Введение

Гай Кассий Лонгин (Gaius Cassius Longinus) – римский сенатор и генерал (ок. 86 г. до н.э. – 3 октября 42 г. до н.э.), наиболее известный как один из главных вдохновителей заговора с целью убийства Юлия Цезаря 15 марта 44 г. до н.э. Он был зятем Брута, другого лидера заговора. Вместе с Брутом он командовал войсками в битве при Филиппах против объединенных сил Марка Антония и Октавиана, бывших соратников Цезаря, и покончил жизнь самоубийством после поражения от Марка Антония. В 49 г. до н.э. Кассий был избран трибуном плебса. Он выступал против Цезаря и в итоге командовал флотом против него во время гражданской войны: после победы Цезаря над Помпеем в битве при Фарсале, Цезарь настиг Кассия и вынудил его сдаться. После смерти Цезаря Кассий бежал на Восток, где собрал армию в двенадцать легионов. Сенат поддержал его и назначил наместником. Позже он и Брут двинулись на запад против союзников Второго Триумвирата. Кассий придерживался учения философа Эпикура, хотя ученые спорят о том, оказали ли эти убеждения влияние на его политическую деятельность. Кассий – один из главных персонажей пьесы Уильяма Шекспира «Юлий Цезарь», изображающей убийство Цезаря и его последствия. Он также представлен в самом нижнем круге ада в «Божественной комедии» Данте в качестве наказания за предательство и убийство Цезаря.

Ранние годы

Гай Кассий Лонгин происходил из очень древнего римского рода Кассиев, который был влиятелен в Риме с VI века до нашей эры. О его ранней жизни известно немного, за исключением рассказа о том, что он проявил неприязнь к тиранам еще в школе, поссорившись с сыном диктатора Суллы. Он изучал философию в Родосе у Архелая Родосского и достиг совершенства в греческом языке. Он был женат на Юнии Терции, дочери Сервилии и, следовательно, сводной сестре его соучастника Брута. У них был один сын, родившийся примерно в 60 году до нашей эры.

Карре и Сирия

В 54 году до н.э. Кассий присоединился к Марку Лицинию Крассу в его восточном походе против Парфянской империи. В 53 году до н.э. Красс потерпел сокрушительное поражение в битве при Каррах в Северной Месопотамии, потеряв две трети своей армии. Кассий возглавил отступление оставшихся войск обратно в Сирию и организовал эффективную оборону провинции. Согласно Плутарху, поражения при Каррах можно было избежать, если бы Красс последовал совету Кассия. По словам Диона, римские солдаты и сам Красс были готовы передать командование Кассию после первоначального бедствия в битве, от чего Кассий "весьма уместно" отказался. Парфяне также считали Кассия равным Крассу по влиянию и превосходящим его по военному искусству. В 51 году до н.э. Кассию удалось устроить засаду и разбить вторгшуюся парфянскую армию под командованием принца Пакора и военачальника Осакеса. Сначала он отказался от сражения с парфянами, удерживая свою армию за стенами Антиохии (важнейшего города Сирии), где он находился в осаде. Когда парфяне сняли осаду и начали разорять окрестности, он преследовал их со своей армией, изматывая их в пути. Решающая схватка произошла 7 октября, когда парфяне отступили от Антигонии. На обратном пути они столкнулись с отрядом армии Кассия, который имитировал отступление и заманил парфян в засаду. Парфяне были внезапно окружены основными силами Кассия и разбиты. Их военачальник Осакес скончался от ран, а остатки парфянской армии отступили обратно за Евфрат.

