Конституционный совет Франции

Введение

Национальный конституционный орган Французской Республики

Конституционный совет (; kɔ̃sɛj kɔ̃stitysjɔˈnɛl) является высшим органом конституционного контроля во Франции. Он был учрежден Конституцией Пятой Республики 4 октября 1958 года для обеспечения соблюдения конституционных принципов и норм. Он располагается в Королевском дворце в Париже. Основной функцией Совета является проверка соответствия предлагаемых законов Конституции после их принятия парламентом и до подписания их Президентом Республики (априорный контроль), или законов, принятых правительством в форме декрета, обладающего статусом закона в различных сферах, право на что делегировано правительству парламентом. С 1 марта 2010 года отдельные граждане, участвующие в судебном процессе или иске, получили возможность обратиться в Совет с запросом о проверке конституционности закона, примененного в их деле (a posteriori review). В 1971 году Совет постановил, что соответствие Конституции также подразумевает соответствие двум другим документам, упомянутым в преамбуле Конституции: Декларации прав человека и гражданина и преамбуле конституции Четвертой Республики, в которых перечислены основные конституционные права. Члены Совета в средствах массовой информации и общественности, а также в собственных документах Совета, именуются "les sages" ("мудрецы"). Юрист Артур Дьевр отмечает, что это "склоняет к тому, чтобы те, кто осмеливается их критиковать, казались неразумными". С 2016 года пост Президента Конституционного совета (Président du Conseil constitutionnel) занимает Лоран Фабиус, назначенный на эту должность Президентом Франсуа Олландом.

История и эволюция

В то время как с XIX века судебный контроль, осуществляемый Конституционным советом в отношении актов исполнительной власти, играет все более значимую роль, политики, формировавшие последовательные французские институты, долгое время неохотно допускали возможность судебного пересмотра законодательства. Аргумент заключался в том, что невыборные судьи не должны иметь права напрямую отменять решения демократически избранного законодательного органа. Это также могло быть обусловлено негативным впечатлением, вызванным политической деятельностью парламентов – судебных органов при монархии старого режима: эти суды часто предпочитали блокировать законодательство, чтобы укрепить привилегии небольшой касты в стране. Считалось, что законодательство является политическим инструментом, и ответственность за его принятие должна лежать на законодательном органе. С 1958 по 1970 год, во время президентства Шарля де Голля, Конституционный совет иногда описывали как «пушку, нацеленную на Парламент», защищающую исполнительную власть от посягательств законов, принятых Парламентом. За исключением одного случая, все обращения в Конституционный совет поступали от премьер-министра против актов Парламента, и Совет во всех случаях соглашался с частичной отменой. Единственное другое обращение поступило от президента Сената Гастона Моннервиля против референдума 1962 года о прямых выборах президента Республики, который поддерживал Шарль де Голль. Совет постановил, что он «некомпетентен» отменять прямое выражение воли французского народа. Однако в 1971 году Совет признал неконституционными (Решение 71-44 DC) некоторые положения закона, изменяющего правила регистрации частных некоммерческих объединений, поскольку они нарушали свободу объединений – один из принципов Декларации прав человека и гражданина 1789 года; они сослались на тот факт, что преамбула французской конституции кратко упоминает эти принципы, чтобы обосновать свое решение. Впервые закон был признан неконституционным не из-за нарушения технических правовых принципов, а из-за нарушения личных свобод граждан. В 1974 году право запрашивать конституционный пересмотр было расширено до 60 членов Национального собрания или 60 сенаторов. Вскоре политическая оппозиция воспользовалась этой возможностью, чтобы потребовать пересмотра всех спорных актов. В январе 2005 года Пьер Мазо, тогдашний президент Конституционного совета, заявил, что Совет будет более строго относиться к языку, не содержащему предписаний, вводимому в законы, иногда известному как «законодательные нейтроны». Вместо того чтобы предписывать или запрещать, как предлагал Порталис, такой язык делает заявления о состоянии мира или выражает пожелания о том, каким он должен быть. Ранее такой язык считался лишенным юридических последствий и, следовательно, безвредным; однако Мазо утверждал, что введение нечеткого языка, лишенного юридических последствий, излишне размывает право. Он осудил использование закона в качестве инструмента политической коммуникации, выражающего расплывчатые пожелания, а не эффективное законодательство. Мазо также отметил, что, учитывая конституционную цель, согласно которой закон должен быть доступным и понятным, закон должен быть точным и ясным, а не содержать деталей или двусмысленных формулировок. Практика включения Парламентом в законы замечаний или пожеланий, не имеющих четких юридических последствий, давно вызывает обеспокоенность французских юристов. По состоянию на 2004 год один из двух законов, включая бюджет, направлялся в Совет по запросу оппозиции. В январе 2005 года тогдашний президент Совета Пьер Мазо публично выразил сожаление по поводу увеличения числа запросов на конституционный пересмотр, мотивированных политическими соображениями, без достаточных юридических аргументов в их поддержку с конституционной точки зрения. 29 декабря 2012 года Совет заявил об отмене верхней ставки подоходного налога в размере 75%, которая должна была быть введена в 2013 году.

