Эми Робсарт: Жена Роберта Дадли и придворные интриги

Введение

Жена Роберта Дадли, 1-го графа Лестера

Граф Уорвик и будущий герцог Нортумберленд был самым могущественным человеком в Англии, возглавляя правительство молодого короля Эдуарда VI. Этот брак, хотя и не был трофеем, был приемлем для него, поскольку укреплял его влияние в Норфолке. Молодая пара в основном жила при дворе или у родителей Эми в Эли-хаус; в первой половине 1553 года они жили в Сомерсет-хаус, где Роберт Дадли был хранителем этого великолепного дворца эпохи Возрождения. Он оставался там с июля 1553 года по октябрь 1554 года; с сентября 1553 года Эми разрешили навещать его "и оставаться с ним" по усмотрению лейтенанта Тауэра. После освобождения Роберту Дадли не хватало денег, и его семья помогала ему и Эми. Родовой усадебный дом леди Эми в Сайдерстоне был необитаем на протяжении многих десятилетий, ее дом детства в Стэнфилде был передан ее матерью первым мужем на всю жизнь, но после смерти матери вернулся к сводному брату Эми Робсарт, Джону Апплеярду. С этого времени сохранилось деловое письмо Эми Дадли, в котором она урегулировала некоторые долги мужа в его отсутствие: "хотя я забыла напомнить моему лорду об этом перед его отъездом, он был сильно обеспокоен важными делами, и я не была вполне спокойна из-за его внезапного отъезда". Летом 1558 года Роберт и Эми Дадли искали подходящую резиденцию в Норфолке, чтобы обосноваться там; однако до смерти королевы Марии I в ноябре 1558 года ничего не вышло. После восшествия на престол Елизаветы I Роберт Дадли стал конюшим и теперь постоянно находился при дворе, почти непрерывно служа королеве. К апрелю 1559 года королева Елизавета, казалось, была влюблена в лорда Роберта, и несколько дипломатов сообщили, что некоторые при дворе уже предполагали, что королева выйдет за него замуж, "в случае смерти его жены", поскольку леди Эми Дадли была тяжело больна, у нее была болезнь в одной из грудей. Вскоре придворные наблюдатели заметили, что Елизавета никогда не отпускала Роберта Дадли от себя. Он посетил свою жену в Трокинге на несколько дней на Пасху 1559 года, а Эми Дадли приехала в Лондон в мае 1559 года примерно на месяц. В это время, 6 июня, новый испанский посол де Куадра написал, что ее здоровье улучшилось, но она была осторожна в еде. Она также совершила поездку в Саффолк; к сентябрю она проживала в доме сэра Ричарда Верни в Комптоне Верни в Уорвикшире. К концу 1559 года несколько иностранных принцев добивались руки королевы; возмущенные малым интересом Елизаветы к их кандидатам, испанский посол де Куадра и его имперский коллега информировали друг друга и своих начальников о том, что лорд Роберт посылает своей жене яд, и что Елизавета просто обманывает их, "занимая врагов лорда Роберта и страну словами, пока этот злодейский акт убийства его жены не будет завершен". Часть знати также считала Дадли ответственным за нежелание Елизаветы выходить замуж, и заговоры с целью его убийства были многочисленны. В марте 1560 года де Куадра сообщил Филиппу II: "Лорд Роберт сказал кому-то, что если он проживет еще год, то его положение будет совсем другим. Говорят, он думает о разводе с женой". Леди Эми больше не видела своего мужа после визита в Лондон в 1559 году. Планируемая поездка к ней и другим членам семьи так и не состоялась. Королева Елизавета, по сути, не позволяла своей любимице иметь жену; согласно современной придворной хронике, ему "было приказано говорить, что он ничего не делал с ней, когда приходил к ней, что случалось редко". Также известен как Cumnor Hall, в деревне Камнор в Беркшире (на окраине Оксфорда, а теперь в Оксфордшире). Дом, перестроенный монастырский комплекс XIV века, был арендован другом Дадли и, возможно, родственником Эми, сэром Энтони Форстером. Он жил там со своей женой, миссис Одинселс и миссис Оуэн, родственницами владельца дома. Комната леди Эми была большой, роскошной квартирой на верхнем этаже, лучшей в доме, с отдельным входом и лестницей, ведущей к ней. В задней части дома был террасный сад, пруд и олений парк. Эми Дадли получала доходы от поместья Робсарт непосредственно в свои руки и в основном оплачивала свое хозяйство, которое состояло примерно из 10 слуг. Не известно ни одной сохранившейся ее картины, хотя, по словам имперского посла Каспара Брюнера, в 1559 году она была "очень красивой женщиной". Однако в 2009 году Эрик Айвс предположил, что портретная миниатюра, хранящаяся в Йельском центре британского искусства, Йельская миниатюра, на самом деле была Эми Робсарт, изображенной с дубовыми листьями и гвоздиками на груди. Название гвоздики происходит от французского giroflée, от греческого karyophyllon, что означает "листья ореха", ассоциация происходит от аромата цветка, что делает его еще одной возможной игрой слов для дуба, относящейся к Роберту или даже Робсарту.