Гражданская война

Кассий вернулся в Рим в 50 году до н.э., когда гражданская война была на пороге разражения между Юлием Цезарем и Помпеем. Кассий был избран трибуном плебеев в 49 году до н.э. и примкнул к оптимистам, хотя его брат Луций Кассий поддерживал Цезаря. Кассий покинул Италию вскоре после того, как Цезарь перешел Рубикон. Он встретился с Помпеем в Греции и был назначен командовать частью его флота. В 48 году до н.э. Кассий отправил свои корабли на Сицилию, где атаковал и сжег значительную часть флота Цезаря. Затем он приступил к преследованию кораблей у побережья Италии. Известие о поражении Помпея в битве при Фарсале побудило Кассия направиться в Геллеспонт, в надежде заключить союз с царём Понта, Фарнаком II. Кассия настиг Цезарь по пути, и он был вынужден безоговорочно сдаться. Цезарь назначил Кассия легатом, привлекая его к участию в Александрийской войне против того же Фарнака, к которому Кассий надеялся присоединиться после поражения Помпея при Фарсале. Однако Кассий отказался участвовать в борьбе против Катона и Сципиона в Африке, предпочтя уйти в отставку и вернуться в Рим. Кассий провёл следующие два года на службе и, по-видимому, укрепил свою дружбу с Цицероном. В 44 году до н.э. он стал претором-паломником с обещанием сирийской провинции на следующий год. Назначение его младшего брата и шурина, Марка Брута, претором городским глубоко его задело. Хотя Кассий был "движущей силой" заговора против Цезаря, склонив главных заговорщиков к идее тиранубийства, Брут стал их лидером. В мартовские Иды 44 года до н.э. Кассий подбодрил своих соратников-освободителей и нанёс Цезарю удар в грудь. Хотя им удалось убить Цезаря, ликование было недолгим, поскольку Марк Антоний захватил власть и настроил общественное мнение против них. В письмах, написанных в 44 году до н.э., Цицерон часто жаловался на то, что Рим всё ещё находился под властью тирании, поскольку "освободители" не убили Антония. По некоторым сведениям, Кассий хотел убить Антония одновременно с Цезарем, но Брут отговорил его.

После убийства

Репутация Кассия на Востоке позволила ему легко собрать армию из других наместников в регионе, и к 43 году до н.э. он был готов выступить против Публия Корнелия Долабеллы с 12 легионами. К этому времени Сенат порвал с Антонием и встал на сторону Кассия, утвердив его в должности наместника провинции. Долабелла напал, но был предан своими союзниками, что привело его к самоубийству. Кассий теперь чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы двинуться на Египет, но с формированием Второго Триумвирата Брут обратился к нему за помощью. Кассий быстро присоединился к Бруту в Смирне с большей частью своей армии, оставив своего племянника управлять Сирией. Заговорщики решили атаковать союзников Триумвирата в Азии. Кассий напал и разграбил Родос, а Брут поступил так же с Ликией. На следующий год они перегруппировались в Сардах, где их армии провозгласили их императорами. Они перешли через Геллеспонт, прошли через Фракию и разбили лагерь близ Филипп в Македонии. Вскоре прибыли Гай Юлий Цезарь Октавиан (позже известный как Август) и Марк Антоний, и Кассий планировал измотать их голодом, используя своё выгодное положение на местности. Однако Антоний вынудил их вступить в два сражения, известных как Битва при Филиппах. Брут одержал успех против Октавиана и захватил его лагерь. Кассий же потерпел поражение и был окружён Марком Антонием, и, не зная о победе Брута, приказал своему вольноотпущеннику Пиндару помочь ему покончить с собой. Пиндар бежал, а голова Кассия была найдена отдельно от тела. Брут оплакивал его как "последнего из римлян" и похоронил на Тассосе.

