Введение
Американский писатель по кулинарии Мэри Фрэнсис Кеннеди Фишер Пэрриш Фриде (3 июля 1908 – 22 июня 1992), публиковавшаяся под псевдонимом М. Ф. К. Фишер, была американским писателем по кулинарии. Она была одним из основателей Винотеки долины Напа. За свою жизнь она написала 27 книг, включая перевод "Физиологии вкуса" Брилла-Саварена. Фишер верила, что хорошо питаться – это лишь одно из "искусств жизни", и исследовала эту тему в своих произведениях. У. Х. Оден однажды заметил: "Я не знаю никого в Соединенных Штатах, кто пишет лучше прозой". В 1991 году редакционная коллегия газеты "Нью-Йорк Таймс" заявила: "Назвать М. Ф. К. Фишер, только что избранную в Американскую академию и Национальный институт искусств и литературы, просто писателем о еде – это все равно что назвать Моцарта композитором мелодий".
Mary Frances Kennedy Fisher Parrish Friede (July 3, 1908 – June 22, 1992), writing as M. F. K. Fisher, was an American food writer. She was a founder of the Napa Valley Wine Library. Over her lifetime she wrote 27 books, including a translation of Brillat Savarin's The Physiology of Taste. Fisher believed that eating well was just one of the "arts of life" and explored this in her writing. W. H. Auden once remarked, "I do not know of anyone in the United States who writes better prose." In 1991 the New York Times editorial board went so far as to say, "Calling M. F. K. Fisher, who has just been elected to the American Academy and National Institute of Arts and Letters, a food writer is a lot like calling Mozart a tunesmith."
Ранние годы
Фишер родилась Мэри Фрэнсис Кеннеди 3 июля 1908 года по адресу: 202 Irwin Avenue, Альбион, штат Мичиган. Она рассказала историку города Альбион Фрэнку Пассику:
"Меня принимал дома "доктор" Джордж Хаффорд, человек, которому были преданы мои родители, Рекс и Эдит Кеннеди. Рекс в то время был одним из добровольных пожарных, и поскольку я родилась в период сильной жары, он уговорил своих друзей несколько раз приезжать и опрыскивать стены дома водой. Мой отец, Рекс, был уверен, что я рожусь 4 июля, и хотел назвать меня Independencia. Моя мать, Эдит, была категорически против этой совершенно неирландской идеи и убедила доктора Хаффорда поторопиться, из сочувствия. Рекс был совладельцем (вместе со своим братом Уолтером) и редактором газеты Albion Evening Recorder. В 1911 году Рекс продал свою долю в газете брату и переехал с семьей на Западное побережье, надеясь купить фруктовый или цитрусовый сад. Семья некоторое время провела в Вашингтоне у родственников, а затем отправилась вниз по побережью в Вентуру, штат Калифорния, где Рекс почти купил апельсиновую рощу, но отказался от сделки, обнаружив проблемы с почвой. Затем он купил и ненадолго владел газетой Oxnard Courier в Окснарде, штат Калифорния. Оттуда он переехал в Сан-Диего и работал в местной газете. В 1919 году он купил большой белый дом за пределами города на Южной улице Пейнтер-авеню. Дом располагался на тринадцати акрах, с апельсиновой рощей; в семье его называли "Ранчо". Хотя Уиттиер в то время был преимущественно квакерским сообществом, Мэри Фрэнсис воспитывалась в Епископальной церкви. Мэри Фрэнсис любила читать с детства и начала писать стихи в возрасте пяти лет. У Кеннеди была обширная домашняя библиотека, и мать предоставляла ей доступ ко многим другим книгам. Позже отец использовал её в качестве внештатного корреспондента в своей газете, и она могла писать до пятнадцати статей в день. В шестнадцать лет родители отдали её в частную школу: The Bishop's School в Ла-Холле, штат Калифорния. После года обучения она перешла в школу Харкер для девочек в Пало-Альто, штат Калифорния, расположенную рядом со Стэнфордским университетом; она окончила Харкер в 1927 году. После окончания школы она поступила в Иллинойсский колледж, но покинула его после одного семестра. В 1928 году она поступила в летнюю школу Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе (UCLA), чтобы набрать достаточное количество кредитов для перевода в Оксидентал-колледж. Там она встретила своего будущего первого мужа: Альфреда Фишера ("Аль").