The Earl of Warwick and future Duke of Northumberland was the most powerful man in England, leading the government of the young King Edward VI. The match, though by no means a prize, was acceptable to him as it strengthened his influence in Norfolk. The young couple dwelt mostly at court or with Amy's parents in law at Ely House; in the first half of 1553 they lived at Somerset House, Robert Dudley being keeper of this great Renaissance palace. He remained there from July 1553 until October 1554; from September 1553 Amy was allowed to visit "and there to tarry with" him at the Tower's Lieutenant's pleasure. After his release Robert Dudley was short of money and he and Amy were helped out financially by their families. Lady Amy's ancestral manor house of Syderstone had been uninhabitable for many decades, her childhood home of Stanfield had been left to her mother for life by her first husband, but on her mother's death had reverted to Amy Robsart's half brother John Appleyard,
From this time a business letter from Amy Dudley survives, settling some of her husband's debts in his absence, "although I forgot to move my lord thereof before his departing, he being sore troubled with weighty affairs, and I not being altogether in quiet for his sudden departing". In the summer of 1558, Robert and Amy Dudley were looking for a suitable residence of their own in order to settle in Norfolk; nothing came of this, however, before the death of Queen Mary I in November 1558. Upon the accession of Elizabeth I Robert Dudley became Master of the Horse and his place was now at court at almost constant attendance on the Queen. By April 1559, Queen Elizabeth seemed to be in love with Lord Robert, and several diplomats reported that some at court already speculated that the Queen would marry him, "in case his wife should die", as Lady Amy Dudley was very ill in one of her breasts. Very soon court observers noted that Elizabeth never let Robert Dudley from her side. He visited his wife at Throcking for a couple of days at Easter 1559, and Amy Dudley came to London in May 1559 for about a month. At this time, on 6 June, the new Spanish ambassador de Quadra wrote that her health had improved, but that she was careful with her food. She also made a trip to Suffolk; by September she was residing in the house of Sir Richard Verney at Compton Verney in Warwickshire. By late 1559, several foreign princes were vying for the Queen's hand; indignant at Elizabeth's little serious interest in their candidate, the Spanish ambassador de Quadra and his Imperial colleague were informing each other and their superiors that Lord Robert was sending his wife poison and that Elizabeth was only fooling them, "keeping Lord Robert's enemies and the country engaged with words until this wicked deed of killing his wife is consummated". Parts of the nobility also held Dudley responsible for Elizabeth's failure to marry, and plots to assassinate him abounded. In March 1560 de Quadra informed Philip II: "Lord Robert told somebody that if he live another year he will be in a very different position from now. They say that he thinks of divorcing his wife." Lady Amy never saw her husband again after her London visit in 1559. A projected trip of his to visit her and other family never materialized. Queen Elizabeth did not really allow her favourite a wife; according to a contemporary court chronicle, he "was commanded to say that he did nothing with her, when he came to her, as seldom he did". also sometimes known as Cumnor Hall, in the village of Cumnor in Berkshire (on the outskirts of Oxford, and now in Oxfordshire). The house, an altered 14th century monastic complex, was rented by a friend of the Dudleys and possible relative of Amy, Sir Anthony Forster. He lived there with his wife and Mrs. Odingsells and Mrs. Owen, relations of the house's owner. Lady Amy's chamber was a large, sumptuous upper story apartment, the best of the house, with a separate entrance and staircase leading up to it. At the house's rear there were a terrace garden, a pond, and a deer park. Amy Dudley received the proceeds of the Robsart estate directly into her hands and largely paid for her own household, which comprised about 10 servants. No picture of her is known to have survived, though according to the Imperial ambassador Caspar Breuner, writing in 1559, she was "a very beautiful wife". However, in 2009, Eric Ives suggested that a portrait miniature now in the Yale Center for British Art, the Yale Miniature, was, in fact, Amy Robsart. the sitter wearing oak leaves and gillyflowers at her breast. The name gilliflower or gillyflower derives from the French giroflée from Greek karyophyllon meaning nut leaf, the association deriving from the flower's scent, making it another possible wordplay for oak for Robert or even Robsart,

