Введение
Дело Аристотеля De Interpretatione или О толковании (греч. Περὶ Ἑρμηνείας, Peri Hermeneias) – второй текст из «Органона» Аристотеля и одно из самых ранних сохранившихся философских произведений в западной традиции, посвященное взаимосвязи языка и логики всесторонним, явным и формальным образом. Произведение обычно известно по своему латинскому названию. Работа начинается с анализа простых категорических суждений и делает ряд основополагающих выводов по вопросам классификации и определения основных лингвистических форм, таких как простые термины и суждения, имена существительные и глаголы, отрицание, количество простых суждений (первоосновы кванторов в современной символической логике), исследования об исключённом третьем (который, по мнению Аристотеля, неприменим к суждениям о будущем времени – проблема будущих случайностей) и модальных суждениях. Первые пять глав посвящены терминам, составляющим суждения. Главы 6 и 7 рассматривают отношения между утвердительными, отрицательными, общими и частными суждениями. Эти отношения лежат в основе хорошо известного квадрата оппозиций. Различие между общими и частными суждениями является основой современной теории квантификации. Последние три главы посвящены модальностям. Глава 9 знаменита обсуждением морского сражения. (Если завтра произойдет морское сражение, то и сегодня уже истинно, что завтра произойдет морское сражение. Таким образом, морское сражение, по-видимому, неизбежно и, следовательно, необходимо. Другая интерпретация заключается в том, что мы не можем знать того, что еще не наступило. Иными словами: если завтра будет морское сражение, то сегодня истинно утверждение о том, что завтра будет морское сражение. Следовательно, мы можем узнать, произойдет ли завтра морское сражение, только если мы можем узнать, будет ли оно).
De Interpretatione or On Interpretation (Greek: Περὶ Ἑρμηνείας, Peri Hermeneias) is the second text from Aristotle's Organon and is among the earliest surviving philosophical works in the Western tradition to deal with the relationship between language and logic in a comprehensive, explicit, and formal way. The work is usually known by its Latin title. The work begins by analyzing simple categoric propositions, and draws a series of basic conclusions on the routine issues of classifying and defining basic linguistic forms, such as simple terms and propositions, nouns and verbs, negation, the quantity of simple propositions (primitive roots of the quantifiers in modern symbolic logic), investigations on the excluded middle (which to Aristotle is not applicable to future tense propositions—the problem of future contingents), and on modal propositions. The first five chapters deal with the terms that form propositions. Chapters 6 and 7 deal with the relationship between affirmative, negative, universal and particular propositions. These relationships are the basis of the well known square of opposition. The distinction between universal and particular propositions is the basis of modern quantification theory. The last three chapters deal with modalities. Chapter 9 is famous for the discussion of the sea battle. (If it is true that there will be a sea battle tomorrow, then it is true today that there will be a sea battle. Thus a sea battle is apparently unavoidable, and thus necessary. Another interpretation would be: that we cannot know that which has not yet come to pass. In other words: if there is a sea battle tomorrow then it is true today that tomorrow there will be a sea battle. So, only if we can know whether or not there will be a sea battle tomorrow then can we know if there will be a sea battle).
Содержание
Глава 1. Аристотель определяет слова как символы «аффектов души» или психических переживаний. Говоримые и письменные символы различаются в разных языках, но психические переживания одинаковы для всех (так что английское слово «cat» и французское слово «chat» — разные символы, но психическое переживание, которое они обозначают — понятие кошки — одинаково для носителей английского и французского языков). Сами по себе существительные и глаголы не содержат в себе истинности или ложности. Глава 2. Имя обозначает субъект по соглашению, но без привязки ко времени. Глава 3. Глагол несет в себе понятие времени. «Он был здоров» и «он будет здоров» — это времена глагола. Глагол в не-временной форме указывает на настоящее, времена глагола — на времена вне настоящего. Глава 4. Предложение — это выражение, части которого имеют значение. Слово «cat» что-то обозначает, но само по себе не является предложением. Только при добавлении к нему других слов мы получаем утверждение или отрицание. Глава 5. Каждое простое высказывание содержит глагол. Простое высказывание указывает на единичный факт, а соединение его частей придает ему единство. Сложное высказывание — это несколько высказываний, объединенных вместе. Глава 6. Утверждение — это признание чего-либо, отрицание — это признание, отрицающее что-либо в чем-либо. (Например, «человек — животное» утверждает «животное» о «человеке». «Камень не является животным» отрицает «животное» о камне). Глава 7. Термины. Некоторые термины универсальны. Универсальный термин способен быть приписанным нескольким субъектам (например, «луна» — даже если у Земли