Вильгельм Менгельберг: Дирижёр и его оркестр.

Введение

Йозеф Вильгельм Менгельберг (28 марта 1871 – 21 марта 1951) – нидерландский дирижёр, прославившийся своими исполнениями произведений Бетховена, Брамса, Малера и Штрауса с оркестром Concertgebouw в Амстердаме. Он общепризнанно считается одним из величайших симфонических дирижёров XX века.

Биография

Менгельберг был четвертым из пятнадцати детей немецких родителей в Утрехте, Нидерланды. Его отцом был голландский скульптор немецкого происхождения Фридрих Вильгельм Менгельберг. После учебы в Утрехте у композитора и дирижера Ричарда Холя, композитора Антона Аверкампа (1861–1934) и скрипача Анри Вильгельма Петри (1856–1914), он продолжил обучение игре на фортепиано и композиции в Кёльнской консерватории (ныне Hochschule für Musik Köln), где его основными преподавателями были Франц Вюльнер, Исидор Зейсс и Адольф Йенсен. В 1891 году, в возрасте 20 лет, он был избран генеральным музыкальным директором города Люцерн, Швейцария, где руководил оркестром и хором, возглавлял музыкальную школу, давал уроки фортепиано и продолжал сочинять. Четыре года спустя, в 1895 году, в возрасте 24 лет, Менгельберг был назначен главным дирижером оркестра Concertgebouw, эту должность он занимал до 1945 года. На этом посту Менгельберг впервые представил ряд шедевров. Например, в 1898 году Рихард Штраус посвятил свою симфоническую поэму «Ein Heldenleben» Менгельбергу и оркестру Concertgebouw, заявив журналистам, что он «наконец-то нашел оркестр, способный исполнить все пассажи, так что ему больше не придется смущаться, сочиняя сложные места». Среди других заметных премьер были премьера 29 марта 1939 года, когда Менгельберг дирижировал премьерой Второго скрипичного концерта Белы Бартока с участием скрипача Золтана Секели, и премьера 23 ноября 1939 года «Вариаций Павлина» Золтана Кодаи. Менгельберг заложил давнюю традицию исполнения произведений Малера в Concertgebouw. Он познакомился и подружился с Густавом Малером в 1902 году и пригласил Малера дирижировать своей Третьей симфонией в Амстердаме в 1903 году, а 23 октября 1904 года Малер дважды возглавил оркестр в исполнении своей Четвертой симфонии на одном концерте, без других произведений в программе. Малер написал своей жене Альме Малер, что эта программная идея (вероятно, принадлежащая Менгельбергу) была «гениальным ходом». Малер регулярно посещал Нидерланды, чтобы представить свои произведения голландской публике, включая также его Первую, Пятую и Седьмую симфонии, а также «Das klagende Lied» и «Kindertotenlieder». Малер редактировал некоторые из своих симфоний во время репетиций с оркестром Concertgebouw, улучшая их звучание с учетом акустики Concertgebouw. Возможно, именно поэтому этот концертный зал и его оркестр известны своей традицией исполнения произведений Малера. В 1920 году Менгельберг учредил Фестиваль Малера, на котором прозвучали все произведения композитора в девяти концертах. Менгельберг также основал в 1899 году ежегодную традицию Concertgebouw – исполнение «Страстей по Матфею» Иоганна Себастьяна Баха в Пальмовое воскресенье. Одной из критических замечаний в адрес влияния Менгельберга на голландскую музыкальную жизнь, наиболее четко сформулированной