Эпикурейство

Среди избранной группы философов, которым удалось изменить мир, – пишет Дэвид Седли, – трудно найти пару с более высоким общественным авторитетом, чем Брут и Кассий – братья по оружию, соучастники убийства и шекспировские герои, – добавляя, что «возможно, даже не всем известно, что они были философами». Как и Брут, чьи стоические наклонности широко признаны, но которого точнее описать как антиохийский платонист, Кассий проявлял долгий и серьезный интерес к философии. Его ранние философские приверженности неясны, хотя Д. Р. Шеклтон Бейли полагал, что замечание Цицерона указывает на юношескую приверженность Академии. Однако между 48 и 45 годами до н.э. Кассий обратился к школе мысли, основанной Эпикуром. Хотя Эпикур выступал за уход от политики, в Риме его философия была адаптирована к карьере многих видных деятелей общественной жизни, среди которых был тесть Цезаря, Кальпурний Пизон Кезонин. Арнальдо Момильяно назвал обращение Кассия «примечательной датой в истории римского эпикурейства», выбором, сделанным не для того, чтобы наслаждаться удовольствиями сада, а чтобы предоставить философское обоснование убийству тирана. Цицерон связывает новое эпикурейство Кассия с готовностью к миру после гражданской войны между Цезарем и Помпеем. Мириам Гриффин датирует его обращение даже 48 годом до н.э., после того как он сражался на стороне Помпея при Фарсале, но решил вернуться домой вместо того, чтобы присоединиться к последним сторонникам гражданской войны в Африке. Момильяно датирует это 46 годом до н.э., основываясь на письме Цицерона к Кассию от января 45 года. Шеклтон Бейли указывает на дату на два-три года раньше. Датировка влияет, но не является существенной для вопроса о том, оправдал ли Кассий убийство Цезаря эпикурейскими доводами. Гриффин утверждает, что его интеллектуальные занятия, как и у других римлян, могли быть полностью оторваны от практического применения в политике. Римляне поздней Республики, которых можно идентифицировать как эпикурейцев, чаще встречаются среди сторонников Цезаря и даже буквально в его лагере. Однако Момильяно утверждал, что многие из тех, кто выступал против диктатуры Цезаря, не питали к нему личной неприязни, а республиканство было более созвучно эпикурейскому образу жизни, чем диктатура. Римское понятие свободы было интегрировано в греческие философские исследования, и хотя теория политического управления Эпикура допускала различные формы правления, основанные на согласии, включая, но не ограничиваясь демократией, тираническое государство рассматривалось римскими эпикурейцами как несовместимое с высшим благом – удовольствием, определяемым как свобода от боли. Тирания также угрожала эпикурейской ценности парресии (παρρησία) – «свободе слова», а движение к обожествлению Цезаря оскорбляло веру эпикурейцев в абстрактных богов, ведущих идеальное существование, отделенное от мирских дел. Момильяно видел, что Кассий переходит от первоначальной эпикурейской ортодоксии, которая подчеркивала незаинтересованность в вопросах, не связанных с пороком и добродетелью, и отстраненность, к «героическому эпикурейству». Для Кассия добродетель была деятельной. В письме Цицерону он писал:

«Я надеюсь, что люди поймут, что для всех жестокость пропорциональна ненависти, а доброта и милосердие – любви, и злые люди больше всего ищут и жаждут того, что достается добрым людям. Трудно убедить людей в том, что «добро желательно само по себе», но это правда и достойно уважения, что удовольствие и спокойствие достигаются добродетелью, справедливостью и добром». Сам Эпикур, от которого все ваши…

Седли согласен с тем, что обращение Кассия следует датировать 48 годом, когда Кассий прекратил сопротивляться Цезарю, и считает маловероятным, что эпикурейство было достаточной или основной мотивацией для его последующего решения прибегнуть к насилию против диктатора. Скорее, Кассию пришлось бы согласовать свои намерения со своими философскими взглядами. Цицерон приводит доказательства того, что эпикурейцы признавали обстоятельства, когда прямое действие было оправдано в политическом кризисе. В вышеприведенной цитате Кассий явно отвергает идею о том, что мораль хороша сама по себе; мораль, как средство достижения удовольствия и атараксии, не является по своей сути превосходящей устранению политических тревог. Несоответствия между традиционным эпикурейством и активным подходом к обеспечению свободы в конечном итоге не могли быть разрешены, и в эпоху Империи философией политической оппозиции чаще всего была стоицизм. Это обстоятельство, по мнению Момильяно, помогает объяснить, почему историки имперского периода находили Кассия более трудным для понимания, чем Брута, и менее достойным восхищения.

Культурные изображения

В "Аду" Данте (Canto XXXIV) Кассий – один из трех грешников, обреченных быть вечно терзаемыми в одном из трех ртов Сатаны, в самом центре ада, за убийство Юлия Цезаря. Двумя другими являются Брут, его соучастник, и Иуда Искариот, библейский предатель Иисуса. Остается неизвестным, почему третьему руководителю заговора против Цезаря, Дециму Бруту, не было уготовано столь глубокое место в аду. Кассий также играет важную роль в пьесе Шекспира "Юлий Цезарь" (I. ii. 190–195) как предводитель заговора с целью убийства Цезаря. Цезарь не доверяет ему и говорит: "У Кассия вид тощий и голодный; он слишком много размышляет: такие люди опасны". В одной из финальных сцен пьесы Кассий упоминает одному из своих подчиненных, что 3 октября – день его рождения, и вскоре после этого умирает.