Средневековый обряд духовного родства между людьми одного пола.

Введение

Средневековая христианская церемония объединения двух людей одного пола.

Адельфопоэзис, или адельфопоия (от греческого ἀδελφοποίησις / ἀδελφοποιία, образованного от ἀδελφός, adelphos, и ποιέω, poieō, буквально «создание брата») — это церемония, исторически практиковавшаяся в православной христианской традиции для объединения двух людей одного пола (обычно мужчин) в церковно признанные отношения, аналогичные братству. Подобные церемонии встречаются в истории католической церкви до XIV века и в Восточной православной церкви до начала XX века. Задокументированные в византийских рукописях с IX по XV века, молитвы устанавливали участников как «духовных братьев» и содержали упоминания о святых парах, наиболее известными из которых являются святые Сергий и Вакх, а также святые Косма и Дамиан, прославившиеся своей дружбой. В Англии некоторые исследователи полагают, что адельфопоэзис мог также проводиться между Уильямом Невиллом и Джоном Кланвоу. В конце XX века эта христианская традиция приобрела известность как предмет споров между сторонниками и противниками светской и религиозной легализации однополых отношений.

Адельфопоэзис в христианской традиции

Русский полимат, ученый, священник и мученик Павел Флоренский дал известное описание адельфопоэзиса в своей монументальной книге 1914 года «Столп и основание истины: эссе в православной теодиции в двенадцати письмах», включавшей раннюю библиографию по этой теме. Флоренский описал традиционную христианскую дружбу, выраженную в адельфопоэзисе, как «молекулу общины [а не атомистический индивидуализм], пару друзей, которая является принципом действия здесь, подобно тому, как семья была такой молекулой для языческой общины», отражая слова Христа о том, что «где двое или более собраны во имя Мое, там Я посреди них». Флоренский в своем богословском толковании обряда описал сочетание христианской агапэ, филии и эроса в адельфопоэзисе. Он определяет эрос как «чувственную, страстную любовь», сторге – как «любовь к родным и близким», агапэ – как «любовь-оценку, уважение», а филию – как «любовь-приятие, личное понимание, дружелюбие». Если бы пришлось выбрать одно из этих слов, то, по его словам, «наиболее подходящим здесь будет филеин с его производными», такими как филия («дружба») и филос («друг»). Внутри Церкви Флоренский утверждает, что такие филические отношения «расцветают в сакраментальном адельфопоэзисе [sic] и совместном причастии Святой Евхаристии, и питаются этим причастием для совместного аскезиса, терпения и мученичества». Подобное призвание к со-мученичеству содержится в православном обряде брака, который включает молитву мученикам, получившим свои венцы, но различные существующие обряды адельфопоэзиса, хотя в некоторых аспектах и напоминают обряд брака, не содержат коронования, как это происходит в православном обряде бракосочетания. Скорее, ритуальным актом, помимо причащения в Евхаристии, который обычно символизировал адельфопоэтические отношения в России, Греции и других православных странах, был обмен крестами, освященными при крещении (обычно носимыми на протяжении всей жизни). Этот обмен обычно происходил не публично, а в частной беседе между вступающими в эти филические отношения. Такой частный обмен изображен между Парфеном и князем в главе 20 «Идиота» Федора Достоевского: «Вы хотите обменяться крестами? Хорошо, Парфен, если это так, я рад, что это сделает нас братьями, знаете ли». Князь снял свой оловянный крест, Парфен – золотой, и обмен состоялся. Парфен молчал. С печальным удивлением князь заметил, что взгляд недоверия, горькая, ироничная улыбка все еще не покинули лицо его новоприобретенного брата. По крайней мере, временами она проявлялась слишком отчетливо. Отношения «Братства по кресту», представленные в «Идиоте» Достоевского, кажутся лишь печальной карикатурой на взаимно обогащающие, верные и близкие отношения, которые Павел Флоренский представлял себе как расцветающие «в сакраментальном адельфопоэзисе» [sic]. Он пишет, что «дружба Давида с Ионафаном также возвышается над уровнем утилитарной дружбы Ветхого Завета и предвосхищает трагическую дружбу Нового». Существуют и альтернативные точки зрения, согласно которым этот обряд использовался в различных целях, например, для заключения постоянных соглашений между лидерами государств или между религиозными братьями. Он заменял «братство крови», которое в то время было запрещено церковью. Другие, такие как Брент Шоу, также утверждали, что эти союзы были скорее похожи на «братство крови» и не имели сексуального подтекста. Однако, прямо противореча эротизирующим интерпретациям ритуала, является Книга Канонического права Восточной Православной Церкви, Педалион, которая, как сообщает историк Франко Мормандо, «признает часто эротический характер отношений, ритуализированных в церемонии «братства по усыновлению» или «братства в браке»: запрещая церемонию (в главе о браке), Педалион утверждает, что брачное братство «лишь предоставляет возможность некоторым людям удовлетворять свои плотские желания и наслаждаться чувственными удовольствиями, как показали многочисленные примеры реального опыта в разное время и в разных местах».

