Введение
Поэтический метр, состоящий из шести стоп
Просодия (латинская)
Дактильный гексаметр (также известный как героический гексаметр и метр эпоса) — форма метра или ритмической схемы, часто используемая в древнегреческой и латинской поэзии. Схема гексаметра обычно выглядит следующим образом (– для долгого слога, u для короткого, и uu для позиции, которая может быть длинной или двумя короткими):
| – u u | – u u | – u u | – u u | – u u | – –
Здесь "|" (вертикальная черта) обозначает начало стопы в строке. Таким образом, есть шесть стоп, каждая из которых является либо дактилем (– u u), либо спондеем (– –). Первые четыре стопы могут быть дактилями, спондеями или их сочетанием. Пятая стопа также иногда может быть спондеем, но это редко, поскольку чаще всего это дактиль. Последняя стопа — спондей. Гексаметр традиционно ассоциируется с классической эпической поэзией как на греческом, так и на латинском языках и, следовательно, считался возвышенным стилем западной классической поэзии. Некоторые известные примеры его использования — «Илиада» и «Одиссея» Гомера, «Аргонавтика» Аполлония Родосского, «Энеида» Вергилия, «Метаморфозы» Овидия, «Фарсалия» Лукана (эпос о гражданской войне Цезаря), «Аргонавтика» Валерия Флакка и «Фебада» Стация. Однако гексаметр широко использовался за пределами эпоса. Греческие произведения, написанные гексаметром, включают «Работы и дни» и «Теогония» Гесиода, «Идиллии» Феокрита и «Гимны» Каллимаха. Известные латинские произведения включают философский трактат Лукреция «О природе вещей» (De rerum natura), «Эклоги» и «Георгики» Вергилия, 10-ю книгу руководства Колумеллы по сельскому хозяйству, а также латинские сатирические стихи поэтов Луцилия, Горация, Персия и Ювенала. Гексаметр продолжал использоваться и в христианские времена, например, в Carmen paschale ирландского поэта Седулия V века и в сатире Бернара Клюнийского «О презрении к миру» (De contemptu mundi) XII века, среди многих других. Гексаметры также являются частью элегической поэзии на обоих языках, элегический дистих — это дактилическая гексаметровая строка, сочетающаяся с дактилической пентаметровой строкой. Эта форма стиха использовалась для любовной лирики Пропертием, Тибуллом и Овидием, для писем Овидия из ссылки и для многих эпиграмм Марциала.
Here, "|" (pipe symbol) marks the beginning of a foot in the line. Thus there are six feet, each of which is either a dactyl (– u u) or a spondee (– –). The first four feet can either be dactyls, spondees, or a mix. The fifth foot can also sometimes be a spondee, but this is rare, as it most often is a dactyl. The last foot is a spondee. The hexameter is traditionally associated with classical epic poetry in both Greek and Latin and was consequently considered to be the grand style of Western classical poetry. Some well known examples of its use are Homer's Iliad and Odyssey, Apollonius of Rhodes's Argonautica, Virgil's Aeneid, Ovid's Metamorphoses, Lucan's Pharsalia (an epic on Caesar's civil war), Valerius Flaccus's Argonautica, and Statius's Thebaid. However, hexameters had a wide use outside of epic. Greek works in hexameters include Hesiod's Works and Days and Theogony, Theocritus's Idylls, and Callimachus's hymns. In Latin famous works include Lucretius's philosophical De rerum natura, Virgil's Eclogues and Georgics, book 10 of Columella's manual on agriculture, as well as Latin satirical poems by the poets Lucilius, Horace, Persius, and Juvenal. The hexameter continued to be used in Christian times, for example in the Carmen paschale of the 5th century Irish poet Sedulius and Bernard of Cluny's 12th century satire De contemptu mundi among many others. Hexameters also form part of elegiac poetry in both languages, the elegiac couplet being a dactylic hexameter line paired with a dactylic pentameter line. This form of verse was used for love poetry by Propertius, Tibullus, and Ovid, for Ovid's letters from exile, and for many of the epigrams of Martial.
