Приапеи: Сборник латинских стихотворений о Приапе

Введение

Сборник латинских стихотворений

«Приапеи» (или «Кармина Приапея») — это сборник из восьмидесяти (в некоторых изданиях девяносто пяти) анонимных коротких латинских стихотворений, написанных в различных размерах и посвященных фаллическому богу Приапу. Предполагается, что они датируются I веком нашей эры или началом II века. Традиционная точка зрения об их происхождении состоит в том, что это антология стихотворений, созданных разными авторами на одну и ту же тему. Однако недавно выдвинута гипотеза о том, что все 80 стихотворений принадлежат перу одного автора и представляют собой своего рода биографию Приапа, от его бурной молодости до старческой импотенции.

Обзор

Не считая последних нескольких стихотворений, которые, по-видимому, не входят в состав оригинальной коллекции, «Приапеи» состоят из 80 эпиграмм (средняя длина 6–8 строк), написанных преимущественно в хендекасиллабах или элегических двустишиях, а также в сказонах. Многие эпиграммы созданы так, словно их должны были выгравировать на стенах святилища со статуей бога Приапа, стоявшего посреди садов в качестве защитника растущих в них плодов. Эти статуи, обычно вырезанные из дерева, изображали мужчину с огромным фаллосом, держащим в одной руке серп. Статуи, окрашенные в красный цвет в знак сексуальной силы, также способствовали плодородию садов. Большинство стихотворений в сборнике – это монологи самого Приапа. В них бог восхваляет себя за размер и силу своих половых органов и грозит страшными карами тем, кто осмелится проникнуть в его сад или похитить его плоды, предрекая таким злоумышленникам различные сексуальные наказания, такие как иррумация и содомия. Стихи примечательны использованием непристойной лексики и образов в сочетании с изысканным и элегантным слогом. Ранее существовала теория, что «Приапеи» – это плод творчества группы поэтов, собиравшихся в доме Мецената и забавлявшихся написанием шутливых посвящений садовому Приапу (Меценат был покровителем Горация). Считалось, что Марциал и Петроний также добавили к сборнику стихи, подражая оригиналу. Однако после исследования немецкого ученого Винценца Бухейта в 1962 году все большее признание получила теория о том, что «Приапеи» – это произведение одного поэта, иллюстрирующего угасание Приапа от цветущей молодости до импотенции. Первые два стихотворения – посвящение автора, а последнее – молитва Приапу об увеличении сексуальной силы самого поэта. В 1890 году «Приапеи» были переведены на английский язык Леонардом Смитерсом и сэром Ричардом Бертоном (последний также вольно переводил «Книгу тысячи и одной ночи»), которые снабдили перевод многочисленными глоссами, разъясняющими сексуальные практики и пристрастия, упоминаемые в стихотворениях. Эти пояснения охватывают широкий спектр тем, таких как оральный секс (феллацио и куннилингус), иррумация, мастурбация, зоофилия, сексуальные позы, евнухизм, фаллические символы, религиозная проституция, афродизиаки, порнография и сексуальная терминология, однако не всегда представляют собой точное научное отражение древнеримских обычаев. Более поздний перевод под названием «Стихи Приапа» был выполнен Ричардом В. Хупером. В своем «Введении» к «Приапеям» Смитерс и Бертон утверждают, что «поклонение Приапу у римлян было заимствовано у египтян, которые под видом Аписа, Священного Быка, поклонялись созидательной силе природы», добавляя, что «фаллос был древним символом творения и олицетворением богов Бакха, Приапа, Гермафродита, Геркулеса, Шивы, Осириса, Ваала и Ашера, которые все были фаллическими божествами».