I was delivered at home by "Doc" George Hafford, a man my parents Rex and Edith Kennedy were devoted to. Rex was then one of the volunteer firemen, and since I was born in a heatwave, he persuaded his pals to come several times and spray the walls of the house. My father Rex was sure I would be born on July 4, and he wanted to name me Independencia. My mother Edith was firmly against this completely un Irish notion, and induced Doc Hafford to hurry things up a bit, in common pity. Rex was a co owner (with his brother Walter) and editor of the Albion Evening Recorder newspaper. In 1911, Rex sold his interest in the paper to his brother, and moved the family to the West Coast, where he hoped to buy a fruit or citrus orchard. The family spent some time in Washington with relatives, and then traveled down the coast to Ventura, California, where Rex nearly purchased an orange grove, but backed out after discovering soil problems. He next purchased and briefly owned the Oxnard Courier in Oxnard, California. From there he traveled to San Diego and worked for a local newspaper. In 1919, he purchased a large white house outside the city limits on South Painter Avenue. The house sat on thirteen acres, with an orange grove; it was referred to by the family as "The Ranch." Although Whittier was primarily a Quaker community at that time, Mary Frances was brought up within the Episcopal Church. Mary Frances enjoyed reading as a child, and began writing poetry at the age of five. The Kennedys had a vast home library, and her mother provided her access to many other books. Later, her father used her as stringer on his paper, and she would draft as many as fifteen stories a day. At the age of sixteen, her parents enrolled her in a private school: The Bishop's School in La Jolla, California. After one year there, she transferred to the Harker School for Girls in Palo Alto, California, adjacent to Stanford University; she graduated from Harker in 1927. Upon graduation, she attended Illinois College, but left after only one semester, In 1928, she enrolled in summer school at UCLA in order to obtain enough credits to transfer to Occidental College. While there, she met her future first husband: Alfred Fisher ("Al").
Карьера
Еда стала страстью в её жизни с ранних лет. Самым ранним воспоминанием о вкусе была "серовато-розовая пенка, которую бабушка снимала с кипящего варенья из клубники". Ее бабушка по материнской линии, Холбрук, жила с ними до своей смерти в 1920 году. В тот период Холбрук была источником напряжения в доме. Она была строгим, довольно мрачным человеком и приверженцем Кемпбеллитской церкви, твердо верившей в пережаренную и пресную еду. Ранним кулинарным влиянием стала "тетя" Гвен. "Тетя" Гвен не была родственницей, а дочерью друзей – семьи Неттлшип, – "чудаковатой семьи английских медицинских миссионеров, предпочитавших палатки домам". У семьи Неттлшип был лагерь на пляже Лагуна, и Мэри Фрэнсис часто навещала Гвен там. Мэри Фрэнсис вспоминала, как они готовили на природе: готовили мидии на свежих водорослях на горячих углях, ловили и жарили окуня, снимали шкуру и готовили угря, а также делали бутерброды с жареным яйцом для походов. Мэри Фрэнсис писала о своих трапезах с Гвен и ее братьями: "В девять лет я поняла, что один из лучших способов взрослеть – это есть и спокойно разговаривать с хорошими людьми". Мэри Фрэнсис любила готовить на домашней кухне и "легко втянулась в роль помощника повара".
Дижон
В сентябре 1929 года новобрачные Мэри Фрэнсис и Эл отправились на RMS Berengaria в Шербург (ныне Шербург Октевиль), Франция. Они ненадолго заехали в Париж, прежде чем продолжить путь на юг, в Дижон. Поначалу они сняли жилье по адресу улица Пэти-Поте, 14, в доме, принадлежавшем семье Оланнье. Квартира состояла из двух комнат, без кухни и отдельной ванной комнаты. Эл учился на факультете литературы в Университете Дижона, где работал над докторской диссертацией; в свободное от занятий время он трудился над своей эпической поэмой «Призраки в подземных ходах». Поэма была основана на Библии и являлась аналогом «Улисса» Джеймса Джойса. К 1931 году Фишер закончил первые двенадцать книг поэмы, которую в итоге планировал довести до шестидесяти книг. Мэри Фрэнсис посещала вечерние курсы в Школе изящных искусств, где три года изучала живопись и скульптуру. Семья Оланнье кормила их вкусно, хотя мадам Оланнье была «крайне скупой и бережливой». Мэри Фрэнсис вспоминала большие салаты, приготовленные прямо за столом, жареный топинамбур и «сыр, от которого отказались», который всегда был хорош. Чтобы отметить трехмесячную годовщину свадьбы, Эл и Мэри Фрэнсис пошли в ресторан «О Три Фэзана» — их первое из многих посещений. Там Мэри Фрэнсис получила уроки винного дела от сомелье по имени Шарль. Фишеры посетили все рестораны в городе, где, по словам Мэри Фрэнсис, они ели паштеты, которым было десять лет, под плотной коркой