКК выступали против этого. Однако в марте 2014 года Международный суд ООН постановил, что японская программа китобойного промысла под названием "JARPA II" в Южном океане, включая Австралийский китовый заповедник, не соответствует Международной конвенции по регулированию китобойного промысла и не преследует заявленных научных целей. Суд обязал Японию прекратить операции. В ответ на это решение Япония разработала новую антарктическую программу научных исследований китообразных "NEWREP A", призванную заменить JARPA II. В рамках этой программы с 2015 по 2018 финансовый год ежегодно добывалось 333 антарктических китов-миноков. Япония вышла из МКК и возобновила коммерческий китобойный промысел 1 июля 2019 года, заявив, что первоначальная цель МКК – устойчивый китобойный промысел – была утрачена. В результате японский китобойный промысел теперь будет осуществляться только в территориальных водах и исключительных экономических зонах Японии. Антарктические охоты являлись источником конфликта между странами и организациями, поддерживающими и осуждающими китобойный промысел. Численность антарктических китов-миноков, по всей видимости, сократилась, хотя Международный союз охраны природы (МСОП) отмечает, что недостаточно данных для отнесения этого вида к уязвимым. Международный суд ООН, а также другие страны, ученые и экологические организации считают японскую исследовательскую программу ненужной и лишенной научной ценности, описывая ее как замаскированный под научные исследования коммерческий китобойный промысел. Япония утверждает, что ежегодный китобойный промысел является устойчивым и необходимым для научных исследований и управления популяциями китов, хотя популяции антарктических китов-миноков сократились с начала программы JARPA. Подобно аргументам Норвегии в отношении собственной китобойной деятельности, Япония также утверждает, что имеет право продолжать китобойный промысел, поскольку он занимает важное место в ее культурном наследии. Мясо китов, добытое в ходе этих охот, продается в магазинах и ресторанах и демонстрируется на ежегодном гастрономическом фестивале, где в некоторых случаях происходит разделка кита на глазах у публики. Опрос общественного мнения, проведенный в 2014 году, показал, что лишь немногие японцы регулярно употребляют мясо китов, поскольку блюда из кита исчезли из школьных обедов в 1987 году. Сохранившийся фольклор народа айну свидетельствует о давней истории китобойного промысла. Самые ранние записи о ручных гарпунах датируются XII веком.

Commercial hunting of whales by the Japanese fishing industry

Japanese whaling, in terms of active hunting of whales, is estimated by the Japan Whaling Association to have begun around the 12th century. However, Japanese whaling on an industrial scale began around the 1890s when Japan started to participate in the modern whaling industry, at that time an industry in which many countries participated. During the 20th century, Japan was heavily involved in commercial whaling. This continued until the International Whaling Commission (IWC) moratorium on commercial whaling went into effect in 1986. Japan continued to hunt whales using the scientific research provision in the agreement and Japanese whaling was conducted by the Institute of Cetacean Research. This was allowed under IWC rules, although most IWC members opposed it. However, in March 2014, the UN's International Court of Justice ruled that the Japanese whaling program called "JARPA II," in the Southern Ocean including inside the Australian Whale Sanctuary, was not in accordance with the International Convention for the Regulation of Whaling, and was not for scientific purposes, as it had claimed. They ordered Japan to cease operations. In response to the ruling, Japan formulated a new Antarctic research whaling program, "NEWREP A", to replace JARPAII. Under this program, 333 Antarctic minke whales were hunted each year from FY2015 to FY2018. Japan withdrew from the IWC and resumed commercial whaling on 1 July 2019, claiming that the IWC's original goal of sustainable whaling had been lost. As a result, Japanese whaling will now only take place in Japan's territorial waters and exclusive economic zones. Antarctic hunts were a source of conflict between pro and anti whaling countries and organizations. Antarctic minke whales have experienced an apparent decline in population, though the International Union for Conservation of Nature (IUCN) indicates that it lacks sufficient data to confer a threatened designation on the species of minke whale. The UN's International Court of Justice, in addition to other countries, scientists, and environmental organizations, consider the Japanese research program to be unnecessary and lacking scientific merit, and describe it as a thinly disguised commercial whaling operation. Japan maintains that annual whaling is sustainable and necessary for scientific study and management of whale stocks, though the Antarctic minke whale populations have declined since the beginning of the JARPA program Japan, echoing Norway's arguments on its own whaling activities, also argues it is entitled to continue whaling because of whaling's place in its cultural heritage. The whale meat from these hunts is sold in shops and restaurants, and is showcased at an annual food festival that, in some cases, features the butchering of a whale for onlookers. A poll in 2014 found that few Japanese people have been eating whale meat regularly since whale based dishes disappeared from school lunches in 1987. Surviving Ainu folklore reveals a long history of whaling The earliest records of hand thrown harpoons date from the 12th century.

Организованный китобойный промысел

Организованный открытый лодочный китобойный промысел начался в 1570-х годах и продолжался до начала XX века. Техники были разработаны в XVII веке в Тайдзи, префектура Вакаяма. Вада Чубэй Ёримото основал промысел, организовав групповую систему охоты в 1606 году. Китобои высматривали китов с наблюдательных пунктов на берегу и отправляли лодки, чтобы поймать их гарпунами и копьями. Его внук, Вада Какуэмон Ёрихару, позднее известный как Тайдзи Какуэмон Ёрихару, изобрел технику китобойной сети, называемую амитори-шики (網取り式). Вместо того, чтобы пытаться гарпунировать китов в открытом море, теперь двадцать и более лодок окружали кита и создавали шум, загоняя его в мелководье, где его ждали сети, которыми управляла вторая группа из шести лодок. Там гарпунеры подходили на четырех лодках. Сети затрудняли побег, и в борьбе за выживание кит быстрее уставал. В основном охотились на гладких китов, горбатых китов, серых и финвалов. Внутри страны японские авторы пытались привлечь внимание к историческому сокращению численности китов из-за китобойной практики других наций на протяжении сотен лет, некоторые из которых продолжаются и сегодня, и утверждают, что мотивы и цели японских китобойных традиций отличаются от других стран. Сторонники японской традиции китобойного промысла утверждают, что этот опыт одновременно смиренный и эмоциональный, и используются все части кита, в отличие от западных охотников прошлого, которые добывали только китовое масло. Кроме того, в Японии строго контролируются квоты на вылов, и китобои никогда не охотились на молодых особей или на самок с телятами из уважения к китам. Когда они убивают китов, охотники призывают Будду и молятся об упокоении душ китов.

Несмотря на то, что буддисты выступали против охоты на китов из-за их заботы о потомстве, применение правил Shorui Awaremi no rei (постановлений о защите животных) не распространялось на китов, поскольку их местно считали рыбами, несмотря на то, что они соответствовали критериям защиты как "млекопитающие". В 1758 году в Киото была опубликована работа, в которой киты классифицировались как млекопитающие. Буддисты и другие обеспокоенные люди создали фольклорные истории о китобойных общинах, а те, кто занимался китобойным промыслом в промышленных масштабах, постигали трагические судьбы из-за сверхъестественных явлений, таких как призраки и проклятия китов. Основными целями считались киты Северной части Тихого океана, за ними следовали серые и горбатые киты. Влияние этих отраслей на популяции китов было более значительным, чем более позднее американское китобойство. Это сокращение прибрежных запасов привело не только к финансовым трудностям многих промышленных групп, но и к спорам между феодальными владениями в западной Японии, потребовавшим вмешательства сёгуната. Еще в период Эдо японские авторы, возможно, пытались привлечь внимание к чрезмерной эксплуатации американских и норвежских китобоев, чья охота привела к истощению популяций китов, и к трагедии, известной как Semi nagare, инциденту, в котором более 100 китобоев из Тайдзи погибли в неудачной погоне за двумя китами, которых они увидели в декабре 1878 года. Этот инцидент фактически ознаменовал конец традиционной японской практики китобойного промысла. Некоторые районы Японии не занимались китобойным промыслом и выступали против него, особенно на северо-востоке Японии, где японские рыбаки верили, что киты являются воплощением бога Эбису.

Модернизация

Модернизация японского китобойного промысла началась с адаптации западных методов китобойной ловли примерно в 1860 году. В 1861 году сёгунат Токугава отправил Накахаму Мандзиро на острова Бонин на шхуне западного типа для практики китобойной ловли по образцу западных, или "янки", китобоев, действовавших в то время в западной части Тихого океана. У китобоев, поселившихся на островах Бонин, Мандзиро приобрел новые инструменты, такие как бомбовый гарпун – взрывной снаряд, использовавшийся в китобойном промысле. Современный китобойный промысел норвежского типа, основанный на использовании механизированных судов, пушек и взрывающихся гарпунов, был внедрен в период Мэйдзи во многом благодаря усилиям Дзюро Оки, которого считают "отцом современного японского китобойного промысла". Ока путешествовал по миру, собирая информацию о методах китобойного промысла, в том числе в Норвегию за гарпунами, пушками и опытом. Он также основал первую современную китобойную компанию в Японии в 1899 году, Nihon Enyo Gyogyo K. K., которая поймала своего первого кита 4 февраля 1900 года с помощью норвежского гарпунёра Мортена Педерсена. В начале 20-го века Дзюро Ока доминировал на рынке китового мяса в Японии при помощи и под руководством норвежских китобоев, а также используя их арендованные или приобретенные суда. Дополнительный импульс был дан захватом русского китобойного флота и последующей передачей его компании Toyo GyoGyo Co. Ltd. По мере расширения китобойной индустрии имперской Японии на новые территории, открытые в результате колонизации Кореи и Тайваня, компания Оки (переименованная в Toyo Hogei K. K.) приносила своим инвесторам значительную прибыль, что привело к усилению японской конкуренции. Позже Ока стал первым президентом Японской ассоциации китобойного промысла и рыболовства, основанной в 1908 году. Я твердо убежден, что мы станем одной из величайших китобойных держав в мире. Китобойные угодья вокруг Кореи и Японии предлагают неограниченные возможности, и если запасы китов, вопреки ожиданиям, истощатся в этих районах, у нас есть Охотское море и Берингово море на севере, и мы знаем о богатых ресурсах на юге. Настанет день, когда мы утром услышим о поимке китов в Арктике, а вечером – об охоте на китов в Антарктике.

