Храм Науву: Восстановление святыни Церкви Иисуса Христа Святых последних дней.

Введение

Второй храм, построенный Церковью Иисуса Христа Святых последних дней – более новая структура, возведенная на том же месте.

Храм Науву был вторым храмом, построенным Церковью Иисуса Христа Святых последних дней. Первый храм Церкви был завершен в Киртленде, штат Огайо, США, в 1836 году. Когда зимой 1846 года основная часть Церкви была вынуждена покинуть Науву, штат Иллинойс, Церковь попыталась продать здание, что ей и удалось в 1848 году. Здание было повреждено в результате поджога и торнадо, после чего было снесено. В 1937 году Церковь Иисуса Христа Святых последних дней (Церковь СПД) вновь приобрела участок земли, на котором стоял первоначальный храм. В 2000 году Церковь начала строительство храма на первоначальном месте, с внешним видом, являющимся точной копией первого храма, но с внутренним убранством, соответствующим современному храму Святых последних дней. 27 июня 2002 года, в день 158-й годовщины смерти Джозефа и Хайрума Смита, храм был посвящен Церковью Святых последних дней как Храм Науву, штат Иллинойс.

История

После́дние дни святы́х нача́ли подготовку к строи́тельству хра́ма вско́ре после того, как в 1839 году они осно́вали свою штаб-кварти́ру в Науву́, шта́т Иллино́йс. 6 апре́ля 1841 года под руково́дством осно́вателя и прези́дента це́ркви Джо́зефа Сми́та был зало́жен краеуго́льный камень хра́ма; гла́вную речь произнёс Си́дни Ри́гдон. В осно́вании зда́ние было 39 ме́тров в длину́ и 27 ме́тров в ширину́ с ба́шней с часа́ми и флюге́ром, достига́ющим о́бщей высоты́ 50 ме́тров, что на 60% бо́льше разме́ров хра́ма в Киртла́нде. Как и в Киртла́нде, в хра́ме Науву́ бы́ли два зала́ для собра́ний, оди́н на пе́рвом этаже́, а друго́й на второ́м, называ́емые ни́жним и ве́рхним двора́ми. На чердаке́ бы́ли кла́ссы и офи́сы. В отли́чие от Киртла́нда, в хра́ме Науву́ был по́лный подва́л, в кото́ром размеща́лся крести́льный фонт. Поско́льку святы́м пришло́сь поки́нуть Науву́, зда́ние не бы́ло по́лностью завере́но. Подзе́мный этаж с фонто́м был за́вершен, а та́кже зал собра́ний на пе́рвом этаже́ и черда́к. Когда́ э́ти ча́сти зда́ния бы́ли завере́ны, они́ испо́льзовались для соверше́ния обря́дов (подва́л и черда́к) и́ли для богослуже́ний (зал собра́ний на пе́рвом этаже́). Храм Науву́ был спроекти́рован в сти́ле гре́ческого возрожде́ния архите́ктором Уи́льямом Уи́ксом под руково́дством Джо́зефа Сми́та. В диза́йне Уи́кса испо́льзовались отличи́тельные моти́вы Святы́х после́дних дней, включа́я солне́чные камни́, лу́нные камни́ и звёздные камни́. Ча́сто оши́бочно счита́ется, что э́ти камни́ представля́ют три сте́пени сла́вы в концеп́ции после́дней жи́зни, но ка́мни появля́ются в неправи́льном поря́дке. Вместо́ э́того, как объясни́л Уэндл Мейс, бригади́р