Введение
Фриц Фишер (5 марта 1908 – 1 декабря 1999) – немецкий историк, наиболее известный своим анализом причин Первой мировой войны. В начале 1960-х годов Фишер выдвинул тогдашний спорный тезис о том, что ответственность за развязывание войны лежит исключительно на Германской империи. Антиревизионистские утверждения Фишера вызвали шок у правительства ФРГ и исторического сообщества, поскольку возлагали на Германию вину за обе мировые войны, ставя под сомнение общенациональную веру в невиновность Германии и представляя её недавнюю историю как историю завоеваний и агрессии. Фишер был назван в «Энциклопедии историков и исторического письма» самым значительным немецким историком XX века. В 1984 году он был избран почётным членом Американской исторической ассоциации.
Fritz Fischer (5 March 1908 – 1 December 1999) was a German historian best known for his analysis of the causes of World War I. In the early 1960s Fischer advanced the controversial thesis at the time that responsibility for the outbreak of the war rested solely on Imperial Germany. Fischer's anti revisionist claims shocked the West German government and historical establishment, as it made Germany guilty for both world wars, challenging the national belief in Germany's innocence and converting its recent history into one of conquest and aggression. Fischer was named in The Encyclopedia of Historians and Historical Writing as the most important German historian of the 20th century. In 1984, he was elected an honorary member of the American Historical Association.
Биография
Фишер родился в Людвигштадте в Баварии. Его отец был железнодорожным инспектором. Получил образование в гимназиях в Ансбахе и Эйхштетте, Фишер учился в Берлинском университете и Эрлангенском университете, где изучал историю, педагогику, философию и теологию. Фишер вступил в нацистскую партию в 1939 году и покинул её в 1942 году. Основными ранними влияниями Фишера были стандартные гегелевско-ранкеанские оппозиции, типичные для немецкой исторической профессии до 1945 года, и, соответственно, ранние работы Фишера имели выраженный правосторонний уклон. Это влияние отразилось в первых книгах Фишера, биографиях Людвига Николовиуса, ведущего прусского реформатора образования XIX века, и Морица Августа фон Бетмана Гольвега, прусского министра образования в 1858–1862 годах. В 1942 году Фишер получил должность профессора в Гамбургском университете и женился на Маргарете Лаут Волкманн, с которой у него родилось двое детей. Служил в Вермахте во время Второй мировой войны. После освобождения из лагеря военнопленных в 1947 году он продолжил преподавать в Гамбургском университете, где оставался до выхода на пенсию в 1978 году. В 1984 году он стал почетным членом Американской исторической ассоциации. В следующем году в Лондоне была опубликована еще одна книга графа Монтгеласа «Дело центральных держав». В 1961 году Фишер, к тому времени достигший звания полного профессора в Гамбургском университете, потряс историческое сообщество своей первой послевоенной книгой «Стремление к мировой власти: военно-политические цели имперской Германии 1914–1918 гг.» (опубликована на английском языке как «Цели Германии в Первой мировой войне»), в которой утверждал, что Германия сознательно спровоцировала Первую мировую войну в попытке стать мировой державой. В этой книге, посвященной в основном роли, которую внутренние группы давления играли в формировании внешней политики Германии, Фишер утверждал, что различные группы давления в немецком обществе стремились к агрессивной империалистической политике в Восточной Европе, Африке и на Ближнем Востоке. По мнению Фишера, «Сентябрьская программа» сентября 1914 года, предусматривавшая аннексию частей Европы и Африки, была попыткой компромисса между требованиями лоббистских групп в немецком обществе о масштабной территориальной экспансии. Фишер утверждал, что правительство Германии использовало июльский кризис, вызванный убийством эрцгерцога Франца Фердинанда летом 1914 года, чтобы реализовать планы войны против Двойного союза с целью создания «Миттелевропы» – Европы, доминирующей Германией, и «Миттелафрики» – Африки, доминирующей Германией. Хотя Фишер утверждал, что немецкое правительство не хотело войны с Британской империей, оно было готово пойти на риск ради аннексии и гегемонии. Американский историк Клаус Эпштейн в своем обзоре книги Фишера, опубликованном в октябре 1962 года, отметил, что, по его мнению, Фишер мгновенно устарел каждую ранее опубликованную книгу по вопросу об ответственности за Первую мировую войну и целях Германии в этой войне. Его собственная позиция относительно ответственности Германии за Первую мировую войну стала известна как «тезис Фишера». Книге предшествовала новаторская статья Фишера в 1959 году в «Historische Zeitschrift», в которой он впервые опубликовал аргументы, которые расширил в своей книге 1961 года. В книге «Щит Ахиллеса: война, мир и ход истории» Филипп Боббит писал, что после публикации Фишера стало «невозможным утверждать», что Первая мировая война была «ужасной ошибкой», а не следствием немецкой политики. Для большинства немцев было приемлемо считать, что Германия вызвала Вторую мировую войну, но не Первую мировую, которая все еще широко рассматривалась как война, навязанная Германии окружающими врагами. Фишер был первым немецким историком, опубликовавшим документы, показывающие, что немецкий канцлер д-р Теобальд фон Бетман Гольвег в сентябре 1914 года (после начала войны) планировал