есть одна луна, у нее могло быть и больше, и существительное «луна» могло бы быть использовано по отношению к ним в точно таком же смысле). Другие термины индивидуальны. Индивидуальный или единичный термин («Платон») не может быть приписан (в том же смысле) более чем одному индивиду. Универсальное утвердительное высказывание, такое как «Каждый человек смертен», и универсальное отрицательное высказывание, имеющее тот же субъект и предикат, такое как «Ни один человек не смертен», называются противоположными. Универсальное утвердительное высказывание («Каждый человек смертен») и не-универсальное отрицание этого высказывания («Некоторые люди не смертны») называются противоречивыми. Из противоречий одно должно быть истинным, другое — ложным. Противоположности не могут быть одновременно истинными, хотя они могут быть одновременно ложными, и, следовательно, их противоречия являются истинными. Например, ложными являются как утверждение «все люди честны», так и утверждение «никто не честен». Но их противоречия — «Некоторые люди не честны» и «Некоторые люди честны» — оба истинны. Глава 8. Утверждение однозначно, если оно выражает один факт. Например, «каждый человек смертен». Однако, если слово имеет два значения, например, если слово «одежда» означает «человек и лошадь», то «одежда белая» не будет одним утверждением, так как это будет означать «человек и лошадь белые», что эквивалентно двум простым высказываниям «человек белый и лошадь белая». Глава 9. Из противоречивых высказываний о прошлом и настоящем одно должно быть истинным, другое — ложным. Но когда субъект индивидуален, а высказывание относится к будущему, это не так. Иначе ничего не происходит случайно. Потому что либо будущее высказывание, такое как «Морское сражение состоится», соответствует будущей реальности, либо его отрицание, в этом случае морское сражение состоится с необходимостью, или не состоится с необходимостью. Но в действительности такое событие может так же легко произойти, как и не произойти; значение слова «случайно» в отношении будущих событий заключается в том, что реальность устроена таким образом, что может привести к любой из двух противоположных возможностей. Это известно как проблема будущих контингентов. Глава 10. Аристотель перечисляет утверждения и отрицания, которые могут быть приписаны, когда включены «неопределенные» термины, такие как «несправедливый». Он проводит различие, которое должно было стать важным позже, между использованием глагола «есть» как простой связки или «третьего элемента», как в предложении «человек мудрый», и как предиката, обозначающего существование, как в «человек есть [т.е. существует]». Глава 11. Некоторые высказывания кажутся простыми, но на самом деле сложны. В одном высказывании существительные, относящиеся к субъектам, объединяются, чтобы сформировать единство. Таким образом, «двуногие домашние животные» применимо к «человеку», и три предиката объединяются, чтобы сформировать единство. Но в термине «белый идущий человек» три предиката не объединяются, чтобы сформировать единство такого рода. Глава 12. В этой главе рассматривается взаимная связь модальных высказываний: утверждений и отрицаний, которые утверждают или отрицают возможность или случайность, невозможность или необходимость. Глава 13. Связь между такими высказываниями. Логические следствия вытекают из этой организации. Например, из высказывания «возможно» следует, что оно «случайно», что оно «не невозможно», или из высказывания «не может быть» следует «необходимо, чтобы не было». Глава 14. Существует ли утвердительное высказывание, соответствующее каждому отрицанию? Например, является ли высказывание «каждый человек несправедлив» утверждением (поскольку оно, кажется, утверждает несправедливость каждого человека) или это просто отрицание (поскольку оно отрицает справедливость)?
Квадрат оппозиции (логический квадрат) и модальная логика
Логический квадрат, также называемый квадратом оппозиций или квадратом Апулея, берет свое начало в четырех основных суждениях, используемых в силлогистическом рассуждении: Все люди белые – универсальное утверждение, и его отрицание: Не все люди белые (или Некоторые люди не белые) – частное отрицание, с одной стороны, а также: Некоторые люди белые – частное утверждение, и его отрицание: Ни один человек не белый – универсальное отрицание, с другой. Роберт Бланше опубликовал свою книгу «Structures intellectuelles» совместно с издательством Vrin в 1966 году, и с тех пор многие исследователи полагают, что логический квадрат, представляющий четыре значения, следует заменить логическим шестиугольником, который, представляя шесть значений, является более эффективной фигурой, поскольку обладает большей способностью объяснять явления в логике и естественном языке. Изучение четырех суждений, составляющих квадрат, представлено в главе 7 и в приложении к ней – главе 8. Особое значение также имеет непосредственно следующая глава 9, посвященная проблеме будущих случайностей. Эта глава и последующие легли в основу модальной логики.
Переводы
Оригинальный греческий текст Аристотеля, Περὶ Ἑρμηνείας (Peri Hermeneias), был переведен на латинский язык как "De Interpretatione" Мариусом Викторином в Риме в IV веке. Другой перевод был выполнен Боэцием в VI веке, примерно в 510/512 годах.