The modernization of Japanese whaling began with the adaptation of Western whaling methods around 1860. In 1861, the Tokugawa shogunate dispatched Nakahama Manjirō to the Bonin Islands on a Western style schooner to practice whaling in the manner of the Western or "Yankee" whalers that were active in the West Pacific at that time. From whalers that had settled in the Bonin Islands, Manjirō purchased new tools such as the bomb lance, an explosive projectile that was used in whaling. Norwegian style modern whaling, based on the use of power driven vessels, cannons and exploding harpoons, was introduced in the Meiji period largely through the efforts of Jūrō Oka who is considered the "father of modern Japanese whaling". Oka traveled the world gathering information about whaling practices including to Norway for harpoons, cannons and expertise. He also established the first modern whaling company in Japan in 1899, Nihon Enyo Gyogyo K. K. which took its first whale on February 4, 1900, with a Norwegian gunner, Morten Pedersen. In the early 20th century, Jūrō Oka dominated the whale meat market in Japan with assistance and instruction from Norwegian whalers and their leased or purchased ships. Another boost was provided by the capture of a Russian whaling fleet and subsequent transfer to Toyo GyoGyo Co. Ltd. As imperial Japan's whaling industry expanded into the new territory opened up by their colonization of Korea and Taiwan, Oka's company (renamed Toyo Hogei K. K.) returned significant profits to its investors which led to increased Japanese competition. Oka later became the first president of the Japan Whaling and Fishing Association, established in 1908. Blockquote|I am firmly convinced that we shall become one of the greatest whaling nations in the world. The whaling grounds round Korea and Japan offer unlimited possibilities, and should stocks of whales, contrary to expectations, fail in those areas, we have the Sea of Okhotsk and the Bering Sea to the north and we are aware of the great treasure houses to the south. The day will come when we shall hear one morning that whales have been caught in the Arctic and in the evening that whales are being hunted in the Antarctic.

Реакция на модернизацию

В начале XX века местные традиции вступали в конфликт с современными практиками китобойного промысла. В 1911 году этот конфликт перерос в насилие в деревне Саме, префектура Аомори. Загрязнение океана, вызванное деятельностью китобойных станций, включая большие объемы стоков нефти и крови, вызвало гнев местных рыбаков и угрожало их рыболовным угодьям. В знак протеста рыбаки сожгли предприятие Toyo Hogei. Жители региона Саме также не употребляли китов в пищу и считали их священными животными. Лига Наций выразила обеспокоенность по поводу чрезмерной эксплуатации китовых запасов и призвала к мерам по их сохранению в 1925 году. Это в конечном итоге привело к разработке Женевской конвенции о регулировании китобойного промысла, представленной в 1931 году, но вступившей в силу лишь в 1934 году и полностью проигнорированной Японией и Германией.

Антарктида

В Антарктике обитает 17 различных видов китов, и многие виды мигрируют на юг в поисках пищи. Именно поэтому большинство китобойных судов прибывают в Антарктиду каждый год для охоты. Япония начала использовать китобойные заводы только в 1930-х годах. По мере сокращения улова китов в прибрежных водах Япония обратила внимание на Антарктиду. Компания Toyo Hogei K. K. приобрела норвежский заводской корабль «Antarctic», переименовав его в «Tonan Maru» в 1934 году. Вместе с ним отправлялись холодильные суда для заморозки и транспортировки мяса обратно в Японию. Используя как мясо, так и жир китов, японская промышленность продолжала превосходить другие китобойные страны. Усовершенствования в технологиях, такие как первый в мире дизельный китобойный корабль «Seki Maru», также увеличили возможности по добыче китов. В годы, предшествовавшие Второй мировой войне, немцы закупали у Японии китовое масло, которое обе страны использовали в подготовке к войне. В 1937 году в Лондоне состоялась Международная конференция по регулированию китобойного промысла, в которой Япония не приняла участия. Она привела к введению дополнительных ограничений на пелагический китобойный промысел с целью предотвращения чрезмерной эксплуатации (и, в частности, вымирания синего кита), что привело к созданию Международного соглашения по регулированию китобойного промысла. Что касается добровольного принятия ограничений:

Это особенно важно, поскольку Япония, которая еще не присоединилась к Конвенции 1931 года, значительно увеличивает свой китобойный флот в Антарктике.

Несмотря на усилия по установлению ограничений, отчасти из-за того, что Япония игнорировала 89-дневный лимит сезона и продолжала охоту в течение 125 дней, в один сезон было добыто рекордное количество – 45 010 китов. Протокол к Международному соглашению о регулировании китобойного промысла, подписанный в 1938 году, установил дополнительные ограничения на китобойный промысел. Несмотря на присутствие японских представителей, Япония не подписала соглашение и начала охоту на горбатых китов и китов, не достигших установленного размера, за пять недель до официального начала сезона. К 1939 году на Германию и Японию приходилось 30% мирового улова китов.

Вторая мировая война

Во время Второй мировой войны японский китобойный промысел был значительно ограничен более привычными районами охоты, такими как острова Бонин, для обеспечения мясом и жиром нужд внутреннего рынка и армии. Китобойный промысел там был прекращен в марте 1945 года, когда острова были захвачены американскими войсками. К ноябрю 1945 года китобойные станции получили разрешение на возобновление работы; однако большая часть китобойных судов была реквизирована Императорским японским флотом, а к концу войны заводские суда и большинство китобоев были потоплены. Генерал Дуглас Макартур поощрял капитулировавшую Японию к продолжению китобойного промысла, чтобы обеспечить дешевым источником мяса голодающее население (и миллионы долларов в виде масла для США и Европы). Японская китобойная промышленность быстро восстановилась, поскольку Макартур санкционировал переоборудование двух танкеров в заводские суда – «Хашидате Мару» и «Ниссин Мару». Китобои вновь стали добывать синих китов, финвалов, горбатых китов и кашалотов в Антарктике и других регионах. Послевоенное восстановление впервые сделало мясо кита общенациональным продуктом питания. В 1947 году мясо кита составляло более 50 процентов всего потребляемого в Японии мяса. Рынок значительно расширился благодаря коммерческой продаже и общественному распределению. В 1954 году Закон о школьных обедах также включил мясо кита в обязательную программу питания (начальной и средней школы) для улучшения питания японских детей.

Мораторий

В 1972 году на Конференции Организации Объединенных Наций по окружающей среде за десятилетний глобальный мораторий на коммерческий китобойный промысел проголосовали 52 делегата против 0. Однако резолюция ООН не была принята Международной китобойной комиссией (МКК) – 6 голосов против, 4 – за и 4 – воздержались. Япония, Советский Союз, Исландия, Норвегия, Южная Африка и Панама проголосовали против. В 1973 году мораторий был предложен вновь и отклонен в МКК, не набрав необходимого 3/4 большинства (8 голосов за, 5 – против, 1 – воздержался). Япония, Советский Союз, Исландия, Норвегия и Южная Африка проголосовали против. В 1982 году МКК наконец проголосовала за мораторий на коммерческий китобойный промысел, который должен был вступить в силу в 1986 году (25–7–5). Япония выразила возражение против моратория и продолжила китобойный промысел (согласно Международной конвенции о регулировании китобойного промысла (МКРР), страна, выразившая возражение, освобождается от действия оспариваемых положений. Япония также продолжала охотиться на кашалотов, несмотря на установленную МКК в 1981 году нулевую квоту на их вылов). Соединенные Штаты сыграли важную роль в принятии Японией глобального моратория на коммерческий китобойный промысел благодаря своему внутреннему законодательству. В частности, поправка Пелли 1971 года к Закону о защите американских рыболовов предоставляет президенту США право запрещать импорт рыбной продукции из любой страны, которая подрывает эффективность программ сохранения рыбных ресурсов. Позже она была усилена поправкой Паквуда-Магнусона 1979 года к Закону о сохранении и управлении рыбными ресурсами, предоставляющей аналогичные полномочия в отношении МКРР. Возможные санкции со стороны США ставили под угрозу доступ японских рыболовных судов к водам Аляски, где ежегодный вылов составлял миллион тонн рыбы стоимостью около 425 миллионов долларов в год. Было достигнуто соглашение, позволяющее Японии продолжать коммерческий китобойный промысел без угрозы санкций США до 1988 года, при условии снятия Японией своего возражения против моратория в 1985 году. Однако природоохранные организации подали в суд на министра торговли США, утверждая, что закон не допускает заключения каких-либо сделок. Это требование было отклонено решением Верховного суда США в 1986 году, и, как было согласовано, Япония отозвала свое возражение против моратория и прекратила коммерческий китобойный промысел к 1988 году. Доступ Японии к водным ресурсам Аляски впоследствии был постепенно прекращен, отчасти из-за давления со стороны американских рыбаков и природоохранных организаций, а также в ответ на последующее использование Японией научного китобойного промысла.

In 1972, the United Nations Environmental Conference produced a 52–0 vote in favor of a 10 year global moratorium on commercial whaling. However, the UN resolution was not adopted by the IWC by a vote of 6 no, 4 yes and 4 abstain. Japan, the Soviet Union, Iceland, Norway, South Africa and Panama voted no. In 1973, a moratorium was once again proposed and voted down in the IWC lacking the required 3/4 majority (8 yes, 5 no, 1 abstain). Japan, the Soviet Union, Iceland, Norway and South Africa voted no. In 1982, the IWC finally voted in favor of a moratorium on commercial whaling to go into force in 1986 (25–7–5). Japan objected to the moratorium and continued whaling (Under the ICRW an objecting nation is exempted from the disputed regulations. Japan also continued to hunt sperm whales despite a 1981 IWC zero catch quota.). The United States would play a significant role in Japan's acceptance of a global moratorium on commercial whaling due to its domestic laws. In particular the 1971 Pelly Amendment to the US Fishermen's Protection Act gives the US president legal authority to prohibit importation of fish products from any nation that is diminishing the effectiveness of fisheries conservation programs. It was later strengthened by the 1979 Packwood Magnuson Amendment to the Fishery Conservation and Management Act giving the same sanctioning power with regard to the ICRW. Potential US sanctions jeopardized access for Japanese fisheries to Alaskan waters, with an annual catch of a million tonnes of fish , worth an estimated $425 million per year. A negotiated settlement was reached, allowing Japan to continue commercial whaling without the threat of US sanctions until 1988, with an agreement to drop Japan's objection to the moratorium in 1985. However, conservation groups sued the United States Secretary of Commerce, claiming that the law did not allow any deals. That claim was defeated by a US Supreme Court decision in 1986, and, as agreed, Japan withdrew its objection to the moratorium and ceased commercial whaling by 1988. Japan's access to Alaskan waters was later phased out anyway, due in part to pressure from US fishermen and conservationists, and also in response to Japan's subsequent use of research whaling.