заплесневевшего жира. Они завязывали салфетки под подбородком и плескались в огромных ароматных мисках с раками а-ля-наж. Они притупляли свои вкусовые рецепторы перепелами, которые так долго висели, что падали с крючков, чтобы потом их жарили на подушках из тостов, размягченных пастой из их сгнивших внутренностей и изысканного коньяка. В 1930 году Лоуренс Кларк Пауэлл приехал в Дижон, чтобы получить докторскую степень в Университете Бургундии. Он приехал по предложению Мэри Фрэнсис. Пауэлл познакомился с Мэри Фрэнсис, когда ее сестра училась в Оксидентальском колледже и жила с девушкой Пауэлла. Пауэлл поселился на чердаке над квартирой Фишеров и стал другом Мэри Фрэнсис на всю жизнь. Он описал еду в пансионе Фишеров: «Боже мой, какая там была еда! Джим, это было восхитительно! Мадам Ригуле [преемница Оланнье] была прекрасной поварихой, а ее муж — мастером омлетов, поэтому он всегда готовил их. И еда просто парила в воздухе. Ты тянешь руку вверх и берешь ее — восхитительная еда». В 1931 году Мэри Фрэнсис и Эл переехали в собственную квартиру над кондитерской по адресу улица Монж, 26. Это была первая кухня Мэри Фрэнсис. Она была всего пять футов на три фута и содержала двухконфорточную плиту. Несмотря на ограниченность кухни, или, возможно, благодаря ей, Мэри Фрэнсис начала разрабатывать собственную кухню, с целью «готовить блюда, которые «вырвут [ее гостей] из рутины, не только из мяса, картофеля и подливы, но и из мышления, из поведения». В книге «Гастрономическое я» она описывает один из таких обедов: «В Дижоне цветная капуста была очень маленькой и сочной, выращенной на этой древней земле. Я разделил соцветия и опустил их в кипящую воду всего на несколько минут. Затем я сцедил воду и положил их в широкую неглубокую кастрюлю, залил густыми сливками и обильно посыпал свеженатертым грюйером, приятным резиновым сортом, который вообще не из Швейцарии, а из Юры. На рынке его называли рапе, и его натирали прямо у вас на глазах, мягкой облачной кучей, на ваш лист бумаги». После получения Элом докторской степени они ненадолго переехали в Страсбург, Франция, где Эл продолжил учиться и писать. Мэри Фрэнсис впала в депрессию от одиночества и замкнутости в холодной, сырой квартире. Не имея возможности позволить себе лучшее жилье, Фишеры переехали в маленькую французскую рыбацкую деревушку Ле-Кро-де-Канн. После того, как у них закончились деньги, Фишеры вернулись в Калифорнию, отплыв на корабле «Фелтре» из Марселя.
Калифорния
Вернувшись в Калифорнию, Эл и Мэри Фрэнсис сначала поселились в доме семьи Мэри Фрэнсис на "Ранчо". Позже они переехали в домик в Лагуне. Это происходило во время Великой депрессии, и найти работу было непросто. Эл два года искал должность преподавателя, пока не получил её в Оксидентал-колледже. Мэри Фрэнсис начала писать и опубликовала свой первый рассказ — "Тихоокеанская деревня" — в февральском выпуске журнала Westways (ранее известного как Touring Topics) в 1935 году. Рассказ представлял собой вымышленное описание жизни в Лагуна-Бич. В 1934 году Лоуренс Пауэлл переехал в Лагуну со своей женой Фей. В 1933 году Дилвин Пэрриш и его жена Джиджи поселились по соседству, и они быстро подружились. Когда Эл начал преподавать в Оксидентале, Фишеры сначала переехали в Игл-Рок, Лос-Анджелес, где Пэрриши помогли им покрасить и отремонтировать старый арендованный дом. К сожалению, дом вскоре был продан, и Фишерам пришлось переехать в другой арендованный дом в Хайленд-Парке. Мэри Фрэнсис работала неполный день в магазине открыток и изучала старинные кулинарные книги в публичной библиотеке Лос-Анджелеса. Она начала писать небольшие статьи о гастрономии. Сестра Пэрриша, Энн, показала их своему издателю в Harpers, который проявил к ним интерес. Эти статьи впоследствии стали её первой книгой: "Подавай на стол". Затем Мэри Фрэнсис начала работу над романом, который так и не завершила; он был основан на истории основания Уиттье. В этот период брак Мэри Фрэнсис и Эла начал рушиться. После развода Дилвина Пэрриша с Джиджи в 1934 году Мэри Фрэнсис влюбилась в него. По словам Мэри, однажды она села рядом с Пэрришем за пианино и призналась ему в любви. Однако биограф Мэри Фрэнсис, Джоан Рирдон, опросила Джиджи, которая рассказала другую версию событий. Она утверждала, что Пэрриш сообщил ей, что однажды вечером, после ужина с Мэри Фрэнсис вдвоём, она позже проникла в его дом и легла с ним в постель. В 1935 году, с разрешения Эла, Мэри Фрэнсис отправилась в Европу с Пэрришем и его матерью. Пэрриши были обеспечены, и они путешествовали на роскошном лайнере "Ханса". Мэри Фрэнсис также вновь посетила Дижон и пообедала с Пэрришем в ресторане "Aux Trois Faisans", где её узнал и обслужил её старый друг, официант Шарль. Позже она написала статью об их визите — "Ожидание и стояние", — которая должна была стать центральной частью книги "Подавай на стол". Несмотря на очевидную угрозу своему браку, Эл согласился.
