Британское преступное дуэт: Эдит Томпсон и Фредерик Байуотерс

Введение

Британская преступная пара

Эдит Джесси Томпсон (25 декабря 1893 года – 9 января 1923 года) и Фредерик Эдвард Фрэнсис Байуотерс (27 июня 1902 года – 9 января 1923 года) были британской парой, казненной за убийство мужа Томпсон, Перси. Их дело получило широкую огласку.

Ранние годы

Эдит Томпсон родилась Эдит Джесси Грейдон 25 декабря 1893 года по адресу 97 Норфолк-роуд в Далстоне, Лондон, и была первой из пяти детей Уильяма Юстаса Грейдона (1867–1941), клерка Имперской табачной компании, и его жены Этель Джесси Грейдон (урождённой Лайлс) (1872–1938), дочери полицейского констебля. В детстве Эдит была счастливой и талантливой девочкой, преуспевавшей в танцах и актёрском мастерстве, отличалась успехами в учёбе и имела природные способности к арифметике. После окончания школы в 1909 году она устроилась в фирму по производству одежды Louis London, расположенную недалеко от станции Aldgate в Лондоне. Затем, в 1911 году, она работала в Carlton & Prior, оптовых шляпниках, в Барбикане, а позже в Альдерсгейте. Эдит быстро приобрела репутацию стильной и умной женщины и неоднократно получала повышение, пока не стала главным закупщиком и не начала регулярно ездить в Париж от имени компании. В 1909 году, в возрасте 15 лет, Эдит познакомилась с Перси Томпсоном, который был старше её на три года. После шестилетней помолвки они поженились 15 января 1916 года в церкви Святого Варнавы в Манор-парке. Поначалу супруги жили на Ретрит-роуд в Уэстклифф-он-Си, а в июле 1920 года приобрели дом по адресу 41 Kensington Gardens в тогдашнем модном лондонском пригороде Илфорд. Благодаря успешной карьере обоих супругов, они жили обеспеченной жизнью.