Научно-исследовательская китобойная ловля

В 1976 году квота на китов Брайда в Южном полушарии была установлена в ноль Международной китобойной комиссией (IWC). Однако Япония добыла 225 особей в течение сезона 1976–1977 годов, выдав себе разрешение на отлов китов для научных исследований в соответствии со статьей VIII Международной конвенции о регулировании китобойного промысла (ICRW). Вследствие этого IWC рекомендовала, чтобы все будущие обращения по статье VIII рассматривались научным комитетом IWC. В 1986 году Япония представила аналогичное предложение, а затем выдала себе научное разрешение на отлов 825 малых полосатиков и 50 кашалотов ежегодно в течение десяти лет. Несмотря на то, что научный комитет IWC отклонил ее исследовательские предложения, Япония продолжила китобойный промысел. В 1987 году IWC приняла резолюцию, рекомендующую Японии воздержаться от дальнейших действий, пока не будут урегулированы разногласия относительно ее исследовательских предложений. 14 февраля 1988 года была принята вторая резолюция, также рекомендующая Японии воздержаться от дальнейших действий. 9 февраля 1988 года японские китобои убили первого малого полосатика в водах Антарктики в рамках нового самостоятельно выданного разрешения на научный китобойный промысел. Президент США Рональд Рейган отреагировал на это, 6 апреля 1988 года лишив Японию рыболовных привилегий в водах США в соответствии с поправкой Паквуда-Магнусона. Учитывая отсутствие каких-либо доказательств того, что Япония приводит свою китобойную деятельность в соответствие с рекомендациями IWC, я предписываю Государственному секретарю, в соответствии с поправкой Паквуда-Магнусона, приостановить предоставление Японии 100 процентов рыболовных привилегий, которые в противном случае были бы доступны ей в исключительной экономической зоне США. Япония запросила разрешение на вылов 3000 метрических тонн морских улиток и 5000 метрических тонн тихоокеанской минтаи. Эти запросы будут отклонены. Кроме того, Японии будет отказано в любых будущих выделениях рыболовных привилегий на другие виды, включая тихоокеанскую треску, до тех пор, пока министр торговли не установит, что ситуация была исправлена. Действующее разрешение JARPA II предусматривает отлов "850±10% антарктических малых полосатиков, 50 финвалов и 50 горбатых китов ежегодно. На сегодняшний день Япония воздерживается от отлова горбатых китов".

In 1976, the quota for Southern Hemisphere Bryde's whales was set to zero by the IWC. However, Japan proceeded to take 225 of them during the 76–77 season by issuing itself a permit to take whales for scientific research under Article VIII of the ICRW. Following this event, the IWC recommended all future applications of Article VIII be reviewed by the IWC scientific committee. In 1986, Japan introduced a similar proposal and later issued itself a scientific permit to take 825 minke whales and 50 sperm whales every year for ten years. Despite the fact that the IWC scientific committee rejected its research proposals, Japan continued whaling. The IWC adopted a resolution in 1987 recommending Japan not proceed until disagreements over its research proposals were resolved. A second resolution was also adopted on February 14, 1988, recommending Japan not proceed. On February 9, 1988, Japanese whalers killed the first minke whale in Antarctic waters under the new self issued research whaling permit. US President Ronald Reagan responded by cutting off Japanese fishing privileges in US waters on April 6, 1988, under the Packwood Magnuson Amendment. Blockquote|Given the lack of any evidence that Japan is bringing its whaling activities into conformance with the recommendations of the IWC, I am directing the Secretary of State under the Packwood Magnuson Amendment to withhold 100 percent of the fishing privileges that would otherwise be available to Japan in the U. S. Exclusive Economic Zone. Japan has requested the opportunity to fish for 3,000 metric tons of sea snails and 5,000 metric tons of Pacific whiting. These requests will be denied. In addition, Japan will be barred from any future allocations of fishing privileges for any other species, including Pacific cod, until the Secretary of Commerce determines that the situation has been corrected. The current JARPA II permit has been "for 850±10% Antarctic minke whales, 50 fin whales and 50 humpback whales annually. To date, Japan has refrained from taking humpback whales."

Нормализация

В 1994 году на своем 46-м ежегодном заседании IWC учредила заповедник китов в Южном океане результатом голосования 23–1–8. Коммерческий китобойный промысел запрещен в пределах границ заповедника. Только Япония проголосовала против. По мере роста IWC росло и влияние Японии в комиссии. Например, в 2000 году многие новые страны-члены Карибского бассейна проголосовали в поддержку интересов китобойного промысла, в том числе против предлагаемого заповедника китов в южной части Тихого океана. Дополнительная поддержка китобойного промысла была получена в Тихом океане, Африке и Юго-Восточной Азии. Поскольку многие из этих стран получали экономическую помощь от Японии, группы по защите китов обвинили в подкупе голосов. В 2001 году японский чиновник в сфере рыболовства Масаюки Коматсу заявил, что Япония использует иностранную помощь в целях развития как инструмент для усиления своего влияния. В 2006 году сторонники китобойного промысла одержали символическую победу, приняв не имеющую обязательной силы резолюцию, подразумевающую, что мораторий на коммерческий китобойный промысел является временным и ненужным (33–32–1). Япония последовала за этим предложением о «нормализации» IWC. В своем предложении представители Японии утверждали, что IWC стала неэффективной, склоняясь к полному прекращению китобойного промысла. Также были предложены реформы, такие как использование тайного голосования и усиление признания культурных различий в IWC. В 2007 году Япония приняла конференцию по нормализации деятельности Международной китобойной комиссии. После более чем 50 лет правления правоцентристская консервативная партия Японии, Либерально-демократическая партия (ЛДП), проиграла на выборах 2009 года левоцентристской оппозиционной Демократической партии Японии (ДПЯ). Экологические организации надеялись, что смена правительства положит конец японскому китобойному промыслу. Однако в 2009 году министр иностранных дел Японии Кацуя Окада объяснил, что китобойный промысел будет и впредь поддерживаться в рамках государственной политики. Расследование, проведенное в 2010 году журналистами британской газеты Sunday Times, выявило, что чиновники многих развивающихся стран принимали финансовое вознаграждение от Японии в обмен на поддержку в IWC. Помимо миллионов долларов в виде иностранной помощи, Япония предоставляла членские взносы, оплаченные авиабилеты, проживание в отелях и карманные расходы для получения поддержки делегатов IWC. В некоторых случаях наличные деньги передавались японскими чиновниками в конвертах. Несмотря на записи, полученные в ходе расследования, чиновники, упомянутые в отчете, отрицают получение взяток в обмен на голоса. Япония досрочно прекратила свою антарктическую охоту в 2010–2011 годах, ссылаясь на преследования со стороны природоохранных организаций. Однако в октябре 2011 года было объявлено, что охота на китов в 2011–2012 годах состоится по плану. Опрос общественного мнения, проведенный Associated Press в июле и августе 2011 года, показал, что 52% японцев поддерживают охоту на китов, 35% занимают нейтральную позицию, а 13% выступают против. В 2011 году на 63-м заседании IWC Япония продемонстрировала прогресс в реализации своей политики «нормализации». Когда страны Южной Америки предложили провести голосование по созданию нового заповедника китов в южной части Атлантического океана, японские делегаты возглавили выход из зала заседаний делегатов из Исландии, нескольких стран Карибского бассейна и других представителей. В результате голосование было отложено на один год, вместе с другими вопросами, находящимися на рассмотрении комиссии.

In 1994, at its 46th annual meeting, the IWC established the Southern Ocean Whale Sanctuary in a 23–1–8 vote. Commercial whaling is prohibited within the sanctuary boundaries. Only Japan voted in opposition. As the size of the IWC continued to grow, so did the influence of Japan within the commission. For example, many new Caribbean member nations voted in favor of whaling interests in 2000 including the defeat of a proposed South Pacific Whale Sanctuary. Additional support for whaling was gained in the Pacific, Africa and South East Asia. As many of these nations received economic aid from Japan, accusations of vote buying were made by anti whaling groups. In 2001, Japanese fisheries official Masayuki Komatsu stated Japan used overseas development aid as a tool to gain influence. In 2006, the pro whaling bloc won a symbolic victory in a non binding resolution implying the moratorium on commercial whaling was both temporary and unnecessary (33–32–1). Japan followed with a proposal to 'normalize' the IWC. In the proposal, Japan's representatives claimed the IWC had become dysfunctional in favor of the total elimination of whaling. It also suggested reforms such as the use of secret ballots and increased recognition of cultural differences in the IWC. A Conference for the Normalization of the International Whaling Commission was hosted by Japan in 2007. After over 50 years of control, Japan's center right conservative party, Liberal Democratic Party (LDP), lost in 2009 elections to the opposing left, Democratic Party of Japan (DPJ). Environmental organizations had hoped the change in government would bring about an end to Japanese whaling. However, in 2009 the Foreign Minister of Japan, Katsuya Okada, explained that whaling would continue to receive support as a matter of policy. A 2010 undercover investigation by reporters from the UK's Sunday Times revealed the officials of many developing countries accepted financial compensation from Japan for support in the IWC. Separate from millions in overseas development aid, membership fees, paid flights, hotel stays and spending money was all provided, by Japan, to gain the support of IWC delegates. In some cases cash was presented in envelopes by Japanese officials. Despite recordings from the investigation, officials implicated in the report have denied accepting bribes in exchange for votes. Japan ended its 2010–2011 Antarctic hunt early, citing harassment by conservationists. However, it was later announced in October 2011 that the 2011–2012 whale hunt would go on as planned. An Associated Press poll of the Japanese public conducted in July and August 2011 found that 52% of Japanese supported whale hunting, 35% were neutral, and 13% were opposed. In 2011, at the 63rd meeting of the IWC, Japan demonstrated the progress of its 'normalization' policy. When South American countries proposed a vote to establish a new whale sanctuary in the South Atlantic Ocean, Japanese delegates led Iceland, several Caribbean countries, and additional representatives in a walkout. As a result, the vote was postponed for one year along with other matters pending consideration by the commission.

Встреча IWC 2010 года

На заседании Международной китобойной комиссии в Марокко в 2010 году представители 88 стран-членов обсудили вопрос о снятии 24-летнего запрета на коммерческую добычу китов. Япония, Норвегия и Исландия призывали организацию отменить запрет. Коалиция стран, выступающих против китобойного промысла, предложила компромиссный план, который позволил бы этим странам продолжать добычу китов, но с уменьшенными квотами и под строгим контролем. Этот план также предусматривал полный запрет на китобойный промысел в Южном океане. Более 200 ученых и экспертов высказались против компромиссного предложения о снятии запрета, а также против разрешения китобойного промысла в Южном океане, который был объявлен китовым заповедником в 1994 году (Китовый заповедник Южного океана).

