Артур Родзинский: Жизнь и творчество дирижера

Введение

Артур Родзинский (2 января 1892 – 27 ноября 1958) – польско-американский дирижёр, родившийся в Далмации. Он начал свою карьеру после Первой мировой войны в Польше, где его открыл Леопольд Стоковский, пригласивший его в качестве ассистента в Филадельфийский оркестр. Это привело к тому, что Родзинский стал музыкальным руководителем Лос-Анджелесской филармонии, Кливлендского оркестра, Нью-Йоркской филармонии и Чикагского симфонического оркестра. Он также подготовил Симфонический оркестр NBC к дебюту Артуро Тосканини с этим оркестром. Конфликт в Чикаго привёл к увольнению Родзинского в 1948 году, после чего он перенёс свою деятельность в Европу, в конечном итоге поселившись в Италии, но продолжая поддерживать дом в Лейк-Плэсид, штат Нью-Йорк. В ноябре 1958 года, ослабленный сердечным заболеванием, он впервые за десять лет вернулся в Соединённые Штаты, чтобы дирижировать получившими признание постановками оперы Рихарда Вагнера «Тристан и Изольда» в Лирической опере Чикаго. Истощённый, он поступил в Больницу штата Массачусетс, где скончался через 11 дней.

Ранние годы

Родзинский родился в Сплите, Королевство Далмация, 2 января 1892 года. Вскоре после этого его отец, польского происхождения и генерал австро-венгерской армии, вернулся с семьей в Лемберг, в австрийской Галиции, где Артур впервые начал изучать музыку. Под давлением отца он поступил в Венский университет на юридический факультет, где в итоге получил диплом, но одновременно учился в Королевской академии музыки и исполнительского искусства, где его преподавателями были Йозеф Маркс и Франц Шрекер (композиция), Франц Шалк (дирижирование), Эмиль фон Зауэр и Ежи Лалевич (фортепиано). Во время Первой мировой войны Родзинский служил в австро-венгерской армии; после обретения Польшей независимости он поступил на службу в польские вооруженные силы, где был ранен в бою. Он вернулся в Лемберг, который после войны стал Львовом и отошел к новообразованной Польше. Впервые он был принят на должность репетитора в Львовской опере, а затем дебютировал как дирижер в 1920 году, поставив «Эрнани» Джузеппе Верди. В следующем году он дирижировал Варшавским филармоническим оркестром и был назначен директором Национальной оперы Варшавы. Именно там, во время визита в Польшу, Леопольд Стоковский услышал, как Родзинский дирижирует «Майстерзингерами Нюрнберга» Вагнера. Пораженный, Стоковский отправился за кулисы, чтобы встретиться с Родзинским, и пригласил его в качестве гостевого дирижера Филадельфийского оркестра. Его американский дебют состоялся 15 ноября 1925 года в Академии музыки Филадельфии, где он дирижировал Филадельфийским филармоническим обществом – оркестром, состоявшим из музыкантов Филадельфийского оркестра, выступавших по воскресеньям. В программу Родзинского вошли прелюдия к первому акту «Майстерзингеров Нюрнберга» Вагнера, Шестая симфония Петра Ильича Чайковского, симфоническая поэма «Возвращающиеся волны» Мечислава Карловича и два танца из оперы «Халка» Станислава Мониушко.

Ученичество у Стоковского (19251929)

