Петер Йозеф Дитцген: Жизнь и философские взгляды

Введение

Немецкий философ (1828–1888)

Петер Йозеф Дицген (9 декабря 1828 – 15 апреля 1888) – немецкий социалистический философ, марксист и журналист. Дицген родился в Бланкенберге, в провинции Рейн, Пруссия. Он был первым из пяти детей Иоганна Готфрида Анно Дицгена (1794–1887) и Анны Маргариты Люккерат (1808–1881). Как и его отец, он по профессии был кожевником и унаследовал дело своего дяди в Зигбурге. Полностью самообразованный, Дицген независимо от Маркса и Энгельса разработал концепцию диалектического материализма, став независимым философом социалистической теории. У него был один сын, Юджин Дицген.

Жизнь

В молодости Иосиф Дицген работал с известными участниками движения "Сорок восьми" во время немецкой революции 1848 года. Именно там он впервые встретил Карла Маркса и других социалистических революционеров и начал свою карьеру как социалистический философ. После поражения революции 1848 года он провел некоторое время в Соединенных Штатах с 1849 по 1851 год, а затем вновь посетил страну с 1859 по 1861 год. Пребывая в Новом Свете, он путешествовал по американскому Югу и стал свидетелем линчевания, ставшего характерным явлением для рабовладельческих штатов. В период между своими путешествиями Дицген в 1852 году в Германии присоединился к Союзу коммунистов вместе с Карлом Марксом. В 1853 году, после женитьбы на Кордуле Финке, он основал кожевенное дело в Винтершайде (ныне часть Руппихтерота), Германия. Вернувшись в Соединенные Штаты в 1859 году, он открыл еще одну кожевенную фабрику в Монтгомери, штат Алабама. С 1864 по 1868 год он жил со своим сыном Евгением в Санкт-Петербурге, где занимал должность управляющего государственной кожевенной фабрикой. Он сотрудничал с российским царем в вопросах усовершенствования российских технологий. Во время пребывания в России он написал один из своих первых трудов – «Природа работы человеческого мозга», опубликованный в 1869 году. После первого прочтения Маркс переслал копию Энгельсу, отметив: «Я считаю, что Дицгену лучше было бы сжать все свои идеи в два печатных листа и опубликовать их под своим именем как кожевник. Если он опубликует их в предложенном объеме, он дискредитирует себя недостаточным диалектическим развитием и склонностью к хождению по кругу». Пока он путешествовал, его жена управляла семейным кожевенным бизнесом в Германии до его возвращения в середине 1869 года. В 1881 году Иосиф отправил своего сына Евгения в Соединенные Штаты, чтобы избежать предстоящего призыва в армию кайзера, сохранить свои статьи и документы, а также обеспечить семейный очаг в новом мире. Евгению было 19 лет, когда он прибыл в Нью-Йорк, но он быстро развил успешное семейное предприятие в Чикаго – компанию Eugene Dietzgen Company. Она стала одним из ведущих мировых производителей и дистрибьюторов чертежных и геодезических инструментов и оставалась таковой на протяжении большей части XX века. Компания до сих пор существует как подразделение Nashua Paper, а два ее здания все еще стоят в модных районах Printer's Row и Lincoln Park в Чикаго. В этот период Евгений и Иосиф поддерживали тесную связь посредством обширной переписки, которая в настоящее время документируется и публикуется. В том же году Иосиф баллотировался на выборах в немецкий рейхстаг (парламент), но в 1884 году эмигрировал в Нью-Йорк. Два года спустя он переехал в Чикаго, где стал редактором газеты Arbeiterzeitung. К сожалению, смерть Иосифа в 1888 году положила конец зависимости его сына, но его род продолжил участвовать в важнейших событиях XX века: от Первой мировой войны до Олимпийских игр 1936 года в Берлине и Второй мировой войны. Слова и жизнь Дицгена для многих подчеркивают единство, существовавшее в политическом левом движении во времена Первого Интернационала, до последующего разделения анархистов и марксистов: «Лично я не придаю особого значения различию между анархистом и социалистом, поскольку мне кажется, что этому различию приписывают слишком большой вес». Это говорит о том, что он придерживался более примирительной или, по крайней мере, более отстраненной позиции по отношению к спорам того времени (см. Анархизм и марксизм).