Вевей
Они отплыли в Голландию на небольшом голландском пассажирском грузовом судне, а оттуда поехали поездом в Веве. "Ле Паки" означает пастбище. Дом стоял на пологим лугом на северном берегу Женевского озера, с видом на заснеженные Альпы. У них был большой сад, где мы вырастили прекрасные салаты – дюжину разных видов, а также несколько трав. Там были лук-шалот, репчатый лук и чеснок, и я заплела их в длинные шелковистые веревки и развесила на стропилах чердака. В середине 1937 года Эл и Мэри Фрэнсис расстались. Он отправился в Австрию, а затем вернулся в США, где начал блестящую карьеру преподавателя и поэта в Смит-колледже. В письме к Пауэллу от 2 декабря 1938 года Мэри Фрэнсис изложила свою версию разрыва брака. Она заявила, что Эл боялся физической близости; он был сексуально бессилен в их браке. Более того, он был замкнутым интеллектуалом, эмоционально отдалившимся от Мэри Фрэнсис. Мэри Фрэнсис утверждала, что вопреки убеждениям Эла, она не ушла от него к другому мужчине; она ушла от него, потому что он не мог удовлетворить ее эмоциональные и физические потребности. В 1938 году Мэри Фрэнсис ненадолго вернулась домой, чтобы лично сообщить родителям о своем расставании и предстоящем разводе с Элом. Тем временем ее первая книга "Serve It Forth" получила в основном восторженные отзывы, в том числе в журналах Harper's Monthly, The New York Times и Chicago Tribune. Однако Фишер была разочарована скромными продажами книги, так как ей были нужны деньги. В этот же период Фишер и Пэрриш совместно написали (поочередно работая над главами) легкий роман "Touch and Go" под псевдонимом Виктория Берн. Книга была издана Harper and Brothers в 1939 году. В сентябре 1938 года Фишер и Пэрриш больше не могли позволить себе жить в Ле Паки и переехали в Берн. Однако всего через два дня после приезда в Берн у Пэрриша начались сильные спазмы в левой ноге. В больнице ему сделали две операции по удалению тромбов. Затем развилась гангрена, и левую ногу пришлось ампутировать. Пэрриш испытывал сильную боль, и врачи не могли поставить точный диагноз. С началом Второй мировой войны и необходимостью медицинской помощи для Пэрриша, Фишер и Пэрриш вернулись в США, где он консультировался с несколькими врачами. В конечном итоге ему поставили диагноз болезнь Бюргера (Thromboangiitis obliterans) – заболевание системы кровообращения, вызывающее сильный тромбоз артерий и вен, приводящий к сильной боли и часто требующий множественных ампутаций. Болезнь прогрессирует, и эффективного лечения не было (и нет). Они ненадолго вернулись в Швейцарию, чтобы закрыть свою квартиру, и вернулись в Калифорнию. Им также нужно было запастись обезболивающим препаратом Analgeticum, единственным, который, по мнению Пэрриша, был эффективен, но недоступным в США.