После своего американского дебюта Родзинский продолжил работу в качестве приглашенного дирижера Филадельфийского оркестра и Филармонического общества Филадельфии до августа 1926 года. Стоковский с 1925 года заявлял о намерении назначить Родзинского своим помощником, но совет директоров оркестра препятствовал этому, не одобряя его кандидатуру. Назначение было окончательно утверждено в сентябре 1926 года. Впоследствии Родзинский перенял ряд манер и приемов старшего дирижера, включая прическу, некоторые из которых сохранил до конца жизни. В течение следующих нескольких лет его известность росла. Он репетировал с Филадельфийским оркестром произведения современных композиторов, которые затем исполнялись на концертах под управлением Стоковского. Была разработана система световых сигналов, напоминающая дорожный светофор, позволявшая Стоковскому безмолвно передавать своему ассистенту интерпретационные указания во время репетиции. Родзинский возмущался этой системой, которую позже использовал как напоминание о необходимости уважительного отношения к своим помощникам. Он признавал, что полученное образование позволяло ему легко усваивать и исполнять новые партитуры на протяжении всей карьеры. Помимо работы с Филадельфийским оркестром, Родзинский дирижировал в Филадельфийской Большой Опере и преподавал в Институте музыки Кертиса, где руководил многими молодыми музыкантами, которые впоследствии играли с ним. Он также гастролировал с Филадельфийским оркестром по южным штатам, где выступления получили высокую оценку критиков. "Мастерское владение дирижерской палочкой доктором Родзинским сделало этот концерт самым приятным за последние годы", – написал один из критиков из Южной Каролины. В 1926 году, когда Питтсбургский симфонический оркестр был возобновлен после шестнадцатилетнего перерыва, Родзинский при поддержке Стоковского рассматривался на должность музыкального руководителя. По мере развития карьеры Родзинский все больше испытывал недовольство своим менеджером Артуром Джадсоном, который также представлял Филадельфийский оркестр. Он неоднократно выражал раздражение тем, что Джадсон недостаточно активно защищал его интересы, а позже был разочарован, обнаружив, что менеджер зачастую действовал вопреки его желаниям. После нью-йоркской премьеры Шестой симфонии Николая Мясковского в ноябре 1926 года Родзинский привлек внимание Уильяма Эндрюса Кларка-младшего, состоятельного филантропа из Южной Калифорнии, основателя Филармонии Лос-Анджелеса в 1919 году, который сам имел напряженные отношения с Джадсоном. Их встреча привела к серии приглашений выступить в Лос-Анджелесе. Родзинский дебютировал там 19 января 1928 года, заменив музыкального директора Георга Шневольта, находившегося в то время в Детройте. Его манера поведения и мастерство быстро завоевали признание оркестра, а сам концерт получил высокую оценку в Los Angeles Times:

Subsequent to his American debut, Rodziński continued his role as guest conductor of the Philadelphia Orchestra and Philharmonic Society of Philadelphia until August 1926. Stokowski had declared since 1925 his intention to appoint Rodziński as his assistant conductor, but was stalled by the former orchestra's board, which balked at the choice. The appointment was finally approved in September 1926. Rodziński thereafter adopted a number of the elder conductor's mannerisms and techniques, including how to style his hair, some of which he maintained until the end of his life. Over the span of the next few years, Rodziński's renown grew. He rehearsed the Philadelphia Orchestra in performances of new music that Stokowski would lead in concert. A lighting system similar to a traffic signal was devised through which Stokowski could silently indicate to his assistant his interpretive requests in mid rehearsal. Rodziński came to resent this system, which he later used as a reminder to treat his own assistants with respect. He acknowledged that his training allowed him to easily grasp and execute new scores in his later career. In addition to his work with the Philadelphia Orchestra, Rodziński conducted at the Philadelphia Grand Opera Company, as well as taught at the Curtis Institute of Music, where he coached many young musicians who would play with him in later years. He also toured with the Philadelphia Orchestra in the southern United States in performances that drew critical acclaim. "[T]he magic wielding of the baton by Dr. Rodziński made this the most satisfying concert I have attended in recent years," wrote one critic in South Carolina. In 1926, when the Pittsburgh Symphony Orchestra was reestablished after being defunct for 16 years, Rodziński, with the support of Stokowski, was considered for the role of music director. As Rodziński's career developed, the conductor increasingly resented his manager Arthur Judson, who also managed the Philadelphia Orchestra. Rodziński repeatedly expressed irritation that Judson did not do enough to advocate on his behalf; later he was dismayed to find that his manager often acted against his best interests. After conducting the New York City premiere of Nikolai Myaskovsky's Sixth Symphony in November 1926, Rodziński came to the attention of William Andrews Clark Jr., a wealthy philanthropist from Southern California who had founded the Los Angeles Philharmonic in 1919 and himself had an acrimonious relationship with Judson. Their meeting led to guest engagements in Los Angeles. Rodziński made his debut there on January 19, 1928, as a replacement for then music director Georg Schnéevoigt, who was in Detroit at the time. His demeanor and skill quickly won the admiration of the orchestra; the concert itself drew praise from the Los Angeles Times:

"Слово "пламенный" лучше всего описывает дирижирование [Родзинского]. Его магнетизм сразу же ощутили и оркестр, и публика. Между ними не было никаких преград: ограждение было снято, и он не использовал ноты, отделявшие его от оркестра. Однако пламенность была сдержанной, и хотя иногда он размахивал руками в широких жестах, команды оркестру обычно отдавались выразительными движениями рук и изящным изгибом пальцев. В этих пальцах и львиной гриве он воплощал образ дирижера-примадонны – типа, мало известного на Западе, но чрезвычайно интересного. Последующие успехи Родзинского в качестве приглашенного дирижера в Лос-Анджелесе завершились объявлением о том, что он сменит Шневольта, начиная с октября 1929 года. Он подал в отставку из Филадельфийского оркестра, заявив, что покидает его в дружеских отношениях.