Early on in his youth, Joseph Dietzgen worked with the famed Forty Eighters of the 1848 German Revolution. It was there that he first met Karl Marx and other socialist revolutionaries, and began his career as a socialist philosopher. Following the failure of the 1848 Revolution he spent some time in the United States from 1849 to 1851, returning once again for a visit from 1859 to 1861. While in the New World he traversed the American South and witnessed first hand the lynchings which had come to characterize the slave states. During the period between his travels, Dietzgen joined the Alliance of Communists with Karl Marx back in Germany in 1852. In 1853, after marrying his wife Cordula Finke, he established his tannery business in Winterscheid (today part of Ruppichteroth), Germany. When he returned to the United States in 1859 he set up another tannery in Montgomery, Alabama. From 1864 to 1868, he lived with his son Eugene in St. Petersburg, where he was manager of the state tannery. He worked with the Tsar of Russia on improvement of the Russian methods. During his time spent in Russia he wrote one of his earliest texts, The Nature of Human Brain Work, which was published in 1869. Upon his first reading of the text, Marx forwarded a copy to Engels, remarking, "My opinion is that J. Dietzgen would do better to condense all his ideas into two printer's sheets and have them published under his own name as a tanner. If he publishes them in the size he is proposing, he will discredit himself with his lack of dialectical development and his way of going round in circles." While he traveled, his wife managed the family tannery business back in Germany until he returned in mid 1869. In 1881 Joseph sent his son Eugene to the United States in order to avoid the Kaiser's upcoming army draft, to safeguard his articles and documents, as well as to secure a family home in the new world. Young Eugene was 19 when he arrived in New York, but quickly jump started a thriving family business in Chicago, the Eugene Dietzgen Company. It became one of the world's top drafting and surveying supply manufacturers and distributors and remained such through most of the 20th century. The company still exists today as a division of Nashua Paper, and its two buildings still stand in Chicago's now trendy Printer's Row and Lincoln Park areas. During this period, Eugene and Joseph kept in close contact through extensive letters which are currently being documented and published. In the same year, Joseph ran for the elections of the German Reichstag (the parliament), but emigrated in 1884 to New York City. He moved to Chicago two years later, where he became editor at the Arbeiterzeitung. Unfortunately Joseph's death in 1888 marked an end to his son's dependency, but his family line would continue to be part of some of the biggest engagements of the 20th century; from World War I, to the 1936 Berlin Olympics, to the heart of World War II. Dietzgen's words and life have for some underscored the unity that existed on the political left at the time of the First International, before Anarchists and Marxists were later divided: "For my part, I lay little stress on the distinction, whether a man is an anarchist or a socialist, because it seems to me that too much weight is attributed to this difference." This suggests he took a more concilliatory, or at least more aloof view of the disputes of the moment (see Anarchism and Marxism).

Смерть

Дицген умер дома, куря сигару. Он совершил прогулку в Линкольн-парке и вел "живую и взволнованную" политическую дискуссию о "неминуемом крахе капиталистического производства". Он замер на полуслове, подняв руку в воздухе, – скончался от паралича сердца. В настоящее время он похоронен на кладбище Вальдхайм (ныне кладбище Форест-Хоум) в Форст-Парке, Чикаго, рядом с могилами казненных после событий на Хеймаркет-сквер (известных как мученики Хеймаркета).