Знакомство с прибрежными водами

В 1920 году пара познакомилась с 18-летним Фредериком Байуотерсом, хотя Байуотерс и Эдит Томпсон встретились девять лет назад, когда Байуотерс, в то время девятилетний мальчик, учился в одной школе с младшими братьями Эдит. Недалеко от их дома из-за кустов выскочил человек и напал на Перси. После ожесточенной борьбы, в ходе которой Эдит Томпсон была сбита с ног, Перси был ударен ножом. Получив смертельное ранение, он умер до того, как Эдит успела вызвать помощь. Нападавший скрылся. Соседи позже сообщили, что слышали, как женщина (предположительно Эдит) истерично кричала и несколько раз повторяла: «О, нет, о, нет». Когда прибыла полиция, Эдит была не в состоянии прийти в себя. На следующий день в полицейском участке она была в подавленном состоянии. Она не знала, что Байуотерс уже является подозреваемым: его арестовали тем же вечером и доставили в полицейский участок Ильфорда. Полиция столкнула ее с Байуотерсом. Один из инспекторов, Фрэнк Холл, ложно сообщил ей, что Байуотерс уже дал признательные показания. Тогда она призналась полиции, что знает, кто совершил нападение, и предоставила детали своих отношений с Байуотерсом. Обвинение от имени короны вел генеральный прокурор сэр Томас Инскип при содействии Траверса Хамфриса. Байуотерс полностью сотрудничал со следствием. Он привел полицию к орудию убийства, которое спрятал после совершения преступления, и последовательно утверждал, что действовал без ведома Эдит. Любовные письма Эдит Томпсон были представлены в качестве доказательства подстрекательства к убийству. Сохранившиеся письма датируются ноябрем 1921 года и концом сентября 1922 года. В них содержится более 55 000 слов и подробно описывается ее повседневная жизнь в Лондоне, когда ее возлюбленный Байуотерс был в море. В нескольких отрывках этих писем она пишет о своем желании освободиться от мужа, Перси. Она упоминает о том, что разбивала стеклянные лампочки на осколки и подмешивала их в картофельное пюре, которым кормила Перси, а также о том, что однажды дала ему яд. Она пишет о женщине, которая потеряла трех мужей, и замечает: «Я даже одного не могу потерять». Томпсон описала, как она самостоятельно сделала аборт после того, как забеременела от Байуотерса. Адвокат Эдит Томпсон настоятельно рекомендовал ей не давать показания, подчеркнув, что бремя доказывания лежит на обвинении и что они не смогут доказать ничего, кроме ее присутствия на месте преступления, но она отклонила его совет. Она была полна решимости дать показания, надеясь спасти Байуотерса. Как позже заметил Кертис Беннет, она не осознавала опасности, в которой находится. Она произвела плохое впечатление на судью и присяжных, особенно когда неоднократно противоречила сама себе. Она утверждала, что никогда не пыталась отравить своего мужа, а упоминания об этом в ее письмах были лишь попытками произвести впечатление на своего любовника. На несколько вопросов о значении некоторых отрывков из ее писем она просто отвечала: «Я не знаю». Байуотерс заявил, что Эдит Томпсон ничего не знала о его планах и не могла знать, поскольку он не собирался убивать ее мужа. Его целью было лишь противостоять Перси и заставить его решить проблему. Когда Перси пригрозил застрелить его и повел себя надменно, Байуотерс потерял контроль над собой. Эдит Томпсон, как он неоднократно утверждал, не давала ему никаких указаний убить Перси и не знала о его намерении противостоять ему. Обсуждая письма, Байуотерс заявил, что никогда не верил, что Эдит пыталась навредить своему мужу, но считал, что у нее богатое воображение, которое подпитывалось романами, которые она любила читать. Ему казалось, что в своих письмах она представляла себя одной из героинь прочитанных ею книг. За исключением Рут Эллис, останки женщин, казненных в Холлоуэй (Эдит Томпсон, Стиллоу Кристофи, Амелия Сак и Энни Уолтерс) были перезахоронены в общей могиле на кладбище Бруквуд в Суррее. Новая могила (на участке 117) оставалась без надгробия более 20 лет. В 1980-х годах ее приобрели Рене Вайс и Одри Рассел, которые в 1970-х годах подробно опросили Эвис Грейдон (сестру Эдит Томпсон). 13 ноября 1993 года на участке 117 был установлен памятник из серого гранита, посвященный памяти четырех женщин, похороненных там. Могила и участок были официально освящены преподобным Барри Арскоттом из церкви Святого Варнавы, Манор-парк, в которой Эдит Томпсон вышла замуж в январе 1916 года. Имена трех других женщин выгравированы по краям надгробного камня. Точное местонахождение прежней могилы Томпсон на кладбище Бруквуд составляет…