The Russian polymath scholar, priest, and martyr Pavel Florensky offered a famous description of adelphopoiesis in his monumental 1914 book The Pillar and the Ground of The Truth: An Essay in Orthodox Theodicy in Twelve Letters, which included an early bibliography on the topic. Florensky described traditional Christian friendship, expressed in adelphopoiesis, as "a community molecule [rather than an atomistic individualism], a pair of friends, which is the principle of actions here, just as the family was this kind of molecule for the pagan community," reflecting Christ's words that "wherever two or more of you are gathered in my name, there am I in the midst of thee." Florensky in his theological exegesis of the rite described an overlap of Christian agapic, philic, and erotic love in adelphopoiesis. He defines erōs as "sensuous, passionate love," storgē as "love of kith and kin," agapē as "love of valuation, respect," and philia as "love of inward acceptance, personal insight, friendliness." Were we to choose but one of these words, he says that "the most suitable word here is philein with its derivatives," such as philia ("friendship") and philos ("friend"). Within the Church, Florensky says that such philic relationships "blossom in sacramental adelphopoeisis [sic] and the co partaking of the Holy Eucharist, and are nourished by this partaking for co ascesis, co patience, and co martyrdom." A similar vocation to co martyrdom is entailed in the Orthodox rite of marriage, which contains an invocation to the martyrs, who have received their crowns, but the various extant rites of Adelphopoiesis, though in some respects resembling the marriage rite, do not appear to contain any crowning such as takes place in the Orthodox rite of matrimony. Rather the ritual act, apart from co communing in the Eucharist, that has commonly symbolized the adelphopoietic relationship in Russia, Greece, and other Orthodox countries has been an exchange of baptismal crosses (usually worn throughout life). This exchange has commonly taken place, not in public, but in a private encounter between those entering this philic relationship. Such a private exchange is depicted between Parfen and the prince in chapter 20 of Fyodor Dostoevsky's The Idiot:"You wish to exchange crosses? Very well, Parfen, if that's the case, I'm glad enough that makes us brothers, you know." The prince took off his tin cross, Parfen his gold one, and the exchange was made. Parfen was silent. With sad surprise the prince observed that the look of distrust, the bitter, ironical smile, had still not altogether left his newly adopted brother's face. At moments, at all events, it showed itself but too plainly. The relationship of "Cross Brotherhood" appearing here in Dostoevsky's The Idiot seems but a sad mockery of the mutually edifying, faithful, intimate relationship envisioned by Pavel Florensky as blossoming "in sacramental adelphopoeisis" [sic]. He writes that David's "friendship with Jonathan also rises above the level of the utilitarian friendship of the Old Testament and anticipates the tragic friendship of the New." Alternative views are that this rite was used in many ways, such as the formation of permanent pacts between leaders of nations or between religious brothers. This was a replacement for "blood brotherhood" which was forbidden by the church at the time. Others such as Brent Shaw have maintained also that these unions were more akin to "blood brotherhood" and had no sexual connotation. Yet, explicitly contradicting the eros excluding interpretations of the ritual is the Eastern Orthodox Church's own Book of Canon Law, the Pedalion, which, as reported by historian Franco Mormando, "acknowledges the frequently erotic nature of the relationship ritualized in the 'brotherhood by adoption' or 'wedbrotherhood' ceremony: in prohibiting the ceremony (in its chapter on marriage), the Pedalion states that wedbrotherhood 'merely affords matter for some persons to fulfill their carnal desires and to enjoy sensual pleasures, as countless examples of actual experience have shown at various times and in various places '"

Ритуалы для «адельфопоэзиса» содержатся в византийских рукописях, датируемых IX–XV веками.

"Объединение однополых" или "создание братьев"