композитором Виллемом Пайпером, было то, что Менгельберг не особенно поддерживал голландских композиторов во время своей работы в Concertgebouw, особенно после 1920 года. Менгельберг был музыкальным директором Нью-Йоркского филармонического оркестра с 1922 по 1928 год. Начиная с января 1926 года он делил дирижерский пульт с Артуро Тосканини; биограф Тосканини Харви Сакс задокументировал, что Менгельберг и Тосканини расходились во взглядах на интерпретацию музыки и даже на методы репетиций, что привело к разногласиям среди музыкантов и в конечном итоге к уходу Менгельберга из оркестра. Менгельберг сделал серию записей с Филармоническим оркестром для компаний Victor Talking Machine Company и Brunswick Records, включая электрическую запись «Ein Heldenleben» Рихарда Штрауса 1928 года, которая позже была переиздана на LP и CD. Одной из его первых электрических записей для Victor был двухдисковый набор, посвященный «Победному балу» Эрнеста Шеллинга. В 1933 году Менгельберг вызвал негативную огласку в так называемом «Кризисе Менгельберга». Менгельберг перенес свою резиденцию в Швейцарию, чтобы избежать высоких налогов в стране. Фред Голдбек описал Менгельберга как «идеального диктатора/дирижера, наполеона оркестра»; Алан Сандерс пишет: «его отношение к оркестру было авторитарным. В последующие годы его поведение стало крайним, и существует множество необычных историй об оскорбительных словесных перепалках между ним и его музыкантами на репетициях». Берта Гейсмар зафиксировала случай в 1938 году, когда Менгельберг репетировал с Лондонским филармоническим оркестром «Vorspiel und Liebestod» из «Тристана и Изольды» и читал им назидательные лекции, как будто они никогда раньше не видели эту музыку. Наиболее спорный аспект биографии Менгельберга связан с его действиями и поведением в годы нацистской оккупации Нидерландов с 1940 по 1945 год. Его биограф Фритс Зварт пишет (для Radio Nederland) о «беседе Менгельберга с «Völkischer Beobachter», немецкой нацистской газетой, суть которой заключалась в том, что, узнав о капитуляции Нидерландов перед немецкими захватчиками 10 мая 1940 года, он поднял тост бокалом шампанского [и] также говорил о тесной связи между Нидерландами и Германией». Зварт также отмечает, что Менгельберг дирижировал в Германии и в оккупированных Германией странах на протяжении всей войны и был сфотографирован в компании нацистов, таких как Артур Зейсс-Инкварт. Объяснения варьировались от общей политической наивности до общей «слепоты» к критике всего немецкого, учитывая его собственное происхождение. После войны, в 1945 году, Почетный совет по музыке Нидерландов пожизненно запретил ему дирижировать в Нидерландах; в 1947 году, после апелляции его адвокатов, Совет сократил срок запрета до шести лет, однако в 1947 году королева Вильгельмина лишила его Золотой медали Почета. Менгельберг ушел в изгнание в Зуорт, Сент, Швейцария, где оставался до своей смерти в 1951 году, всего за два месяца до истечения срока его изгнания. Виллем Менгельберг был дальним родственником музыковеда и композитора, а также дядей дирижера, композитора и критика Карела Менгельберга, который, в свою очередь, был отцом импровизирующего пианиста и композитора Миши Менгельберга.