по строи́тельству хра́ма в Науво́, прое́кт хра́ма был заду́ман как "представле́ние Це́ркви, Неве́сты, жены́ Агнца́". В свя́зи с э́тим Мейс ссыла́ется на слова́ Иоа́нна из Открове́ния 12:1 о "жене́, оде́той в со́лнце, и луна́ под нога́ми её, и на голове́ её ве́нец из две́надцати звёзд". Э́то объясня́ет, почему́ звёздные камни́ нахо́дятся в ве́рхней ча́сти хра́ма ("ве́нец из две́надцати звёзд"), солне́чные камни́ в се́редине ("оде́тая в со́лнце") и лу́нные камни́ в ни́зу ("луна́ под нога́ми её"). Строи́тельство было́ завере́но то́лько наполови́ну после́ смерти́ Джо́зефа Сми́та в 1844 году́. По́сле кризи́са с правопреемство́м, Бри́гам Янг был поддержа́н в каче́стве ли́дера це́ркви бо́льшинством Святы́х после́дних дней в Науво́. В 1845 году́ он призвал святы́х после́дних дней завере́шить строи́тельство хра́ма, да́же когда́ они́ готови́лись поки́нуть го́род, что́бы ча́сть его́ могла́ быть испо́льзована для обря́дов Святы́х после́дних дней, та́ких как креще́ние за ме́ртвых в подвале́. Зимо́й 1845–46 го́дов храм нача́л испо́льзоваться для дополни́тельных обря́дов, включа́я дарова́ние в э́поху Науву́, запеча́тание в бра́ке и усыно́вление. Храм Науву́ был в эксплуата́ции ме́нее трёх ме́сяцев. Бо́льшинство Святы́х после́дних дней покину́ли Науву́, начиная́ с февра́ля 1846 года́, но небольша́я бри́гада остала́сь, что́бы завере́шить пе́рвый этаж хра́ма, что́бы он мог быть официально́ посвящён. По́сле того́ как пе́рвый этаж был за́вершен с кафе́драми и скаме́йками, зда́ние бы́ло оконча́тельно посвяще́но в частны́х слу́жбах 30 апре́ля 1846 года́, а в обще́ственных слу́жбах 1 ма́я. В сентябре́ 1846 года́ оставши́еся Святы́е после́дних дней бы́ли изгна́ны из города́, а боеви́ки из сосе́дних регио́нов, включа́я Карфаге́н, штат Иллино́йс, вошли́ в почти́ пустой го́род и повреди́ли храм. Первонача́льно аге́нты це́ркви пыта́лись сда́ть зда́ние в аре́нду, сперва́ като́лической це́ркви, а зате́м частны́м лица́м. Когда́ э́то не удало́сь, они́ попыта́лись прода́ть храм, требу́я до 200 000 долла́ров, но и э́то то́же не увенча́лось успе́хом. 11 ма́рта 1848 года́ аге́нты це́ркви прода́ли зда́ние Дэ́виду Т. Лебаро́ну за 5000 долла́ров. В конце́-ко́нцов, Нью-Йо́ркское миссионе́рское о́бщество вырази́ло интере́с в аре́нде зда́ния в каче́стве шко́лы, но о́коло полуно́чи 8–9 о́ктября 1848 года́ храм был подо́жжен неизвестным поджига́телем. Жи́тели Науву́ пыта́лись потуши́ть ого́нь, но храм был разру́шен. Джеймс Стрэнг, лиде́р фраќции Странги́тов Святы́х после́дних дней, обвини́л аге́нтов Янга́ в поджо́ге хра́ма. Однако́ обвине́ния Стрэнга́ так и не бы́ли доказа́ны. 2 апре́ля 1849 года́ Лебаро́н прода́л повреждённый храм Этье́ну Кабе́ за 2000 долла́ров. Кабе́, после́дователей кото́рого называ́ли икариа́нами, наде́ялся осно́вать Науву́ как коммунисти́ческую уто́пию.