While since the 19th century the judicial review that the Constitutional Council brings to bear on the acts of the executive branch has played an increasingly large role, the politicians who have framed the successive French institutions have long been reluctant to have the judiciary review legislation. The argument was that un elected judges should not be able to overrule directly the decisions of the democratically elected legislature. This may also have reflected the poor impression resulting from the political action of the parlements – courts of justice under the ancien régime monarchy: these courts often had chosen to block legislation in order to further the privileges of a small caste in the nation. The idea was that legislation was a political tool, and that the responsibility of legislation should be borne by the legislative body. From 1958 to 1970, under Charles de Gaulle's presidency, the Constitutional Council was sometimes described as a "cannon aimed at Parliament", protecting the executive branch against encroachment by statute law voted by Parliament. All but one referral to the Constitutional Council came from the Prime Minister, against acts of Parliament, and the Council agreed to partial annulments in all cases. The only remaining referral came from the President of the Senate, Gaston Monnerville, against the 1962 referendum on direct election of the President of the Republic, which Charles de Gaulle supported. The Council ruled that it was "incompetent" to cancel the direct expression of the will of the French people. In 1971, however, the Council ruled unconstitutional (Decision 71 44DC) some provisions of a law changing the rules for the incorporation of private nonprofit associations, because they infringed on freedom of association, one of the principles of the 1789 Declaration of the Rights of Man and of the Citizen; they used the fact that the preamble of the French constitution briefly referred to those principles to justify their decision. For the first time, a statute was declared unconstitutional not because it infringed on technical legal principles, but because it was deemed to infringe on personal freedoms of citizens. In 1974, authority to request a constitutional review was extended to 60 members of the National Assembly or 60 senators. Soon, the political opposition seized that opportunity to request the review of all controversial acts. In January 2005, Pierre Mazeaud, then President of the Constitutional Council, announced that the Council would take a stricter view of language of a non prescriptive character introduced in laws, sometimes known as "legislative neutrons". Instead of prescribing or prohibiting, as advocated by Portalis, such language makes statements about the state of the world, or wishes about what it should be. Previously, such language was considered devoid of juridical effects and thus harmless; but Mazeaud contended that introducing vague language devoid of juridical consequences dilutes law unnecessarily. He denounced the use of law as an instrument of political communication, expressing vague wishes rather than effective legislation. Mazeaud also said that, because of the constitutional objective that law should be accessible and understandable, law should be precise and clear, and devoid of details or equivocal formulas. The practice of the Parliament putting into laws remarks or wishes with no clear legal consequences has been a long standing concern of French jurists. as of 2004, one law out of two, including the budget, was sent to the Council at the request of the opposition. In January 2005, Pierre Mazeaud, then president of the Council, publicly deplored the inflation of the number of constitutional review requests motivated by political concerns, without much legal argumentation to back them on constitutional grounds. On 29 December 2012, the council said it was overturning an upper income tax rate of 75% due to be introduced in 2013.