Mengelberg was the fourth of fifteen children of German born parents in Utrecht, Netherlands. His father was the Dutch German sculptor Friedrich Wilhelm Mengelberg. After studies in Utrecht with the composer and conductor Richard Hol, the composer Anton Averkamp (1861–1934) and the violinist Henri Wilhelm Petri (1856–1914), he went on to study piano and composition at the Cologne conservatory (now the Hochschule für Musik Köln), where his principal teachers were Franz Wüllner, Isidor Seiss and Adolf Jensen. In 1891, when he was 20, he was chosen as general music director of the city of Lucerne Switzerland, where he conducted an orchestra and a choir, directed a music school, taught piano lessons and continued to compose. Four years later, in 1895, when he was 24, Mengelberg was appointed principal conductor of the Concertgebouw Orchestra, a position he held until 1945. In this position, Mengelberg was to premiere a number of masterpieces. For example, in 1898, Richard Strauss dedicated his tone poem Ein Heldenleben to Mengelberg and the Concertgebouw Orchestra, telling journalists that he "had at last found an orchestra capable of playing all passages, so that he no longer needed to feel embarrassed when writing difficulties". Among other notable premieres were those on 29 March 1939, when Mengelberg conducted the premiere of the Violin Concerto No. 2 by Béla Bartók with violinist Zoltán Székely, and on 23 November 1939, he premiered the Peacock Variations of Zoltán Kodály. Mengelberg founded the long standing Mahler tradition of the Concertgebouw. He met and befriended Gustav Mahler in 1902, and invited Mahler to conduct his Third Symphony in Amsterdam in 1903, and on 23 October 1904 Mahler led the orchestra in his Fourth Symphony twice in one concert, with no other work on the program. Mahler wrote to his wife Alma Mahler that this programming idea (presumably Mengelberg's) was a "stroke of genius". Mahler regularly visited The Netherlands to introduce his work to Dutch audiences, including also his First, Fifth, and Seventh Symphonies, as well as Das klagende Lied and Kindertotenlieder. Mahler edited some of his symphonies while rehearsing them with the Concertgebouw Orchestra, making them sound better for the acoustics of the Concertgebouw. This is perhaps one reason that this concert hall and its orchestra are renowned for their Mahler tradition. In 1920, Mengelberg instituted a Mahler Festival in which all the composer's music was performed in nine concerts. Mengelberg also founded, in 1899, the annual Concertgebouw tradition of performing the St. Matthew Passion of Johann Sebastian Bach on Palm Sunday. One criticism of Mengelberg's influence over Dutch musical life, most clearly articulated by the composer Willem Pijper, was that Mengelberg did not particularly champion Dutch composers during his Concertgebouw tenure, especially after 1920. Mengelberg was music director of the New York Philharmonic Orchestra from 1922 to 1928. Beginning in January 1926, he shared the podium with Arturo Toscanini; Toscanini biographer Harvey Sachs has documented that Mengelberg and Toscanini clashed over interpretations of music and even rehearsal techniques, creating division among the musicians that eventually resulted in Mengelberg leaving the orchestra. Mengelberg made a series of recordings with the Philharmonic for both the Victor Talking Machine Company and Brunswick Records, including a 1928 electrical recording of Richard Strauss' Ein Heldenleben that was later reissued on LP and CD. One of his first electrical recordings, for Victor, was a two disc set devoted to A Victory Ball by Ernest Schelling. In 1933, Mengelberg generated negative publicity in what was known as the "Mengelberg Crisis". Mengelberg had changed his residence to Switzerland to evade high tax rates in the country. Mengelberg was described by Fred Goldbeck as "the perfect dictator/conductor, a Napoleon of the orchestra"; Alan Sanders writes, "his treatment of the orchestra was autocratic. In later years his behaviour became extreme, and there are extraordinary stories of abusive verbal exchanges between him and his players at rehearsal". Berta Geissmar records an incident in 1938 when Mengelberg rehearsed the London Philharmonic Orchestra in the "Vorspiel und Liebestod" from Tristan und Isolde and he gave them tortuous lectures as though they had never seen the music before. The most controversial aspect of Mengelberg's biography centers on his actions and behaviour during the years of the Nazi occupation of the Netherlands between 1940 and 1945. His biographer Frits Zwart writes (for Radio Nederland) of an "interview Mengelberg had given with the Völkischer Beobachter, the German Nazi newspaper the gist of it was that, on hearing of the Dutch surrender to the German invaders on 10 May 1940, he had brought a toast with a glass of champagne [and] had also spoken about the close bond existing between the Netherlands and Germany." Zwart also notes that Mengelberg conducted in Germany and in German occupied countries throughout the war, and was photographed in the company of Nazis such as Arthur Seyss Inquart. Explanations have ranged from political naiveté in general, to a general "blind spot" for criticism of anything German, given his own ancestry. After the war, in 1945, the Netherlands' Honour Council for Music banned him from conducting in the Netherlands for life; in 1947, after an appeal by his lawyers, the Council reduced his ban to six years, though also in 1947, Queen Wilhelmina withdrew his Gold Medal of Honor. Mengelberg retreated in exile to Zuort, Sent, Switzerland, where he remained until his death in 1951, just two months before the expiration of his exile order. Willem Mengelberg was a distant cousin of the musicologist and composer nl and the uncle of the conductor, composer and critic Karel Mengelberg, who was himself the father of the improvising pianist and composer Misha Mengelberg.