The Latter Day Saints made preparations to build a temple soon after establishing their headquarters at Nauvoo, Illinois, in 1839. On April 6, 1841, the temple's cornerstone was laid under the direction of Joseph Smith, the church founder and president; Sidney Rigdon gave the principal oration. At its base the building was 128 feet (39 m) long and 88 feet (27 m) wide with a clock tower and weather vane reaching to a total height of 165 feet (50 m)—a 60% increase over the dimensions of the Kirtland Temple. Like Kirtland, the Nauvoo Temple contained two assembly halls, one on the first floor and one on the second, called the lower and upper courts. Both had classrooms and offices in the attic. Unlike Kirtland, the Nauvoo Temple had a full basement which housed a baptismal font. Because the Saints had to abandon Nauvoo, the building was not entirely completed. The basement with its font was finished, as were the first floor assembly hall and the attic. When these parts of the building were completed they were used for performing ordinances (basement and attic) or for worship services (first floor assembly hall). The Nauvoo Temple was designed in the Greek Revival style by architect William Weeks, under the direction of Joseph Smith. Weeks's design made use of distinctively Latter Day Saint motifs, including sunstones, moonstones, and starstones. It is often mistakenly thought that these stones represent the three degrees of glory in the Latter Day Saint conception of the afterlife, but the stones appear in the wrong order. Instead, Wandle Mace, foreman for the framework of the Nauvoo Temple, has explained that the design of the temple was meant to be "a representation of the Church, the Bride, the Lamb's wife". In this regard, Mace references John's statement in Revelation 12:1 concerning the "woman clothed with the sun, and the moon under her feet, and upon her head a crown of twelve stars." This explains why the starstones are at the top of the temple ("crown of twelve stars"), the sunstones in the middle ("clothed with the sun") and the moonstones at the bottom ("moon under her feet"). Construction was only half complete at the death of Joseph Smith in 1844. After a succession crisis, Brigham Young was sustained as the church's leader by the majority of Latter Day Saints in Nauvoo. As mob violence increased during the summer of 1845, he encouraged the Latter Day Saints to complete the temple even as they prepared to abandon the city, so portions of it could be used for Latter Day Saint ordinance, such as baptisms for the dead in the basement font. During the winter of 1845–46, the temple began to be used for additional ordinances, including the Nauvoo era endowment, sealings in marriage, and adoptions. The Nauvoo Temple was in use for less than three months. Most of the Latter Day Saints left Nauvoo, beginning in February 1846, but a small crew remained to finish the temple's first floor, so that it could be formally dedicated. Once the first floor was finished with pulpits and benches, the building was finally dedicated in private services on April 30, 1846, and in public services on 1 May. In September 1846 the remaining Latter Day Saints were driven from the city and vigilantes from the neighboring region, including Carthage, Illinois, entered the near empty city and vandalized the temple. Initially the church's agents tried to lease the structure, first to the Catholic Church, and then to private individuals. When this failed, they attempted to sell the temple, asking up to $200,000, but this effort also met with no success. On March 11, 1848, the LDS Church's agents sold the building to David T. LeBaron, for $5,000. Finally, the New York Home Missionary Society expressed interest in leasing the building as a school, but around midnight on October 8–9, 1848, the temple was set on fire by an unknown arsonist. Nauvoo's residents attempted to put out the fire, but the temple was gutted. James J. Strang, leader of the Strangite faction of Latter Day Saints, accused Young's agents of setting fire to the temple. However, Strang's charges were never proven. On April 2, 1849, LeBaron sold the damaged temple to Étienne Cabet for $2,000. Cabet, whose followers were called Icarians, hoped to establish Nauvoo as a communistic utopia.

Уничтожение

После пожара 9 октября 1848 года остались стоять лишь четыре внешние стены. Кабе и его последователи приступили к разбору завалов и попыткам восстановить внутреннее убранство храма; однако 27 мая 1850 года Науву настиг мощный торнадо, который обрушил одну из стен на восьмерых каменщиков. Один источник утверждал, что буря, казалось, была направлена именно против Храма, разрушая "стены с грохотом, слышимым за много миль". Кабе приказал снести ещё две стены из соображений общественной безопасности, оставив лишь фасад. Икарийцы использовали значительную часть камня из храма для строительства нового школьного здания на юго-западном углу храмовой земли. Однако к 1857 году большинство последователей Кабе покинули Науву, и со временем многие из первоначальных камней храма были использованы при строительстве других зданий по всему округу Хэнкок. В феврале 1865 года городской совет Науву распорядился окончательно снести последнюю сохранившуюся часть храма – одиночный угол фасада. Вскоре после этого все следы храма исчезли, за исключением ручного насоса над колодцем, который обеспечивал водой купель для крещения.