Противоречия

В 1995 году Ролан Дюма был назначен президентом Совета Франсуа Миттераном. Дюма дважды оказывался в центре крупных споров. Во-первых, его имя фигурировало в сообщениях о скандалах, связанных с нефтяной компанией Elf Aquitaine, в прессе публиковались многочисленные подробности о его любовнице, Кристин Девиерс-Жонкур, и его дорогостоящих предпочтениях в одежде. В этот период Совет вынес ряд весьма спорных заключений по делу, касающемуся Международного уголовного суда, в решении 98–408 DC, установив, что действующий Президент Республики может быть привлечен к уголовной ответственности только Высоким судом справедливости – специальным судом, организованным Парламентом и изначально предназначенным для дел о государственной измене. По сути, это гарантировало, что Жак Ширак не будет подвергнут уголовному преследованию до окончания срока своих полномочий. Это спорное решение утратило силу, поскольку Парламент пересмотрел правила ответственности Президента Республики посредством конституционного закона Франции от 23 июля 2008 года. В 1999 году, в связи со скандалом вокруг компании Elf, Дюма официально ушел в отставку из Совета, а Ив Гена временно исполнял обязанности президента. В 2005 году Совет вновь вызвал споры, когда Валери Жискар д’Эстен и Симона Вейль агитировали за предложенную Европейскую конституцию, которая была вынесена на референдум среди французских избирателей. Симона Вейль участвовала в предвыборной кампании после получения отпуска от Совета. Этот шаг вызвал критику со стороны ряда лиц, в том числе Жана Луи Дебре, президента Национального собрания, который полагал, что запрет для назначенных членов Совета на участие в партийной политике не должен обходиться путем ухода в отпуск на время кампании. Вейль защищала себя, ссылаясь на прецедент, заявив: «Какое ему [Дебре] дело? Он не имеет права меня учить».

Членство

Совет состоит из бывших президентов Республики, которые решили войти в состав Совета (что они не могут делать, если вновь начнут активно участвовать в политике), и девяти других членов, назначаемых на не возобновляемый срок в девять лет, причем треть из них назначается каждые три года: по три – Президентом Республики, Президентом Национального собрания и Президентом Сената. Председатель Конституционного совета избирается Президентом Республики на девятилетний срок. В случае вакансии должности, старейший член Совета становится временно исполняющим обязанности председателя. После конституционной реформы 2008 года назначения в Совет, производимые Президентом Республики, подлежат парламентскому утверждению: соответствующая комиссия Сената и Национального собрания голосует по кандидатуре. Если более трех пятых членов любой из комиссий проголосуют против утверждения кандидата, Президент Республики должен отозвать свою кандидатуру. Кворум составляет семь членов, если иное не предусмотрено особыми обстоятельствами. Решения принимаются большинством голосов присутствующих членов; в случае равенства голосов председатель Совета имеет решающий голос. Для принятия решения о недееспособности Президента Республики требуется большинство голосов членов Совета.

Действующие члены

Члены Конституционного совета приносят присягу Президенту Республики. Бывшие президенты имеют право присутствовать на заседаниях, если изъявят такое желание.

Публикации

Совет создал периодическое издание в 1996 году, начиная с октября 2010 года (№ 29).