После решения МПВ

После временного прекращения своей деятельности в Южном океане в 2014 году, Япония объявила о плане исследований для "Новой научной программы исследования китов в Антарктическом океане" в конце ноября 2014 года, в качестве замены предыдущих программ. В марте 2014 года Международный суд установил, что предшествующая программа "не преследовала целей научных исследований". Замещающий план "NEWREP A", запланированный к началу в декабре 2015 года, охватывал большую территорию Южного океана вокруг Антарктиды, и в течение 12 лет планировалось отловить 3996 китов, что меньше, чем в предыдущие сезоны. План был представлен Международной китобойной комиссии (МКК) и ее научной комиссии, однако для продолжения работ Японии не требовалось одобрения ни от одной из них. Решение Международного суда не препятствовало Японии проводить дальнейшие исследования китов в Антарктическом регионе, но, в соответствии с этим решением, NEWREP A должен был в достаточной мере соответствовать двум задачам:

Улучшение как биологических, так и экологических данных об антарктических китах-малых полосатиках. Исследование структуры и динамики антарктической морской экосистемы посредством разработки экосистемных моделей. В состав флота входили судно "Ниссин Мару" и три небольших судна. Этот шаг вызвал возражения правительств Австралии и Новой Зеландии. Необязательное соглашение поддержали 40 стран, а 27 государств, поддерживающих китобойный промысел, проголосовали против. В то время как Министерство иностранных дел Японии проявляло осторожность в отношении выхода из МКК, инициатором этого шага выступил Тосихиро Никай, член японского парламента (Национальной диеты) и действующий генеральный секретарь Либерально-демократической партии. Избирательный округ Никая включает город Тайдзи, префектура Вакаяма. 1 июля 2019 года два кита-малых полосатика, первый улов после возобновления коммерческого китобойного промысла, были выгружены в порту Кусиро на Хоккайдо.

Производство

До 2018 года японский китобойный промысел велся как в пелагических (открытых) районах Северной части Тихого океана, так и в Южном океане вблизи Антарктиды. Прибрежные воды также используются для небольшого прибрежного китобойного промысла дельфинов и других мелких китообразных. Крупные и мелкие киты также иногда попадают в качестве прилова в сети японских рыболовных судов.

Пелагическая китобойная ловля

Японский пелагический китобойный флот, который ежегодно охотится на крупных китов в Южном океане, состоит из ряда судов для охоты и переработки китобойного улова, а также для обеспечения безопасности охоты и противодействия протестам. В течение сезона 2009–2010 годов японский флот включал заводское судно, четыре китобойных судна и два патрульных судна охраны. Самостоятельно установленная Японией квота составляет 935 малых полосатиков, 50 финвалов и 50 горбатых китов в сезон. При обнаружении китов китобойные суда приступают к преследованию. По цели выпускается гарпунная пушка с гарпуном, оснащенным взрывчатым зарядом. К гарпуну прикрепляют трос, чтобы кит не ушел. Если кит был поражен, но не убит мгновенно взрывным гарпуном, может быть использован второй гарпун или кита добивают из винтовки. Ранее использовавшийся метод электропоражения китов вторым гарпуном теперь запрещен Международной китобойной комиссией (МКК). Экологические организации сообщали о случаях, когда китов тащили задом наперед и топили. Каждый пойманный кит привязывается тросом к борту китобойного судна. Затем, с помощью тросов, китов перегружают с китобойных судов на заводское судно. После этого китов поднимают на заводское судно по слипу на корме. На палубе для разделки кита несколько рабочих используют специализированные инструменты. Пригодные части отправляются на нижние палубы судна для дальнейшей переработки и охлаждения. Непригодные части сбрасываются обратно в океан. 1 августа 2011 года вступили в силу дополнительные правила Международной морской организации (ИМО) ООН, запрещающие судам, использующим мазут, плавание в районе действия Договора об Антарктике с целью предотвращения загрязнения. Руководство ИМО для судов, работающих в ледовых водах, также устанавливает требования к двойному корпусу, усиленному для защиты от повреждений, связанных с воздействием льда. Японское заводское судно "Ниссин Мару" в настоящее время не соответствует этим стандартам ИМО.

Береговая китобойная ловля мелкого типа

Прибрежные рыболовные флоты, охотящиеся на дельфинов, используют множество небольших лодок в согласованных действиях. Рыбаки ударяют металлическими прутьями в воду, чтобы испугать и таким образом направить чувствительных к шуму дельфинов к берегу. Затем используется серия сетей для загона дельфинов в ловушку. Водолазы и рыбаки в лодках наносят колющие раны или перерезают глотки дельфинам и отбуксируют их на ближайшую береговую станцию для переработки. Некоторых дельфинов отбирают для продажи в аквариумы и сохраняют для индустрии развлечений в морских аквариумах (дельфинариях). Практика охоты на дельфинов путем их загона в бухты в Тайдзи, Япония, была показана в документальном фильме 2009 года под названием "The Cove". Японские китобои охотятся на клюворылых китов Бэйрда на полуострове Босо, Вада, с XVII века. После вылова у побережья Японии китов притягивают к берегу с помощью веревок, а затем разделывают на мясо. Мясо продается в пищу, а остальное используется как органическое удобрение. В мае 2007 года Международная китобойная комиссия (IWC) отклонила предложение о расширении прибрежного вылова. Квота была ограничена 66 китами между четырьмя китобойными поселениями. Китобои Вады поощряют местных детей посещать первую разделку каждого сезона, за которой следует общественное мероприятие с угощением мясом китов. По данным Японского агентства по рыболовству, в течение шестимесячного сезона вдоль побережья Японии может быть поймано до 20 000 дельфинов различных видов. Прибрежные китобойные общины понесли значительный ущерб в результате землетрясения и цунами в марте 2011 года.

Прилов

В 2009 году опубликованный анализ ДНК мяса китов с японских рынков показал, что ежегодно в качестве прилова отлавливалось до 150 крупных китов из уязвимых прибрежных популяций. В Японии разрешена коммерческая продажа китов, выловленных случайно, запутавшихся в рыболовных сетях, предназначенных для ловли прибрежной рыбы. Рыночные исследования также выявили наличие мигрирующих китов, таких как находящиеся под угрозой исчезновения горбатые киты и серые киты, а также китов Финбек, находящихся под угрозой, и китов Брайда, не находящихся под угрозой. Влияние на китов J-стака, имеющих охраняемый статус в рамках Международной китобойной комиссии (IWC), по-видимому, возросло после внесения изменений в японское законодательство в 2001 году, легализовавших продажу прилова. В период с 1997 по 2000 год ежегодно сообщалось о вылове в качестве прилова лишь 19–29 китов. В период с 2001 по 2004 год это число увеличилось до 89–137 китов в год. Однако исследование, основываясь на генетической информации, пришло к выводу, что фактический объем прилова был сопоставимо высоким и до принятия нормативных актов 2001 года, но занижался в отчетах. До 46% протестированных образцов оказались китами J-стака. До изменения законодательства в 2001 году рыбаки не имели права продавать малых полосатиков коммерческим компаниям и должны были продавать их на местном уровне или уничтожать, сообщая об инциденте. Высокий процент прилова китов J-стака представляет собой серьезную угрозу, включая возможность вымирания в течение нескольких десятилетий, согласно оценкам численности популяции IWC.

Китоловство в прибрежной Японии

В Японии незаконному отлову подвергались несколько видов китов, включая горбатых, малых полосатиков, кашалотов, западных серых, находящегося под угрозой исчезновения северного тихоокеанского гладкого и северного финвала, при этом гарпуны использовались для охоты на дельфинов или китов намеренно загоняли в сети. Впоследствии в административные органы или научно-исследовательские институты поступают сообщения о случаях запутывания, где рыбаки заявляли, что приложили все усилия для спасения китов. Продукты из мяса видов, находящихся под международной охраной, можно встретить на рынках и сегодня, в основном, представляемые как "побочный продукт" запутывания, и был зафиксирован случай, когда выяснилось, что по крайней мере некоторые горбатые киты и другие виды были незаконно добыты в исключительных экономических зонах стран, выступающих против китобойного промысла, например, у побережья Мексики или Южной Африки, а китобои пытались доставить улов в Японию, нанимая суда из других стран и даже используя сухопутные маршруты через территории других государств. Япония осуществляла официальную охоту на виды, находящиеся под угрозой исчезновения, такие как северный тихоокеанский гладкий кит, до 1994 года, однако умышленный прилов находящихся под угрозой исчезновения видов продолжается и в настоящее время, в неизвестных масштабах.

Импорт

В 2009 году Япония впервые за более чем десять лет приняла импорт китового мяса из Норвегии и Исландии. Норвежская партия прибыла в середине 2008 года, но была задержана японской таможней до января 2009 года, когда Японское агентство по рыболовству окончательно одобрило импорт. Международная торговля китовым мясом запрещена Конвенцией по международной торговле видами, находящимися под угрозой исчезновения (CITES). Однако Япония, Норвегия и Исландия сделали оговорки к этому соглашению, чтобы остаться в стороне от запрета. Норвежская компания Myklebust Trading экспортирует малого полосатика, а исландская Hvalur hf экспортирует финвала, который является уязвимым видом. Экологические организации раскритиковали эту торговлю и выразили сомнения в том, что японский рынок сможет справиться с увеличением предложения, поскольку тысячи тонн китового мяса оставались на хранении в холодильных складах в Японии. В 2010 году предложенная Исландией квота на отлов финвалов значительно превышала объем, который мог бы поглотить японский рынок. Однако в ходе переговоров с Марком Уоллом, советником по экономическим вопросам в посольстве США в Токио, Джун Ямашита из Японского агентства по рыболовству отклонил предложение 2010 года, предлагавшее Исландии сократить количество убитых финвалов до более разумного уровня.

Споры среди населения в Японии

Первое наблюдение за китами в Японии было проведено в 1998 году на островах Бонин группой под названием Geisharen (鯨者連), сформированной из объединений японских и зарубежных активистов, включая известных личностей и выдающихся исследователей китообразных и защитников природы, таких как Роджер Пэйн, Эрих Хойт, Ричард Оливер, Джим Дарлинг, Джон Форд, Кюсоку Ивамото (художник-карикатурист), Хутуусики Уэки (научный журналист), Нобуюки Миядзаки (директор Института исследований атмосферы и океана Токийского университета), Нобуаки Мочицуки (один из первых в мире фотографов китов, запечатлевших живого северного тихоокеанского гладкого кита под водой в 1990 году у островов Бонин), Джунко Сакума (фрилансер) и другие. В период, предшествующий прибытию группы к месту назначения, Министерство сельского, лесного и рыбного хозяйства Японии, а также анонимные группы и частные лица следили за их перемещениями и угрожали им отменой тура. До этого преследованиям подвергались те, кто занимался охраной морских млекопитающих, включая ластоногих, или пытался пресечь незаконную и чрезмерную охоту (в том числе К. В. Никол, симпатизировавший японской китобойной индустрии), а также японские СМИ, выполнявшие репортажные задания в Японии. Другие подобные туры организовывались бывшими китобоями или охотниками на дельфинов, например, в Абашири и Мурото.