Последствия

Смерть Эми Дадли, произошедшая на фоне возобновившихся слухов о королеве и ее фаворите, вызвала в стране "глубокие и опасные подозрения и перешептывания". Роберт Дадли был потрясен, опасаясь "злобных разговоров, которые, как я знаю, использует нечестивый мир". Уильям Сесил, главный секретарь королевы, почувствовал угрозу от перспективы того, что Дадли станет королем-консортом, и распространял слухи против этой возможности. Николас Трокмортон, английский посол во Франции, уже знавший о ее смерти до официального объявления, также решительно выступал против брака с Дадли и всячески привлекал внимание к скандальным сплетням, которые он слышал при французском дворе. Хотя Сесил и Трокмортон использовали скандал в своих политических и личных целях, они сами не верили, что Роберт Дадли организовал смерть своей жены. В октябре Роберт Дадли вернулся ко двору, и многие полагали, что он вернулся "в большой надежде жениться на королеве". Любовь и благосклонность Елизаветы к нему не ослабли, однако скандал поставил под угрозу ее международную репутацию и даже положение внутри страны, убедив ее, по-видимому, в том, что она не может рисковать браком с Дадли. Сам Дадли не питал иллюзий относительно своей разрушенной репутации, даже когда ему впервые сообщили о решении присяжных: в сентябре 1561 года, через месяц после официального вынесения вердикта коронера, граф Арундель, один из главных врагов Дадли, изучал показания в надежде найти компрометирующие доказательства против своего соперника.

Джон Эпплэйард

Джон Эпплиард извлекал выгоду в виде должностей и пенсий благодаря возвышению своего шурина с 1559 года, однако был недоволен тем, что получил от Роберта Дадли, теперь графа Лестера. В 1567 году к нему обратились, предположительно от имени герцога Норфолка и графа Сассекса, с предложением обвинить Лестера в убийстве его жены за вознаграждение в 1000 фунтов стерлингов. Он отказался сотрудничать в этом заговоре, хотя признался, что в последние годы пришел к убеждению, что его сводная сестра была убита. Он всегда был уверен в невиновности Дадли, но полагал, что установить истинных виновников будет несложно. Он утверждал, что неоднократно просил графа помочь в этом, ссылаясь на то, что присяжные еще не вынесли вердикт, на что Дадли отвечал, что дело следует оставить, поскольку присяжные установили отсутствие состава преступления в установленном законом порядке. Когда Лестер узнал о заговоре против себя, он вызвал Эпплиарда и после бурной ссоры выгнал его. Вместо ответов Эпплиард отказался от всех своих прежних заявлений; он также попросил предоставить ему отчет коронера, и, изучив его в заключении, написал, что отчет полностью его удовлетворил и развеял его сомнения.

