Ионические острова: Под протекторатом России и Османской империи (1800-1807)

Септинсульская республика (1800-1807): история, автономия греческих островов под протекторатом России и Османской империи. Первое самоуправление после Византии.

24 мин чтения

100%

Источник: Septinsular Republic — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Османский и российский протекторат на юго-западе Балкан с 1800 по 1807 год.

Семиостровная республика (Ἑπτάνησος Πολιτεία; ) была олигархической республикой, существовавшей с 1800 по 1807 год под номинальным российским и османским суверенитетом на Ионических островах (Корфу, Паксой, Лефкада, Кефалония, Итака, Закинф и Китира). Республика была образована после того, как совместный русско-османский флот захватил острова и положил конец двухлетнему правлению Французской республики. Хотя жители островов надеялись на полную независимость, новому государству была предоставлена лишь автономия, и оно стало вассалом Османской Порты, фактически находясь под российским господством. Тем не менее, это был первый случай предоставления самоуправления грекам со времен падения последних остатков Византийской империи в середине XV века. В 1807 году республика была передана Французской империи Наполеона, однако острова сохранили свои государственные институты. Британцы постепенно установили контроль над островами, начиная с 1809 года, и после Парижского договора острова были официально организованы в Соединенные Штаты Ионических островов под британской защитой.

Фона: Французское правление и русское завоевание Ионических островов

Ионические острова (Корфу, Паксой, Закинф/Занте, Кефалония, Лефкада, Итака и Китира/Сериго) вместе с несколькими эксклавами на материке Эпирота, а именно прибрежные города Парга, Превеза, Воница и Бутринто, на протяжении веков были венецианскими владениями, тем самым став единственной частью греческого мира, избежавшей завоевания Османской империей, развивая самобытную местную культуру и превратившись в место "динамического взаимодействия между Западом и [ ] греческим Востоком", фактически служа "окном греческой культуры на Запад", посредством которого западноевропейские идеи и культура транслировались в греческий мир. Под венецианским правлением население островов было разделено на три сословия: привилегированное дворянство, городской средний класс (cittadini) и простолюдины (popolari). Дворяне в основном были землевладельцами и презирали торговую деятельность, которую оставили городским бюргерaм; в результате последние также стали накапливать богатство и землю и стремились присоединиться к правящему классу. В этой борьбе сельское крестьянство в целом было политически маргинализировано. Этот средневековый социальный порядок был нарушен после падения Венецианской республики в 1797 году, когда острова перешли под контроль Франции. Вскоре после этого, согласно Кампо-Формийскому миру, острова были аннексированы Французской республикой и организованы в три департамента. Французские республиканцы были хорошо приняты населением, и радикальные идеи Французской революции были реализованы посредством отмены местного дворянства, уравнения в правах социальных и религиозных общин (православных, католических и еврейских) и установления демократических режимов и местного самоуправления на островах. Французы также создали первую систему государственного образования на островах и внедрили первый печатный станок на территории современной Греции. Неизбежно, присутствие французов вызывало недовольство местной аристократии, лишенной своих привилегий, в то время как высокие налоги и антиклерикализм французов вскоре сделали их непопулярными и среди широких слоев населения. Более того, после французского вторжения в Египет французское присутствие на Ионических островах вызвало противодействие Османской и Российской империй, объединившихся с британцами в рамках войны Второй коалиции. Сам Константинопольский патриарх Григорий V издал прокламацию жителям островов, осуждающую "безбожных" французов, призывая их к восстанию и обещая от имени Османской Порты разрешить островам самим выбирать форму правления. Осенью 1798 года объединенный русско-османский флот вытеснил французов с других островов и, наконец, захватил Корфу 4 марта 1799 года, в то время как автономный османский влиятельный деятель Али-паша Янинский воспользовался возможностью и захватил Бутринто, Превезу и Воницу у французов.

The Ionian Islands (Corfu, Paxoi, Zakynthos/Zante, Kefalonia, Lefkada, Ithaca, and Kythira/Cerigo) along with a handful of exclaves on the Epirote mainland, namely the coastal towns of Parga, Preveza, Vonitsa, and Butrinto, had been Venetian possessions for centuries, thereby becoming the only part of the Greek world to escape conquest by the Ottoman Empire, developing a distinct local culture, and becoming a place of "dynamic interaction between the West and [ ] the Greek East", indeed serving as "Greek culture's window on the West", through which Western European ideas and culture were transmitted to the Greek world. Under Venetian rule, the population of the islands was divided into three classes: the privileged nobility, the urban middle class (cittadini) and the commoners (popolari). The nobility were mostly landowners, and derided mercantile activity, which was left to the urban burghers; as a result, the latter also came to amass wealth and land, and aspired to join the ruling class. In this contest, the rural peasantry was generally politically marginalized. This medieval social order was upset after the Fall of the Republic of Venice in 1797, when the islands came under French control. Shortly after, in the Treaty of Campo Formio, the islands were annexed to the French Republic and organized into three departments. The Republican French were welcomed by the populace, and the radical ideas of the French Revolution were implemented with the abolition of the local nobility, the equality of the social and religious communities (Orthodox, Catholic, and Jewish) and the installation of democratic regimes and local self government on the islands. The French also created the islands' first public education system, and introduced the first printing press in what is now Greece. Inevitably, the French presence was resented by the local aristocracy, now deprived of its privileges, while the heavy taxation and anti clericalism of the French soon made them unpopular with broad sections of the common populace as well. Following the French invasion of Egypt furthermore, the French presence in the Ionian Islands aroused the opposition of the Ottomans and the Russian Empire, allied with the British, as part of the War of the Second Coalition. No less than the Patriarch of Constantinople, Gregory V, issued a proclamation to the Islanders denouncing the "ungodly" French, calling upon them to rise in revolt, and promising, on behalf of the Ottoman Porte, to allow the Islands to choose their own form of government. In autumn 1798, a joint Russo Ottoman fleet evicted the French from the other islands and finally captured Corfu on 4 March 1799 [O. S. 20 February 1799], while the autonomous Ottoman strongman Ali Pasha of Yanina took the opportunity to seize Butrinto, Preveza, and Vonitsa from the French.