Стиль исполнения

В "Новом словаре музыки и музыкантов" (1980) статья о Менгельберге описывает его как "мартышку, склонную к скрупулёзным и многословным репетициям"; также отмечается, что он не колебался вносить изменения в партитуры композиторов, когда считал, что это улучшит ясность звучания. Записи Менгельберга с оркестром Концертгебау характеризуются частым использованием необычно выраженного портаменто – скольжением левых пальцев струнных музыкантов с одной ноты на другую. Исследователь Роберт Филипп показал, что в записях Менгельберга с другими оркестрами это портаменто отсутствует, и что "необычный подход к портаменто был стилистической особенностью, которую он развивал с [Концертгебау] в течение длительного периода репетиций, и этот стиль нельзя было перенести на другие оркестры во время его гастролей". Филипп также отмечает, что для этого портаменто струнным требовалось использовать единообразную аппликатуру, предписанную Менгельбергом, что было необычно для того времени, когда оркестровая аппликатура обычно была "свободной", и разные музыканты могли использовать разные варианты аппликатуры для одного и того же фрагмента. Свободно исполняемое портаменто звучало легче, чем в записях Менгельберга, поскольку не все музыканты скользили на одних и тех же нотах. Филипп приводит в качестве примера этого стиля записи Венской филармонии под управлением Бруно Вальтера. Кроме того, Менгельберг использовал колебания темпа, которые были весьма значительными даже для эпохи, когда колебания темпа были более распространены, чем в современной практике. Хотя поклонники Менгельберга ценят его темповые нюансы, критики подвергают их критике. Например, музыковед и теоретик музыки Вальтер Фриш утверждает, что "в записях произведений Брамса под управлением Виллема Менгельберга колебания темпа слишком часто заслоняют общую структуру фрагмента или части". Фриш утверждает, что это искажение структуры не является результатом колебаний темпа двух дирижеров, которыми он восхищается и которые также активно использовали темповые нюансы – Вильгельма Фуртвенглера и Германна Абендрота.

The New Grove Dictionary of Music and Musicians (1980) entry on Mengelberg describes him as a "martinet addicted to meticulous and voluble rehearsals"; it also notes that he did not hesitate to make what he called changements to a composer's scores when he felt it would aid clarity. Mengelberg's recordings with the Concertgebouw Orchestra are marked by frequent use of an unusually prominent portamento, the sliding of the string players' left fingers from one note to another. The scholar Robert Philip has shown that Mengelberg's recordings with other orchestras do not show this portamento, and that "the unusual approach to portamento was a stylistic feature which he developed with [the Concertgebouw] over a long period of rehearsal, and that it was not a style which could be transferred to other orchestras when Mengelberg visited them" Philip also notes that this portamento required the strings to use uniform fingering prescribed by Mengelberg, and that this was also unusual for the time, when much orchestral fingering was typically "free", with different players fingering a passage differently. Freely bowed portamento sounded lighter than that we hear in Mengelberg's recordings, as not all players would slide on the same notes. Philip mentions recordings by the Vienna Philharmonic under Bruno Walter as examples of this style. In addition, Mengelberg employed fluctuations of tempo that were extreme even in an era in which tempo fluctuation was more common than in modern practice. While admirers of Mengelberg value his tempo inflections, detractors have criticized them. For example, the musicologist and music theorist Walter Frisch has argued that "in the Brahms performances recorded by Willem Mengelberg, tempo fluctuation too often tends to obscure the broader shape of a passage or movement". Frisch argues that this obscuring of structure does not result from the tempo fluctuations of two conductors he admires who also used much tempo inflection, Wilhelm Furtwängler and Hermann Abendroth.