Ранние традиции и теории

С начала 1560-х годов существовала традиция, связанная с сэром Ричардом Верни. В хронике 1563 года, которая сильно предвзята против дома Дадли и, вероятно, была написана протестантским активистом Джоном Хейлсом, описываются слухи: «Жена лорда Роберта сломала шею в доме Форстера в Оксфордшире, когда ее фрейлины ушли на ярмарку. Однако считалось, что ее убили, поскольку сэр Варни был там в тот день и, пока совершалось преступление, ходил по ярмарке и ждал своего слуги, который наконец пришел. Он спросил: «Ты, негодяй, почему так медлишь?» Слуга ответил: «Разве я должен был прийти раньше, чем закончил?» – «Ты закончил?» – переспросил Варни. – «Да, – ответил слуга, – я все сделал наверняка». Многократно ранее люди лорда Роберта говорили, что она мертва. Этот Верни и несколько его слуг еще до ее смерти желали ей смерти, что заставило людей подозревать худшее. Здесь сэр Ричард Верни направляется прямо в Камнор-Плейс, заставляет слуг пойти на рынок и ломает леди Эми шею, прежде чем положить ее к подножию лестницы; присяжные вынесли вердикт об убийстве, и ее сначала тайно похоронили в приходской церкви Камнор, а затем эксгумировали и перезахоронили в Оксфорде. Верни умирает, говоря, что «все дьяволы в аду» разорвали его на части; его слуга (который был с ним во время убийства) был убит в тюрьме по приказу Дадли, прежде чем он успел рассказать историю. Подкрепленные значительным влиянием «Содружества Лестера», слухи о смерти Эми Робсарт превратились в традицию приукрашенного фольклора. Уже в 1608 году в бытовой трагедии под названием «Йоркширская трагедия» упоминалось о ее падении с лестницы как о простом способе избавиться от жены: «Это сделал политик». В XIX веке ее история стала очень популярной благодаря бестселлеру Уолтера Скотта «Кенилворт». Предположение о том, что Эми Робсарт была убита, получило новое подтверждение с обнаружением испанской дипломатической переписки (и связанных с ней слухов об отравлении) викторианским историком Джеймсом Энтони Фроудом. Он заключил в 1863 году: «Она была убита людьми, которые надеялись извлечь выгоду из его возвышения на престол; и сам Дадли использовал тайные средства, чтобы помешать проведению поисков, которые могли бы зайти слишком далеко». За этим последовала работа норфолкского антиквара Уолтера Рай «Убийство Эми Робсарт» в 1885 году: в ней утверждалось, что ее сначала отравили, а затем, когда этот метод не сработал, убили насильственным путем. Основными источниками Рай были беседы Сесила с де Куадра во время смерти Эми Дадли и, опять же, «Содружество Лестера». Гораздо более академической и влиятельной была работа Джорджа Адларда 1870 года «Эми Робсарт и граф Лейчестер», в которой были опубликованы соответствующие письма и намекалось на самоубийство как на возможное объяснение. К 1910 году А. Ф. Поллард был убежден, что тот факт, что смерть Эми Робсарт вызвала подозрения, был «таким же естественным, как и невероятным, но менее проницательный ум, чем у Елизаветы или даже Дадли, понял бы, что убийство сделает их брак невозможным».

