Язык Иисуса Христа: арамейский, иврит и греческий.

Введение

Язык, на котором говорил Иисус

Среди ученых существует общее мнение, что языком Иисуса и его учеников был арамейский. Арамейский был распространенным языком в Иудее в первом веке нашей эры. В деревнях Назарет и Капернаум в Галилее, где Иисус провел большую часть своей жизни, говорили на арамейском языке. Вероятно, Иисус говорил на галилейском диалекте арамейского, который отличался от иерусалимского. Судя по символическому переименованию или прозвищу некоторых из его апостолов, также вероятно, что Иисус и по крайней мере один из его апостолов владели коине – древнегреческим языком – в достаточной степени для общения с теми, для кого иудейский не был родным. Разумно предположить, что Иисус хорошо знал иврит для религиозных целей.

Культурные и языковые особенности

Арамейский язык был общеупотребительным языком Восточного Средиземноморья в период и после существования неоассирийской, нововавилонской и ахеменидской империй (722–330 гг. до н.э.) и оставался распространенным языком в регионе в первом веке нашей эры. Несмотря на возрастающую роль греческого языка, использование арамейского также расширялось, и к 200 году нашей эры он стал доминирующим среди евреев как в Святой Земле, так и за ее пределами на Ближнем Востоке, оставаясь таковым вплоть до арабских завоеваний в седьмом веке.

Свитки Мертвого моря

Согласно археологу Игаэлю Ядину, арамейский язык был языком евреев вплоть до восстания Симона Бар-Кохбы (132–135 гг. н.э.). Ядин заметил переход от арамейского к ивриту в документах, которые он изучал, и которые были написаны во время восстания Бар-Кохбы. В своей книге «Бар-Кохба: Возрождение легендарного героя последнего еврейского восстания против Имперского Рима» Игаэль Ядин отмечает: «Интересно, что более ранние документы написаны на арамейском языке, а более поздние – на иврите. Вероятно, это изменение произошло по особому указу Бар-Кохбы, стремившегося восстановить иврит в качестве государственного языка». В другой книге Сигалит Бен-Цион приводит слова Ядина: «Похоже, что это изменение произошло в результате приказа Бар-Кохбы, который хотел возродить еврейский язык и сделать его государственным языком». Ядин указывает, что арамейский язык в то время был лингва франка.

Арамейские выражения в греческом Новом Завете

В греческом Новом Завете транслитерированы некоторые семитские слова. Когда сам текст ссылается на язык этих семитских глосс, он использует слова, означающие «еврейский» (Деяния 21:40; 22:2; 26:14: têi hebraḯdi dialéktōi), но этот термин часто применяется и к явно арамейским словам и фразам; по этой причине в современных переводах он часто интерпретируется как «арамейский язык, на котором говорили евреи». Небольшое меньшинство ученых полагает, что большая часть или весь Новый Завет изначально был написан на арамейском языке. Эта теория известна как первенство арамейского языка.

Раббуни (Ραββουνί)

Иисус говорит ей: "Мария". Она обратилась к Нему и сказала: "Раввони, что значит: "Учитель". Также в Марка 10:51. Еврейская форма "рабби" используется как титул Иисуса в Матфея 26:25,49; Марка 9:5, 11:21, 14:45; Иоанна 1:38, 1:49, 4:31, 6:25, 9:2, 11:8. На арамейском это было бы רבוני.

Эли, Эли, лема сабахтани (λί, λί, λεμὰ σαβαχθανί)