Научные исследования

Научный китобойный промысел допускается в соответствии со статьей VIII Конвенции МКК. Статья VIII устанавливает, что каждое государство-член может выдавать своим гражданам разрешения на отлов или убийство китов в научных целях. В отличие от международных правил, регулирующих коммерческий и аборигенный китобойный промысел, научные исследования и объемы добычи китов в научных целях определяются каждой страной самостоятельно. Хотя Научный комитет (SC) МКК предпринимал попытки проводить экспертную оценку национальных исследовательских планов, страны, осуществляющие научный китобойный промысел, особенно Япония, продолжают использовать научный китобойный промысел как предлог для превышения установленных лимитов. После прекращения коммерческого китобойного промысла в 1986 году Япония начала научные исследования с целью создания основы для возобновления устойчивого китобойного промысла. По мнению экологических организаций и министра окружающей среды Австралии, заявленные научные исследования служат лишь прикрытием для коммерческого китобойного промысла, осуществляемого в обход моратория МКК. Исследования проводятся Институтом исследования китообразных (ICR) – частным некоммерческим учреждением, финансируемым за счет государственных субсидий и компании Kyodo Senpaku, занимающейся переработкой и реализацией мяса китов. Япония осуществляла свой "научный" китобойный промысел в двух районах: в Северо-Западной части Тихого океана (JARPN II) и в Антарктическом океане (JARPA) в Южном полушарии. В ходе миссии JARPA в 2007/08 годах была установлена самоограниченная квота в 900 малых полосатиков и 50 финвалов. 31 марта 2014 года Международный суд (МС) вынес решение (12 голосов против 4), признав, что программа китобойного промысла Японии не носит научный характер. Суд постановил, что "Япония должна отозвать все действующие разрешения, лицензии или разрешения на убийство, отлов или обработку китов" и воздержаться от выдачи каких-либо новых разрешений. В ходе окончательного обзора в 2007 году комитет согласился с предварительной оценкой 1997 года. Было признано, что достигнут прогресс в определении структуры популяций, и по крайней мере две популяции были обнаружены в исследуемой зоне. Разработать согласованные оценки численности не удалось, а предварительные оценки могут отражать лишь существенные изменения численности за длительный период времени. Были выявлены проблемы с данными о возрасте и смертности. Работа, связанная с крилем, была приветствована, однако достигнут относительно небольшой прогресс в понимании роли китов в экосистеме Антарктики. Данные о загрязнении также были признаны полезными, но разногласия в интерпретации результатов сохраняются. Уровень токсичных загрязнителей у антарктических китов оказался ниже, чем у китов, исследованных в Северном полушарии. Комиссия отметила, что добыча китов осуществлялась в заповеднике китов Южного океана, учрежденном МКК, и что совершенствование управления китобойным промыслом в заповеднике не требуется. Резолюция 2007 года по JARPA была одной из нескольких, призывающих Японию большинством голосов приостановить свои смертоносные исследования.

Scientific whaling is accepted under the Article VIII of the convention of IWC. The Article VIII claims that each member nation can grant its nationals a permit to take or kill whales for scientific purposes. Dissimilar from the international regulations on commercial and aboriginal whaling, the scientific researches and the number of whales killed for scientific purposes are unilateral. Although the Scientific Committee (SC) of the IWC attempted to provide expert assessment of national research plans, the nations carrying out scientific whaling, especially Japan, still use scientific whaling as an alibi for their excess in whaling. After halting its commercial whaling in 1986, Japan began scientific research hunts to provide a basis for the resumption of sustainable whaling. According to environmental groups and the Australian Environment Minister, the ostensible research serves to disguise commercial whaling in circumvention of the IWC moratorium. The research is conducted by the Institute of Cetacean Research (ICR), a privately owned, non profit institution. The institute receives its funding from government subsidies and Kyodo Senpaku, which handles processing and marketing of the whale meat. Japan carried out its "scientific" whaling in two areas: the North West Pacific Ocean (JARPN II) and the Antarctic Ocean (JARPA) Southern Hemisphere catch. The 2007/08 JARPA mission had a self imposed quota of 900 minke whales and 50 fin whales. On March 31, 2014, the International Court of Justice (ICJ) stated its decision (by 12–4 votes) that Japan's whaling program was not for scientific purposes. The Court ordered that "Japan revoke any extant authorization, permit or licence to kill, take or treat whales" and refrain from granting any further permits. In the final 2007 review, the committee agreed with the initial 1997 mid assessment. It recognized that progress had been made in identifying stock structure and at least two stocks were found in the research area. Agreed estimates of abundance could not be developed and preliminary estimates may only reflect major changes in abundance over a long time line. Problems were identified with age and mortality rate data. Krill related work was welcomed but relatively little progress was made toward understanding the role of whales in the Antarctic ecosystem. Data on pollution was also welcomed but disagreement continued over the interpretation of the results. Levels of toxic pollutants were lower in Antarctic whales than those sampled in the Northern hemisphere. The commission made note of the fact that the catches took place in the IWC established Southern Ocean Whale Sanctuary and that improving management of whaling in a sanctuary is unnecessary. The 2007 1 resolution on JARPA was one of several calling on Japan by majority vote to suspend its lethal research.

JARPA II

Как и его предшественник, исследовательская программа по китобойному промыслу JARPA II проводилась вблизи Антарктиды. С 2005 по 2018 год заявленными целями были мониторинг антарктической экосистемы, моделирование конкуренции между видами китов, отслеживание изменений в структуре популяций и совершенствование будущего управления антарктическими китами. Программа предусматривала ежегодный вылов 950 малых полосатиков, 50 финвалов и 50 горбатых китов. 31 марта 2014 года Международный суд ООН (МСУ) постановил, что JARPA II не преследовала научных целей и запретил выдачу дальнейших разрешений.

ЯРПН

С 1994 по 1999 год Япония проводила свою исследовательскую программу JARPN в западной части Северной Тихого океана. Заявленными целями программы были улучшение понимания структуры популяций, совершенствование моделирования для оценки численности китов-миног Северной части Тихого океана и оценка возможности проведения программы по изучению экологии питания. Программа предусматривала ежегодный отлов 100 китов-миног. Результаты были рассмотрены комитетом в феврале 2000 года. Комитет признал, что полученная информация полезна для управления, однако не пришел к единому мнению о необходимости применения летальных методов исследования. Как и в случае с JARPA, Международная китобойная комиссия (IWC) приняла резолюции, призывающие Японию прекратить выдачу разрешений на отлов китов-миног, выражая обеспокоенность по поводу необходимости использования летальных методов, в частности, резолюцию 1999 года №3 о китобойстве по специальному разрешению.

JARPN II

JARPN II начался с исследования осуществимости в период с 2000 по 2001 год с целью продолжения отлова китов в западной части Северной части Тихого океана, включая 100 малых полосатиков, 50 китов Брайда и 10 кашалотов. Цели программы включали изучение экологии питания (в том числе потребления добычи), структуры популяций и влияния китообразных на окружающую среду. В 2002 году, после завершения первоначального исследования, Япония предложила и начала долгосрочную программу по изучению взаимосвязи между экологией питания и устойчивым использованием ресурсов в Тихом океане и в исключительной экономической зоне Японии. В 2008 году программа включала предложение об ежегодном отлове 340 малых полосатиков, 50 китов Брайда, 100 сейвалов и 10 кашалотов. Некоторые утверждали, что программа чрезмерно акцентирует внимание на предполагаемом негативном влиянии хищничества китообразных на рыбные ресурсы, игнорируя при этом влияние рыболовства на китообразных. Однако другие считали критически важным определение влияния китообразных на рыбные запасы и получение более полной информации о структуре популяции малых полосатиков. Некоторые отмечали, что исследование осуществимости предоставит ценную информацию о методологии, а другие аспекты программы будут со временем улучшаться и способствовать решению фундаментальных вопросов. Комитет установил, что цель, связанная с загрязнением, не способствует достижению целей проекта IWC Pollution 2000+, но остается актуальной для IWC в контексте долгосрочных исследований. В январе 2009 года был проведен еще один обзор Научного комитета.

Публикации

В результате исследований, проводимых в рамках программ JARPA, было опубликовано более 120 работ. Многие из этих статей опубликованы в международных рецензируемых научных журналах, а некоторые из них имеют в соавторстве как японских, так и иностранных ученых. Однако, после убийства 3600 малых полосатиков, с 2005 года по программе было опубликовано всего две рецензируемые научные статьи. Председательствующий судья Международного суда 31 марта 2014 года постановил, что "учитывая тот факт, что JARPA II проводится с 2005 года и включает в себя убийство около 3600 малых полосатиков, научный результат на сегодняшний день представляется незначительным. Япония должна отозвать любые существующие разрешения, лицензии или разрешения, выданные в отношении JARPA II, и воздержаться от выдачи каких-либо дальнейших разрешений в рамках этой программы". Ларс Валлоэ, норвежский ученый из Университета Осло, помогал в анализе данных и заявил, что исследование изначально было отклонено двумя другими журналами по политическим мотивам. Ник Гейлс из Австралийского антарктического управления заявил, что исследование не смогло учесть критику в отношении его методологии при первоначальном представлении. Данное исследование противоречило предыдущим исследованиям JARPA, которые указывали на то, что популяции малых полосатиков в Антарктике находятся в здоровом состоянии.

Возобновление коммерческого китобойного промысла

В результате принятия в сентябре 2018 года Флорианопольской декларации, в которой МКК (IWC) отклонила последнее предложение Японии о коммерческой охоте и заключила, что целью МКК является сохранение китов, но без государственных субсидий китобойная индустрия Японии, вероятно, не сможет выжить. Японское правительство заявляет о твердой поддержке защиты исчезающих видов и утверждает, что научный китобойный промысел необходим для сбора информации о состоянии различных популяций. Оно также утверждает, что масштаб исследований недостаточен, чтобы повлиять на численность видов. Оценка МКК 1985 года показала, что популяция малых полосатиков в Южном полушарии составляет 761 000 особей (510 000–1 140 000 в 95% доверительном интервале). В документе, представленном в МКК об оценке популяций в антарктических водах с использованием метода CNB, приводится численность в 665 074 особи на основе данных Программы исследований китов и экосистем Южного океана (SOWER). Методология исследований подвергается критике, поскольку утверждается, что существуют нелетальные методы исследований, а научный китобойный промысел Японии является замаскированной коммерческой охотой. В 2002 году Всемирный фонд дикой природы опубликовал в газете New York Times открытое письмо японцам (на японском и английском языках), подписанное группой международных ученых, в котором утверждалось, что "программа "исследований" китов Японии не соответствует минимальным стандартам научной достоверности". В эпизоде популярной научно-популярной программы австралийской телерадиокомпании ABC "Catalyst" 2006 года, в котором резко критиковалась охота на китов, сообщалось, что за 18 лет программы JARPA I, в ходе которой были получены образцы от 6800 китов, было опубликовано менее 55 рецензируемых статей, из которых только 14 были признаны в рамках программы соответствующими целям JARPA, и для получения образцов только в четырех случаях требовалось летальное воздействие. Некоторые исследования включают статью под названием "Способность к оплодотворению сперматозоидов овец, крупного рогатого скота и малых полосатиков при интрацитоплазматической инъекции в яйцеклетки крупного рогатого скота". Дзёдзи Морисита из JARPA заявил, что такое количество образцов необходимо для получения статистически значимых данных. Общество охраны морской фауны Sea Shepherd утверждает, что Япония, а также Исландия и Норвегия нарушают мораторий МКК на весь коммерческий китобойный промысел. Противники охоты на китов утверждают, что японская общественность не поддерживает правительственную политику в отношении китобойного промысла. Однако все основные политические партии, от правоцентристской ЛДП до Коммунистической партии Японии, поддерживают китобойный промысел. Мясо китов попадает на знаменитый токийский рыбный рынок Цукидзи и в другие рестораны высокого класса. Бывшие сотрудники отрасли сообщают о широко распространенных злоупотреблениях при реализации мяса. Японские рыболовные компании расширяют свою деятельность за рубежом и испытывают давление со стороны партнеров и экологических групп. В 2006 году пять крупных рыболовных компаний передали свои доли в китобойном флоте корпорациям, действующим в общественных интересах. В 2007 году Kyokuyo и Maruha, две из четырех крупнейших японских рыболовных компаний, приняли решение прекратить продажу мяса китов из-за давления со стороны партнеров и экологических групп в США. Международный суд в марте 2014 года постановил, что Япония больше не может проводить свою программу JARPA II, отклонив аргумент страны о том, что она носит научный характер.

