Введение

Второй Верховный директор Объединенных провинций Рио-де-ла-Плата Карлос Мария де Альвеар (родился 25 октября 1789 года в Санто-Анхеле, Риу-Гранди-ду-Сул – умер 3 ноября 1852 года в Нью-Йорке) — аргентинский военачальник и государственный деятель, Верховный директор Объединенных провинций Рио-де-ла-Плата в 1815 году.

Ранние годы

Он родился в Санто-Анхеле, в северной части вице-королевства Рио-де-ла-Плата (ныне в штате Рио-Гранде-ду-Сул), от испанского дворянина Диего де Альвеар и Понсе де Леон и креолки Марии Балбастро, и был крещен как Карлос Антонио дель Санто-Анхель Гвардиан. Его место рождения, Санто-Анхель, в то время входило в состав провинции Мисьонес, но в настоящее время принадлежит бразильскому штату Рио-Гранде-ду-Сул. Во время путешествия в Испанию с семьей на борту эскадры испанского флота в 1804 году, 5 октября флот Королевского военно-морского флота атаковал эскадру, захватив или уничтожив все четыре присутствовавших испанских фрегата. Это сражение стало прелюдией к англо-испанской войне между двумя странами; во время боя братья и мать Альвеара погибли от случайных пушечных выстрелов, однако он выжил и вместе с отцом был взят в плен британцами и доставлен в Англию. Там он встретил и женился на ирландке. В память о матери Карлос де Альвеар принял имя Карлос Мария де Альвеар. Находясь в Британии, 15-летний Карлос получил английское образование и, повзрослев, занял позицию, которую некоторые впоследствии сочли благоприятной для британских интересов. Как и многие другие аргентинцы XIX века, игравшие заметную роль в общественной жизни, он был масоном.

Военная карьера

Альвьер был одним из немногих профессиональных военных офицеров, участвовавших в Аргентинской войне за независимость на стороне революционеров, ранее служивших в испанской армии во время наполеоновских войн. Он стал активным масоном. Находясь в Кадисе, он основал Sociedad de los Caballeros Racionales – масонское тайное общество, состоявшее из южноамериканцев. Хосе де Сан-Мартин, с которым у Альвьера всегда были конфликтные и противоречивые отношения, впоследствии также стал членом этого тайного общества. Он вернулся в Буэнос-Айрес на борту британского торгового судна George Canning, на котором также находились Сан-Мартин, Хуан Матиас Сапиола, Франсиско Чилаверт и другие солдаты. По прибытии Альвьер был назначен подполковником молодой аргентинской армии. Он возглавил действия против королевской армии под командованием Гаспара Вигоде в Монтевидео, заменив Хосе Рондо и сделав врагом восточного лидера Хосе Гервасио Артигаса. Альвьер был лидером Учредительного собрания 1813 года и, движимый политическими амбициями, сумел установить унитарную (централизованную) форму правления, назначив своего дядю Гервасио Антонио де Посадаса Верховным директором (главой исполнительной власти). В начале 1814 года Альвьер был назначен главнокомандующим войсками, оборонявшими столицу. Через несколько месяцев он сменил генерала Хосе Рондо на посту главнокомандующего армией, осаждавшей Монтевидео – последний бастион испанской власти в Рио-де-ла-Плате, который защищали 5000 солдат. В конце июня 1814 года, когда стало известно о восстановлении Фердинандом VII испанской короны, Альвьер сумел добиться капитуляции испанских войск в Монтевидео. Это была крупнейшая победа в борьбе за независимость после 1810 года. Ему было всего 25 лет, и он был самым успешным генералом революции. Он вернулся в Буэнос-Айрес, чтобы получить признание, но восстание вынудило его вернуться в Банду-Ориенталь. После быстрой и решительной кампании его войска разгромили каудильо, выступавших против правительства. В конце 1814 года Альвьер был назначен командующим Армией Севера, но ему не хватало поддержки Посадаса, он был непопулярен среди войск, а также возникали другие разногласия, включая проект конституционной монархии, который он отправил в Европу для переговоров с Мануэлем Бельграно, вызвав резкое неприятие Лиги свободных народов. Все это заставило его вернуться в Буэнос-Айрес. 9 января 1815 года, в возрасте 25 лет, он был избран на замену своему дяде Посадасу в качестве Верховного директора. Не имея поддержки войск и достаточного влияния на жителей внутренних провинций, директор Альвьер попытался заключить союз с Артигасом, предложив ему независимость Восточной Банды (современного Уругвая). В обмен Артигас должен был вывести свою армию с аргентинского побережья. Но Артигас отклонил предложение, и Альвьер отправил войска для оккупации территории. В это время он вел переписку с британским послом, виконтом Стренгфордом в Рио-де-Жанейро, с просьбой о британском вмешательстве. После мятежа среди своих войск и под давлением Кабильдо Альвьер подал в отставку 15 апреля и покинул страну. Он находился в изгнании в Рио-де-Жанейро до 1818 года. В мае того же года он переехал в Монтевидео, где присоединился к своему другу, чилийцу Хосе Мигелю Каррере, также находившемуся в изгнании из-за политических разногласий с Сан-Мартином и Бернардо О’Иггинсом.

