Введение

"Делай без слов I" – короткая пьеса Сэмюэля Беккета. Это мим, первая работа Беккета в этом жанре (за ней последовал "Делай без слов II"). Как и многие другие произведения Беккета, пьеса была первоначально написана на французском языке (Acte sans paroles I) и переведена на английский язык самим Беккетом. Она была написана в 1956 году по просьбе танцора Дерика Менделя и впервые поставлена 3 апреля 1957 года в Королевском театре в Лондоне. В тот вечер после нее шел спектакль "Конец игры". Оригинальную музыку к постановке написал композитор Джон С. Беккет, двоюродный брат Сэмюэля, который впоследствии сотрудничал с ним над радиопостановкой "Слова и музыка".

Интерпретация

На одном уровне «Деяние без слов I» «кажется поведенческим экспериментом, вписанным в классический миф» о Тантале, стоявшем в бассейне воды, которая отступала каждый раз, когда он наклонялся, чтобы напиться, и под фруктовым деревом, ветви которого поднимались всякий раз, когда он тянулся за плодами. В 1930-х годах Беккет прочитал книгу Вольфганга Кёлера «Психика обезьян» о колонии обезьян на Тенерифе, где проводились эксперименты, в ходе которых обезьяны также складывали кубики друг на друга, чтобы достать банан, что явно отражено в этой пьесе. Тантал был наказан за кражу амброзии и нектара. Неясно, наказывают ли его за какое-либо преступление, кроме самого факта его существования. Ситуация схожа с положением рассказчика в «Изгнанном» Бекета 1955 года, чья история начинается с того, что его выбрасывают из места его обитания («Падение не было серьезным. Даже падая, я услышал, как захлопнулась дверь, что немного утешило меня, поскольку это означало, что они не побежали за мной по улице с палкой, чтобы избить»). – в среду, где он не может существовать, но и не может сбежать. В то время как существование Годо остается неопределенным, здесь существует внешняя сила, «представленная резким, бесчеловечным, лишенным тела свистом» («брошенность»). Хайдеггер, безусловно, использует это выражение метафорически, как и Беккет: человек изгоняется из состояния, подобного утробе, из небытия в бытие. Это не первый раз, когда Беккет использует свет для символизации существования: «Они рожают над могилой, свет вспыхивает на мгновение, а затем снова наступает ночь». Как Беккет сказал Барни Россету, своему давнему американскому издателю, в 1957 году, он – просто «человеческое мясо или кости».

Когда он впервые смотрит на свои руки, это «словно [он] замечает свое тело впервые». Обретя осознание своего Dasein, [он готов] принять присутствие различных Seiendes, как называет существующие объекты Хайдеггер, которые начинают появляться, начиная с дерева. Когда приходят ножницы, мужчина начинает подстригать ногти «не по какой-либо другой причине, кроме внезапной доступности нужного предмета. Ножницы, конечно, могут символизировать любой другой полезный предмет повседневной жизни, например, дом или машину, объекты, «существование» которых чаще всего принимается как должное». Но в этом очевидном, традиционном финале Беккет демонстрирует свое непревзойденное мастерство, поскольку настоящая пьеса начинается с ее завершения. Кульминационный финал мима может означать не жалкое поражение, а сознательный бунт, намеренный отказ человека подчиняться. Лаки наконец восстал против Поццо. Иронично, но главный герой наиболее активен, когда он неподвижен, и его жизнь обретает смысл в конце. В этом отказе, в перерезании пуповины происходит второе рождение, рождение Человека. Это своего рода победа, хотя и пустая.

Беккет в кино

Экранизация пьесы "Акт без слов" была поставлена Карелем Рейзом для проекта "Беккет на экране" в 2001 году, музыка к ней была специально написана Майклом Найменом.