Following the September 2018 Florianopolis Declaration where the IWC rejected Japan's latest commercial hunt proposal, and concluded that the purpose of the IWC is the conservation of whales, but without government subsidies, their whaling industry is not expected to survive. The Japanese government claims that it strongly supports the protection of endangered species, and the scientific whaling is essential to gather information about the status of the various populations. It further claims that the scale of the research is such that it does not affect the stock of the species. The 1985 IWC estimate put the Southern Hemisphere minke whale population at 761,000 (510,000–1,140,000 in the 95% confidence estimate). A paper submitted to the IWC on population estimates in Antarctic waters using CNB gives a population of 665,074 based on Southern Ocean Whale and Ecosystem Research Programme (SOWER) data. Research methodology has come under scrutiny as it has been argued that non lethal methods of research are available and that Japan's research whaling is commercial whaling in disguise. In 2002, the World Wildlife Fund published an open letter to the Japanese (in both Japanese and English text) in the New York Times signed by a group of international scientists, stating their assertion that "Japan's whale 'research' program fails to meet minimum standards for credible science". A 2006 episode of the Australian Broadcasting Corporation's popular science show Catalyst, which strongly argued against whaling, reported that of the 18 year JARPA I program, which lethally obtained samples from 6800 whales, less than 55 peer reviewed papers were produced, of which only 14 were claimed on the program to be relevant to the goals of the JARPA program, and that only four would require lethal sampling. Some of the research includes a paper named Fertilizability of ovine, bovine, and minke whales spermatozoa intracytoplasmically injected into bovine oocytes. Joji Morishita of JARPA has said the number of samples was required in order to obtain statistically significant data. Sea Shepherd Conservation Society contends that Japan, as well as Iceland and Norway, is in violation of the IWC moratorium on all commercial whaling. Anti whaling campaigners claim that the Japanese public does not support the government for its whaling policy. However, all the major political parties from the right wing LDP to the Japanese Communist Party do support whaling. The meat ends up at Tokyo's famed Tsukiji fish market and other high end restaurants. People previously involved in the industry have reported rampant meat embezzlement. Japanese fisheries companies have expanded abroad and experienced pressure from partners and environmental groups. Five large fishing companies transferred their whaling fleet shares to public interest corporations in 2006. In 2007, Kyokuyo and Maruha, two of Japan's four largest fishing companies, decided to end their sales of whale meat due to pressure from partners and environmental groups in the US. The International Court of Justice ruled in March 2014 that Japan can no longer conduct its JARPA II program, rejecting the country's argument that it was for scientific purposes.

Культурные аспекты

У японцев долгая история китобойного промысла. Некоторые города могут продемонстрировать свою историю китобойного промысла, насчитывающую сотни лет. Эта история играет важную роль в понимании того, почему японцы продолжают охотиться на китов в последние годы. Попытки остановить китобойный промысел в Японии воспринимаются как угроза японской культуре, поскольку употребление мяса кита является частью японских традиций. "Никто не имеет права критиковать пищевую культуру другого народа", – заявил Матайуки Коматсу из Агентства по рыболовству Японии. Сторонники японского китобойного промысла (включая правительство Японии) часто утверждают, что это культурная практика, которой иностранцам не следует противиться, основываясь на культурных различиях. Однако критики подвергли резкой критике "культурную защиту", например, представители Общества охраны морской фауны Sea Shepherd сравнили ее с принудительным обрезанием женских половых органов в Судане, заявив, что, хотя эта практика может иметь культурные корни, ей все равно следует противостоять по необходимости. Профессор экологических исследований в Японии написал в своей книге, что современный коммерческий китобойный промысел в Японии мало напоминает мелкомасштабный промысел, который до начала XX века был ограничен определенными прибрежными районами, а культура употребления китового мяса в Японии также была весьма ограничена по масштабу и представляла собой искусственно созданную традицию, просуществовавшую всего 20 лет – с конца Второй мировой войны до начала 1960-х годов – для дополнения японских школьных обедов в период американской оккупации.

Дебаты в МКК

Наиболее резкими противниками японского стремления к возобновлению коммерческого китобойного промысла являются Австралия, Новая Зеландия и Соединенное Королевство. Заявленная цель правительства Австралии в противодействии китобойному промыслу – необходимость сохранения видов, находящихся под угрозой исчезновения. Правительство Новой Зеландии выступает против охоты на китов ради пищи или в исследовательских целях, а правительство Великобритании считает, что "китобойный промысел не отвечает никаким реальным потребностям и сопряжен с недопустимой жестокостью". В июле 2004 года сообщалось, что рабочая группа правящей Либерально-демократической партии Японии разработала планы выхода из состава МКК (Международной китобойной комиссии) с целью присоединения к новой организации, поддерживающей китобойный промысел – NAMMCO, в связи с отказом МКК поддерживать принцип устойчивого коммерческого китобойного промысла. Япония особенно критически относится к Комитету по сохранению МКК, созданному в 2003 году, утверждая, что его единственная задача – предотвращение любой китобойной деятельности. Любые директивы МКК носят исключительно добровольный характер, поскольку государственный суверенитет означает, что существует мало возможностей для принудительного применения международного права. На заседании Международной китобойной комиссии (МКК) в 2006 году резолюция, призывающая к возможному возвращению коммерческого китобойного промысла, была принята всего одним голосом большинства. Снять запрет на коммерческую охоту на китов не удалось, и Япония впоследствии пригрозила выходом из МКК до окончания моратория на китобойный промысел. В 2007 году МКК приняла резолюцию, призывающую Японию воздержаться от выдачи разрешений на проведение летальных исследований в заповеднике китов Южного океана – основной зоне японского китобойного промысла. После визита в Токио председателя МКК с просьбой к японской стороне о сотрудничестве в урегулировании разногласий между странами, поддерживающими и противящимися китобойному промыслу, японский китобойный флот согласился не добывать горбатых китов в течение двух лет, необходимых МКК для достижения формального соглашения. 31 марта 2014 года Международный суд постановил, что "Япония должна отозвать любые действующие разрешения, лицензии или разрешения на убийство, добычу или обработку китов" в заповеднике китов Южного океана и воздержаться от выдачи каких-либо дальнейших разрешений. После этого решения Япония предложила возобновить "пересмотренную" исследовательскую охоту. В ответ МКК проголосовала и 18 сентября 2014 года пришла к выводу, что "Япония должна соблюдать решение Международного суда", однако японские официальные лица заявили о намерении продолжить охоту на китов в Антарктике в 2015 году.

The most vocal opponents of the Japanese push for a resumption of commercial whaling are Australia, New Zealand and the United Kingdom. The Australian government's stated purpose for opposing whaling is the need for conservation of endangered species. The New Zealand government is opposed to hunting whales for food or research and the UK government believes "that whaling does not serve any genuine need and involves unacceptable cruelty." In July 2004, it was reported that a working group of the Japan's ruling Liberal Democratic had drawn up plans to leave the IWC in order to join a new pro whaling organization, NAMMCO, because of the IWC's refusal to back the principle of sustainable commercial whaling. Japan is particularly opposed to the IWC Conservation Committee, introduced in 2003, which it says exists solely to prevent any whaling. Any directives from the IWC are undertaken on a purely voluntary basis as state sovereignty means that there are few avenues by which international law can be enforced. At an International Whaling Commission (IWC) meeting in 2006, a resolution calling for the eventual return of commercial whaling was passed by a majority of just one vote. There has been a failure to lift the ban on commercial whale hunting and Japan has since threatened to leave the IWC until the whaling moratorium has ended. In 2007 the IWC passed a resolution asking Japan to refrain from issuing a permit for lethal research in the Southern Ocean Whale Sanctuary – the main Japanese whaling area. After a visit to Tokyo by the chairman of the IWC, asking the Japanese for their co operation in sorting out the differences between pro and anti whaling nations on the commission, the Japanese whaling fleet agreed that no humpback whales would be caught for the two years it would take for the IWC to reach a formal agreement. On March 31, 2014, the ICJ ruled that "Japan must revoke any extant authorization, permit or licence to kill, take or treat whales" in the Southern Ocean Whale Sanctuary and refrain from granting any further permits. Following that ruling, Japan proposed to launch a "reviewed" research hunt. In response, the IWC voted and concluded on September 18, 2014, that "Japan should abide by an International Court of Justice ruling", but Japanese officials vowed to continue whale hunting in the Antarctic in 2015.