Восстановление дворянства

На всех захваченных островах русские первоначально учредили временные администрации, состоящие как из дворян, так и из бюргерства. Однако 22 марта российские власти пригласили собрания дворян взять на себя управление Ионическими островами, тем самым восстановив прежнее положение дел. На следующий день был воссоздан Великий совет Корфу; его первым решением стало выражение благодарности союзным державам – османскому султану, русскому императору и британскому королю. В Закинфе же местный дворянский совет предпочел выразить благодарность исключительно британцам, что отражало сильную пробританскую направленность острова, обусловленную тесными торговыми связями, сосредоточенными вокруг торговли изюмом. 6 мая 1800 года [24 апреля 1800 года по старому стилю] командиры двух флотов объявили, что Ионические острова образуют единое государство, управляемое Сенатом (Γερουσία) в городе Корфу, в состав которого вошли три представителя от Корфу, Кефалонии и Закинфа, два – от Лефкады и по одному – от Итаки, Китиры и Паксоса. Венецианский дворянин Анджело Орио, последний венецианский provveditore Аргостоли, был назначен главой Сената и получил поручение разработать конституцию для нового государства. Проект конституции Орио включал 28 статей и одно дополнение, и предусматривал последовательно аристократический строй, при котором каждый остров возглавлял Великий совет, состоящий из дворян и высшей буржуазии. Великие советы избирали сенаторов. Каждый остров сохранял местный административный совет из шести членов и казначейство, однако центральное казначейство располагалось на Корфу. Сенат являлся высшим исполнительным органом, а его президент – главой государства. Малый совет из 40 человек избирался Великими советами трех крупнейших островов и отвечал за отправление правосудия, назначение должностных лиц и консультирование по вопросам законодательства. Совет каждого острова должен был ратифицировать законы, принимаемые Сенатом. Кроме того, впервые было официально разрешено использование греческого языка в судах. Ушаков также восстановил православную архиепископию Корфу, упраздненную в XIII веке правителями Анжуйской династии.

In all the islands they occupied, the Russians at first installed provisional administrations of nobles and burghers alike. On 22 March, however, the Russian authorities invited assemblies of the nobles to undertake the governance of the Ionian Islands, thereby restoring the previous status quo. On the next day, the Great Council of Corfu was reconstituted; its very first action was a vote of thanks to the Allied rulers, the Ottoman Sultan, the Russian Emperor, and the British King. In Zakynthos, however, the local noble council preferred to direct its thanks exclusively to the British, an expression of the strong pro British tendency on the island, due to the close commercial links centred on the currant trade. On 6 May 1800 [O. S. 24 April 1800], the commanders of the two fleets announced that the Ionian Islands would comprise a single state, governed by a Senate (Γερουσία) in Corfu city, composed of three representatives each from Corfu, Cephalonia, and Zakynthos, two from Lefkada, and one each from Ithaca, Kythira, and Paxoi. The Venetian nobleman Angelo Orio, the last Venetian provveditore of Argostoli, was appointed head of the Senate, and entrusted with the creation of a constitution for the new state. Orio's draft constitution comprised 28 articles and one addendum, and envisaged a thoroughly aristocratic regime, with each island headed by a Great Council composed of the nobles and the upper bourgeoisie. The Great Councils would elect the senators. Each island would retain a local administrative council of six members and a treasury, but a central treasury would exist in Corfu. The Senate was the ultimate executive authority, and its president the head of state. A Small Council of 40 would be elected by the Great Councils of the three largest islands, and would be responsible for justice, the selection of officials, and advising on legislation. Each island's council would have to ratify the laws passed by the Senate. In addition, the use of the Greek language was sanctioned for the first time in the courts. Ushakov also restored the Orthodox Archbishopric of Corfu, which had been abolished in the 13th century by the Angevin rulers of Corfu.

Константинопольский договор

21 июня 1799 года Сенат направил в Константинополь и Санкт-Петербург делегацию из двенадцати членов, выбранных из высших слоев каждого острова, чтобы выразить благодарность султану и царю и добиться признания независимости нового государства. Делегатам также было поручено разработать проект конституции и представить его на ратификацию, а также добиться восстановления морской и сухопутной границы островов путем вывода Али-паши из Бутринто, Превезы и Воницы. В состав делегации входил Орио, назначенный послом в Санкт-Петербург, а председательство в Сенате перешло к графу Спиридону Георгиусу Теотокису из знатного рода Теотокисов, ранее возглавлявшему Временное муниципалитетное управление во время французской оккупации. Однако, прибыв в Константинополь, делегация быстро осознала, что Порта не заинтересована в признании независимости островов, а стремится создать вассальное государство под османским сюзеренитетом. Два делегата, корфиотский граф Антоний Мария Каподистрия и закинфский граф Николаос Граденигос Сигурос Дезиллас, остались в Константинополе для ведения переговоров с Портой, в то время как Орио и другой делегат, Кладас, должны были представлять ионские интересы в Санкт-Петербурге. В последовавших переговорах делегаты из Константинополя вступили в заочную полемику с делегатами из Санкт-Петербурга относительно характера новой политической системы. 6 апреля 1800 года (по старому стилю 21 марта 1800 года) между Россией и Османской империей был заключен Константинопольский договор, к которому позднее присоединилась Великобритания, учредив Республику Семи Объединенных Островов (; Πολιτεία τῶν Ἑπτὰ Ἑνωμένων Νήσων) – первое автономное греческое государство со времен падения Византийской империи. Согласно положениям договора, Ионические острова должны были образовать единое федеративное государство, при этом отдельные острова сохраняли бы определенную степень автономии. Оно должно было следовать устоявшейся модели Рагузской республики, представляя собой аристократическую республику во главе с "приматами и видными лицами" и находясь под османским сюзеренитетом, что символизировалось выплатой султану ежегодной дани в размере 75 000 пиастров. Это стало победой султана и разочарованием для островитян, которым в прокламациях Вселенского патриарха Константинопольского Григория V и командующего русским флотом адмирала Федора Ушакова было обещано право самостоятельно выбирать форму правления. Конституция нового государства, после согласования, должна была быть утверждена странами-подписантами договора. Поскольку у нового государства не было собственных вооруженных сил, русские и османские войска оставались для гарнизонной службы в его крепостях и гарантии безопасности до окончания войны с Францией. Континентальные эксклавы Парга, Воница, Превеза и Бутринто, напротив, оставались под контролем Османской империи, но пользовались особым статусом, аналогичным статусу Дунайских княжеств.

