Введение
В лингвистической типологии активно-стативное выравнивание (также разделенное нетранзитивное выравнивание или семантическое выравнивание) является типом морфосинтаксического выравнивания, в котором единственный аргумент ("субъект") нетранзитивного предложения (часто обозначается как S) иногда маркируется тем же образом, что и агент переходного глагола (то есть, как субъект, такой как "я" или "она" в английском языке), а иногда – тем же образом, что и прямой объект (например, "меня" или "её" в английском языке). Языки с активным стативным выравниванием часто называют активными языками. Падеж или согласование нетранзитивного аргумента (S) зависит от семантических или лексических критериев, специфичных для каждого языка. Эти критерии обычно основаны на степени волеизъявления или контроля над действием, выраженным глаголом, со стороны участника. Например, если кто-то споткнулся и упал, язык с активным стативным выравниванием может потребовать сказать эквивалент "упала меня". Фраза "я упал" означала бы, что человек сделал это намеренно, например, упал в боксе. Другой возможностью является сочувствие; например, если собаку человека переехала машина, можно сказать эквивалент "умерла она". Фраза "она умерла" подразумевала бы, что человек не испытывал никаких эмоций. Если основные аргументы переходного предложения обозначаются A (агент переходного глагола) и P (пациент переходного глагола), то активные стативные языки можно описать как языки, которые выравнивают непереходный S как S = P/O ("упала меня") или S = A ("я упал"), в зависимости от вышеописанных критериев. Активные языки противопоставляются аккузативным языкам, таким как английский, которые обычно выравнивают S как S = A, и эргативным языкам, которые обычно выравнивают S как S = P/O.
In linguistic typology, active–stative alignment (also split intransitive alignment or semantic alignment) is a type of morphosyntactic alignment in which the sole argument ("subject") of an intransitive clause (often symbolized as S) is sometimes marked in the same way as an agent of a transitive verb (that is, like a subject such as "I" or "she" in English) but other times in the same way as a direct object (such as "me" or "her" in English). Languages with active–stative alignment are often called active languages. The case or agreement of the intransitive argument (S) depends on semantic or lexical criteria particular to each language. The criteria tend to be based on the degree of volition, or control over the verbal action exercised by the participant. For example, if one tripped and fell, an active–stative language might require one to say the equivalent of "fell me." To say "I fell" would mean that the person had done it on purpose, such as taking a fall in boxing. Another possibility is empathy; for example, if someone's dog were run over by a car, one might say the equivalent of "died her." To say "she died" would imply that the person was not affected emotionally. If the core arguments of a transitive clause are termed A (agent of a transitive verb) and P (patient of a transitive verb), active–stative languages can be described as languages that align intransitive S as S = P/O∗∗ ("fell me") or S = A ("I fell"), depending on the criteria described above. Active–stative languages contrast with accusative languages such as English that generally align S as S = A, and to ergative languages that generally align S as S = P/O.
Типы
Для большинства таких языков падеж нетранзитивного аргумента лексически фиксирован для каждого глагола, независимо от фактической степени волеизъявления подлежащего, но часто соответствует наиболее типичной ситуации. Например, аргумент глагола "плавать" всегда может рассматриваться как субъект при переходном глаголе (подобно агенту), а аргумент глагола "спать" – как прямой объект при переходном глаголе (подобно пациенту). В языке дакота аргументы активных глаголов, таких как "бежать", маркируются как переходные агенсы, как в языках с аккузативным строем, а аргументы неактивных глаголов, таких как "стоять", – как переходные объекты, как в языках с эргативным строем. В таких языках, если подлежащее глагола, например, "бежать" или "глотать", определяется как агентивное, оно всегда будет маркироваться соответствующим образом, даже если действие глотания непроизвольно. Этот подтип иногда называют расщеплённым S.
В других языках маркировка нетранзитивного аргумента определяется говорящим на основе семантических соображений. Для любого конкретного нетранзитивного глагола говорящий может выбрать, маркировать аргумент как агентивный или пассивный. В некоторых из этих языков агентивная маркировка кодирует степень волеизъявления или контроля над действием, при этом пассивная используется как падеж по умолчанию; в других пассивная маркировка кодирует отсутствие волеизъявления или контроля, переживание или иное влияние действия, или сочувствие со стороны говорящего, при этом агентивная используется как падеж по умолчанию. Эти два подтипа (пассивный по умолчанию и агентивный по умолчанию) иногда называют подвижным S.
Терминология
Активные языки – относительно новая область исследований. Активное морфосинтаксическое выравнивание раньше не рассматривалось как самостоятельное явление и в основном трактовалось как интересное отклонение от стандартных альтернатив (номинативно-аккузативное и эргативно-абсолютивное). Кроме того, активных языков немного, и они часто демонстрируют осложнения и особые случаи ("чистое" активное выравнивание – это идеал). Таким образом, используемая терминология достаточно гибкая. Морфосинтаксическое выравнивание активных языков также называют активным/стати́вным выравниванием или семантическим выравниванием. Термины агентивный падеж и пациентивный падеж, использованные выше, иногда заменяются терминами активный и неактивный.
Реконструкция протоязыков
Согласно Кастро Алвесу (2010), для конечных предложений прото-северного же языка можно безопасно реконструировать S-выравнивание с разделением. Предложения с неконечным глаголом, напротив, в этом реконструированном языке, вероятно, имели эргативное выравнивание. Реконструированный пре-индоевропейский язык, который не следует путать с прото-индоевропейским языком, его прямым потомком, демонстрирует множество признаков, известных как коррелирующих с активным выравниванием, таких как различие между одушевлёнными и неодушевлёнными элементами, связанное с разграничением между активными и неактивными, или стативными аргументами глагола. Даже в языках-потомках можно обнаружить следы морфологического разделения между волеизъявительными и неволеизъявительными глаголами, например, в глаголах восприятия и познания, где аргумент принимает косвенный падеж (называемый «странным подлежащим»), остаток которого можно увидеть в среднеанглийском выражении *methinks* или в различии между *see* и *look*, *hear* и *listen*. Другие возможные остатки структуры в языках-потомках индоевропейских включают концептуализацию обладания и широкое использование частиц.