Австралийская оппозиция

Из-за близости к Антарктиде правительство Австралии особенно активно выступало против китобойной деятельности Японии в южной части Тихого океана. В 1994 году Австралия заявила об установлении исключительной экономической зоны (ИЭЗ) вокруг Австралийской антарктической территории, которая также включает южную часть заповедника китов Южного океана МКК. В декабре 2007 года правительство Радда объявило о планах по наблюдению за японскими китобоями, направляющимися в австралийские воды, с целью сбора доказательств для возможного международного судебного разбирательства, а 8 января 2008 года австралийское правительство направило австралийское таможенное судно Oceanic Viking в 20-дневную разведывательную миссию для отслеживания и мониторинга флота. 7 февраля 2008 года правительство Австралии опубликовало фотографии гарпунного судна ICR Yūshin Maru, убивающего нескольких китов, а также мать-кита и ее годовалого теленка, которых перевозили на борту Nisshin Maru для переработки (см. фотографии справа и вверху страницы). Австралийское правительство также воспользовалось этой возможностью, чтобы отклонить утверждения ICR о научных исследованиях, назвав их "необоснованными" и заявив, что "не нужно убивать кита в Южном океане, чтобы глубже его понять". В конце 2009 года премьер-министр Австралии вновь подтвердил официальные возражения против программ китобойного промысла Японии и пригрозил судебными исками в международных судах. "Если мы не сможем решить этот вопрос дипломатическим путем, мы предпримем международные юридические действия. Я отношусь к этому серьезно, я бы предпочел решить вопрос дипломатически, но если мы не сможем этого добиться, это будет альтернативный путь". В совместном министерском заявлении правительство заявило, что "не приняло это решение легкомысленно". 5 января 2011 года в результате утечки американских дипломатических депеш стало известно, что на австралийский судебный иск против японского китобойного промысла сильно повлияло внутреннее политическое давление, а советники австралийского правительства были глубоко пессимистичны в отношении перспектив успеха в Международном суде. В своих докладах в Вашингтон посольство США сообщило, что представители правительства Австралии утверждали, что судебное разбирательство "вряд ли полностью остановит охоту на китов, но вполне может вынудить к изменениям, которые затруднят ее для японцев". Австралийская общественность подавляющим большинством поддерживает усилия правительства по прекращению японского китобойного промысла, даже с риском потери ценных торговых отношений. 6 февраля 2013 года правительство Новой Зеландии подало в Международный суд "Заявление о вмешательстве", в котором заявило, что Япония не имеет права на специальное разрешение, позволяющее проводить китобойный промысел в научных целях. В результате заявления правительства Австралии в 2010 году в Международном суде было рассмотрено дело. Слушания проходили с 26 июня 2013 года по 6 июля 2013 года. В своем представлении в Международный суд правительство Австралии заявило, что Япония "нарушила и продолжает нарушать" свои обязательства по международной конвенции, и далее заявило, что Япония отказалась принимать рекомендации МКК. Генеральный прокурор Австралии Джастин Глисон выступил в Международном суде от имени Австралии. Судебная коллегия из 16 судей Международного суда вынесла решение по этому делу. Ротвелл заявил, что дело "сложное и поднимает новые правовые вопросы, которые ранее не рассматривались ни одним международным судом". Тони Пресс, генеральный директор Центра исследований антарктического климата и экосистем при Университете Тасмании, Австралия, предоставлял еженедельные отчеты о слушаниях Международного суда для австралийского издания The Conversation. После второй недели Пресс сообщил, что Япония четко сформулировала свои намерения в Южном океане: "надлежащее сохранение запасов китов и, таким образом, обеспечение упорядоченного развития китобойной промышленности", далее пояснив, что для получения определенных видов информации, таких как сбор ушных пробок для оценки возраста кита, необходимо убивать китов. Во время второй недели профессор Ларс Валлое из Университета Осло и бывший норвежский комиссар Комиссии по китобойному промыслу был представлен Японией в качестве единственного эксперта. На неделе, начавшейся 8 июля 2013 года, Новая Зеландия представила свое вмешательство, в котором изложила историю происхождения Конвенции о китобойном промысле 1946 года, а генеральный прокурор Австралии Марк Дрейфус подтвердил, что его страна не "сговаривалась" с Новой Зеландией для начала разбирательства в Международном суде. Дрейфус завершил выступление Австралии, подчеркнув дружбу между Австралией и Японией, и заявил: "Австралия уважительно просит Суд положить конец программе китобойного промысла Японии". Слушания в Международном суде завершились 16 июля 2013 года. В своем заключительном представлении профессор Паям Акхаван из Университета Макгилла заявил: "Не будет преувеличением сказать, что дело Австралии сейчас висит на волоске". 31 марта 2014 года Международный суд постановил, что программа китобойного промысла Японии не носит научный характер. Суд постановил, что "Япония должна отозвать любые действующие разрешения, лицензии или разрешения на убийство, отлов или обработку китов" и воздержаться от выдачи каких-либо дальнейших разрешений. Два бывших министра окружающей среды Австралии приветствовали это решение и выразили надежду, что Япония его уважит. Решение Международного суда является окончательным, и право на апелляцию в данном случае не применяется. В отчете в СМИ, опубликованном в сентябре 2014 года, сообщалось о намерении японских официальных лиц представить пересмотренную программу на рассмотрение научному комитету МКК в ноябре 2014 года.

Due to the proximity to Antarctica, the government of Australia has been particularly vocal in its opposition to Japan's whaling activity in the Southern Pacific. In 1994, Australia claimed a exclusive economic zone (EEZ) around the Australian Antarctic Territory, which also includes a southerly portion of the IWC Southern Ocean Whale Sanctuary. In December 2007, the Rudd government announced plans to monitor Japanese whalers about to enter Australian waters in order to gather evidence for a possible international legal challenge and on January 8, 2008, the Australian government sent the Australian customs vessel Oceanic Viking on a 20 day surveillance mission to track and monitor the fleet. On February 7, 2008, the Australian government released photographs of the ICR harpoon ship Yūshin Maru killing several different whales, and a mother whale and her 1 year old calf being taken on board the Nisshin Maru for processing (see photos at right and top of page). The Australian government also used that opportunity to reject ICR's scientific research claims by calling them "without foundation", and declaring that "You do not have to kill a whale in the Southern Ocean to gain a deeper understanding of it." In late 2009, the Prime Minister of Australia restated official objections to Japan's whaling programs and threatened to take legal action through international courts. Blockquote|We, if we cannot resolve this matter diplomatically, will take international legal action. I'm serious about it, I would prefer to deal with it diplomatically, but if we cannot get there, that's the alternative course of action. In a joint ministerial statement, the government stated that it "has not taken this decision lightly." On January 5, 2011, leaked US diplomatic cables revealed that the Australian legal challenge to Japanese whaling was heavily influenced by domestic political pressures and Australian government advisers were left deeply pessimistic about the prospects of success in the International Court. In its reports to Washington, the US Embassy reported that Australian government contacts were stating that the legal proceedings "would be unlikely to stop the whale hunt entirely, but could well force modifications that would make it more difficult for the Japanese". The Australian public overwhelmingly supports governmental efforts to stop Japanese whaling, even at risk of losing valuable trade relations. The New Zealand government lodged a "Declaration of Intervention" with the ICJ on February 6, 2013, in which it deemed Japan as ineligible for a Special Permit that would allow whaling on the basis of scientific research. As a result of the Australian government's 2010 application, a court case was heard at the ICJ. The hearing ran from June 26, 2013, until July 6, 2013. In its deposition to the ICJ, the Australian government has claimed that Japan "has breached and is continuing to breach" its obligations under the international convention, and further asserted that Japan has refused to accept IWC recommendations. Solicitor General of Australia Justin Gleeson appeared for Australia before the ICJ. The ICJ's 16 judge bench received and then decided upon the case. Rothwell stated that the case "is a complex one which raises novel legal issues not previously considered by any international court". Tony Press, CEO of the Antarctic Climate and Ecosystems Cooperative Research Centre at the University of Tasmania, Australia, provided weekly reports of the ICJ hearings for The Conversation Australia media publication. Following the second week, Press relayed that Japan articulated in certain terms its intentions in the Southern Ocean: "the proper conservation of whale stocks and thus make possible the orderly development of the whaling industry", further explaining that a whale must be killed to obtain certain types of information, such as the collection of ear plugs to estimate the age of a whale. During the second week, Professor Lars Walløe, of the University of Oslo and a former Norwegian Commissioner to the Whaling Commission was presented by Japan as its sole expert witness. During the week beginning July 8, 2013, New Zealand delivered its intervention, in which it provided a history of the origin of the 1946 Whaling Convention and Australian Attorney General Mark Dreyfus affirmed that his nation had not "colluded" with New Zealand to launch the ICJ proceedings. Dreyfus concluded Australia's contribution by emphasizing the friendship shared by Australia and Japan, and stated: "Australia respectfully requests the Court to bring Japan’s whaling program to an end." The ICJ hearing concluded on July 16, 2013. In Japan's final presentation Professor Payam Akhavan of McGill University stated: ""it would not be an exaggeration to say that Australia’s case now hangs by a thread". On March 31, 2014, the ICJ ruled that Japan's whaling program was not for scientific purposes. The Court ordered that "Japan revoke any extant authorization, permit or licence to kill, take or treat whales" and refrain from granting any further permits. Two former Australian Environment ministers applauded the decision and stated their hopes that Japan would respect it. The decision of the ICJ is final and the right of appeal does not apply in this context. A media report, published in September 2014, reported on the intention of Japanese officials to submit a revised programme to the IWC's scientific committee in November 2014.

Противодействие экологических групп

Японский китобойный флот несколько раз сталкивался с протестующими против китобойного промысла и активистами из различных групп, включая Общество охраны природы Sea Shepherd, которые с сезона 2005–2006 годов пытались следить, документировать и срывать деятельность китобойного флота. 15 января 2008 года два члена экипажа, находившиеся на борту MV Steve Irwin, без разрешения перешли на китобойное судно Yushin Maru 2 и впоследствии были задержаны на борту судна на несколько дней. Япония заявила, что 3 марта 2008 года четверо членов экипажа японского китобойного судна в антарктических водах получили ранения, когда группа противников китобойного промысла бросила на борт масляную кислоту. Япония подтвердила, что позже их китобойный завод Nisshin Maru бросил "ослепляющие" гранаты на судно Общества охраны природы Sea Shepherd, MV Steve Irwin. Япония также подтвердила, что произвела "предупредительный выстрел" в воздух. Капитан "Стив Ирвин", Пол Уотсон, утверждал, что был ранен в грудь пулей, выпущенной членом экипажа японского китобойного судна, и в его бронежилете, который он носил в тот момент, был найден осколок металла. Однако правительство Японии отрицает этот инцидент, но признает, что китобои использовали "шумовые шары", описанные как "громкие взрывные отпугивающие устройства". 7 февраля 2009 года MV Steve Irwin и Yushin Maru No. 2 столкнулись, когда японское судно пыталось перегрузить кита. Обе стороны утверждали, что вина лежит на другой стороне. В 2008 году два активиста Greenpeace против китобойного промысла, Дзюнъити Сато и Тору Судзуки, также известные как "Токийская двойка", были арестованы и предстали перед судом после попытки разоблачить то, что они считали сетью краж в китобойной индустрии. Расследование этих практик было проведено, но вскоре было прекращено с заключением, что мясо было взято в качестве сувенира и, следовательно, его владение законно. После суда Сато, директор кампании по охране океанов Greenpeace Япония, заявил, что Greenpeace отказывается от конфронтационной стратегии и использует слова, чтобы убедить Японию прекратить охоту. Он считает, что внешние группы недостаточно хорошо понимают японскую культуру, что может привести к тому, что некоторые действия окажутся контрпродуктивными. В январе 2010 года стало известно, что японский китобойный флот арендовал рейсы в австралийских самолетах из Хобарта и Олбани для отслеживания передвижений кораблей Sea Shepherd и предоставления информации об их местоположении китобойному флоту, чтобы флот мог их избегать. Эти рейсы подверглись резкой критике со стороны австралийских "зеленых". 6 января 2010 года противокитобойное судно MY Ady Gil получило серьезные повреждения носовой части после столкновения с японским китобойным судном Shōnan Maru No. 2. "Ади Гил" был заброшен и оставлен тонуть после того, как набрал слишком много воды, чтобы его можно было отбуксировать. Хотя первый офицер "Боб Баркер" заявил, что все топливо, масло, аккумуляторы и другие загрязнители окружающей среды были удалены с "Ади Гил" до начала буксировки, фотодоказательства, опубликованные Институтом исследования китообразных, показали, что обломки продолжали вытекать топливом в Южный океан после того, как Sea Shepherd отказался от него. Японское агентство по рыболовству 12 апреля 2010 года объявило, что китобойный флот поймал около половины из 935 китов, которых он надеялся поймать в течение сезона китобойных исследований 2009–2010 годов из-за препятствий, создаваемых протестными операциями Общества охраны природы Sea Shepherd. Китобои добыли 506 южных малых полосатиков и одного финвала. В феврале 2011 года Общество охраны природы Sea Shepherd вынудило Японию отменить ежегодную охоту на китов в антарктических водах. Ацуси Исии, японский политолог и профессор Центра северо-восточных азиатских исследований Университета Тохоку, в своей книге 2011 года "Кайтай Шинсо: Хогэй Ронсо" ("Анатомия дебатов о китобойном промысле") заявил, что Япония использовала деятельность защитников природы, таких как Sea Shepherd, в качестве предлога для сохранения лица, чтобы прекратить невыгодную охоту на китов в Антарктике. Исии утверждает, что деятельность активистов по защите окружающей среды и прав животных фактически оказалась контрпродуктивной, поскольку она разжигала национализм и увеличивала спрос на мясо китов в Японии. Исии предсказал, что Япония перенесет свои усилия по охоте на китов в прибрежные воды и северо-западную часть Тихого океана. После длительного судебного разбирательства в Соединенных Штатах Sea Shepherd согласилась не преследовать японские китобойные суда в августе 2016 года, в частности, не нападать физически на японские китобойные суда или экипаж и не приближаться к судам в открытом море на расстояние менее 500 ярдов. Однако австралийское отделение Sea Shepherd заявило, что на решение суда не распространяется его действие, поскольку юрисдикция американского суда не распространяется на австралийское законодательство.