Not counting the last few poems, which seem not to be part of the original collection, the Priapeia consists of 80 epigrams (average length 6 to 8 lines) mainly written in either hendecasyllables or elegiac couplets, with a few also in scazons. Many of the epigrams are written as though they were to be engraved on the walls of a shrine containing a statue of the god Priapus that stood in the midst of gardens as the protector of the fruits that grew in them. These statues, usually carved from wood, were in the form of a man with a huge phallus, carrying a sickle in one hand. The statues, painted red to signify sexual prowess, also promoted the gardens’ fertility. Most of the poems in the collection are monologues by Priapus himself. In them the god congratulates and praises himself for the size and virility of his sexual parts and issues fearful warnings to those who would trespass upon his garden or attempt to steal its fruits, threatening such miscreants with various punishments of a sexual nature, such as irrumation and sodomy. The poems are notable for their use of obscene words and ideas in combination with refined and elegant diction. In the past one theory was that the Priapeia were the work of a group of poets who met at the house of Maecenas, amusing themselves by writing tongue in cheek tributes to the garden Priapus. (Maecenas was Horace’s patron.) Others, including Martial and Petronius, were thought to have added more verses in imitation of the originals. However, since a study by the German scholar Vinzenz Buchheit in 1962, the theory has gained ground that they are the work of a single poet illustrating Priapus's decline from a vigorous youth to an impotent old age. The first two poems are a dedication by the author and the last one is a prayer to Priapus to increase the sexual prowess of the poet himself. In 1890, the Priapeia were translated into English by Leonard Smithers and Sir Richard Burton (the latter of whom also freely translated The Book of the Thousand Nights and a Night), who provided numerous glosses concerning the sexual practices and proclivities that are referenced in the poems. These explanatory notes address such diverse topics as oral sex (fellatio and cunnilingus), irrumation, masturbation, bestiality, sexual positions, eunuchism, phalli, religious prostitution, aphrodisiacs, pornography, and sexual terminology, but are not always accurate scholarly reflections of ancient Roman practices. A more recent translation titled The Priapus Poems has been carried out by Richard W. Hooper. In their "Introduction" to the Priapeia, Smithers and Burton claim that "The worship of Priapus amongst the Romans was derived from the Egyptians, who, under the form of Apis, the Sacred Bull, adored the generative Power of Nature," adding that "the Phallus was the ancient emblem of creation, and representative of the gods Bacchus, Priapus, Hermaphroditus, Hercules, Shiva, Osiris, Baal and Asher, who were all Phallic deities."

Дата

Дата создания "Кармин Приапеи" до сих пор является предметом споров, хотя обычно считается, что она относится к I веку нашей эры. Одним из свидетельств, позволяющих датировать сборник, является фраза *inepta locī* ("неуместное место"), встречающаяся в стихотворении 3.8 в связи с девушкой, предлагающей мужу в брачную ночь не обычное место, а свою заднюю часть. Та же фраза, в аналогичном контексте, цитируется у Сенеки Старшего (Contr. 1.2.22), где она названа *Ovidianum illud* ("той овидиевской фразой"). Некоторые ученые в связи с этим предполагают, что, по крайней мере, поэма 3 сборника была написана Овидием. Однако немецкий ученый Геррит Клосс утверждает, что это не обязательно так. Возможно, *inepta locī* просто имитирует утраченное стихотворение Овидия, а не является первым случаем ее употребления. В той же поэме содержится ряд других литературных отголосков фраз, использованных Овидием, Вергилием и Горацием. Другим свидетельством является то, что определенные слова в стихотворениях, такие как *circitor* ("сторож"), *rubricatus* ("окрашенный в красный цвет"), *prūrīgo* ("вожделение") и так далее, не встречаются в произведениях писателей до времени Нерона или более позднего периода. Если исходить из предположения, что все стихотворения принадлежат одному автору, то всю коллекцию можно датировать временем Нерона или позже. Ряд аргументов, основанных на просодии, также был выдвинут Х. Тренкле (1998) в попытке датировать стихотворения. Например, было показано, что долгая *ō* в спондейных словах, таких как *virgō* и *ergō* (в 11 из 13 случаев в "Кармина Приапеи"), ближе к практике Овидия, чем к практике Марциала, где *o* обычно краткое. Однако Клосс отмечает, что этот аргумент слаб, поскольку другие писатели, более поздние, чем Овидий, такие как Петроний и Силий Италик, также предпочитали долгую *ō*. Бухгейт (1962) обнаружил достаточно отголосков Марциала, чтобы утверждать, что стихотворения должны датироваться периодом, последовавшим за временем Марциала. Клосс (2003) менее уверен, но считает, что стихотворения датируются как минимум временем Нерона, но, скорее всего, периодом после Марциала.

Тексты в Интернете

Кармина Приапеа, под редакцией Бернхарда Кицлера (Цюрих/Мюнхен 1978), на латыни с немецким переводом Карла Фишера. (Bibliotheca Augustana). (Включает 80 стихотворений, а также раздел с греческими Приапеями, взятыми из Греческой антологии.) Приапея. Содержит 95 стихотворений, с переводом Леонарда К. Смитерса и сэра Ричарда Бёртона (1890), с примечаниями. (В этом издании первое стихотворение не имеет номера, поэтому нумерация стихотворений отличается от нумерации в тексте Кицлера.) Petronii saturae et liber priapeorum, Франц Бюхлер (ред.), Берлин, apud Weidmannos, 1904. (Приапеи начинаются на странице 150.)