Лос-Анджелес (19291933)

Перед началом сезона 1929–1930 годов Родзинский прибыл в город с семьей 23 мая 1929 года. Они поселились в отеле Чапман Парк, который находился на территории современного Корейского квартала; позже семья переехала в дом в Санта-Монике. Родзинский руководил прослушиваниями новых музыкантов и обсуждал программу предстоящего сезона с Кларком и руководством филармонии. Он и его семья также провели часть летних каникул в Санта-Барбаре. В июне были объявлены солисты первого сезона Родзинского в Лос-Анджелесе, среди них – Сергей Прокофьев, Владимир Горовиц, Жак Тибо, Йозеф Льевин, Грегор Пиатигорский и Клэр Дюкс. К сентябрю оркестр объявил о своих предстоящих программах. Родзинский настаивал на расширении репертуара за счет современной музыки:

В наши дни, посещая художественные галереи, люди видят новые работы современных художников наряду со старинными шедеврами – почему же концертный зал должен быть исключением? Среди произведений, которые Родзинский запланировал для местных премьер в своем первом сезоне, были Четвертая симфония Густава Малера, «Дон Кихот» Рихарда Штрауса, Первая симфония Дмитрия Шостаковича и сюита Эриха Вольфганга Корнгольда к музыке к спектаклю «Много шума из ничего».

Кливленд (19331943)

В 1933 году Родзинский был назначен вторым музыкальным директором Кливлендского оркестра после ухода Николая Соколова. Одним из главных вкладов Родзинского в музыкальную жизнь Кливленда стало включение оперы в репертуар оркестра. Кроме того, он стремился исполнять более современную музыку, включая произведения Клода Дебюсси, Мориса Равеля, Альбана Берга, Дмитрия Шостаковича, Джерома Керна и первые в Кливленде исполнения «Весны священной» Игоря Стравинского. Под руководством Родзинского оркестр представил в США премьеру оперы Шостаковича «Леди Макбет из Мценска» в 1935 году, спустя год после ее дебюта в Советском Союзе. Дирижер получил права на американскую премьеру оперы благодаря посредничеству Уильяма Кристиана Буллитта-младшего, тогдашнего посла США в Советском Союзе и поклонника оперы Шостаковича. Родзинский соперничал со своим наставником Стоковским за право на исполнение. Несмотря на опасения Родзинского относительно восприятия провокационной оперы кливлендской публикой, выступления оркестра имели успех. Сам Шостакович верил в интерпретацию Родзинского: «Когда вы увидите представление Кливлендского оркестра американской премьеры моей оперы в Зале Северанс в последний день января, вы не увидите традиционной оперы. Я отказался от всех старых форм оперы». Одной из самых известных записей, сделанных во время пребывания Родзинского в Кливленде, стала оркестровая аранжировка мюзикла Керна 1927 года «Show Boat», созданная самим композитором как «Show Boat Scenario for Orchestra» по предложению дирижера. Оркестр записал это произведение в 1941 году, и Родзинский дирижировал им 38 раз в течение трех лет. 7 декабря 1941 года, во время японского нападения на Перл-Харбор, Родзинский был приглашенным дирижером Нью-Йоркской филармонии. Хотя он отказался объявить новость – концерт транслировался в прямом эфире по радио – он возглавил филармонию в исполнении гимна США. Позже он отметил, что требования Второй мировой войны к молодым людям должны побудить оркестры к беспрецедентному шагу – включению женщин в свои ряды, заявив, что они станут «превосходным дополнением к любому первоклассному симфоническому оркестру». Родзинский выступал за равное отношение к женщинам во всех областях классической музыки с самого начала своей карьеры: «Не имеет значения, нет правил, женщины, безусловно, могут быть такими же великими артистами, как и мужчины, если у них есть талант или гений – они все одинаковы». В период с декабря 1939 года по февраль 1942 года Родзинский и Кливлендский оркестр сделали обширную серию записей для Columbia Records. Он также выступал с Нью-Йоркской филармонией в 1934 и 1937 годах, получив положительные отзывы за концертное исполнение «Электры» Рихарда Штрауса. Кроме того, Родзинский активно работал в Европе, став первым натурализованным американским гражданином, дирижировавшим Венской филармонией на Зальцбургском фестивале в 1936 и 1937 годах. По рекомендации Артуро Тосканини, Родзинский был приглашен NBC для отбора музыкантов для нового Симфонического оркестра NBC. Позже он обучал оркестр, руководил некоторыми из его первых записей (выпущенных на бюджетном лейбле World's Greatest Music без указания дирижера и оркестра) и возглавлял его концерты до прибытия Тосканини. Этот опыт побудил Родзинского покинуть Кливленд и переехать в Нью-Йорк, где он стал музыкальным директором и дирижером Нью-Йоркской филармонии, начиная с сезона 1943–44 годов.