On 21 June 1799, the Senate sent a twelve member delegation to Constantinople and Saint Petersburg, drawn from the upper classes of each island, to express its gratitude to the Sultan and Tsar and secure recognition of the new state's independence. The delegates were also tasked with producing a draft constitution and submitting it for ratification, as well as press for the restoration of the Islands' maritime and land frontier with the withdrawal of Ali Pasha from Butrinto, Preveza, and Vonitsa. The delegation included Orio, nominated as ambassador to St. Petersburg, and the presidency of the Senate passed to Count Spyridon Georgios Theotokis of the distinguished Theotokis family, who had previously headed the Provisional Municipality under French rule. Once in Constantinople, however, the delegation quickly realized that the Porte was not interested in recognizing the Islands' independence, but rather in creating a vassal state under Ottoman suzerainty. Two of the delegates, the Corfiot Count Αντώνιος Μαρία Καποδίστριας and the Zakynthian Count Nikolaos Gradenigos Sigouros Desyllas, remained in Constantinople to conduct negotiations with the Porte, while Orio and another delegate, Kladas, were to represent the Ionian cause in Saint Petersburg. In the negotiations that followed, the Constantinople delegates were pitted against the Saint Petersburg ones in a correspondence war over the nature of the new polity. On 6 April 1800 [O. S. 21 March 1800], the Treaty of Constantinople was concluded between Russia and the Ottomans, joined later by the British, creating the Republic of the Seven United Islands (; Πολιτεία τῶν Ἑπτὰ Ἑνωμένων Νήσων), the first autonomous Greek state since the Fall of the Byzantine Empire. According to the provisions of the treaty, the Ionian Islands would be a single federal state, with the individual islands preserving a degree of autonomy. It would follow the long established model of the Republic of Ragusa, being an aristocratic republic led by the "primates and notables", and under Ottoman suzerainty, as token of which they would pay an annual tribute of 75,000 piastres to the Sultan. This was a victory for the Sultan, and a disappointment for the Islanders, who had been promised the right to choose their own form of governance in the proclamations of the Ecumenical Patriarch of Constantinople, Gregory V, and the head of the Russian fleet, Admiral Fyodor Ushakov. The new state's constitution, once agreed, would be approved by the signatory powers. As the new state lacked military forces, Russian and Ottoman forces would remain to garrison its forts and guarantee its security until the end of the war against France. The mainland exclaves of Parga, Vonitsa, Preveza, and Butrinto, on the other hand, would remain under Ottoman control but would enjoy a special status similar to that of the Danubian Principalities.

Принятие "Византийской конституции"

В то же время, не консультируясь со своими коллегами в Санкт-Петербурге или временным правительством на островах, Капо д'Истрия и Сигурос Десиллас также составили новую конституцию и разработали новый флаг государства. Так называемая "византийская конституция" (constituzione bizantina), названная так, вероятно, потому, что она была составлена в Константинополе (древний Византий), состояла из 37 статей. Она предусматривала аристократическую федеративную республику с местным управлением на каждом острове во главе с тремя синдиками, ежегодно избираемыми из Большого совета дворян каждого острова. Синдики избирали декана (πρύτανις) на должность главы администрации сроком на четыре месяца. Сенат в Корфу оставался высшей властью федеративного государства, состоящим из представителей островов. Его президентом являлся глава государства. Конституция была напечатана на греческом языке, с активным использованием итальянских заимствований для административных терминов, в патриаршей типографии в Константинополе. Новая конституция была крайне реакционной, сводя на нет достижения буржуазии и отдавая предпочтение старым дворянским семьям; даже дворянские титулы, пожалованные в 1799 году после ухода французов и в основном выданные богатым горожанам, были отменены. В соответствии с реакционными идеями, заложенными в конституции, был разработан и новый флаг, изображавший венецианского льва Святого Марка, держащего в лапах пучок из семи стрел, символизирующих острова, и Библию; предложения с более революционным подтекстом, такие как восходящий феникс, были отклонены. 1 ноября 1800 года новая конституция и флаг были официально утверждены Великим визирем и благословлены Патриархом в Константинополе. Ионийские посланники в Санкт-Петербурге, Орио и Кладас, протестовали перед царем против событий в Константинополе, но безуспешно; Теотокис, признанный главой государства с титулом принца, даже отстранил Орио от должности.

Политические волнения и сепаратистские движения, 18001801

26 декабря 1800 года два посланника в Константинополь прибыли на Корфу в качестве "имперских комиссаров", то есть представителей султана на островах, с задачей надзора за внедрением "византийской конституции". 13 января 1801 года флаг Семиостровной Республики был официально поднят на Корфу. Миссия имперских комиссаров – Антонио Мария Капо д’Истрия вскоре был заменен своим сыном Иоаннисом Каподистриасом, будущим первым губернатором Греции – быстро оказалась проблематичной: реакционный характер новой конституции, ограничивавшей политическую власть дворянством, сразу же вызвал споры, поскольку простое население привыкло к более широким гражданским правам и свободам, которыми пользовалось во время французского республиканского правления. К этому добавились местные обиды и борьба за власть, что привело к сепаратистским тенденциям на некоторых островах. Уже в конце 1799 года политическая напряженность привела к началу междоусобиц как среди дворянства, так и между дворянством и другими сословиями. В то время как на Корфу, под непосредственным надзором Ушакова, выборы новых временных властей и их утверждение прошли упорядоченно и мирно, на других островах ситуация была иной. Процессом доминировали классовые и личные распри, а также произвольные вмешательства представителя Ушакова, Николая Тизенхаузена. Например, в Закинтосе 12 сентября 1799 года был разработан заговор с целью убийства дворян в день, когда Великий совет острова должен был собраться и избрать новое правительство. Хотя заговор не был реализован, его вдохновитель, Антонио Мартиненго, сумел подкупить Тизенхаузена и получить амнистию, в то время как его соучастник Цинтос был расстрелян. В связи с недовольством сельского населения, 18 января 1800 года были объявлены первые репрессивные меры против низших слоев населения.