Дипломатические миссии в Англии, США и Боливии

В 1822 году Альвеар вернулся в Аргентину благодаря закону об амнистии (Ley del olvido). В конце 1823 года Бернардино Ривадавия назначил его чрезвычайным и полномочным министром в Соединенные Штаты. Перед отъездом в Вашингтон Альвеар остановился в Лондоне и сумел добиться аудиенции у Джорджа Кэннинга, британского министра иностранных дел. Спустя несколько недель после этой встречи британское правительство официально признало независимость Объединенных провинций Рио-де-ла-Плата. В 1825 году вместе с Хосе Мигелем Диасом Велесом правительство Буэнос-Айреса направило Карлоса Марию де Альвеара в Боливию для встречи с Симоном Боливаром. Истинной целью так называемой миссии Альвеара – Диаса Велеса было получение поддержки Боливара в предстоящей войне с Бразильской империей из-за Восточной полосы. Было предложено, чтобы Боливар возглавил испаноамериканский союз, способный оказать давление на Дом Педру I с целью вывода его армии, размещенной в Восточной провинции. У Альвеара также был собственный проект: создание крупной республики в Южной Америке, объединяющей Аргентину, Чили, Боливию, Парагвай и Уругвай. Он предложил Боливару стать ее первым президентом. Венесуэльский лидер отнесся к этому проекту с симпатией, но разногласия в Великой Колумбии вынудили его отказаться от него.

Война против Бразильской империи

Чтобы нейтрализовать политические амбиции Альвьера, недавно избранный президент Бернардино Ривадавия назначил его министром войны и флота в начале 1826 года. За короткий срок и располагая ограниченными ресурсами, Альвьер сумел собрать армию в 8000 человек для войны против Бразильской империи. Противоречивые притязания на Банду Ориентал (включавшую территорию современного Уругвая) втянули обе страны в конфликт. Победа казалась недостижимой для аргентинцев. В то время Бразилия насчитывала около 5 миллионов жителей (включая 2 миллиона рабов), располагала армией в 120 000 человек и флотом почти из 80 судов. В отличие от этого, в новообразованной Аргентинской республике проживало всего 700 000 человек, и почти половина её провинций оказалась на грани отделения. Опасаясь бразильского вторжения на аргентинскую территорию, в середине 1826 года президент Ривадавия назначил Альвьера главнокомандующим аргентинской армией, находившейся в состоянии мятежа. Альвьер быстро восстановил дисциплину и привел войска в боевую готовность. К концу года, всего через три месяца после назначения, он проявил инициативу и начал вторжение в бразильскую провинцию Рио-Гранде-ду-Сул. Одной из целей Альвьера было спровоцировать восстание рабов, которое вынудило бы императора пойти на перемирие. В первые месяцы войны 1827 года аргентинская армия вторглась на территорию Бразилии и одержала победы над бразильцами при Баге, Омбу, Камакуа и в крупном сражении при Итусаинго, вероятно, самой значительной победе в его карьере. Именно его блестящее и бесстрашное командование во время этой кампании и памятная победа, которой она завершилась, сделали противоречивую фигуру Альвьера национальным героем в Аргентине. Однако внутренние разногласия в Аргентине и подписание мирного договора, воспринятого как унизительный, привели к падению президентства Ривадавии. Не имея политической поддержки или помощи из Буэнос-Айреса, Альвьер подал в отставку и вернулся в Буэнос-Айрес. По прибытии в столицу он осознал, что был отстранен новым правительством, которое приложило все усилия для его дискредитации и дискредитации Ривадавии.