From the early 1560s there was a tradition involving Sir Richard Verney, A 1563 chronicle, which is heavily biased against the House of Dudley and was probably written by the Protestant activist John Hales, describes the rumours:<blockquote>[t]he Lord Robert's wife brake her neck at Forster's house in Oxfordshire her gentlewomen being gone forth to a fair. Howbeit it was thought she was slain, for Sir Varney was there that day and whylest the deed was doing was going over the fair and tarried there for his man, who at length came, and he said, thou knave, why tarriest thou? He answered, should I come before I had done? Hast thou done? quoth Varney. Yeah, quoth the man, I have made it sure. Many times before it was bruited by the Lord Robert his men that she was dead. This Verney and divers his servants used before her death, to wish her death, which made the people to suspect the worse. Here Sir Richard Verney goes directly to Cumnor Place, forces the servants to go to the market, and breaks Lady Amy's neck before placing her at the foot of the stairs; the jury's verdict is murder, and she is buried first secretly at the Cumnor parish church before being dug up and reburied at Oxford. Verney dies, communicating "that all the devils in hell" tore him in pieces; his servant (who was with him at the murder) having been killed in prison by Dudley's means before he could tell the story. Enhanced by the considerable influence of Leicester's Commonwealth, the rumours about Amy Robsart's death developed into a tradition of embellished folklore. As early as 1608, a domestic tragedy named A Yorkshire Tragedy alluded to her fall from a pair of stairs as an easy way to get rid of one's wife: "A politician did it." In the 19th century her story became very popular due to the best selling novel, Kenilworth, by Walter Scott. The notion that Amy Robsart was murdered gained new strength with the discovery of the Spanish diplomatic correspondence (and with it of poison rumours) by the Victorian historian James Anthony Froude. he concluded in 1863: "she was murdered by persons who hoped to profit by his elevation to the throne; and Dudley himself used private means to prevent the search from being pressed inconveniently far." There followed the Norfolk antiquarian Walter Rye with The Murder of Amy Robsart in 1885: here she was first poisoned and then, that method failing, killed by violent means. Rye's main sources were Cecil's talk with de Quadra around the time of Amy Dudley's death and, again, Leicester's Commonwealth. Much more scholarly and influential was an 1870 work by George Adlard, Amy Robsart and the Earl of Leycester, which printed relevant letters and covertly suggested suicide as an explanation. By 1910, A. F. Pollard was convinced that the fact that Amy Robsart's death caused suspicion was "as natural as it was incredible But a meaner intelligence than Elizabeth's or even Dudley's would have perceived that murder would make the[ir] marriage impossible."

Современные теории

Отчет коронера стал известен из материалов Национального архива в 2008 году и соответствует версии случайного падения, а также самоубийства или насильственной смерти. В отсутствие судебно-медицинских заключений 1560 года часто предполагалось, что простое несчастье не может быть объяснением, основываясь на почти современных рассказах о том, что Эми Дадли была найдена у подножия короткой лестницы с переломом шеи, ее головной убор оставался нетронутым "на голове" – деталь, впервые появившаяся как сатирическое замечание в «Содружестве Лестера» и с тех пор повторяемая как факт. Чтобы объяснить эти странности и свидетельства ее болезни, в 1956 году профессор медицины Иэн Эйрд предположил, что Эми Дадли могла страдать от рака молочной железы, который, через метастатические отложения в позвоночнике, мог привести к перелому шеи даже при незначительной нагрузке, например, при коротком падении или даже просто спуске по лестнице. Некоторые современные историки рассматривают версию убийства. Элисон Уэйр предположительно указала на Уильяма Сесила как на организатора смерти Эми Дадли, мотивируя это тем, что, если Эми была тяжело больна, у него был наиболее веский мотив для убийства, и он был главным выгодоприобретателем последовавшего скандала. Однако возражали, что он не стал бы рисковать репутацией Елизаветы и собственным положением. Версия об убийстве Эми Робсарт сэром Ричардом Верни после долгих и безуспешных попыток отравить ее (с ведома и без ведома его хозяина) была возрождена Джорджем Бернардом и Крисом Скидмором, основываясь на том, что Верни упоминается как в хронике Джона Хейлса около 1563 года (также известной как «Журнал государственных дел»), так и в памфлете «Содружество Лестера» 1584 года. Это совпадение зачастую оценивается лишь как традиция сплетен, поскольку отравление было распространенным обвинением в XVI веке. О том, что Роберт Дадли мог повлиять на присяжных, утверждали Джордж Бернард, Сьюзан Доран и Крис Скидмор. Старшиной присяжных был сэр Ричард Смит (мэр Абингдона в 1564/1565 гг.). Однако не установлено, что сэр Ричард Смит и «мистер Смит» 1566 года – это один и тот же человек, поскольку Смит – «очень распространенное» имя. Сьюзан Доран отметила, что любое вмешательство в работу присяжных можно столь же легко объяснить желанием скрыть самоубийство, а не убийство. Помимо альтернативных версий убийства как причины смерти Эми Робсарт, его переписка с Томасом Блунтом и Уильямом Сесилом в последующие дни приводится как доказательство его невиновности; письма, свидетельствующие о взволнованном состоянии, ясно демонстрируют его замешательство и неподготовленность. Также считается маловероятным, что он организовал бы смерть своей жены таким образом, который сделал бы его уязвимым для столь предсказуемого скандала.