In 1920, the couple became acquainted with 18 year old Frederick Bywaters, although Bywaters and Edith Thompson had met nine years earlier when Bywaters, then aged nine, had been a schoolfriend of Edith's younger brothers. a man jumped out from behind some bushes near their home and attacked Percy. After a violent struggle, during which Edith Thompson was knocked to the ground, Percy was stabbed. Mortally wounded, he died before Edith could summon help. The attacker fled. Neighbours later reported hearing a woman (here assumed to have been Edith) screaming hysterically and shouting "Oh don’t, oh don’t" several times. By the time police arrived Edith had not composed herself. At the police station the following day she was distressed. She was unaware that Bywaters was already a suspect: he was arrested that evening and taken to Ilford Police Station. The police confronted her with Bywaters. One of the inspectors, Frank Hall, untruthfully told her that Bywaters had already confessed. She then admitted to the police that she knew who the assailant was and provided the police with details of her association with Bywaters. The prosecution for the Crown was led by the Solicitor General Sir Thomas Inskip, assisted by Travers Humphreys. Bywaters had cooperated completely. He had led police to the murder weapon he concealed after the murder, and consistently maintained that he had acted without Edith's knowledge. Edith Thompson's love letters were produced as evidence of incitement to murder. The extant letters date from November 1921 to the end of September 1922. They run to over 55,000 words and afford a day to day account of her life in London when her lover Bywaters was at sea. In a few passages of these letters, she writes about her longing to be free of her husband, Percy. She refers to grinding glass light bulbs to shards and feeding them to Percy mixed into mashed potato, and on another occasion feeding him poison. She wrote of a woman who had lost three husbands and remarked, “I can’t even lose one.” Thompson described how she had carried out her own abortion after becoming pregnant by Bywaters. Edith Thompson's counsel urged her not to testify, stressing that the burden of proof lay with the prosecution and that there was nothing they could prove other than that she had been present at the murder, but she rejected his advice. She was determined to give evidence, imagining that she could save Bywaters. As Curtis Bennett later observed, she had no conception of the danger she was in. She made a poor impression on the judge and the jury, particularly when she repeatedly contradicted herself. She had claimed that she had never attempted to poison her husband and references in her letters to attempting to kill him were merely attempts to impress her paramour. In answer to several questions relating to the meaning of some of the passages in her letters, she simply said "I have no idea." Bywaters stated that Edith Thompson had known nothing of his plans, nor could she have, as he had not intended to murder her husband. His aim had been to confront Percy, he claimed, and to force him to deal with the situation. When Percy threatened to shoot him and reacted in a superior manner, Bywaters lost his temper. Edith Thompson, he repeatedly claimed, had made no suggestion to him to kill Percy, nor did she know that Bywaters intended to confront him. In discussing the letters, Bywaters stated that he had never believed Edith had attempted to harm her husband, but that he did believe she had a vivid imagination, which was fuelled by the novels she enjoyed reading. He felt that in her letters she viewed herself in some way as one of the fictional characters she had read about. With the exception of Ruth Ellis, the remains of the women executed at Holloway (Edith Thompson, Styllou Christofi, Amelia Sach and Annie Walters) were reburied in a single grave at Brookwood Cemetery in Surrey. The new grave (in plot 117) remained unmarked for over 20 years. It was acquired in the 1980s by René Weis and Audrey Russell, who had interviewed Avis Graydon (Edith Thompson's surviving sister) at length in the 1970s. On 13 November 1993, a grey granite memorial was placed on plot 117, and dedicated to the memory of the four women buried there. The grave and plot were formally consecrated by the Reverend Barry Arscott of St. Barnabas, Manor Park, the church in which Edith Thompson was married in January 1916. The names of the other three women are inscribed around the edges of the tombstone. The precise location of Thompson's former grave within Brookwood Cemetery is
The remains of Frederick Bywaters still lie in an unmarked grave within the walls of HMP Pentonville, where they were buried shortly after his execution in January 1923. The remains of Percy Thompson are buried at the City of London Cemetery and Crematorium. On 22 November 2018 Edith Thompson's remains were exhumed from Brookwood Cemetery, and two days later formally buried alongside her parents, in accordance with her mother's wishes, in the City of London Cemetery.

Останки Фредерика Байуотерса до сих пор покоятся в безымянной могиле в стенах тюрьмы Пентонвилл, где их похоронили вскоре после его казни в январе 1923 года. Останки Перси Томпсона захоронены на кладбище и крематории Сити-оф-Лондон. 22 ноября 2018 года останки Эдит Томпсон были эксгумированы с кладбища Бруквуд и два дня спустя официально похоронены рядом со своими родителями, в соответствии с желанием ее матери, на кладбище Сити-оф-Лондон.

Заявление о посмертном помиловании Эдит Томпсон

В январе 2023 года сообщалось, что заявление о посмертном помиловании Эдит Томпсон, поданное на основании королевской прерогативы милосердия, будет повторно рассмотрено Министерством юстиции. Заявление, сделанное от имени наследника и душеприказчика Томпсон, Рене Вайса, было первоначально отклонено в 2022 году тогдашним министром юстиции Домиником Раабом. 6 марта 2023 года BBC News сообщила, что государственный секретарь юстиции Доминик Рааб передал заявление Рене Вайса от имени Эдит Томпсон в Комиссию по рассмотрению уголовных дел (CCRC) в связи с "возможностью судебной ошибки". BBC цитирует письмо господина Рааба профессору Вайсу, в котором говорится, что это позволит "провести полное расследование вашего заявления". В статье газеты The Times от 7 марта 2023 года, посвященной передаче дела в CCRC, говорится: "Помилование повешенной женщины становится ближе после 100 лет".