Rodziński was named the second music director of the Cleveland Orchestra in 1933, following the departure of Nikolai Sokoloff. One of Rodziński's main contributions to Cleveland's music scene was integrating opera into the Cleveland Orchestra's repertoire. In addition, he sought to perform more contemporary music, including works by Claude Debussy, Maurice Ravel, Alban Berg, Dmitri Shostakovich, Jerome Kern, and the first Cleveland performances of Igor Stravinsky's The Rite of Spring. Under Rodziński's leadership, the orchestra presented the United States premiere of Shostakovich's opera, Lady Macbeth of Mtsensk, in 1935, a year after its debut in the Soviet Union. The conductor secured the rights to the American premiere of the opera through the mediation of William Christian Bullitt Jr., then the United States Ambassador to the Soviet Union and himself an admirer of Shostakovich's opera. Rodziński competed against his mentor Stokowski for the performance rights. Although Rodziński worried about the Cleveland audience's reception for the provocative opera, the orchestra's performances proved a success. Shostakovich himself had faith in Rodziński's performance: "When you see the Cleveland Orchestra's presentation of the American premiere of my opera in Severance Hall the last day of January, you will see no traditional opera I have repudiated all old forms of opera." One of the most famous recordings made during Rodziński's tenure in Cleveland was of an orchestral arrangement of Kern's 1927 musical Show Boat, made by the composer himself as Show Boat Scenario for Orchestra after being suggested to compose it by the conductor. The piece was recorded by the orchestra in 1941; Rodziński conducted it 38 times over a three year period. Rodziński was guest conducting the New York Philharmonic on December 7, 1941, when the Japanese attacked Pearl Harbor. Although Rodziński declined to announce the news—the concert was being broadcast live on the radio—he led the Philharmonic in a performance of the Star Spangled Banner. Later, he noted that the demands of World War II on young men should inspire orchestras to take the then unprecedented step of adding women to their ranks, saying that they would be "an excellent addition to any first class symphony orchestra." Rodziński championed equal treatment for women in all fields of classical music from early in his career: "It makes no difference, there are no rules, women surely can be just as great artists as men if they have talent or genius, they are all the same." Between December 1939 and February 1942, Rodziński and The Cleveland Orchestra made an extensive series of recordings for Columbia Records. He also appeared with the New York Philharmonic in 1934 and 1937, receiving positive reviews for his concert performance of Richard Strauss's Elektra. In addition, Rodziński was active across Europe, becoming the first naturalized American citizen to conduct the Vienna Philharmonic at the Salzburg Festival in 1936 and 1937. At Arturo Toscanini's recommendation, Rodziński was asked by NBC to select musicians for the new NBC Symphony Orchestra. Later, he trained the orchestra, guided some of its first recordings (issued on the budget label World's Greatest Music with neither conductor nor orchestra identified), and led its concerts before Toscanini's arrival. This engagement inspired Rodziński to depart Cleveland for New York, where he became music director and conductor of the New York Philharmonic beginning in the 1943–44 season.