аннексировать всю Бельгию, часть Франции и часть России. Фишер предположил, что в немецкой внешней политике с 1900 года до Второй мировой войны существовала преемственность, подразумевая, что Германия несет ответственность за обе мировые войны. Эти идеи были развиты в его более поздних книгах «Война иллюзий», «Союз элит» и «Гитлер не был случайностью». Хотя Фишер был экспертом по имперской эпохе, его работа была важна в дебатах о внешней политике Третьего рейха. В своей книге 1969 года «Война иллюзий» Фишер представил подробное исследование немецкой политики с 1911 по 1914 год, в котором он предложил анализ «примата внутренней политики» во внешней политике Германии. По мнению Фишера, имперское немецкое государство видело себя в осаде из-за растущих требований демократии внутри страны и стремилось отвлечь демократические устремления посредством политики агрессии за рубежом. Фишер был первым немецким историком, поддержавшим негативную версию интерпретации «особого пути» («Sonderweg») немецкой истории, которая утверждает, что развитие немецкого общества с Реформации (или с более позднего времени, например, со создания Германской империи в 1871 году) неизбежно привело к Третьему рейху. По мнению Фишера, хотя в XIX веке немецкое общество двигалось вперед в экономическом и промышленном отношении, оно не двигалось вперед в политическом отношении. Для Фишера немецкая внешняя политика до 1914 года была в значительной степени мотивирована усилиями реакционной немецкой элиты отвлечь общественность от голосования за Социал-демократическую партию и сделать Германию величайшей державой в мире за счет Франции, Великобритании и России. Немецкая элита, развязавшая Первую мировую войну, также несла ответственность за крах Веймарской республики, что открыло путь к Третьему рейху. Эта традиционная немецкая элита, по мнению Фишера, была доминирована расистской, империалистической и капиталистической идеологией, мало отличавшейся от убеждений нацистов. По этой причине Фишер назвал Бетмана Гольвега «Гитлером 1914 года». Аргументы Фишера вызвали так называемый «спор Фишера» в начале 1960-х годов, когда немецкие историки во главе с Герхардом Риттером попытались опровергнуть Фишера. Австралийский историк Джон Мозес отметил в 1999 году, что представленные Фишером документальные доказательства чрезвычайно убедительны в утверждении, что Германия несет ответственность за Первую мировую войну. В 1990 году The Economist посоветовал своим читателям изучить «хорошо документированную» книгу Фишера, чтобы понять, почему люди в Восточной Европе опасались перспективы воссоединения Германии. Фишер и его аналитическая модель произвели революцию в немецкой историографии. Его эвристика «примата внутренней политики» с изучением «вкладов» во внешнюю политику Германии со стороны внутренних групп давления и их взаимодействием с империалистическими идеями немецкой элиты заставила пересмотреть внешнюю политику Германии в имперскую эпоху. Открытие Фишером правительственных документов имперской Германии, в которых этническая чистка русской Польши и последующая немецкая колонизация рассматривались как цель войны для обеспечения Германии «жизненным пространством», заставило многих утверждать, что аналогичные схемы, преследуемые нацистами во Второй мировой войне, были обусловлены не только идеями Адольфа Гитлера, но и широко распространенными немецкими устремлениями, которые существовали задолго до Гитлера. Многие немецкие историки в 1960-х годах, такие как Герхард Риттер, которые любили утверждать, что Гитлер был всего лишь «случайностью» в истории, не имеющей реальной связи с немецкой историей, были возмущены публикацией Фишером этих документов и атаковали его работу как «антинемецкую».
Критика
Утверждения Фишера вызвали глубокие споры во всем академическом мире, особенно в Западной Германии. Его аргументы вызвали такой гнев, что офис его издательства в Гамбурге был подожжен. Его работы вдохновили других историков, таких как Герхард Риттер, на написание книг и статей, опровергающих его тезис о военных целях. Многие критики утверждают, что Фишер вырвал Германию из надлежащего исторического контекста. Они утверждают, что Германия не была уникально агрессивной среди европейских держав начала XX века, в эпоху, когда социал-дарвинистские представления о борьбе были популярны в правящих кругах Европы. Критики также указывают на то, что задолго до объединения Германии в 1871 году страны Западной Европы, включая Великобританию, Францию, Испанию, Португалию, Нидерланды и другие, уже накопили обширные заморские колониальные владения и сферы влияния. Поэтому сложно выделять Германию как единственную страну, "стремящуюся к мировому господству", когда это было многовековой западноевропейской традицией. Лишь после Второй мировой войны многие европейские колонии обрели независимость. Даже после окончания Второй мировой войны Франция отказывалась отказываться от контроля над Индокитаем. Более того, хронологию, предложенную Фишером, также критиковали за неточность. Сентябрьская программа Бетмана Гольвега, определявшая немецкие военные цели, была разработана лишь после начала войны, когда Германия еще добивалась успехов. В то же время и другие державы вынашивали аналогичные грандиозные планы по территориальным приобретениям после войны. После поражения во франко-прусской войне 1870 года Франция была полна решимости отомстить Германии и вернуть Эльзас и Лотарингию. Россия также давно и открыто преследовала конкретные военные цели.