The coroner's report came to light in The National Archives in 2008 and is compatible with an accidental fall as well as suicide or other violence. In the absence of the forensic findings of 1560, it was often assumed that a simple accident could not be the explanation—on the basis of near contemporary tales that Amy Dudley was found at the bottom of a short flight of stairs with a broken neck, her headdress still standing undisturbed "upon her head", a detail that first appeared as a satirical remark in Leicester's Commonwealth and has ever since been repeated for a fact. To account for such oddities and evidence that she was ill, it was suggested in 1956 by Ian Aird, a professor of medicine, that Amy Dudley might have suffered from breast cancer, which through metastatic cancerous deposits in the spine, could have caused her neck to break under only limited strain, such as a short fall or even just coming down the stairs. A few modern historians have considered murder as an option. Alison Weir has tentatively suggested William Cecil as organizer of Amy Dudley's death on the grounds that, if Amy was mortally ill, he had the strongest murder motive and that he was the main beneficiary of the ensuing scandal. Against this idea it has been argued that he would not have risked damaging Elizabeth's reputation nor his own position. The notion of Sir Richard Verney killing Amy Robsart after long and fruitless efforts to poison her (with and without his master's knowledge) has been revived by George Bernard and by Chris Skidmore on the basis that Verney appears in both the c. 1563 chronicle by John Hales (also called Journal of Matters of State) and the 1584 libel Leicester's Commonwealth. This coincidence has as often been evaluated as no more than a tradition of gossip, poison being a stock in trade accusation in the 16th century. That Robert Dudley might have influenced the jury has been argued by George Bernard, Susan Doran, and by Chris Skidmore. The foreman, Sir Richard Smith (mayor of Abingdon in 1564/1565 It has, however, not been established that Sir Richard Smith and the "Mr. Smith" of 1566 are one and the same person, Smith being a "very common" name. Susan Doran has pointed out that any interference with the jury could be as easily explained by the desire to cover up a suicide rather than a murder. Apart from alternatives for a murder plot as causes for Amy Robsart's death, his correspondence with Thomas Blount and William Cecil in the days following has been cited as proofs of his innocence; the letters, which show signs of an agitated mind, making clear his bewilderment and unpreparedness. It has also been judged as highly unlikely that he would have orchestrated the death of his wife in a manner which laid him open to such a foreseeable scandal.

Семья

Эми Робсарт была дочерью сэра Джона Робсарта из Сайдерстоуна (ум. 1557) и его жены, Элизабет Скотт (ум. 1549), дочери Джона Скотта из Камбервелла в Суррее. От первого брака её матери с Роджером Апплеярдом из Стэнфилда (ум. 1528) у Эми было четверо сводных братьев и сестёр: Джон Апплеярд, Филипп, женившийся на Мэри Шелтон, Анна и Франсис, вышедшая замуж за Уильяма Флауэрдью. Через их сына Энтони Флауэрдью из Хетэрсетта в Норфолке и его жену Марту Стэнли из Скотта в Норфолке, Эми Робсарт является пратётей Темперанс Флауэрдью. Дедушкой и бабушкой Эми Робсарт по отцовской линии были Теодерик (Терри) Робсарт и Элизабет (ум. 20 ноября 1535), дочь сэра Томаса Кердестона из Сайдерстоуна. Эми была похоронена в прихоже церкви Святой Марии в Оксфорде, но её могила не сохранилась. Профессор Иан Эйрд писал: «Точное местонахождение могилы Эми никогда не было известно, хотя в современных отчётах указывалось, что она находилась в восточной части церкви Святой Марии Девы в Оксфорде». Однако в церкви установлена мемориальная плита в её память: «В кирпичном склепе в верхней части этого хора была похоронена Эми Робсарт, жена лорда Роберта Дадли, K.G., в воскресенье 22 сентября 1560 года».