Восстания в Кефалонии

Растущие политические страсти впервые достигли пика на Кефалонии, где наличие крупного среднего класса усилило недовольство реакционным местным правительством. К этому добавилось соперничество между столицей острова, Аргостоли, и городом Ликсури, а также между знатными родами Метаксасов и Анниносов. 24 августа 1800 года вооруженная толпа из гражданских лиц и восставших солдат захватила правительственный дом в Аргостоли, а также разграбила и разрушила дома и виллы членов администрации. 9 сентября было сформировано новое правительство, но беспорядки были подавлены лишь после того, как графу Константину Хорафасу были предоставлены чрезвычайные полномочия и привлечены русские войска. Этот мир не продлился долго, и в мае 1801 года вспыхнуло восстание под предводительством дворянина Евстафия Метаксаса. В ответ имперские комиссары прибыли на остров для посредничества в конфликте и учредили Комитет общественной безопасности, состоящий из 22 членов, с ними и полковником Николаосом Пьеррисом в качестве председателей. В конечном итоге мятеж Метаксаса был подавлен благодаря компромиссу, достигнутому Иоаннисом Каподистриасом: прежнее правительство острова ушло в отставку 20 мая, и комиссары вместе с Комитетом общественной безопасности взяли на себя управление островом с целью восстановления порядка и разоружения населения. Однако местные страсти препятствовали их работе: в конце мая делегация Ликсури вышла из состава комитета, а жители Ликсури предприняли угрожающие действия против Аргостоли, вынудив имперских комиссаров лично посетить Ликсури для урегулирования ситуации. В то же время братья Андреас и Кайсар Метаксасы отказались признать Комитет общественной безопасности и подняли восстание, которое было подавлено лишь после ожесточенных боев 15 июня: Андреас сдался, а Кайсар бежал на Корфу. Тем временем Ликсури проголосовал за отделение от правительства, базировавшегося в Аргостоли, и направил посланников на Корфу с требованием об отдельном управлении для города; одновременно недовольные крестьяне Аноги также восстали и начали нападать на Ликсури, пока войска, отправленные Комитетом общественной безопасности, не вступили с ними в бой и не отбросили их. Чтобы восстановить порядок, имперские комиссары созвали 20 июля Великий совет острова, который в соответствии с конституцией избрал трех синдиков, трех сенаторов-представителей и других должностных лиц. Во всех случаях должности были поровну распределены между представителями трех городов острова – Аргостоли, Ликсури и Святого Георгия. После этого 27 июля имперские комиссары сочли возможным провозгласить успешное установление законной власти на острове. Однако это оказалось преждевременным, поскольку в августе крестьяне вокруг Ликсури восстали, захватили город и изгнали правительственный гарнизон. Каподистриас и Андреас Панас попытались добиться урегулирования, но мятежники, поддержанные местным австрийским вице-консулом, отказались.

The mounting political passions came first to a head in Cephalonia, where the existence of a large middle class increased dissatisfaction with the reactionary local government. To this was joined the rivalry between the island's capital, Argostoli, and the town of Lixouri, and between the noble families of Metaxas and Anninos. On 24 August 1800 an armed mob of civilians and rebel soldiers seized the government house in Argostoli, as well as ransacking and destroying the houses and villas of the administration members. A new government was formed on 9 September, but only after Count Konstantinos Chorafas was given plenipotentiary powers and a force of Russian troops, the unrest was suppressed. This peace did not last long, and a revolt under the nobleman Efstathios Metaxas broke out in May 1801. In response, the Imperial Commissioners came to the island to mediate in the conflict and established a 22 member Committee of Public Safety, with themselves and Colonel Nikolaos Pierris as chairmen. In the end Metaxas' revolt was subdued by a compromise reached by Ioannis Kapodistrias: the previous government of the island resigned on 20 May, and the Commissioners along with the Committee of Public Safety took over the island's governance, with the aim of pacifying the island and disarming the inhabitants. Local passions hindered their work, however: in late May, the delegation of Lixouri withdrew from the committee and the Lixouriotes made threatening moves against Argostoli, forcing the Imperial Commissioners to visit Lixouri in person to calm matters. At the same time, the brothers Andreas and Kaisar Metaxas refused to acknowledge the Committee of Public Safety and rose in revolt, which was only suppressed after heavy combats on 15 June: Andreas surrendered, but Kaisar fled to Corfu. In the meantime, Lixouri had voted for secession from the Argostoli based government, and sent envoys to Corfu demanding a separate administration for the town; at the same time, the dissatisfied peasants of Anogi also rebelled and began attacking Lixouri, until troops sent by the Committee of Public Safety clashed with them and drove them back. In order to restore order, the Imperial Commissioners convened the island's Great Council on 20 July, which according to the constitution elected the three syndics, the three senators representatives and the other public officials. In all cases, the offices were equally apportioned among representatives of the island's three towns, Argostoli, Lixouri, and St. George's Castle. After this was done, on 27 July the Imperial Commissioners felt able to proclaim the successful establishment of lawful government on the island. This proved premature, for in August, the peasantry around Lixouri rebelled, seized the town, and expelled the government garrison. Kapodistrias and Andreas Panas tried to mediate a settlement, but the rebels, backed by the local Austrian vice consul, refused.

Сепаратистские движения в Закинфе и Итаке

Подобные беспорядки также вспыхнули на Китире, где восставшие крестьяне напали на дворян и горожан, прежде чем войска восстановили порядок, и на Лефкаде. На Закинфе смута продолжалась, с непрерывными столкновениями между враждующими группами и коалициями. Пока центральное правительство готовило государственный переворот, первым вспыхнул другой, пробританский переворот. 20 февраля 1801 года Закинф отделился от Республики, подняв вместо этого британский флаг, предположительно при поддержке некоего британского полковника по имени Джеймс Каллендер, который в тот момент находился на острове и стал его военным губернатором. Эта инициатива была немедленно осуждена британским послом при Порте, графом Эльгином, но конституционный порядок был восстановлен лишь 12 сентября 1801 года, когда к острову прибыли пять османских судов и британский военный корабль. Схожее сепаратистское движение ненадолго охватило и Итаку, где местное правительство поддерживало связь с Закинфом. Когда 18 августа на остров прибыли имперские комиссары с намерением установить администрацию на конституционных началах, местное правительство ушло в отставку. Однако пробританские настроения ограничивались столицей Вати, в то время как сельское население поддерживало усилия комиссаров.

Отъезд русско-османских войск и "Уважаемой Депутации"