The Japanese whaling fleet had several clashes with anti whaling protesters and activists from various groups, including the Sea Shepherd Conservation Society, endeavoring to follow, document and disrupt the whaling fleet since the 2005–2006 season. On January 15, 2008, two crew members traveling on the MV Steve Irwin boarded the whaling ship Yushin Maru 2 without permission and were subsequently detained on board the ship for a number of days. Japan claimed that four crew members on board a Japanese whaling ship in Antarctic waters were injured March 3, 2008, when the anti whaling group threw butyric acid on board. Japan confirmed the later throwing of "flashbang" grenades onto the Sea Shepherd Conservation Society ship, MV Steve Irwin by their whaling factory ship, Nisshin Maru. Japan also confirmed firing a "warning shot" into the air. The captain of the Steve Irwin, Paul Watson, claimed to have been hit in the chest by a bullet from a Japanese whaling ship crewmember, and a piece of metal was found lodged into his bullet proof vest he was wearing at the time. However, the Japanese government has denied the incident, but admitted that the whalers launched "noise balls", described as "loud explosive deterrent devices". On February 7, 2009, the MV Steve Irwin and the Yushin Maru No. 2 collided as the Japanese vessel was attempting to transfer a whale. Both sides claimed the other had been at fault. In 2008, two Greenpeace anti whaling activists, Junichi Sato and Toru Suzuki, also called the Tokyo Two were arrested and put on trial after trying to expose what they considered a theft ring within the whaling industry. An investigation was conducted into these practices, but was shortly ended concluding that the meat was taken as a souvenir and thus legal to possess. After his trial, Sato, Greenpeace Japan's Director of Oceans Campaign said that Greenpeace is moving away from a confrontational strategy and is using words to persuade Japan to end the hunts. He feels that outside groups do not have a good understanding of Japanese culture which can result in some actions having counter productive results. In January 2010, it was revealed that the Japanese whaling fleet was chartering flights in Australian planes from Hobart and Albany to track the Sea Shepherd ships' movements and provide information on their location to the whaling fleet so the fleet could evade them. The flights were heavily criticised by the Australian Greens. On January 6, 2010, the anti whaling ship MY Ady Gil suffered severe damage to its bow after a collision with the Japanese whaling ship Shōnan Maru No. 2. The Ady Gil was abandoned and left to sink after it had taken on too much water to be towed. While the first officer of the Bob Barker has said that all the fuel, oil, batteries and other environmental contaminates were removed from the Ady Gil before towing began, photographic evidence released by the Institute for Cetacean Research showed the wreckage continued to leak fuel into the Southern Ocean after it had been abandoned by Sea Shepherd. Japan's Fisheries Agency announced on April 12, 2010, that the whaling fleet had caught about half of the 935 whales it has hoped to catch during the 2009–2010 whaling research season as a result of obstruction by Sea Shepherd Conservation Society protest operations. The whalers harvested 506 southern minke whales and one fin whale. In February 2011, the Sea Shepherd Conservation Society caused Japan to call off annual whaling in Antarctic waters. Atsushi Ishii, Japanese political scientist and professor at Tohoku University's Center for Northeast Asian Studies stated in his 2011 book Kaitai Shinso: Hogei Ronso ("Anatomy of the Whaling Debate"), that Japan used the activities by conservationists like Sea Shepherd as a face saving excuse to stop the unprofitable Antarctic hunt. Ishii asserts that the activities of environmental and animal rights activists were actually counterproductive because they fueled nationalism and increased the demand for whale meat in Japan. Ishii predicted that Japan would shift its whale hunting efforts to coastal waters and the Northwest Pacific. After a lengthy legal case in the United States, the Sea Shepherd agreed not to harass Japan's whaling ships in August 2016, specifically not to physically attack Japan's whaling vessels or crew, nor to approach within 500 yards of the vessels on the high seas. Sea Shepherd's Australian branch however said they were not affected by the court ruling since the US court had no jurisdiction over Australian law.

Международная оппозиция

6 марта 2008 года в Лондоне встретились члены Международной китобойной комиссии для обсуждения достижения соглашения о правилах охраны китов. 7 марта 2008 года японские китобои и активисты, выступающие против китобойного промысла, столкнулись в водах у берегов Антарктиды, каждая сторона представила противоречивые версии произошедшего. Международная китобойная комиссия призвала организацию Sea Shepherd Conservation Society воздержаться от опасных действий и повторно осудила любые действия, создающие риск для жизни и имущества людей в связи с деятельностью судов в море. Япония продолжает сталкиваться с обвинениями в подкупе голосов внутри Международной китобойной комиссии, поскольку к ней присоединяется все больше развивающихся стран, не имеющих или почти не имеющих традиций китобойного промысла. 8 марта 2008 года премьер-министр Соломоновых Островов Дерек Сикуа заявил, что Япония предложила оплатить поездку делегации его страны на встречу Международной китобойной комиссии 6 марта 2008 года в Лондоне, и он отклонил это предложение. Руководитель отдела китобойного промысла в Японском агентстве по рыболовству опроверг эти обвинения. За неделю до этой встречи МКК Япония приняла в Токио делегатов из Анголы, Камбоджи, Демократической Республики Конго, Экваториальной Гвинеи, Эритреи, Ганы, Лаоса, Малави, Палау, Танзании и Вануату. Делегаты также посетили традиционный город китобоев Тайдзи, расположенный на западе Японии.

Коммерческая жизнеспособность

Из-за низкого уровня продовольственной самообеспеченности, около 40%, Япония полагается на создание запасов для обеспечения стабильных поставок продовольствия. По состоянию на 2009 год, в японском запасе морепродуктов объемом 1,2 миллиона тонн содержалось почти 5000 тонн мяса китов. В 2005 году правительство Японии начало поощрять государственные школы включать мясо китов в школьные обеды в рамках инициативы по сокращению государственных запасов. По данным отчетов, 18% государственных начальных и неполных средних школ, предлагающих обеды, подавали мясо кита хотя бы раз в течение 2009/2010 финансового года. Однако подача мяса китов школьникам подвергается критике из-за опасений относительно содержания токсичного метилртути. Всемирный фонд дикой природы также оценил, что японскому правительству пришлось инвестировать 12 миллионов долларов только в антарктическую китобойную экспедицию 2008–09 годов, чтобы покрыть расходы, а общая сумма субсидий с 1988 года составила около 150 миллионов долларов. Одно исследование показало, что содержание ртути в мясе кита в шесть раз превышает допустимый предел, установленный FDA США для продуктов питания. Мясо кита также может быть заражено полихлорированными бифенилами. Критики утверждают, что из-за загрязнения оно представляет угрозу для здоровья, и поэтому детям и беременным женщинам рекомендуется воздерживаться от его употребления. 1 апреля 2014 года онлайн-ритейлер Tauten попросил своих продавцов прекратить продажу мяса китов и дельфинов до конца месяца. Это объявление последовало за прекращением Японией китобойной охоты после решения Международного суда. Британская активистская группа Environmental Investigation Agency обвинила Rakuten в том, что она является "крупнейшим онлайн-продавцом продукции из китов".

Внимание СМИ

Западные СМИ стали уделять больше внимания японской китобойной индустрии. Телесериал "Война китов" на канале Animal Planet размещает съемочную группу на борту судов Общества защиты морских животных, чтобы задокументировать ежегодное вмешательство в антарктическую программу китобойного промысла Японии. Япония осудила программу как вводящую в заблуждение и поддерживающую экотеррористов с целью повышения рейтингов. Animal Planet обращалась с просьбой снять материал с точки зрения японского китобойного флота, но в этой просьбе было отказано. В эпизоде "Whale Whores" анимационный сериал "Южный парк" высмеял как японские традиции китобойного промысла, так и активистов, выступающих против него. Документальный фильм "The Cove", получивший премию "Оскар" в 2009 году, полностью посвящен японскому отлову дельфинов, содержанию ртути в мясе дельфинов и городу китобоев Тайцзи. Фильм также акцентировал внимание на сложностях наблюдения за работой рыбаков Тайцзи из-за препятствий со стороны местной полиции. Новозеландец Питер Джеймс Бетюн получил два года условного срока после того, как проник на судно, которое столкнулось с его лодкой "Ady Gil", которая впоследствии затонула. Газета The New York Times сообщила, что китобойный город Аюкава в Ишиномаки, префектура Мияги, был серьезно поврежден землетрясением и цунами в Тохоку в 2011 году. После ядерной аварии на Фукусиме в 2011 году радиоактивный цезий был обнаружен в двух усатых китах, пойманных у побережья Хоккайдо.