Эта фраза, одно из семи слов Иисуса на кресте, приведена в двух версиях: в Евангелии от Матфея она транслитерируется на греческом языке как Ἠλί, Ἠλί, λεμὰ σαβαχθανί; в Евангелии от Марка она приведена как Ἐλωΐ, Ἐλωΐ, λαμὰ σαβαχθανί. Отличия между ними заключаются в использовании в Марке слова elōi вместо ēli и слова lama вместо lema. В целом, обе версии можно считать арамейскими, а не еврейскими, из-за глагола שבק (šbq) «покинуть», который существует только в арамейском языке. Библейский еврейский аналог этого слова, עזב (‘zb), встречается во второй строке Псалма 22 Ветхого Завета, который, по-видимому, цитируется в этом высказывании. Таким образом, Иисус цитирует не каноническую еврейскую версию (ēlī ēlī lāmā ‘azabtānī), произнесенную самим царем Давидом, а скорее версию из арамейского Таргума (перевода Библии). В сохранившихся арамейских Таргумах в переводах Псалма 22 используется глагол šbq. Слово, употребленное в Евангелии от Марка для обозначения «моего Бога», Ἐλωΐ, соответствует арамейской форме אלהי, elāhī. Форма Ἠλί, использованная в Матфее, лучше соответствует אלי из оригинального еврейского Псалма, как отмечалось в литературе; однако она также может быть арамейской, поскольку эта форма также широко засвидетельствована в арамейском языке. В следующем стихе, в обоих повествованиях, некоторые, слыша крик Иисуса, полагают, что Он взывает о помощи к Илии (Ēlīyā на арамейском языке). Почти все древнегреческие рукописи демонстрируют признаки попытки привести в соответствие две несколько различающиеся версии слов Иисуса, представленные в Марке и Матфее. Например, в особом Кодексе Безы обе версии переданы как ηλι ηλι λαμα ζαφθανι (ēli ēli lama zaphthani). Александрийская, Западная и Кесарийская текстовые семьи отражают гармонизацию текстов между Матфеем и Марком. Только византийская текстовая традиция сохраняет различие. Арамейская словоформа šəḇaqtanī основана на глаголе šǝḇaq/šāḇaq, «позволять, разрешать, прощать и оставлять», с окончанием совершенного вида t (второе лицо единственного числа: «ты») и объектным суффиксом anī (первое лицо единственного числа: «меня»). Наиболее вероятным вариантом фразы на ее оригинальном арамейском языке, произнесенной Иисусом, было бы «אלי, אלי, למה שבקתני», транслитерированное как Eli, Eli, ləmā šəḇaqtanī. На иврите эта фраза звучала бы как «אֵלִי אֵלִי, לָמָה עֲזַבְתָּנִי» (ēlī ēlī, lāmā ‘azabtānī на библейском иврите, eli eli lama azavtani в современном иврите), а сирийская арамейская фраза согласно Пешитте – (Матфея 27:46) или (Марка 15:34). Некоторые рассматривают это как оставление Сына Отцом. Другая интерпретация заключается в том, что в момент, когда Иисус взял на Себя грехи человечества, Отцу пришлось отвернуться от Сына, потому что Отец «чист, чтобы видеть зло, и не может взирать на беззаконие» (ESV). Другие богословы понимают этот крик как выражение человека, который чувствовал себя покинутым. Преданный врагами, в значительной степени оставленный друзьями, Он мог также чувствовать, что и Бог оставил Его. Другие рассматривают эти слова в контексте Псалма 22 и предполагают, что Иисус произнес эти слова, возможно, даже весь псалом, «чтобы показать Себя тем самым Существом, к которому относятся эти слова; чтобы иудейские книжники и народ могли исследовать и увидеть причину, по которой Он не сошел с креста; а именно, потому что этот псалом показал, что Ему было предначертано претерпеть это».