Спустились по лестнице .

Две лестничные клетки были построены из облицованного известняком камня. Одна вела с северо-западного угла, а другая – с юго-западного угла храма. Они не были идеально круглыми, а имели форму, сплющенную с четырех сторон. Лестницы не были симметричными: диаметр составлял шестнадцать футов с востока на запад и семнадцать футов с севера на юг. Это было сделано для обеспечения опорных площадок и других несущих конструкций. Деревянные лестницы обеспечивали доступ ко всем уровням храма – от подвала до чердака – с площадкой на каждом этаже. Ночью их освещали лампами, а днем – естественным светом через окна. На чертеже фасада, выполненном Уильямом Уиксом, окон на уровне подвала у обеих лестничных клеток не показано, и фотодокументы не дают однозначного ответа. Однако младший сын Джозефа Смита, Давид Смит, нарисовал картину поврежденного фасада храма, на которой отчетливо видны полукруглые окна на уровне подвала в северном и южном углах. Лестница в северо-западном углу так и не была достроена. Она была временно укреплена досками, положенными на ступени. Рабочие использовали эту лестницу для доступа к зданию во время строительства, особенно зимой 1845–1846 годов, когда другие использовали вторую лестницу, чтобы подняться на чердак для совершения таинств. Юго-западная лестница была полностью завершена и готова к использованию. Она была оборудована лампами для ночного освещения и, возможно, коврами в районе площадки на чердаке.

Большой зал

Вход в зал собраний на первом этаже, известный как "Большой зал", осуществлялся через две большие двойные двери в восточной части вестибюля. Большой зал занимал все оставшееся пространство этажа к востоку от вестибюля. По обеим сторонам зала располагались семь больших арочных окон, а вдоль восточной стены – четыре аналогичных окна. Сводчатый потолок в центре имел ширину около пятидесяти футов. Пол был из окрашенного дерева, а стены – выкрашены в белый цвет. Сразу за входом, на севере, находились две комнаты. Есть предположение, что изначально эти комнаты использовал Уильям Уикс, поскольку Томас Буллок упоминает их как "комната архитектора". Их окончательное назначение остается неясным.

Кафедральные кафедры

В восточной и западной частях зала были установлены две пары похожих кафедр. Подобные амвонам, использовавшимся в храме Киртленда и повторявшимся в более поздних храмах, они были расположены в четыре уровня, верхние три из которых представляли собой группу из трех полукруглых подставок. Самый нижний уровень занимал стол, который поднимали для проведения таинства причастия. Кафедры на востоке, стоявшие между окнами, были предназначены для Мелхиседекского священства. Соответственно, на каждой кафедре были инициалы, указывающие на должность священнослужителя. На верхних кафедрах было написано П. В. П., что означало «Президент Высшего Священства». На следующем уровне внизу значилось П. С. К. – «Президент Кворумов Семидесяти». Под этим – P. В. К., обозначающее «Президент Кворума Высоких Священников», а на откидном столе была надпись P. С. К., означающая «Президент Кворума Старейшин». Над восточными кафедрами, золотыми буквами вдоль свода потолка, были выгравированы слова: «Господь увидел нашу жертву, идите за нами». Кафедры на западной стороне были предназначены для Аароновского священства. На каждой кафедре также были инициалы, идентифицирующие священнослужителей, занимавших эту подставку. Три верхние кафедры несли инициалы П. А. П., что означало «Президент Аароновского священства». На следующих, более низких кафедрах было П. П. К., обозначающее «Президент Кворума Священников». Далее – П. У. К., означающее «Президент Кворума Учителей», а на столе внизу было написано П. Д. К., обозначающее «Президент Кворума Дьяконов».