Наследие

Антон Паннекоек, голландский астроном и советский коммунист (левый коммунист, принадлежащий к группе или позиции, которую Ленин назвал «детской болезнью» левого коммунизма), отметил, что в «Материализме и эмпириокритицизме» Ленин цитировал предпоследнюю работу Дицгена («Письма о логике»), но не последнюю, – «Положительный итог философии». В своей книге 1938 года о Ленине, написанной после того, как эта работа уже получила статус парадигмы философии в СССР, Паннекоек включил в нее резкую критику текста. В частности, Паннекоек утверждал, что Ленин полностью проигнорировал последнюю философскую работу Дицгена и, следовательно, неправильно понял эволюцию его мысли. В значительной степени благодаря наследию последователей и сторонников Паннекока и его взглядов (которые искали поддержку и легитимность у Дицгена, особенно в таких группах, как Коллегиум советских коммунистов), труды Дицгена наиболее обсуждаются и вызывают наибольший интерес. Фактически, Паннекоек, по-видимому, рассматривал работы Дицгена как ключевой источник текстовой легитимности. Помимо этого, исторически интерес к Дицгену оставался незначительным за пределами круга его современников. Учитывая контекст взглядов Паннекока, его обращение к Дицгену, по-видимому, было в некоторой степени обусловлено поиском потенциального источника или «разрешения» для критики, по крайней мере, некоторых аспектов «основного» марксистского дискурса (способного сохранить легитимность в рамках этого дискурса). Хотя он иногда упоминался и был в некоторой степени актуален для первого «марксистского» поколения, возможно, многое из того, что привлекало Паннекока в Дицгене, уже устаревало во многих кругах в глазах тех, кому это могло быть интересно. Например, одним из мотивов могло быть стремление к более глубокому философскому исследованию, а также к обоснованию своей позиции в рамках и на основе строго определенной формы марксистского дискурса. В частности, Дицген, по-видимому, не предполагал других, которые, тем не менее, намеревались применять или ссылаться на специфическую «марксистскую» нормативную структуру дискурса, придерживаясь некоторых ее характерных формальных правил для обоснования позиций. С падением Второго Интернационала и другими событиями, породившими новые и различные линии дискурсивного разделения, более строгие текстокритические подходы утратили свою привлекательность из-за растущей оппозиции или разочарования претензиями на авторитет или замену авторитета на основе текстовых источников, таких как те, на которые ссылался Паннекоек в своих полемиках. Дицген был изображен на памятной почтовой марке, выпущенной в Германской Демократической Республике.

Anton Pannekoek, the Dutch astronomer and council communist (a left communist, belong to the group or position which Lenin called "Left Wing" Communism: An Infantile Disorder noted that, in "Materialism and Empirio criticism", Lenin cited Dietzgen's penultimately composed work (the "Letters on Logic"), but not the final one to be composed ("The Positive Outcome of Philosophy"). In his 1938 book on Lenin, written after the work had already been given the status of a paradigm of philosophy in the USSR, Pannekoek included a highly critical response to the text. In particular, Pannekoek charged that Lenin had completely ignored Dietzgen's last composed philosophical work and therefore misunderstood the development of Dietzgen's thought. It is largely through the legacy of the followers and supporters of Pannekoek and his positions (which sought support and legitimacy from Dietzgen, in particular in groups like the Council Communist Collective, that the writings of Dietzgen are most discussed and attract the most interest. In fact, it seems Pannekoek treated Dietzgen’s writings as a key source for textual legitimacy. Besides that, there has historically remained little interest in Dietzgen beyond the lifetimes of his contemporaries. Considering the background of Pannekoek's views, it seems his treatment of Dietzgen was in some part as a potential source of, or "license" for critique of, at least some qualities "mainstream" Marxist discourse (that would be able to maintain legitimacy within its discourse). Though he was sometimes mentioned and of some relevance to the first “Marxist” generation, it is perhaps that much of what had been Pannekoek’s attraction to Dietzgen, was arguably already being superseded in many circles in the eyes many to whom it might have appealed. For example, one attraction may have been a desire for certain more extensive philosophical investigation as well as justification of one’s position within the bounds of, and on the basis of a strictly understood form of Marxist discourse. In particular, it seems Dietzgen did not any others those who nevertheless intended to apply or make reference to a specifically "Marxist" normative structure of discourse, with some adherence its characteristic nominal rules for justification of positions. With the downfall of the Second International and other developments creating new and different discursive lines of division, the more pure textual critical approaches lost their attraction because of greater opposition to or disillusionment with, claims to authority or superseding authority on the basis of textual sources such as those that Pannekoek referenced in his polemics. Dietzgen figured on a commemorative postage stamp issued in the German Democratic Republic.

Собрание сочинений

Йозеф Дитцген, Полные сочинения, изд. Эугеном Дитцгеном, 4-е изд., Берлин, 1930
Йозеф Дитцген, Сочинения в трех томах, изд. рабочей группой по философии при Академии наук ГДР в Берлине, Берлин, 1961–1965 гг.