Даже Корфу не избежали беспорядков: 8 июня 1801 года [27 мая 1801 года по старому стилю] в городе вспыхнули кровавые волнения из-за высокомерного поведения вооруженных османских солдат. Поскольку собственные войска не могли справиться с ситуацией – большая часть имеющихся сил была отправлена на Кефалонию – Сенат передал власть русским под командованием подполковника Карла Хастферта, чтобы предотвратить всеобщую резню и восстановить порядок. Вмешательство русских успокоило ситуацию, но Сенат потребовал от османов вывести свои войска с острова. Напротив, когда русские объявили о намерении вывести свои войска, президент Сената Теотокис умолял их остаться и обеспечить внутреннюю тишину и внешнюю безопасность островов. Тем не менее, 25 августа 1801 года оккупационные державы официально передали контроль над крепостями и отбыли. Этот акт серьезно подорвал стабильность правительства, чьи репрессивные меры лишь еще больше отчуждали бюргерство и крестьянство. К этому времени город Корфу был фактически осажден сельским населением, которое грабило поместья дворян. По мере того как Сенат становился все более бессильным, власть все больше переходила к группе бюргерств (Спиридон Дельвиниотис, Каролос Манесис и Александрос Август Когевинас), поддерживавшим контакты с крестьянством. Чтобы противостоять недовольству населения и растущим требованиям гражданских прав, Сенат предоставил Теотокису диктаторские полномочия. Теотокис сформировал «Чрезвычайный комитет общественной безопасности» (Commissione Estraordinaria di Pubblica Sicurezza) в составе Димитрия Арменоса, Стамоса Халикиопулоса и Иоанниса Кападокаса, но восставшие низшие классы отказались признавать его авторитет. Вместо этого бюргеры и крестьяне избрали своих делегатов, в результате чего был создан орган из 64 человек – «Почетная депутация города, округов и деревень Корфу» (Onoranda Deputazione della città, borghi e ville di Corfù), которая объявила конституцию 1800 года недействительной и приступила к разработке новой, более демократической конституции. Конституция, предложенная «Почетной депутацией», передавала суверенную власть на Корфу 240-членному совету «Лучших», избираемых пожизненно, хотя и косвенно, на всеобщем избирательном праве. 100 членов должны были представлять город, в том числе 40 дворян, 40 бюргерств, 14 купцов и 6 ремесленников; остальные члены должны были быть из сельской местности. Исполнительная власть принадлежала комитету из четырех прокураторов, избираемых из числа «Лучших» и председательствующих на заседаниях. Совет принимал решения по всем вопросам и избирал трех представителей острова в Ионический Сенат, который должен был сохранить свои первоначальные функции. Определение дворянства, а вместе с ним и избирательное право, было расширено до всех, кто имел доход в 1000 талеров, независимо от места жительства или профессии. События развивались стремительно: проект конституции был направлен в Сенат 21 октября 1801 года, а десять дней спустя «Почетная депутация» потребовала от Теотокиса назначить представителей дворянства для формирования общего временного правительства Корфу. В символическом проявлении единства и классового примирения 28 ноября «Почетная депутация» объединилась с 14 представителями «так называемого дворянства», как их называли, чтобы взять на себя власть; на следующий день дворяне подписали новую конституцию.

Even Corfu was not spared unrest: on 8 June 1801 [O. S. 27 May 1801], bloody riots broke out due to the arrogant behaviour of armed Ottoman soldiers in the city. With its own troops unable to contain the situation—most of the available forces had been shipped to Cephalonia—the Senate handed over authority to the Russians, under Lt. Colonel Karl Hastfert, so as to prevent a general massacre and restore order. The Russian intervention calmed the situation, but the Senate requested that the Ottomans remove their troops from the island. Conversely, when the Russians announced their intention of removing their own troops, the Senate president Theotokis implored the Russian to remain and ensure the islands' domestic tranquility and external security. Nevertheless, on 25 August 1801, the occupying powers officially handed over control of the fortresses and departed. This act seriously undermined the stability of the government, whose repressive measures only alienated the burghers and peasantry further. By this time, the city of Corfu was virtually under siege by the rural population, which ransacked the nobility's country estates. While the Senate became increasingly powerless, power increasingly shifted to a group of burghers (Spyridon Delviniotis, Karolos Manesis, and Alexandros Avgoustos Kogevinas) who maintained contacts with the peasantry. To counter the restiveness of the populace, and the increasing demands for civic rights, the Senate gave Theotokis dictatorial powers. Theotokis formed an 'Extraordinary Committee of Public Safety' (Commissione Estraordinaria di Pubblica Sicurezza) composed of Dimitrios Armenos, Stamos Chalikiopoulos, and Ioannis Kapadokas, but the rebellious lower classes refused to accept its authority. Instead the burghers and peasants elected their own delegates, resulting in the formation of a body of 64 men, the 'Honourable Deputation of the City, Boroughs, and Villages of Corfu' (Onoranda Deputazione della città, borghi e ville di Corfù), which declared the 1800 constitution as void, and began drafting a new, more democratic constitution. The constitution proposed by the 'Honourable Deputation' vested sovereign power in Corfu in a 240 member council of 'Best Ones', elected for life in general, albeit indirect, suffrage. 100 members would come from the city, with 40 noblemen, 40 burghers, 14 merchants, and 6 artisans; the rest of the members would come from the countryside. Executive power was vested in a committee of four procuratori, who were elected from among the 'Best Ones' and chaired its proceedings. The council decided on all matters, and also elected the three representatives of the island to the Ionian Senate, which was intended to retain its original functions. The definition of nobility, and with it suffrage, was broadened to all those who had an income of 1,000 thalers, regardless of residence or profession. Events proceeded quickly: the draft constitution was sent to the Senate on 21 October 1801, and ten days later, the 'Honourable Deputation' demanded from Theotokis to appoint representatives of the nobility to form a common provisional government for Corfu. In a highly symbolic display of unity and class reconciliation, on 28 November the 'Honourable Deputation' joined with 14 representatives of the "so called nobility", as they were termed, to take over power; on the next day, the nobles signed the new constitution.

Иностранная интервенция и олигархическая конституция 1803 года

Новый режим Корфу не был желанным ни для союзных держав Второй коалиции, ни для Сената, где доминировало дворянство: в начале марта 1802 года, по приглашению Теотокиса, британские войска высадились на Корфу и соединились с войсками Республики. Османская Порта также неодобрительно отнеслась к происходящему, хотя и признавала необходимость реформ в первоначальной конституции. Порта возложила на Теотокиса, остававшегося президентом Сената, обязанность восстановить прежнее положение дел, до проведения надлежащих консультаций с участием союзных держав, имперских комиссаров и представителей острова. Сельское население было готово двинуться на город Корфу, но предупреждения османов, направленные "Почетной делегации", и обращение французского консула Ромье к крестьянам временно успокоили ситуацию. Ввиду сохраняющейся нестабильности, русским удалось добиться согласия других великих держав на отправку своих войск на острова, а закинтийский граф Джорджио Мочениго, бывший российский посол во Флоренции и некоторое время посланник Семиостровной Республики в Санкт-Петербурге, был назначен полномочным представителем царя. Тем временем, Аменский мир привел к официальному признанию Республики, учрежденной Константинопольским договором, Францией, Испанией, Великобританией и Батавской Республикой.