Нью-Йорк и Чикаго

В 1943 году Родзинский был назначен музыкальным директором Нью-Йоркской филармонии. Хотя его четырехлетний срок был отмечен борьбой с Артуром Джадсоном, менеджером оркестра, Родзинский достиг высоких стандартов исполнения. Известный музыкальный критик и композитор Вирджил Томсон писал о периоде работы Родзинского в филармонии: "Теперь у нас есть оркестр, который доставляет истинное наслаждение, и мы обязаны этим всем Артуру Родзинскому". В годы, когда Родзинский руководил оркестром, Филармония активно записывалась, вновь для Columbia, еженедельно выступала с прямыми трансляциями на радио CBS и снялась в художественном фильме "Карнеги-холл". Однако, несмотря на высокое качество выступлений оркестра, многочисленные художественные вопросы, такие как право музыкального директора увольнять музыкантов, выбирать солистов и определять репертуар, оставались постоянным источником разногласий. Не желая идти на компромисс по этим вопросам, Родзинский подал в отставку в 1947 году. Его репутация дирижера была настолько значительной, что его отставка стала темой обложки журнала Time в феврале 1947 года. Чикагский симфонический оркестр уже давно проявлял интерес к Родзинскому, и теперь он решил немедленно принять руководство этим оркестром, начиная с сезона 1947–1948 годов. Вновь неспособность найти общий язык с правлением привела к его быстрому уходу после всего одного сезона. Несмотря на короткий срок работы, он оказал значительное влияние на оркестр и местную публику, в частности, благодаря исполнению оперы Вагнера "Тристан и Изольда" с Кирстен Флагстад.

Последние годы

После отъезда из Чикаго здоровье Родзинского начало ухудшаться. В США ему было доступно мало возможностей для записи, и он вновь поселился в Европе. Там его признали выдающимся музыкантом и пригласили возглавить значимые постановки, такие как первое исполнение в 1953 году оперы "Война и мир" Прокофьева на фестивале Маджио-Музикале во Флоренции, а также произведения традиционного репертуара. Он дирижировал в театре Ла Скала и много работал на итальянском радио, представив успешные интерпретации опер Вагнера "Таннхойзер" и "Тристан", а также "Бориса Годунова" и "Хованщины" Мусоргского. Он восстановил свою карьеру звукозаписи, заключив контракт с Westminster Records, для которой с 1955 года активно записывался с Королевским филармоническим оркестром (под псевдонимом "Филармонический симфонический оркестр Лондона"). Его последние записи были сделаны для EMI в 1958 году. К тому времени здоровье Родзинского стало крайне слабым. Итальянский врач предупредил его, что продолжение дирижерской деятельности может стоить ему жизни. Тем не менее, в 1958 году он вернулся в Чикаго, чтобы вновь дирижировать "Тристаном", на этот раз с Чикагской лирической оперой и сопрано Биргит Нильсон. Это возвращение стало триумфом, но оказалось его последним выступлением, и вскоре после этого он скончался.

Личная жизнь

Родзинский был дважды женат и имел двух сыновей. В 1917 году он женился на концертной пианистке мадам Ильзе, а в 1918 году у них родился сын Витольд, ставший историком, синологом и дипломатом. В 1934 году, проживая в Кливленде, он женился на Халине Лилпоп-Винявской (1905–1993), происходившей из известной варшавской семьи. Их новорожденный сын Ричард стал объектом забавного канона Арнольда Шёнберга «Я почти уверен, когда твоя няня сменит тебе пеленки». Ричард работал художественным администратором в оперных театрах Сан-Франциско и Метрополитен-опера в 1960-х и 1970-х годах. Недавно он вышел на пенсию с поста президента Фонда Ван Клиберна, а в 2009 году стал генеральным директором Международного конкурса имени Чайковского. В 1976 году Халина Родзинская написала автобиографию «Наши две жизни», которая до сих пор остается наиболее полным опубликованным повествованием о жизни и карьере Родзинского.

Записи

Родзинский записывался на Columbia Records (с Кливлендским оркестром и Нью-Йоркским филармоническим оркестром); RCA Victor (с Чикагским симфоническим оркестром); Westminster Records (с Королевским филармоническим оркестром); и EMI. Некоторые из его более поздних записей были сделаны в стерео и до сих пор находятся в обращении. Его полная запись «Щелкунчика» Чайковского для Westminster была записана в стерео в 1956 году. Стереоверсия первоначально выпускалась на двухдорожечной магнитной ленте. На LP она впервые вышла только в моно, а затем, когда в 1958 году стали доступны стереоальбомы, – в стерео. Стереозапись «Щелкунчика» была переиздана в 2001 году компанией Deutsche Grammophon на компакт-диске. Живые записи некоторых его выступлений с Нью-Йоркским филармоническим оркестром и оркестром RAI Radio Italiana также стали доступны на независимых лейблах. Высоко оцененное концертное исполнение «Электры» Штрауса 1937 года с сопрано Роуз Паули и Нью-Йоркским филармоническим оркестром было восстановлено и выпущено на CD лейблом Immortal Performances в 2014 году.