Это было сделано в целях улучшения информирования о решениях Совета, особенно после разногласий 1993 года по поводу решения отменить правительственный законопроект о праве на убежище, в ходе которого премьер-министр Эдуард Балладур публично критиковал институт. Решения Совета традиционно включают в себя крайне краткое и формальное юридическое заключение, часто основанное на простых утверждениях, если не на тавтологиях, оставляя его обоснование и использование принципов и прецедентов открытыми для интерпретации. До 1996 года генеральные секретари иногда публиковали статьи в юридических журналах для разъяснения намерений Совета. Начиная с 1996 года, раздел «Решения и документы Конституционного Совета» включал анализ последних решений, официально названных «комментариями» с ноября 2008 года. Комментарии стали объемными, широко читаемыми и используемыми юридическим сообществом и средствами массовой информации. Они составляются юридическим отделом и генеральным секретарем Совета и не имеют подписи; они не утверждаются самим Советом, хотя отдел и генеральный секретарь оказывают основную помощь в юридических исследованиях для его решений. Они не имеют юридической силы, хотя все чаще упоминаются в аргументах, представляемых Совету, и иногда в нижестоящих судах. Целью издания, как резюмировал его тогдашний редактор, было также «выразить политику диалога Конституционного Совета с научным сообществом, а также с иностранными судами». Каждый выпуск включал специальную статью, а также статью об иностранном конституционном суде, написанную учеными-юристами и исследователями. С момента отдельной публикации комментариев в 2010 году издание стало более четко определено как юридический журнал, после чего оно стало [название журнала]. Оно издавалось до апреля 2018 года, выпуская от двух до четырех номеров в год как в печатном, так и в онлайн-формате. В сентябре 2018 года его сменило [новое название журнала], названное в честь VII раздела Конституции, который учреждает Совет. Публикация осуществляется исключительно в цифровом формате на веб-сайте Совета и на портале Cairn.info. Два номера публикуются ежегодно, весной и осенью. Совет публикует ежегодные отчеты с 2016 года на французском и английском языках.

This was done in view of a better communication over the council's decisions, especially following the 1993 controversy over the decision to strike down a government bill on the right of asylum, during which Prime Minister Édouard Balladur had publicly attacked the institution. Decisions of the council traditionally include an extremely short and purely formal judicial opinion, often relying of plain statements if not tautologies, leaving its rationale and its use of principles and precedents open to interpretation. Before 1996, secretaries general occasionally contributed articles in law reviews in order to clarify the council's intents. Starting in 1996, the "Decisions and Documents of the Constitutional Council" section included analyses of recent decisions, formally called "commentaries" from November 2008. Commentaries became extensive, widely read and used by the legal community and the media. They are written by the council's Legal Office and secretary general, and unsigned; they are not approved by the council itself, although the office and secretary general assist with the bulk of the legal research for its decisions. They do not have the force of law, although they are increasingly mentioned in arguments before the council, and occasionally in lower courts. They are however still commonly referred to as the " commentaries"
The purpose of the , as summed up by its then editor, was also to "express the policy of dialogue of the Constitutional Council with academia as well as with foreign courts". Each issue included a special feature, as well as an article on a foreign constitutional court, authored by legal scholars and researchers. With the separate publication of commentaries from 2010, it was more clearly turned into a law journal, upon which it became the It ran until April 2018, with two to four issues every year, published both in print and online. In September 2018, it was succeeded by , named after title VII of the Constitution, which establishes the council. Publication is exclusively digital, on the council's website and on the Cairn. info portal. Two issues are published every year, in the spring and autumn. The Council has released annual reports since 2016, in French and English.

Местоположение

Совет заседает в Королевском дворце (в котором также располагается Министерство культуры) в Париже, рядом с Государственным советом.

Статьи

Майкл Х. Дэвис, Различие между правом и политикой, французский Conseil Constitutionnel и Верховный суд США, Американский журнал сравнительного права, том 34, № 1 (Зима, 1986), стр. 45–92
Ф. Л. Мортон, Судебный пересмотр во Франции: сравнительный анализ, Американский журнал сравнительного права, том 36, № 1 (Зима, 1988), стр. 89–110
Джеймс Бердсли, Конституционный контроль во Франции, Обзор Верховного суда, том 1975, (1975), стр. 189–259