Калифорния и Прованс
Оказавшись в Калифорнии, Фишер искала теплый сухой климат, который был бы полезен для здоровья Пэрриш. Она нашла небольшую хижину на девяносто акрах земли к югу от Хемет, Калифорния. Они купили это поместье и назвали его "Bareacres" в честь лорда Бареакреса из романа Теккерея "Ярмарка тщеславия". Лорд Бареакрес был богат землей, но беден деньгами; его единственным капиталом было имение. Фишер написала Пауэллу: "Боже, помоги нам. Мы вложили последние гроши в 90 акров камней и гремучих змей". Хотя жизнь Пэрриш в Bareacres была полна взлетов и падений, она катилась по наклонной. Он продолжал писать, и Пауэлл организовал выставку его работ. Фишер постоянно искала способы достать Анальгетикум; однажды она даже написала президенту Рузвельту с просьбой отменить запрет на импорт этого препарата. В конце концов, Пэрриш больше не мог выносить боль и вероятную необходимость в новых ампутациях. Утром 6 августа 1941 года Фишер проснулась от выстрела. Выйдя наружу, она обнаружила, что Пэрриш покончил с собой. Позже Фишер написала: "Я никогда не понимала некоторых (многих) табу, и мне кажется глупым считать самоубийство одним из них в нашей общественной жизни". В период, предшествовавший смерти Тима (Пэрриш часто назывался "Тимом" семьей и друзьями, а в автобиографических книгах Фишер упоминался как "Чекс"), Фишер закончила три книги. Первая – роман под названием "Теоретическая стопа". Это был вымышленный рассказ об экспатах, наслаждающихся летними приключениями, где главный герой, страдающий от невыносимой боли, в итоге теряет ногу. Роман, явно основанный на жизни Тима, был отклонен издательствами. Вторая книга – неудачная попытка переработать роман Тима "Даниэль среди женщин". Третья – она закончила и опубликовала книгу "Подумайте об устрице", которую посвятила Тиму. Книга была одновременно забавной и познавательной. Она содержала множество рецептов с устрицами, перемешанных с размышлениями об истории устриц, устричной кухне и любовной жизни устриц. В 1942 году Фишер опубликовала книгу "Как приготовить волка". Книга вышла в разгар дефицита продовольствия во время Второй мировой войны. "На страницах давались советы домохозяйкам о том, как правильно питаться, как растянуть продукты, как есть во время отключений света, как справляться с бессонницей и печалью и как заботиться о домашних животных во время войны". Книга получила хорошие отзывы и добилась литературного успеха, что привело к публикации статьи о Фишер в журнале Look в июле 1942 года. В мае 1942 года Фишер начала работать в Голливуде на студии Paramount. Там она писала шутки для Боба Хоупа, Бинга Кросби и Дороти Ламур. В 1943 году Фишер забеременела и уединилась в пансионе в Алтадене. Там она работала над книгой, которая впоследствии стала "Гастрономическим Я". 15 августа 1943 года она родила Энн Кеннеди Пэрриш (позже известную как Анна). В свидетельстве о рождении она указала вымышленного отца – Майкла Пэрриша. Ее отношения с Фриде открыли ей доступ к дополнительным издательским рынкам, и она писала статьи для журналов Atlantic Monthly, Vogue, Town and Country, Today's Woman и Gourmet. Осенью 1945 года издательское предприятие Фриде обанкротилось, и Фишер и Фриде вернулись в Bareacres, чтобы писать. 12 марта 1946 года Фишер родила вторую дочь, Кеннеди Мэри Фриде. Фишер начала работу над книгой "С острым ножом и вилкой". Мать Мэри Фрэнсис умерла в 1948 году. В канун Рождества 1949 года ограниченный тираж ее перевода "Физиологии вкуса" Саварена получил восторженные отзывы. "Крейг Клейборн из "Нью-Йорк Таймс" отметил, что проза Фишер прекрасно передает остроумие и живость книги и высоко оценил сотни примечаний на полях, которые она добавила для пояснения текста". В этот период Фишер также работала над биографией мадам Рекамье, за которую получила аванс. Ее брак с Дональдом начал распадаться. Он заболел кишечными болями, и после длительного лечения стало ясно, что боль психосоматическая, и Дональд начал получать психиатрическую помощь. Фишер, в свою очередь, находилась под сильным стрессом. Она была опекуном Тима, пережила его самоубийство, через год – самоубийство своего брата, а затем смерть матери, и в итоге оказалась опекуном Рекса. Несмотря на успешную писательскую карьеру, Дональд вел образ жизни, превышающий