Записанное наследие

Менгельберг сделал коммерческие записи в Соединенных Штатах с Нью-Йоркским филармоническим оркестром для Victor (1922–30) и Brunswick (1926–27). В Амстердаме с оркестром Concertgebouw он сделал серию записей, выпущенных в различных странах на лейблах Columbia и Odeon (1926–32), а также две работы, записанные для голландского филиала Decca в 1935 году. Менгельберг записывался с оркестром Concertgebouw и Берлинским филармоническим оркестром для Telefunken (1937–42). После его смерти Philips выпустила записи живых выступлений, сделанные голландскими радиостанциями, которые затем были переизданы Decca. Помимо записей произведений Рихарда Штрауса «Эйн Хелдлебен» и «Дон Жуан», Менгельберг оставил записи симфоний Бетховена, Чайковского и Брамса, «Страстей по Матфею» Баха, Симфонии № 4 Густава Малера и Адажиетто из Симфонии № 5. Его наиболее характерные интерпретации отличаются огромной выразительностью и свободой темпа, особенно ярко это проявляется в записи Четвертой симфонии Малера, но также заметно и в вышеупомянутых «Страстях по Матфею» и других выступлениях. Эти качества, разделяемые (возможно, в меньшей степени) лишь немногими другими дирижерами эпохи звукозаписи, такими как Вильгельм Фуртвенглер и Леонард Бернстайн, делают значительную часть его творчества необычайно спорной среди любителей классической музыки: записи, которые большинство слушателей сочтут неприемлемыми, другие будут считать одними из величайших, когда-либо созданных. Многие его записанные выступления, включая некоторые живые концерты в Амстердаме во время Второй мировой войны, были переизданы на LP и CD. Хотя он был известен своими записями немецкого репертуара, Capitol Records выпустила мощную, почти высококачественную запись Симфонии до минор Сезара Франка, сделанную в 1940-х годах Telefunken с оркестром Concertgebouw. Из-за шестилетнего запрета голландского правительства на дирижерскую деятельность Менгельберга, он больше не делал записей после 1945 года. Некоторые из его выступлений в Амстердаме были записаны на инновационном немецком магнитофоне Magnetophon, что обеспечило необычайно высокое качество звука для того времени. Сохранились звуковые фильмы, на которых Менгельберг дирижирует оркестром Concertgebouw во время живых концертов в Амстердаме; среди них – исполнение увертюры «Оберон» Вебера в 1931 году. Его запись «Страстей по Матфею» Баха 1939 года, хотя и не была снята на пленку, была создана на оптической системе Philips, которая использовала пленку в качестве (только аудио) носителя записи.

Mengelberg made commercial recordings in the United States with the New York Philharmonic for Victor (1922–30) and Brunswick (1926–27). In Amsterdam with the Concertgebouw Orchestra he made a series of records issued in various countries on the Columbia and Odeon labels (1926–32) as well as two works recorded for the Dutch branch of Decca in 1935. Mengelberg recorded with the Concertgebouw Orchestra and the Berlin Philharmonic for Telefunken (1937–42). After his death, Philips issued recordings of live performances recorded by Dutch radio services, and these have been reissued by Decca. In addition to his recordings of Richard Strauss's Ein Heldenleben and Don Juan, Mengelberg left discs of symphonies by Beethoven, Tchaikovsky and Brahms, Bach's St Matthew Passion, Gustav Mahler's Symphony No. 4 and the Adagietto from Symphony No. 5. His most characteristic performances are marked by a tremendous expressiveness and freedom of tempo, perhaps most remarkable in his recording of Mahler's Fourth Symphony but certainly present in the aforementioned St Matthew Passion and other performances as well. These qualities, shared (perhaps to a lesser extent) by only a handful of other conductors of the era of sound recording, such as Wilhelm Furtwängler and Leonard Bernstein, make much of his work unusually controversial among classical music listeners; recordings that more mainstream listeners consider unlistenable will be hailed by others as among the greatest recordings ever made. Many of his recorded performances, including some live concerts in Amsterdam during World War II, have been reissued on LP and CD. While he was known for his recordings of the German repertoire, Capitol Records issued a powerful, nearly high fidelity recording of César Franck's Symphony in D minor, recorded in the 1940s by Telefunken with the Concertgebouw Orchestra. Due to the Dutch government's six year ban on Mengelberg's conducting activities, he made no more recordings after 1945. Some of his performances in Amsterdam were recorded on the innovative German tape recorder, the Magnetophon, resulting in unusually high fidelity for the time. Sound films of Mengelberg conducting the Concertgebouw Orchestra, during live concerts in Amsterdam, have survived; among these are a 1931 performance of Weber's Oberon overture. His 1939 recording of Bach's St Matthew Passion, while not captured on film, was created on a Philips optical system which used film as the (audio only) recording medium.