Проскинезис: жест уважения и поклонения в древних культурах

Введение

Выражение почтения

Проскинезис (,/p//ɹ//ɒ//s//k//ᵻ/'/n//iː//s//ɪ//s/), также называемый проскинезией (,/p//ɹ//ɒ//s//k//ᵻ/'/n//iː//s//ɪ//s/) или проскинесисом (,/p//ɹ//ɒ//s//k//ᵻ/'/n//iː//s//ɪ//s/; προσκύνησις proskýnēsis; wikt:adoratio) был торжественным жестом уважения к богам и людям во многих обществах. У персов это означало, что человек преклонялся ниц и целовал землю или конечности уважаемого человека. Это также был один из религиозных обрядов как у греков, так и у римлян. В византийском обществе это был распространенный жест смиренной просьбы или почтения. Физическое действие варьировалось от полного земного поклона или, альтернативно, коленопреклонения, поклона или простого приветствия, которое закрепляло относительное положение исполнителя и того, кому оказывалось почтение, в иерархическом порядке (τάξις táxis).

Этимология

Греческое слово προσκύνησις происходит от глагола προσκυνέω, proskyneo, который сам образован из составных слов πρός, pros (к, в направлении) и κυνέω, kyneo ([Я] целую). Оно описывает отношение смирения, покорности или благоговейного поклонения – особенно к верховному правителю, Богу или богам.

Практика

Согласно Геродоту в его "Истории", человека равного ранга целовали в губы, тот, кто был немного ниже по положению, целовал в щеку, а человек значительно более низкого социального статуса должен был полностью поклониться перед другим. Для греков воздавать проскинез смертному считалось варварством и абсурдом. В своей "Анабасисе" (3.2.13) Ксенофонт приводит отказ греков совершать проскинез как признак их свободы, отличающий их от персов: "В качестве свидетельств этих побед [над вторжением Ксеркса] мы и сейчас можем видеть трофеи, но самым веским доказательством является свобода тех государств, где вы родились и выросли; ибо вы не воздаете поклонение ни одному смертному как господину, а лишь богам [οὐδένα γὰρ ἄνθρωπον δεσπότην ἀλλὰ τοὺς θεοὺς προσκυνεῖτε]".

Приложения

Персидский обычай мог заставить некоторых греков поверить, что они поклонялись своему царю как богу, единственному, кто принимал проскинез от всех, и другие неверные толкования привели к культурным конфликтам. Проскинез был не специфическим обычаем двора Ахеменидов, поскольку он практиковался и ранее при ассирийском дворе. Вопреки утверждениям греческих авторов, ближневосточные источники не оставляют сомнений в том, что проскинез не носил религиозного характера, а был элементом придворного церемониала. Александр Великий предлагал эту практику при жизни, стремясь приспособиться к местным обычаям завоеванных персидских областей, но она не была принята его греческими сподвижниками (как отметил придворный историк Каллисфен); позже он перестал настаивать на ней. Большинство его воинов смирились с увлечением Александра персидской одеждой, но почитание царя как бога посредством проскинеза показалось им чрезмерным. Согласно Арриану, Каллисфен объяснял, что существуют различные способы почитания бога и человека, и что преклонение ниц – это способ выразить явное почтение богам. Это воспринималось как угроза для греков, «народа, наиболее преданного свободе». По словам Каллисфена, преклонение ниц было чуждым и унизительным обычаем. Политическая цель этого изменения заключалась в возвышении роли императора – от «первого гражданина» до правителя иного мира, оторванного от своих подданных, что должно было снизить вероятность успешных восстаний, терзавших Империю в течение предыдущих 50 лет. Определенные формы проскинеза, такие как целование груди, рук или ног императора, были зарезервированы для определенных категорий чиновников. Аудиенции, предоставляемые местным или иностранным делегациям, включали в себя несколько последовательностей проскинеза в местах, отмеченных порфировыми дисками (омфалием), встроенными в пол. По крайней мере, до X века императорский церемониал избегал проскинеза по воскресеньям из уважения к Богу. Как демонстрация лояльности, проскинез имел ярко выраженный политический подтекст; он встречается в имперской иконографии, и его важность в имперских церемониях иногда создавала деликатные дипломатические дилеммы при взаимодействии с иностранными правителями. Кроме того, императора на монетах стали именовать не «Imperator» (что означало «главнокомандующий»), а «Dominus Noster» – «Наш Господь». После обращения Константина I к христианству проскинез стал частью сложного ритуала, в результате которого император превратился в земного наместника Бога. Титулярная инфляция затронула и другие ключевые должности Империи. И Юстиниан I, и Феодора настаивали на крайней форме проскинеза, даже от членов римского Сената, и были подвергнуты критике за это Прокопием в его «Тайной истории».