Прибытие и реформы Джорджио Мосениго

Моцениго прибыл на Корфу 1 сентября 1802 года с пятью русскими кораблями и 1600 солдатами. Тем временем предложения «Почётной депутации» были отклонены, и лишь присутствие британских войск удерживало сторонников депутации от входа в город Корфу. В этой обстановке прибытие Моцениго было встречено с одобрением обеими сторонами: знать полагала, что он поддержит их власть, а простолюдины надеялись, что он освободит их от неё. Действительно, Моцениго немедленно приступил к реформированию институтов Республики, ограничивая власть знати и автономию отдельных островов. Моцениго учредил новое временное правительство, или «регентство» (reggenza), на каждом острове, где исполнительная власть была сосредоточена в руках регента (reggente), который во всех случаях должен был прибыть с другого острова, но которому помогали два заместителя, выбранные им из числа местных жителей. В то время как Теотокис, сумевший наладить хорошие отношения с Моцениго, остался президентом Сената (и, следовательно, номинальным главой государства), существующий Сенат был распущен 30 декабря 1802 года, а Моцениго назначил временный Сенат, что вызвало всеобщее недовольство. Новый режим быстро подавлял любые проявления несогласия или мятежа, а симпатии к Франции осуждались, особенно после восторженного приема речи французского генерала Себастьяни в Закинфе. 3 февраля 1803 года временный Сенат объявил о создании новых избирательных коллегий, так называемых синклитов (sincliti), заменивших старые советы знати. Однако членство в них было ограничено рядом имущественных, гражданских, религиозных и профессиональных требований, что придавало им выраженный олигархический характер. Эти синклиты, в свою очередь, избирали законодательный орган из 40 членов (Corpo Legislativo) – по десять представителей от Корфу, Кефалонии и Закинфа, по четыре от Лефкады, по два от Итаки и Китиры и одного от Паксоса – и Сенат из семнадцати членов (по четыре представителя от Корфу, Кефалонии и Закинфа, по два от Лефкады и по одному от остальных островов). Новый Сенат назначил Иоанниса Каподистриаса государственным секретарем.

Mocenigo arrived at Corfu on 1 September 1802, with five Russian vessels and 1,600 troops. In the meantime, the proposals of the 'Honourable Deputation' had been rejected, and only the presence of the British troops kept its supporters out of Corfu city. In this atmosphere, Mocenigo's arrival was welcomed by both sides: the nobles felt that he would support their authority, while the lower classes hoped that he would liberate them from it. Indeed, Mocenigo immediately began to reform the institutions of the Republic, by limiting the power of the nobles as well as the autonomy of the individual islands. Mocenigo established a new provisional government or 'regency' (reggenza) in each island, where executive power was concentrated in the hands of a regent (reggente), who in all cases had to come from a different island, but was assisted by two deputies chosen by him from the island's population. While Theotokis, who was able to work well with Mocenigo, remained as President of the Senate (and thus titulary head of state), the existing Senate was dissolved on 30 December 1802, and a provisional Senate appointed by Mocenigo, to general dissatisfaction. The new regime was quick to stamp out any sign of dissent or rebellion, and pro French sentiment was frowned upon, particularly after the positive reception of a speech by the French general Sebastiani at Zakynthos. On 3 February 1803, the provisional Senate announced the creation of new electoral colleges, the so called sincliti, replacing the old councils of the nobility. Nevertheless, membership to these was restricted by a series of property, citizenship, religious, and professional qualifications, so that they had a pronounced oligarchic character. These sinliti in turn elected a 40 member legislative body (Corpo Legislativo), with ten members each from Corfu, Cephalonia, and Zakynthos, four from Lefkada, two each from Ithaca and Kythira and one from Paxoi) and a seventeen member Senate (with four members each from Corfu, Cephalonia, and Zakynthos, two from Lefkada, and one each from the other islands). The new Senate appointed Ioannis Kapodistrias as Secretary of State.

Конституция 1803 года

26 октября созвалось Конституционное собрание, которое 5 декабря 1803 года приняло новую конституцию Республики. Ее 212 статей представляли собой сочетание прогрессивных принципов и ограничений политических прав, обеспечивавших олигархический характер государства. Наследственное дворянство венецианской эпохи было упразднено, но его место заняла новая гражданская аристократия («конституционное дворянство»). Основываясь на имущественном цензе или академических достижениях, она состояла из многих бывших дворян, а также бюргерства. Эта новая аристократия сформировала электорат для синклита, который продолжал избирать Сенат и законодательный орган, как и прежде. Конституция 1803 года ввела принцип разделения властей и учредила новый орган – цензоров (censori), призванных следить за соблюдением Конституции и выступать в качестве советников Сената. Сенат оставался главным исполнительным органом, с тремя отделениями по вопросам иностранных дел, внутренних дел и финансов, а также военных дел. Каждый остров временно сохранял свое правительство во главе с деканом или ректором (притано), а его два заместителя теперь именовались регентами (эггенти). К прогрессивным элементам новой конституции относились учреждение суда присяжных, личные свободы, неприкосновенность жилища гражданина и веротерпимость. Конституция также содержала положение, обязывающее владеть греческим языком любого кандидата на государственную должность после 1810 года, а с 1820 года все государственные документы должны были вестись исключительно на греческом языке. Новая конституция вступила в силу 27 декабря, когда митрополит Корфу благословил ее, а президент Конституционного собрания и заместитель председателя Сената принесли присягу. После смерти Теотокиса 24 ноября был избран новый президент Сената и глава государства Республики: Антониос Комутос из Закинфа. Последующий период ознаменовался активной законодательной и административной деятельностью: между январем и мартом 1804 года были приняты законы, касающиеся местного управления, судоходства, сельских общин и образования, проведена реформа церковного управления и созданы министерства. Республика окончательно превратилась в полноценное государство, вызвав ожидания и надежды греческой интеллигенции: Адамантиос Кораис и Евгениос Вульгарис посвятили свои труды Республике. Однако, из-за интриг Мочениго, русские так и не ратифицировали новую конституцию. Более того, как русский полномочный представитель, Мочениго был самым влиятельным человеком в государстве, обладая решающим голосом во всех вопросах, и вскоре начал подрывать конституцию, создавая чрезвычайные комитеты, обходя обычные суды и учреждая «Высшую полицию», укомплектованную его доверенными лицами и находящуюся под его контролем.

On 26 October, the Constitutional Assembly convened, which on 5 December 1803 passed the new constitution of the Republic. Its 212 articles were a mixture of progressive principles and restrictions on political rights that ensured the oligarchic nature of the state. While the Venetian era hereditary nobility was abolished, a new civic aristocracy ('constitutional nobility') took its place. Based on property or academic qualifications, it was composed of many former nobles as well as burghers. This new aristocracy formed the electorate for the sincliti, which continued to elect the Senate and the legislative body as before. The Constitution of 1803 introduced the principle of separation of powers, and instituted a new body, the censors (censori) who were to safeguard compliance to the Constitution and function as advisors to the Senate. The Senate remained the main executive body, with three branches for foreign affairs, interior and finance affairs, and military affairs. Each island retained its own government for the time being, headed by a dean or rector (pritano), while his two deputies were now named regents (eggenti). Among the progressive elements of the new constitution were the institution of juries, personal liberties, the inviolability of a citizen's home, and religious tolerance. The constitution also contained a clause that made knowledge of the Greek language mandatory for any candidate for public office after 1810, while from 1820 on all public documents were to be exclusively in Greek. The new constitution went into force on 27 December, when the Metropolitan of Corfu blessed it and the president of the Constitutional Assembly and deputy president of the Senate took their oaths on it. With Theotokis having died on 24 November, a new president of the Senate and head of state of the Republic was elected: Αντώνιος Κομούτος from Zakynthos. The following period saw a flurry of legislative and administrative activity: between January and March 1804, laws concerning local administration, shipping, rural communes, and education were passed, the ecclesiastical administration was reformed, and the ministries were established. The Republic now became truly a proper state, and aroused the expectations and hopes of the Greek intelligentsia: Adamantios Korais and Eugenios Voulgaris dedicated their works to the Republic. Nevertheless, due to the machinations of Mocenigo, the Russians never ratified the new constitution. Furthermore, as the Russian plenipotentiary, Mocenigo was the most influential person in the state, with a decisive voice in all matters, and soon began to undermine the constitution by creating extraordinary committees, bypassing the ordinary courts, and establishing a 'Sublime Police', staffed by his own nominees and controlled by him.