Силл
Древнегреческая и латинская поэзия состоит из длинных и коротких слогов, расположенных в различных схемах. В греческом языке длинный слог – συλλαβὴ μακρά, а короткий – συλλαβὴ βραχεῖα. В латинском языке термины – syllaba longa и syllaba brevis. Процесс определения, какие слоги длинные, а какие короткие, называется сканированием. Слог считается длинным, если он содержит долгий гласный или дифтонг: Ae nē ās, au rō. Он также считается длинным (с некоторыми исключениями), если за кратким гласным следуют два согласных, даже если они находятся в разных словах: con dunt, et terrīs, tot vol ve re. В этом случае слог, подобный et, считается долгим по позиции. Однако существуют исключения из этих правил. Например, сочетания tr, cr, pr, gr и pl (и другие комбинации согласного с r или l) могут рассматриваться как один согласный, поэтому слово patrem можно произносить либо pa trem с первым слогом кратким, либо pat rem с первым слогом долгим. Кроме того, буква h игнорируется при сканировании, поэтому во фразе et horret слог et остается кратким. qu считается одним согласным, поэтому в слове aqua "вода" первый слог краткий, в отличие от итальянского acqua. В некоторых словах, таких как Iuppiter, Iovem, iam, iussit и iēcit, i является согласным, произносится как английское y, поэтому Iup pi ter имеет три слога, а iē cit "он бросил" – два. Но в Iūlus, имени сына Энея, i – гласный и образует отдельный слог. Tro i us "троянец" имеет три слога, а Tro iae "троянский" – два. В некоторых изданиях латинских текстов согласная v записывается как u, в этом случае u также часто выступает в роли согласной. Это иногда может приводить к неоднозначности; например, в слове uoluit (= vol vit) "он катится" второе u – согласный, а в uoluit (= vo lu it) "он хотел" – гласный.
Элиция
На латыни, когда слово заканчивается гласной или m и за ним следует слово, начинающееся с гласной, последняя гласная обычно выпадает (то есть удаляется или произносится достаточно быстро, чтобы не удлинять слог), например, Iun(ō) aeternum; poss(e) Ītalia; Teucrōr(um) āvertere, iamqu(e) eadem. Кроме того, "h" не учитывается и не препятствует выпадению: monstr(um) (h)orrendum. В греческом языке короткие гласные свободно выпадают, и это выпадение обозначается апострофом, например, во второй строке «Илиады»: ἣ μυρί᾽ Ἀχαιοῖς ἄλγε᾽ ἔθηκε – «которая причинила бесчисленные страдания ахейцам». Однако длинная гласная не выпадает: Πηληϊάδεω Ἀχιλῆος. Эта особенность иногда имитируется в латыни для особого эффекта, например, fēmineō ululātu – «с женским воем» (Aen. 9.477). При выпадении гласной она не учитывается при сканировании; следовательно, для целей сканирования Iu n(o) ae ter num имеет четыре слога.
На латыни
Гекзаметр пришел в латинский язык как адаптация из греческого спустя долгое время после того, как угасла практика исполнения эпических поэм под пение. В результате, свойства этого размера изучались как конкретные правила, а не как естественное следствие музыкального выражения. Кроме того, поскольку в латинском языке в целом больше длинных слогов, чем в греческом, он по природе своей склонен к спондеям. Таким образом, латинский гекзаметр приобрел собственные характеристики.
Стилистические особенности эпического
Некоторые стилистические особенности свойственны эпической гекзаметровой поэзии, особенно поэзии Вергилия.
Зацепление
Гекзаметры часто используют энкавкамент — смысл перетекает из одной строки в другую, без конечной пунктуации, — что способствует созданию длинного, текучего повествования, характерного для эпоса. Предложения также могут завершаться в разных частях строки, например, после первой стопы. В этом классический эпос отличается от средневековой латыни, где строки часто формируются как отдельные единицы, с разрывом смысла в конце каждой из них.
Поэтический словарь
Часто в поэзии обыденные слова заменяются поэтическими, например, unda или lympha для обозначения воды, aequora для моря, puppis для корабля, amnis для реки и так далее. Некоторые обычные латинские слова избегаются, например, audiunt, mīlitēs, hominibus, facilius, mulierēs, familiae, voluptātibus и т. д., просто потому, что их невозможно уместить в гекзаметрический стих.
Жанр темы
Поэмы Гомера, Вергилия и Овидия часто разноображают повествование речами. Хорошо известными примерами являются речь королевы Дидо, проклинающей Энея в 4-й книге «Энеиды», плач нимфы Ютурны, когда она не может спасти своего брата Турна в 12-й книге «Энеиды», и спор между Аяксом и Одиссеем из-за доспехов Ахилла в 13-й книге «Метаморфоз» Овидия. Некоторые речи сами по себе представляют собой повествования, например, когда Эней рассказывает королеве Дидо о падении Трои и своем путешествии в Африку в 2-й и 3-й книгах «Энеиды». К другим стилистическим приемам относятся яркие описания, такие как описание Вергилием бога Харона в 6-й книге «Энеиды» или описание Овидием лабиринта Дедала в 8-й книге «Метаморфоз»; сравнения, например, сравнение Вергилием душ умерших с осенними листьями или стаями перелетных птиц в 6-й книге «Энеиды»; и перечни имен, как, например, когда Овидий называет 36 собак, разорвавших на части своего хозяина Актеона в 3-й книге «Метаморфоз».
На литовском языке
"Времена года" (Metai) Кристийонаса Донелайтиса – знаменитая литовская поэма, написанная количественными дактилическими гексаметрами. В силу особенностей литовского языка, более половины строк поэмы состоят целиком из спондеев, за исключением обязательного дактиля в пятой стопе.