The Persian custom may have led some Greeks to believe that they worshipped their king as a god, the only person who received proskynesis from everyone, and other misinterpretations caused cultural conflicts. Proskynȇsis was not a specific custom of the Achaemenid court alone, since it was practiced earlier in the Assyrian court. Contrary to the suggestions of Greek authors, Near Eastern sources leave no doubt that proskynȇsis did not have the character of a religious gesture, but was an element of the court ceremony. Alexander the Great proposed this practice during his lifetime in adapting to the local customs of the Persian areas he conquered, but it was not accepted by his Greek companions (such as noted by the court historian, Callisthenes); he later did not insist on the practice. Most of his men could cope with Alexander's interest for having a Persian wardrobe, but honoring the king as if he was a god with proskynesis went a bit too far. According to Arrian, Callisthenes explains the existence of separated ways of honoring a god or a human and that prostration is a way to explicitly honor gods. It is seen as a threat to the Greeks, ‘who are men most devoted to freedom’. According to Callisthenes, prostration was a foreign and degrading fashion. The political reason for this change was to elevate the role of the emperor from "first citizen" to an otherworldly ruler, remote from his subjects, thus reducing the likelihood of successful revolt, which had plagued the Empire during the preceding 50 years. Certain forms of proskynesis, such as those which entailed kissing the emperor's breast, hands, or feet, were reserved to specific categories of officials. The audience granted to native or foreign delegations included multiple series of proskynesis at points marked by porphyry disks (omphalia) set in the floor. Until the 10th century at least, imperial ceremonial avoided proskynesis on Sundays out of reverence for the God. As a show of loyalty, proskynesis had strong political overtones; it recurs in imperial iconography and its importance in imperial ceremonial could sometimes raise delicate diplomatic dilemmas when foreign potentates were involved. Similarly, the emperor was hailed no longer as "Imp(erator)" on coins, which meant "commander in chief" but as "D(ominus) N(oster)" – "Our Lord." With the conversion of Constantine, I to Christianity, proskynesis became part of an elaborate ritual, whereby the emperor became God's viceregent on earth. Titular inflation also affected the other principal offices of the Empire. Justinian I and Theodora both insisted on an extreme form of proskynesis, even from members of the Roman Senate, and they were attacked for it by Procopius in his Secret History.

В христианстве

Глагол προσκυνέω (проскинео) часто используется в Септуагинте и Новом Завете для поклонения языческим богам или поклонения Богу Израиля. Кроме того, в некоторых случаях это слово употреблялось для поклонения ангелам. Как и греки пять столетий назад, эта практика вызывала шок, но получила распространение. После обращения Константина в христианство она стала частью сложного ритуала, возводящего императора в ранг "наместника Бога на земле". Вопрос о допустимости проскинеза по отношению к иконам (поклонение и целование икон) был поднят в VIII веке в период иконоборчества. Противники проскинеза иконам ссылались на вторую заповедь Моисеева закона: "Не делай себе кумира и никакого подобия того, что на небесах выше, или на земле ниже, или в воде под землею; не поклоняйся им (προσκυνήσεις) и не служи им (λατρεύσῃς). Ибо Я, Бог твой, Бог ревнивый". Одним из защитников проскинеза иконам был Иоанн Дамаскин. В защиту икон он написал "Три трактата о божественных изображениях", в которых описал различные виды проскинеза. Первый вид – это проскинез латреи (λατρεία), которую люди воздают Богу, Который один по природе своей достоин поклонения. Иоанн считал, что только этот вид проскинеза, связанный с латреей, был запрещен Богом. Другие виды проскинеза – проскинез, совершаемый по отношению к святым и их изображениям (иконам) – разрешены Богом. В христианской теологии проскинез обозначает простое почитание, которое также дозволено святым, иконам и т.д., в отличие от латреи (поклонения), которое причитается лишь Троице. "Приветствие и почётное проскинезис" ("ἀσπασμόν καί τιμητικήν προσκύνησιν") для икон было установлено Вторым Никейским Собором (Седьмым Вселенским Собором) в 787 году. Различные авторы по-разному переводят греческое слово "προσκύνησις" из христианских текстов на английский язык: adoration, worship, veneration, bow, reverence.

The verb προσκυνέω (proskyneo) is often used in the Septuagint and New Testament for the worship of pagan gods or the worship of the God of Israel. In addition, this word in some cases was used for the worship of angels. As with the Greeks five centuries earlier, the practice was shocking but prevailed. With the conversion of Constantine to Christianity, it became part of an elaborate ritual, making the emperor "vice regent of God on earth." The question of the admissibility of proskynesis in relation to icons (bowing and kissing to icons) was raised in the 8th century during the period of iconoclasm. Opponents of proskynesis in relation to the icons referred to the second commandment of the Law of Moses:

"You shall not make for yourself a carved image any likeness of anything that is in heaven above, or that is in the earth beneath, or that is in the water under the earth; you shall not bow down (προσκυνήσεις) to them nor serve (λατρεύσῃς) them. For I, the your God, am a jealous God." One defender of proskynesis in relation to icons was John of Damascus. He wrote Three Treatises on the Divine Images in defense of the icons, in which he described several kinds of proskynesis. The first kind is the proskynesis of latreia (λατρεία), which people give to God, who alone is adorable by nature. John believed that only the first kind of proskynesis associated with latreia was forbidden by God. Other kinds of proskynesis: proskynesis performed in relation to saints and images of them (icons) are permitted by God. In Christian theology, proskynesis denotes that simple veneration which is also permitted to saints, icons, etc., as opposed to Latreia (worship), which is due only to triune God. "Greetings and respected proskynesis" ("ἀσπασμόν καί τιμητικήν προσκύνησιν"; ) for icons was established by the Second Council of Nicaea (Seventh Ecumenical Council) in 787. Different authors translate the Greek word "προσκύνησις" from Christian texts into English differently: adoration, worship, veneration, bow, reverence.

Мормонская церковь

В Церкви Иисуса Христа Святых последних дней проскинезис встречается в ряде рассказов в Книге Мормона.