Ритуал получил широкое распространение на Западе после того, как историк Йельского университета Джон Босуэлл в своей книге «Однополые союзы в досовременной Европе», также опубликованной под названием «Брак по подобию», утверждал, что эта практика заключалась в объединении двух людей в союз, подобный брачному. Его теория вызвала споры среди других академических экспертов в этой области, в частности, историка Клаудии Рапп в специальном выпуске католического научного журнала Traditio (том 52) в 1997 году, а также византийского историка литургии Стефано Паренти, который выявил причины проблем в анализе рукописей, проведённом Босуэллом. Работа Босуэлла также подверглась критике со стороны религиозного сообщества, непосредственно происходящего от участников первоначальной практики – Греческой православной церкви, которая расценила его труд как современное американское культурное присвоение своей традиции и переводит адельфопоэзис как «братосоздание», подразумевающее целомудренную дружбу. «Создание братьев» – еще один возможный перевод этого термина. Хотя многие ученые критиковали выводы Босуэлла, некоторые с ними соглашались, в том числе либеральные американские епископальные ученые Робин Скроггс и Уильям Л. Кантриман. Босуэлл представил тексты и переводы ряда версий церемонии «братосоздания» на греческом языке, а также переводы ряда славянских версий (Братотвориние или Побратимство), хотя Рапп и другие ставили под сомнение точность его переводов. Сам Босуэлл отрицал, что адельфопоэзис следует правильно переводить как «гомосексуальный брак», но утверждал, что «создание братьев» или «братосоздание» является «анахронически буквальным» переводом и предложил «однополый союз» в качестве предпочтительного варианта. Предпочтение Босуэлла вызвало возражения у восточных православных канонистов, а также у таких ученых, как Рапп, которые утверждали, что оно основано на анахронически современной светской эпистемологии и антропологии, отличной от традиционного христианства. Босуэлл предположил возможную параллель с современными представлениями о сексуальной идентичности, хотя обряды адельфопоэзиса явно подчеркивали духовную природу союза в досовременных христианских терминах. Некоторые более поздние исследования изучали утверждение Босуэлла с этнографической точки зрения. Ник Йович-Сас в своей работе «Традиция гомофобии: реакция на однополые отношения в сербском православии с XIX века до наших дней» подчеркивает ярко выраженные сексуальные и романтические аспекты Побратимства, зафиксированные в Сербии в XIX и начале XX веков. Анализируя работы антропологов и этнографов, таких как Мэри Эдит Дурхам, Пол Нэкке, Динко Томашич и Тих Р. Грегорович, Йович-Сас утверждает, что братские союзы не были просто платоническими или политическими, как учит Сербская православная церковь. Он также обращает внимание на последствия культурного позора, пришедшего из Западной Европы, для сербского общества, что привело к подавлению и культурной амнезии в отношении реальной практики и воплощения Побратимства в прошлых однополых отношениях.

The ritual gained popular attention in the West, however, after Yale historian John Boswell in his book Same sex unions in pre modern Europe, also published as The marriage of likeness, argued that the practice was to unite two persons in a marriage like union. His theory was disputed by other academic experts on the issue, notably historian Claudia Rapp in a special issue of the Catholic scholarly journal Traditio (vol. 52) in 1997, as well as Byzantine liturgical historian Stefano Parenti, who identified the origins of problems in Boswell's manuscript analysis. Boswell's work also was disputed by the religious community today descended most directly from that involved in the original practice, the Greek Orthodox Church, which regarded his work as a modern American cultural appropriation of its tradition, and translates adelphopoiesis as "fraternization," involving a chaste friendship. A similar translation of the term is "brother making". While many scholars criticized Boswell's findings, some agreed with him, including liberal American Episcopalian scholars Robin Scroggs and William L. Countryman. Boswell gave text and translation for a number of versions of the "fraternization" ceremony in Greek, and translation for a number of Slavonic versions (Bratotvorenie or Pobratimstvo), although Rapp and others disputed the accuracy of his translations. Boswell himself denied that adelphopoiesis should be properly translated as "homosexual marriage," but he argued that "brother making" or "making of brothers" was an "anachronistically literal" translation and proposed "same sex union" as the preferable rendering. Boswell's preference was problematic to Eastern Orthodox canonists, as well as scholars such as Rapp, who argued that it involved an anachronistically modern secular epistemology and anthropology, different from traditional Christianity. Boswell suggested a potential parallel to modern constructions of sexual identity, although the rites for adelphopoiesis explicitly highlighted the spiritual nature of the union in premodern Christian terms. Some more recent scholarship has investigated Boswell's claim along ethnographic lines. Nik Jovčić Sas in his piece "The Tradition of Homophobia: Responses to Same Sex relationships in Serbian Orthodoxy from the nineteenth century to the present day" highlights the distinctly sexual and romantic qualities of Pobratimstvo recorded in Serbia from the 19th and early 20th centuries. Looking at the work of anthropologists and ethnographers such as Mary Edith Durham, Paul Näcke, Dinko Tomašić and Tih R. Gregorovitch Jovčić Sas argues that brotherhood unions were not simply platonic or political unions, as taught by the Serbian Orthodox Church. He also draws attention to the effects of Western European cultural shaming upon Serbian society a shame resulting in suppression and cultural amnesia regarding the actual praxis and embodiment of Pobratimstvo in earlier same sex relationships.

Критики Бозуэлла

Халсалл (1996) представил подробный список дискуссий (включая рецензии сторонников и критиков) касательно работ Босуэлла. Ниже представлены выдержки из работ наиболее заметных из этих критиков.