их доходы, оставив ей долг в 27 000 долларов. Она обратилась за психиатрической помощью, по сути, из-за нервного срыва. К 1949 году Дональд был разочарован своей изоляцией в маленьком городке Южной Калифорнии и расстался с Фишер. Ее отец умер 2 июня 1953 года. Мэри Фрэнсис впоследствии продала ранчо и газету. Она сдала Bareacres в аренду и переехала в долину Напа, сняв "Красный коттедж" к югу от Сент-Елены, Калифорния. В итоге она оказалась в Экс-ан-Провансе, Франция. Она планировала жить в Экс на средства, вырученные от продажи газеты отца. Оказавшись в Эксе, Фишер остановилась у мадам Лан в доме № 17 по улице Кардиналя. Она наняла французского репетитора и отдала Анну и Кеннеди, которым тогда было 11 и 8 лет, в школу École St Catherine. В Эксе ее жизнь вошла в колею. Каждый день она ходила через город, чтобы забирать девочек из школы в полдень, а во второй половине дня они ели закуски или мороженое в Deux Garçons или Glacière. Она никогда не чувствовала себя полностью как дома. Она чувствовала себя покровительственно относящейся к ней, потому что была американкой: "В их глазах я навсегда оставалась продуктом наивной, неразвитой и, пожалуй, младенческой цивилизации". Однажды важная местная дама, с которой ее познакомили общие друзья в Дижоне, пригласила ее на обед. Во время трапезы женщина презрительно посмотрела на Фишер: "Скажите мне, дорогая", – прокричала она через стол, – "объясните нам всем, как можно сметь называть себя писателем-гастрономом в Соединенных Штатах, где, по всему, что мы слышим, гастрономии еще не существует?"
Святой Елены
Фишер покинула Прованс в июле 1955 года и отплыла в Сан-Франциско на грузовом судне «Везувио». Прожив в городе непродолжительное время, она решила, что интенсивная городская среда не предоставляет детям достаточной свободы. Она владела домом до 1970 года, используя его как базу для частых путешествий. Во время длительных отъездов она сдавала его в аренду. Осенью 1959 года она перевезла семью в Лугано, Швейцария, надеясь познакомить дочерей с новым языком и культурой. Она отдала девочек в школу-интернат Istituto Sant'Anna. Она вновь посетила Дижон и Экс. Вновь полюбив Экс, она арендовала ферму Л’Хармас недалеко от Экса. В июле 1961 года она вернулась в Сан-Франциско. В 1963 году Фишер решила попробовать себя в качестве преподавателя в афроамериканской школе Piney Woods Country Life School в Миссисипи. Этот опыт оказался для неё неудачным. Она получила смешанные отзывы и не была приглашена на следующий учебный год. Затем она заключила контракт на написание серии обзоров кулинарных книг для журнала The New Yorker. Поскольку её дом в Сент-Хелене был сдан в аренду, она переехала в дом своей сестры в Генуе, штат Невада, чтобы выполнить это задание. В 1966 году Time Life наняла Фишер для написания книги «Кулинария провинциальной Франции». Она отправилась в Париж для сбора материала для книги. Там она познакомилась с Полом и Джулией Чайлд, а через них – с Джеймсом Бердом. Чайлд был нанят в качестве консультанта по книге, а Майкл Филд – в качестве консультанта-редактора. Филд сдал в аренду загородный дом Чайлдсов – Ла Питчун – для работы над книгой. Когда Фишер позже переехала в этот дом сразу после Филда, она обнаружила, что холодильник пуст. Она заметила: «Как человек, любящий еду, может находиться на юге Франции и не иметь хотя бы кусочка сыра в холодильнике?» Фишер была разочарована окончательным вариантом книги: в ней содержались рецепты из ресторанов, без учета региональной кухни, и большая часть её фирменного стиля была сокращена.
Глен Эллен, Калифорния
В 1971 году друг Фишера, Дэвид Бувери, владелец ранчо в Глен-Эллен, Калифорния, предложил построить для нее дом на своем ранчо. Фишер спроектировала его и назвала "Последний Дом". Благодаря персоналу ранчо ей было удобно использовать дом как отправную точку для частых путешествий. Она возвращалась во Францию в 1970, 1973, 1976 и 1978 годах, посещая, среди прочего, Ла-Рокет, Марсель и Экс.
Смерть
После смерти Дилвин Пэрриш Фишер ощущала себя "призраком", но продолжила жить долгой и плодотворной жизнью, скончавшись в возрасте 83 лет в Глен-Эллене, Калифорния, в 1992 году. Она долго страдала от болезни Паркинсона и артрита. Последние двадцать лет своей жизни она провела в "Последнем доме".