Кровать

Подобно храму в Киртленде, зал был оборудован закрытыми скамьями с двумя проходами вдоль всего помещения. Также там были скамьи для музыкального ансамбля и хора. В зале могло разместиться до 3500 человек. Поскольку кафедры располагались на обоих концах зала, скамьи имели откидные спинки, которые можно было поворачивать в любую сторону, в зависимости от того, кто проводил собрание – носители Мелхиседекского священства или Аароновского священства.

Мезонин первого этажа

Доступ к мезонину первого этажа осуществлялся непосредственно с лестничных площадок двух лестниц в западной части здания. Фойе, сопоставимое по размеру с вестибюлем, расположенным ниже, соединяло эти лестничные площадки. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что на этом мезонине располагалось четырнадцать небольших комнат – по семь вдоль каждой стороны северной и южной стен. Каждая комната имела небольшое круглое окно, служившее источником света. Вероятно, эти комнаты так и не были достроены, за исключением, возможно, каких-то перегородок, разделяющих их.

Зал собраний на втором этаже

Зал второго этажа был похож по конструкции на Большой зал, за исключением того, что включал в себя фойе на месте, где планировался вестибюль. Это увеличило длину комнаты на 17 футов. Каменная арка длиной 41 фут (12 м) проходила с севера на юг между круглыми лестничными клетками, поддерживающими массивные балки для башни над ней. Вдоль северной и южной стен было семь больших окон, а вдоль восточной – четыре. Пол должен был иметь аналогичную планировку, как в Большом зале, с двойными амвонами и скамьями, но комната так и не была достроена. Двери так и не были установлены, штукатурка осталась незаконченной, а пол был сделан из грубо обработанной древесины, в отличие от гладких досок «шип-паз» на других этажах. Когда комнату использовали для редких собраний, она обставлялась деревянными скамьями.

Комнаты второго этажа

Второй мезонин был похож на мезонин первого этажа. Доступ к нему осуществлялся по двум лестницам в западной части здания. Не было фойе, соединяющего две лестничные клетки. Предполагается, что мезонин второго этажа также был разделен на четырнадцать небольших комнат – по семь комнат вдоль каждой стороны северной и южной стен здания, под сводчатым потолком второго этажа. Круглые окна в антаблементе здания обеспечивали освещение. Как и в случае с залом собраний на втором этаже, нет свидетельств того, что эти комнаты когда-либо были достроены, за исключением, возможно, перегородок, разделяющих их. В второй комнате от юго-восточного угла находилась лестница, ведущая в комнату выше, предоставляя еще один доступ к чердаку.

Потолок

На верхней площадке двух лестниц, выходящей в фойе, располагался чердак. Чердак был построен не из известняка, а из дерева. Он состоял из двух секций. Западная часть храма представляла собой плоскую крышу, поддерживавшую башню. Остальная часть чердака имела скатную крышу, протянувшуюся вдоль всего храма. Плоская секция была далее разделена на две части: фойе с западной стороны и комплекс помещений с восточной стороны. Когда чердак использовался для совершения таинств, эти помещения служили кладовой, гардеробной и складскими комнатами. Освещение обеспечивали шесть окон вдоль западной стены фойе. Дополнительное освещение поступало через окна, расположенные на северной и южной сторонах. На крыше находились четыре восьмиугольных световых люка, обеспечивающих освещение внутренних помещений, а также двадцатифутовое арочное окно. Уклон крыши не позволял человеку ростом около 180 сантиметров стоять прямо у внешней стены. Вторая комната от юго-восточного угла имела лестницу, ведущую в комнату на нижнем антресольном этаже.

Залы в башнях

На плато чердака возвышается восьмиугольная башня. Башня была разделена на три секции, каждая из которых была доступна по серии лестниц, ведущих с чердака на смотровую площадку вверху. Самая нижняя секция представляла собой колокольню. В колокол звонили по различным случаям. Между смотровой площадкой и колокольней располагалась секция с четырьмя часовыми механизмами.