This phrase, one of the seven sayings of Jesus on the cross, is given in two versions: in the Gospel of Matthew, it is transliterated in Greek as Ἠλί, Ἠλί, λεμὰ σαβαχθανί; in the Gospel of Mark, it is given as Ἐλωΐ, Ἐλωΐ, λαμὰ σαβαχθανί. The differences between the two are the use, in Mark, of elōi rather than ēli, and of lama rather than lema. Overall, both versions can be said to be in Aramaic, rather than in Hebrew, because of the verb שבק (šbq) "abandon", which exists only in Aramaic. The Biblical Hebrew counterpart to this word, עזב (‘zb) is seen in the second line of the Old Testament's Psalm 22, which the saying appears to quote. Thus, Jesus is not quoting the canonical Hebrew version (ēlī ēlī lāmā ‘azabtānī), spoken by King David himself, but rather the version in an Aramaic Targum (translation of the Bible). Surviving Aramaic Targums do use the verb šbq in their translations of the Psalm 22. The word used in the Gospel of Mark for "my god", Ἐλωΐ, corresponds to the Aramaic form אלהי, elāhī. The one used in Matthew, Ἠλί, fits in better with the אלי of the original Hebrew Psalm, as has been pointed out in the literature; however, it may also be Aramaic because this form is attested abundantly in Aramaic as well. In the next verse, in both accounts, some who hear Jesus' cry imagine that he is calling for help from Elijah (Ēlīyā in Aramaic). Almost all ancient Greek manuscripts show signs of trying to normalize the two slightly different versions of Jesus's saying, presented in Mark and Matthew. For instance, the peculiar Codex Bezae renders both versions with ηλι ηλι λαμα ζαφθανι (ēli ēli lama zaphthani). The Alexandrian, Western and Caesarean textual families all reflect harmonization of the texts between Matthew and Mark. Only the Byzantine textual tradition preserves a distinction. The Aramaic word form šəḇaqtanī is based on the verb šǝḇaq/šāḇaq, 'to allow, to permit, to forgive, and to forsake', with the perfect aspect ending t (second person singular: 'you'), and the object suffix anī (first person singular: 'me'). The most likely rendition of the phrase in its original Aramaic, as said by Jesus, would have been "אלי, אלי, למה שבקתני", transliterated as Eli, Eli, ləmā šəḇaqtanī. In Hebrew, the saying would be "אֵלִי אֵלִי, לָמָה עֲזַבְתָּנִי" (ēlī ēlī, lāmā ‘azabtānī in Biblical Hebrew, eli eli lama azavtani in Modern Hebrew pronunciation), while the Syriac Aramaic phrase according to the Peshitta would be (Matthew 27:46) or (Mark 15:34). This saying is taken by some as an abandonment of the Son by the Father. Another interpretation holds that at the moment when Jesus took upon himself the sins of humanity, the Father had to turn away from the Son because the Father is "of purer eyes than to see evil and cannot look at wrong" (ESV). Other theologians understand the cry as that of one who was truly human and who felt forsaken. Put to death by his foes, very largely deserted by his friends, he may have also felt deserted by God. Others see these words in the context of Psalm 22 and suggest that Jesus recited these words, perhaps even the whole psalm, "that he might show himself to be the very Being to whom the words refer; so that the Jewish scribes and people might examine and see the cause why he would not descend from the cross; namely, because this very psalm showed that it was appointed that he should suffer these things."

Имена на арамейском языке в Новом Завете

Личные имена в Новом Завете происходят из нескольких языков; наиболее распространены еврейский и греческий. Однако есть и несколько арамейских имен. Наиболее заметной особенностью арамейских имен является *bar* (греческая транслитерация βαρ, арамейский *bar*), означающее "сын", обычный отцовский префикс. Еврейский эквивалент, *ben*, при этом отсутствует. Некоторые примеры:
– Варфоломей (Βαρθολομαῖος от *bar Tōlmay*, возможно, "сын борозд" или "пахарь"). – Симон бар-Йона (Σίμων Βαριωνᾶς от Šim‘ōn bar Yōnā, "Симон, сын Йоны"). – Симон бар-Йоханан ("Симон, сын Иоанна"). – Варавва (Βαραββᾶς от *bar Abbā*, "сын отца"). – Вартимей (Βαρτιμαῖος, возможно, от сочетания арамейского *bar* и греческого *timaios*, означающего "почтенный" или "высоко ценимый", возможно, "почтенный сын"). – Барсавва (Βαρσαββᾶς от *bar Šabbā*, "сын субботы"). – Иосиф, называемый Варнава (Βαρνάβας от *bar Navā*, означающее "сын пророчества", "пророк", но с учетом греческого перевода υἱὸς παρακλήσεως; обычно переводится как "сын утешения/ободрения", при этом греческое слово может также означать "призыв"). – Бар-Иисус (Βαριησοῦς от *bar Išo*, "сын Иисуса/Иошуа").