Введение

В философии математики преинтуиционисты представляли собой небольшую, но влиятельную группу, неформально разделявшую схожие взгляды на природу математики. Сам термин был введен Л. Э. Брауэром, который в своих лекциях 1951 года в Кембридже описал различия между интуиционизмом и его предшественниками:

"От совершенно иного направления [по сравнению со "Старой формалистической школой" Дедекинда, Кантора, Пьяно, Зермело и Кутура и др.] была школа преинтуиционистов, главным образом возглавляемая Пуанкаре, Борелем и Лебегом. Эти мыслители, по-видимому, придерживались модифицированной эмпирической точки зрения при введении натуральных чисел и принципа полной индукции [ ]. Для них, даже в отношении теорем, выведенных с помощью классической логики, они постулировали существование и точность, независимые от языка и логики, и считали их непротиворечивость установленной, даже без логического доказательства. Однако, по-видимому, они не стремились найти происхождение континуума, полностью независимое от языка и логики.

Введение натуральных чисел

Прединтуиционисты, как определял Л. Э. Брауэр, отличались от формалистской точки зрения в нескольких аспектах, особенно в отношении введения натуральных чисел, или способов их определения и обозначения. Для Пуанкаре определение математической сущности заключается в самом процессе её построения, а не в выражении какой-либо лежащей в основе сущности или существования. Иными словами, ни один математический объект не существует вне человеческого конструирования, как в сознании, так и в языке.

Аргументы по поводу исключенного среднего

Именно за это утверждение, среди прочего, Понкаре считался близким к интуиционистам. Однако, по мнению Брауэра, предшественники интуиционистов не дошли до той степени, которая требовалась для полного освобождения математики от метафизики, поскольку они по-прежнему использовали principium tertii exclusi ("закон исключённого третьего"). Принцип исключённого третьего действительно приводит к некоторым парадоксальным ситуациям. Например, утверждения о будущем, такие как "Завтра состоится морское сражение", пока нельзя считать ни истинными, ни ложными. Таким образом, возникает вопрос, должны ли утверждения в определенных ситуациях быть обязательно истинными или ложными. Для интуициониста это приравнивает закон исключённого третьего к столь же проблематичному понятию, как и порочный круг Пеано. Но для предшественников интуиционистов это смешение несравнимых вещей. Для них математика была одним – запутанным изобретением человеческого разума, то есть синтетическим, а логика – другим, аналитическим.

Другие преинтуиционисты

Приведенные выше примеры включают лишь работы Пуанкаре, однако Брауэр называл преинтуиционистами и других математиков: Бореля и Лебега. Другие математики, такие как Герман Вейль (который впоследствии разочаровался в интуиционизме, полагая, что он предъявляет излишне строгие требования к математическому прогрессу) и Леопольд Кронекер, также внесли свой вклад, хотя Брауэр и не упоминает их в своей программной речи. Фактически, Кронекер, возможно, наиболее известен среди преинтуиционистов благодаря своей уникальной и часто цитируемой фразе: «Бог создал натуральные числа; всё остальное – творение человека». Кронекер придерживался почти противоположной точки зрения по сравнению с Пуанкаре, веря в натуральные числа, но отрицая закон исключённого третьего. Он был первым математиком, который выразил сомнение в неконструктивных доказательствах существования, утверждающих, что что-то должно существовать, поскольку доказано, что его отсутствие «невозможно».