Альвеар и Росас

В 1829 году Хуан Мануэль де Росас вошел в аргентинскую политическую жизнь, положив начало противоречивому режиму, который с перерывами продолжался почти 23 года. Альвеар был одним из лидеров оппозиции, и в 1832 году Росас назначил его послом в Соединенные Штаты, чтобы ослабить его политические амбиции. Смена правительства в следующем году позволила Альвеару остаться в Буэнос-Айресе. Однако, когда Росас вновь пришел к власти в 1835 году, он снова попытался устранить Альвеара, подозревая его в заговоре против своего правительства.

Первый посол Аргентины в США

В начале 1837 года, обнаружив доказательства, связывающие Альвеара с новым заговором, Росас назначил его первым чрезвычайным и полномочным министром Аргентины в Соединенных Штатах. Однако он смог отправиться туда лишь в следующем году. Альвеар провел остаток жизни в качестве посла в США и умер в своем доме в Нью-Йорке в ноябре 1852 года. Во время пребывания в Соединенных Штатах Альвеар имел возможность встречаться и общаться с такими видными политическими деятелями, как Джоэл Робертс Понсетт, Дэниел Вебстер, Джон Калхун и Джеймс Бьюкенен, среди прочих. Инструкции, полученные Альвеаром, касались главным образом получения от Соединенных Штатов извинений за поведение американского военного корабля у Фолклендских (Мальвинских) островов и подтверждения аргентинских претензий на эти острова. Правительство США проявило равнодушие к аргентинским претензиям. Убедившись, что от Вашингтона больше ничего не добиться, Альвеар попросил о переводе в Европу, но Росас отказал. По мере обострения конфликта между Аргентиной и Францией, а затем и Великобританией, Альвеар пытался добиться поддержки Соединенных Штатов, утверждая, что это соответствовало бы доктрине Монро. Однако в то время Соединенные Штаты больше беспокоились о ситуации в Техасе и Орегоне и сохраняли нейтралитет в этом конфликте. Несмотря на то, что Альвеар был политическим противником Росаса, он восхищался его решительной поддержкой военных мер в ответ на внешнее вмешательство. Хотя он всю жизнь питал симпатии к Соединенным Штатам, после аннексии Техаса (1845) и последовавшей за этим войны с Мексикой (1846–1848) Альвеар стал с опаской относиться к американским намерениям в отношении Испанской Америки. По словам его американского биографа Томаса Дэвиса, его дипломатическая переписка заложила основу для традиционного аргентинского недоверия к политике США, которое, по мнению Альвеара, включало стремление завоевать или, по крайней мере, доминировать над всей Латинской Америкой. Карлос Мария де Альвеар был похоронен на кладбище Ла Реколета в Буэнос-Айресе.

Наследие

Бартоломе Митре, автор биографии Сан-Мартина «История Сан-Мартина и южноамериканской эмансипации», был крайне критичен к Альвеару, описывая его как честолюбивого и властолюбивого. Большинство последующих историков также отвергают Альвеара, хотя и по иным причинам. Левые авторы поддерживают Монтеагудо, но отвергают Альвеара, несмотря на их политическую связь. Ревизионистские историки, придерживающиеся антиимпериалистических взглядов, осуждают Альвеара за попытку превратить Объединенные провинции в британский протекторат и связывают его с кругом Бернардино Ривадавии, несмотря на их вражду.