Отношения с Али-пашей, сулиотами и созданием Греческого легиона

Отношения между Республикой и её соседом Али-пашой были напряжёнными и сложными. Ионические острова, и особенно Лефкада, служили обычным убежищем для клефтов и разбойников, бежавших от османских властей материковой Греции. Используя острова как безопасную базу, они часто совершали набеги на турецкое побережье. В свою очередь, Али-паша притеснял граждан Республики и устанавливал высокие пошлины на её суда в контролируемых им портах. В этот период Али-паша в ходе ряда кампаний подавил восстание сулиотов, бросавших вызов его власти. По совету перебежчика Георгиоса Боцариса, Али разработал стратегию окружения области Сули фортами и осады. Уже в 1800 году сулиоты обратились к Теотокису с просьбой о помощи против замыслов Али-паши. Тот, в свою очередь, пригрозил жителям Парги, чтобы помешать им оказывать поддержку сулиотам. К 1803 году положение сулиотов стало критическим, и они умоляли Септинсулярную Республику о боеприпасах. Сулиотское посольство посетило Мочениго, передав обращение к царю Александру. Мочениго предоставил им некоторое количество боеприпасов, но тайно от русских; эти и последующие просьбы о российском посредничестве остались без ответа, даже когда Али-паша, при поддержке султана, приступил к уничтожению последних очагов сопротивления сулиотов. Сулиотам, которым удалось спастись от войск Али, пришлось направиться в Паргу, но в марте 1804 года они были вынуждены переправиться через море в Семиостровную Республику после угрозы Али-паши напасть на город. В ноябре 1803 года Республика заключила договор с Али-пашой, которого представлял митрополит Нафпактоса Игнатий. Около 3000 сулиотов поселились на Ионических островах, преимущественно на Корфу и Паксосе, где им были предоставлены земельные участки. Воинственные сулиоты с трудом приспосабливались к новым условиям жизни, воруя скот и дрова у местных жителей и скорбя о потере родины. Стремясь расширить своё влияние на материковую Грецию, Россия 27 июня 1804 года заключила союзы с беями Химары и Чама. Сулиотские беженцы были мобилизованы для наступления, которое было прервано, когда Али-паша узнал о планах русских, а османский военно-морской отряд неожиданно появился у берегов Корфу. По мере потепления отношений между Францией и Османской империей в 1805 году, русские начали формировать местные военные подразделения для защиты Ионических островов, принимая в них сулиотов, гимариотов, акарнанийцев и мореотов, которые вошли в так называемый «Греческий легион», поставленный под командование греческого генерал-майора Эммануила Пападопулоса. Осенью 1805 года Греческий легион участвовал в англо-русском вторжении в Неаполь, а в 1806 году сражался против французов в Которской бухте.

Relations between the Republic and its neighbour Ali Pasha were tense and complicated. The Ionian Islands, and especially Lefkada, were a common refuge for klephts and brigands fleeing the Ottoman authorities of the Greek mainland. With the Islands as a secure base, they often launched raids on the Turkish held shores. In turn, Ali Pasha harassed the Republic's citizens, and imposed heavy tolls on its vessels in the harbours he controlled. During this period, Ali Pasha in a series of campaigns suppressed the rebellious Souliots, who defied his authority. Advised by the turncoat Georgios Botsaris, Ali pursued a strategy of encircling the area of Souli with forts and besieging it. Already in 1800, the Souliots wrote to Theotokis for aid against the designs of Ali Pasha. The latter in turn threatened the inhabitants of Parga, to prevent them from lending any aid to the Souliots. By 1803, the position of the Souliots had grown dire, and they implored the Septinsular Republic for ammunition. A Souliot embassy visited Mocenigo, conveying an appeal to Tsar Alexander. Mocenigo gave them some ammunition, but secretly from the Russians; this and later requests for Russian mediation remained unanswered, even as Ali Pasha, with the Sultan's backing, moved to eradicate the last centres of Souliot resistance. The Souliots who managed to escape from Ali's forces made for Parga, but they were forced to cross the sea to the Septinsular Republic in March 1804, after Ali Pasha threatened to attack the city. In November 1803, the Republic signed a treaty with Ali Pasha, who was represented by the Metropolitan of Nafpaktos Ignatios. Approximately 3,000 Souliotes settled in the Ionian Islands, mostly in Corfu and Paxoi, where they were provided with farmland. The warlike Souliotes struggled to fit in their new environment, stealing cattle and firewood from local residents and lamenting the loss of their homeland. Anxious to expand its influence to the Greek mainland, Russia signed alliances with Himariot and Cham Albanian beys on 27 June 1804. Souliot refugees were mobilized for an offensive, which was cut short when Ali Pasha learned of the Russian plans and an Ottoman naval squadron made an unexpected appearance off Corfu. As French–Ottoman relations began to warm in 1805, the Russians began raising native military formations for the defence of the Ionian Islands, enrolling Souliots, Himariots, Acarnanians, and Moreots into the so called 'Greek Legion', which was placed under the command of the Greek born Major General Emmanouil Papadopoulos. In autumn 1805 the Greek Legion participated in the Anglo Russian invasion of Naples, and in 1806 it fought against the French at the Bay of Kotor.

