Резня в Раисе: массовое убийство в Алжире, 1997 год.

Введение

Массовое убийство 1997 года, совершенное Вооруженной исламской группировкой Алжира

Резня в Раисе, произошедшая 28 августа 1997 года, стала одной из самых кровопролитных массовых казней в Алжире в 1990-х годах. Она произошла в деревне Раис, недалеко от Сиди-Муссы и к югу от Алжира. Первоначально официальные данные указывали на 98 убитых и 120 раненых; CNN сообщил, что сотрудники больниц и свидетели назвали цифру не менее 200, вплоть до 400 человек. Алжирское правительство предоставило Комиссии ООН по правам человека данные о 238 погибших. Позже BBC сообщила о 800 убитых. В 1997 году Алжир находился в разгар жестокого гражданского конфликта, начавшегося после отмены военными выборов 1992 года, в которых ожидалась победа Исламского фронта спасения (FIS). Бедная сельскохозяйственная деревня Раис в основном голосовала за FIS и имела историю поддержки исламистских повстанцев в регионе, но (по словам жителя, цитируемого PBS) недавно прекратила снабжать их продовольствием и деньгами.

Резня

Нападавшие в капюшонах прибыли около часа ночи на грузовиках и автомобилях, вооруженные дробовиками, ножами, топорами и бомбами. Они продолжали убивать мужчин, женщин, детей и даже животных в деревне до рассвета (около 6 утра), перерезая горло и сжигая трупы; молодых женщин же похищали вместо того, чтобы убивать. В некоторых случаях они оставляли отрубленные головы на порогах домов. Они оскверняли и грабили мертвых, совершая зверства над беременными женщинами. Некоторые дома были сожжены и взорваны. Жители деревни пытались бежать или спрятаться. Армейские подразделения оставались за пределами деревни, стреляя по бегущим, но не предпринимали попыток войти внутрь до тех пор, пока нападавшие, увезшие с собой около 20 молодых женщин, не покинули деревню на рассвете. Это касалось и армейских казарм, расположенных в 100 метрах от деревни, и один из выживших заявил: "Армия и силы безопасности были там же, они все слышали и видели, но ничего не сделали и позволили террористам уйти". Amnesty International опросила другого выжившего, который рассказал, что "помимо казарм сил безопасности поблизости, подразделения сил безопасности также были размещены непосредственно за пределами деревни и знали о совершаемой резне, поскольку те, кто смог бежать в начале нападения, обратились за помощью и убежищем к близлежащим силам безопасности". Премьер-министр Ахмед Уяхия заявил телеканалу ITN, что "армия и национальная гвардия вмешались, как только это стало возможно". Власти выразили обеспокоенность возможным наличием мин и засад; однако, спасатель, опрошенный Human Rights Watch, сообщил, что первые жандармы, прибывшие на место, не предприняли никаких мер предосторожности против мин при въезде. Правительство Алжира сообщило Комиссии ООН по правам человека (E/CN.4/2000/3/Add.1), что "судебное разбирательство было начато судом Ларбэа, и были установлены личности четырех исполнителей резни. Судья-следователь выдал ордера на обыск 30 мая 1998 года". Неясно, как четырем нападавшим удалось убить 238 человек. Численность населения деревни уже сократилась с 1000 до начала конфликта до 200 после резни; многие из оставшихся покинули деревню после этих событий. По данным La Tribune, правительство предоставило оружие некоторым из оставшихся жителей для самообороны, при этом местные жители выступают против амнистии, объявленной Абделазизом Бутефликой в отношении некоторых членов вооруженных группировок (закон о национальном примирении), опасаясь, что она распространится и на убийц, подобных тем, кто убил их соседей.

The hooded attackers arrived about 1 am in trucks and cars, armed with shotguns, knives, axes, and bombs. They continued killing the village's men, women, children, and even animals until dawn (about 6 am), cutting throats and taking the time to burn corpses; young women, however, were abducted instead of being killed. In some cases, they left severed heads on doorsteps. They mutilated and stole from the dead, and committed atrocities against pregnant women. They burned and bombed some houses. The villagers tried to flee or hide. Army units stayed outside the village, shooting at fleeing villagers, but not attempting to enter the village until after the attackers, carrying away some 20 young women, left at dawn. including an army barracks 100 metres away, and quoting a survivor as saying "The army and the security forces were right there; they heard and saw everything and did nothing, and they let the terrorists leave." AI interviewed another survivor and they mentioned how " in addition to the security forces barracks nearby, security forces’ units were also stationed just outside the village, and were aware that the massacre was being committed because those who were able to flee at the
beginning of the attack had gone to seek help and refuge with the nearby security forces." The Prime Minister, Ahmed Ouyahia, retorted to ITN that "the army, the national guard intervened, intervened as quickly as it was possible." The authorities cited concern regarding the possible presence of mines and ambushes; however, a rescue worker interviewed by Human Rights Watch said that the first gendarmes there had not taken any precautions against possible mines as they drove in. The Algerian government told the UN Commission on Human Rights (E/CN.4/2000/3/Add.1) that "A judicial inquiry was opened by the Larbâa court and the four perpetrators of the massacre identified. Search warrants were issued by the examining magistrate on 30 May 1998." How four attackers killed 238 people is not made clear. The village's population had already dropped from 1000 before the conflict began to 200 after the massacre; many of the remainder left following this massacre. Some of those who remained were given arms by the government for future self defense, according to La Tribune, which quotes residents opposing Abdelaziz Bouteflika's amnesty to certain members of the armed groups (the Law of National Reconciliation), fearing that it would include murderers like those who killed their neighbors.