"Русская" Конституция 1806 года

Влияние Мочениго стало решающим в преддверии пересмотра конституции 1803 года, запланированного на 1806 год. По предложению Мочениго Сенат учредил "Децемвират" (Δεκανδρία) для изучения изменений в конституции; в конечном итоге предложения совета отражали замыслы Мочениго. Когда 13 сентября 1806 года синклиты были созваны для избрания своих представителей в Конституционное собрание, выборы превратились в фикцию: Мочениго направил посланника на каждый остров со списком заранее подготовленных кандидатов. Наконец, когда 27 октября созвалось Конституционное собрание, Мочениго просто заменил весь Законодательный совет, которому надлежало подготовить списки кандидатов на государственные должности, своими ставленниками и назначил Иоанниса Каподистриаса секретарем и докладчиком. Каподистриас представил проект конституции Конституционному собранию 22 декабря. Эти действия вызвали значительное сопротивление, но Каподистриас убедительно доказал, что альтернативы, получившей бы одобрение Санкт-Петербурга, не существует, и новая конституция была утверждена пять дней спустя. Новая конституция передавала суверенитет так называемому "активному дворянству", определяемому уровнем дохода и наличием ученых степеней. Это ограничение фактически привело к исключению из числа избираемых некоторых старых дворянских родов, обнищавших к тому времени. Законодательный Сенат, состоявший из 17 членов (по четыре от Корфу, Кефалонии и Закинфа, по два от Лефкады и по одному от мелких островов), из которых девять избирались на три года, а восемь – на четыре, получил законодательную власть, а исполнительная власть была передана пятичленному коллегиуму – принципато. Члены коллегиума, известные как "главы республики" (capi della repubblica), представляли по одному Корфу, Кефалонию и Закинф, четвертый член мог быть избран с одного из этих трех островов или с Лефкады, а пятый – с Лефкады или с мелких островов. Принципато осуществлял ротационное президентство сроком на один год; в течение этого года президент также являлся главой государства и принцем Республики. Принципато назначал четырех министров: иностранных дел, военного и морского, внутренних дел, финансов и юстиции. Местное самоуправление на островах не претерпело изменений, однако конституция 1806 года отменила многие прогрессивные и либеральные положения своего предшественника. Прежде всего, она фактически упразднила автономию Республики, признав право России вмешиваться в ее внутренние и внешние дела. Историки до сих пор спорят о том, отражали ли поправки, включенные в конституцию 1806 года, инициативу российского правительства или были результатом деятельности узкого круга лиц, окружавших Мочениго, стремившихся к концентрации власти в руках немногих. Тем не менее, "русская конституция", как она вскоре стала известна, значительно укрепила позиции России и пророссийских элементов в Республике, вызвав подозрения Франции.

Mocenigo's influence became decisive in the run up to the revision of the 1803 constitution, scheduled for 1806. On Mocenigo's suggestion, the Senate instituted a 'Decemvirate' (Δεκανδρία) to study the changes to the constitution; in the end, the council's suggestions reflected Mocenigo's designs. When the sincliti were convened to elect their representatives to the Constitutional Assembly on 13 September 1806, they turned into a sham: Mocenigo sent an envoy to every island with prepared lists of the representatives to be elected. Finally, when the Constitutional Assembly convened on 27 October, Mocenigo simply replaced the entire Legislative Council, which was to prepare the lists of the candidates for public office, with his own choices, and appointed Ioannis Kapodistrias as its secretary and rapporteur. Kapodistrias presented the draft constitution to the Constitutional Assembly on 22 December. These moves aroused considerable opposition, but Kapodistrias successfully argued that there was no alternative that would enjoy the consent of St. Petersburg, and the new constitution was approved five days later. The new constitution vested sovereignty in the so called 'active nobility', determined by income and academic titles. This restriction actually resulted in the exclusion some of the old noble families, that had become impoverished in the meantime. A Legislative Senate of 17 members (four each for Corfu, Cephalonia, and Zakynthos, two for Lefkada, and one each for the minor islands), of whom nine served for three years and eight for four, was given legislative authority, while executive authority was vested in a five member college, the principato. The members, known as the 'heads of the republic' (capi della repubblica), came one each from the three major islands of Corfu, Cephalonia, and Zakynthos, while the fourth came either from the three islands or from Lefkada, and the fifth either from Lefkada or from the minor islands. The principato had a rotating presidency, with a tenure of one year; for that year, the president was also the head of state and prince of the Republic. The principato further appointed the four ministers: for foreign affairs, war and naval affairs, interior affairs, finances and justice. The local governments of the islands were not changed, but the constitution of 1806 abolished many of the more progressive and liberal clauses of its predecessor. Above all, it effectively abolished the Republic's autonomy by recognizing the right of Russia to intervene in its domestic and foreign affairs. It is still debated among historians whether the revisions incorporated in the 1806 constitution reflected an initiative of the Russian government, or whether it was driven by a small coterie of men around Mocenigo, aiming to concentrate power in fewer hands. Nevertheless, the 'Russian Constitution', as it soon became known, strongly reinforced the position of Russia and the pro Russian elements in the Republic, arousing the suspicions of France.

Языки

Из-за длительного венецианского правления Ионические острова испытали лингвистическое и культурное влияние Италии. В венецианский период итальянский язык использовался в официальных целях на островах, а также был широко распространен в городах, в то время как в сельской местности люди продолжали говорить по-гречески. Единственным островом, где итальянский (венецианский) язык получил более широкое распространение, была Кефалония, где большее число людей перешли на венецианский язык как на родной. Итальянская культура и язык сохраняли доминирующее положение среди образованных городских элит вплоть до XIX века — итальянский оставался официальным языком до 1851 года, — но низшие классы оставались «одноязычными и монокультурными греками». Официальным языком сначала был итальянский, а затем, в 1803 году, греческий стал наряду с итальянским одним из двух официальных языков Республики. Конституция Семиостровной Республики была напечатана на греческом языке патриаршей типографией в Константинополе с использованием многочисленных заимствований из итальянского языка для специальных терминов. Однако новая конституция, утвержденная в 1803 году, была разработана на итальянском языке. Текст конституции сопровождался докладом комитета, который ее разработал, в котором говорилось, что: «благородный, богатый и гармоничный эллинский диалект, изгнанный венецианцами, должен быть возвращен в сферу влияния и стать языком управления и выразителем интересов активных граждан». Этот вопрос считался настолько важным, что ему была посвящена отдельная статья (ст. 211) в конституции. Согласно этой статье, к 1820 году греческий язык должен был заменить итальянский в качестве рабочего языка в официальных документах.

Религия

Большинство жителей этих островов в этот период были христианами, с небольшим числом евреев на Корфу, Занте и ещё меньшим числом на Кефалонии. Большинство христиан составляли восточные православные. Однако существовало значительное количество католиков, особенно на Корфу, Занте и Кефалонии. Конституция 1803 года признавала православие доминирующей верой, а также устанавливала, что римско-католическая вера признается и защищается. Конституция также предусматривала издание закона, определяющего права и привилегии евреев, проживающих в государстве.