Липосаркомы: классификация, диагностика и современные подходы к лечению.

Введение

Липосаркомы являются наиболее распространенным подтипом саркомы мягких тканей, составляя не менее 20% всех сарком у взрослых. Саркомы мягких тканей – редкие новообразования, включающие более 150 различных гистологических подтипов или форм. Липосаркомы развиваются из предшественников липобластов, являющихся клетками-предшественниками жировых клеток (адипоцитов) в жировой ткани. Жировая ткань распределена по всему организму, включая глубокие и поверхностные слои подкожной клетчатки, а также менее доступные для хирургического вмешательства области, такие как ретроперитонеум (пространство позади брюшной полости) и висцеральный жир внутри брюшной полости. Все липосаркомы содержат хотя бы некоторые клетки, напоминающие жировые клетки при гистопатологическом исследовании под микроскопом. Однако липосаркомы имеют несколько форм, различающихся по клиническим проявлениям (например, возраст, половая принадлежность, локализация опухоли, признаки и симптомы), степени злокачественности (потенциал инвазии в местные ткани, рецидивы после хирургического удаления и метастазирование в отдаленные ткани), генетическим аномалиям, прогнозу и предпочтительным схемам лечения. Всемирная организация здравоохранения в 2020 году переклассифицировала липосаркомы на пять более или менее четко выделенных форм: 1) атипичная липоматозная опухоль/хорошо дифференцированная липосаркома (АЛО/ВДЛПС); 2) дедифференцированная липосаркома (ДДЛПС); 3) миксоидная липосаркома; 4) плеоморфная липосаркома; и 5) миксоидная плеоморфная липосаркома. (Термин "плеоморфный" указывает на наличие клеток с аномальными и часто значительными изменениями в размере и форме, а также в размере и форме их ядер). Хотя формы липосаркомы классифицируются как агрессивные и злокачественные или, в случае АЛО/ВДЛПС, как относительно неагрессивные и доброкачественные, все пять форм могут локально инфильтрировать ткани и повреждать близлежащие органы, возникать в хирургически недоступных областях вблизи жизненно важных органов (например, в ретроперитонеуме), рецидивировать после хирургического удаления и прогрессировать до угрожающих жизни состояний. Современные исследования показывают, что все пять форм липосаркомы, хотя обычно поддаются, по крайней мере, первоначальному хирургическому лечению, часто лишь умеренно чувствительны к применяемым схемам химио- и лучевой терапии. Липосаркомы требуют дальнейших всесторонних исследований для определения их чувствительности к различным методам лучевой терапии, химиотерапии и новым схемам лечения, используемым как по отдельности, так и в различных комбинациях, включая, по возможности, хирургическое удаление. Очень редкие случаи, возникающие у детей и подростков, преимущественно диагностируются как миксоидная форма липосаркомы. 2) атипичные шпиндельно-клеточные липомы (доброкачественные опухоли с умеренно атипичными шпиндельно-клеточными элементами в фиброзной или миксоидной строме, перемешанной с вакуолизированными липобластами и адипоцитами различного размера с атипичными ядрами); 3) плеоморфные липомы (доброкачественные опухоли, характеризующиеся гигантскими клетками с перекрывающимися ядрами). Они редко или никогда не метастазируют и поэтому рассматриваются как доброкачественные или предраковые опухоли. Однако они обладают местной инвазивностью и могут трансформироваться в более агрессивную и потенциально метастазирующую липосаркому, то есть в дедифференцированную липосаркому. Кроме того, хирургически удаленная АЛО/ВДЛПС может рецидивировать в виде ДДЛПС. Эта терминология имеет прогностическое значение: менее 7% опухолей АЛО превращаются в ДДЛПС в среднем через 7 лет, в то время как 17% опухолей ВДЛПС трансформируются в эту более злокачественную форму липосаркомы в среднем через 8 лет. Важную роль играют гены MDM2 и CDK4 (ген, который при избыточной экспрессии способствует развитию различных опухолей), расположенные в полосе 14.1. Амплификация (увеличение числа копий гена без пропорционального увеличения других генов) этих двух генов является высокочувствительным и специфичным индикатором того, что липосаркома является АЛО/ВДЛПС или ДДЛПС, а не какой-либо другой формой липосаркомы или липомы. Результаты иммуногистохимического исследования (и/или высокоспециализированного цитогенетического анализа с использованием G-окрашивания) подтверждают диагноз АЛО/ВДЛПС или ДДЛПС. Клинические проявления и гистопатологические различия между этими двумя формами липосаркомы обычно помогают их разграничить.

Liposarcomas are the most common subtype of soft tissue sarcomas, accounting for at least 20% of all sarcomas in adults. Soft tissue sarcomas are rare neoplasms with over 150 different histological subtypes or forms. Liposarcomas arise from the precursor lipoblasts of the adipocytes (i. e. fat cells) in adipose (i. e. fat) tissues. Adipose tissues are distributed throughout the body, including such sites as the deep and more superficial layers of subcutaneous tissues as well as in less surgically accessible sites like the retroperitoneum (i. e. space behind the abdominal cavity) and visceral fat inside the abdominal cavity. All liposarcomas consist of at least some cells that bear a resemblance to fat cells when examined for their histopathologic appearances under a microscope. However, the liposarcomas do have several forms based on differences in their clinical presentations (e. g. ages, gender preferences, sites of tumors, signs, and symptoms), severities (i. e. potential to invade local tissues, recur after surgical removal, and metastasize to distal tissues), genetic abnormalities, prognoses, and preferred treatment regimens. The World Health Organization in 2020 reclassified liposarcomas into five more or less distinct forms: 1) atypical lipomatous tumor/well differentiated liposarcoma (WD LPS); 2) dedifferentiated liposarcoma (DD LPS); 3) myxoid liposarcoma; 4) pleomorphic liposarcoma; and 5) myxoid pleomorphic liposarcoma. (Pleomorphic indicates the presence of cells that have abnormal and often large variations in their size and shape and/or the size and shape of their nuclei.) While liposarcoma forms are classified as being aggressive and malignant or, in the case of the atypical lipomatous tumor/well differentiated liposarcoma, as relatively non aggressive and benign, all five liposarcoma forms can infiltrate locally to injure nearby tissues and organs, occur in surgically inaccessible sites adjacent to vital organs (e. g. the retroperitoneum), recur after surgical removal, and progress to life threatening diseases. Studies to date find that all five liposarcoma forms, while usually treatable at least initially by surgical resection, are often only marginally responsive to currently used chemotherapy and radiotherapy regimens. The liposarcomas require a wide range of further studies to determine their responsiveness to various radiotherapy, chemotherapy, and more novel treatment regimens as used individually and in various combinations that would include, where possible, surgical removal. The very rare cases occurring in children and adolescents are diagnosed predominantly as being the myxoid liposarcoma form. 2) atypical spindle cell lipomas (i. e. benign tumors with mildly atypical spindle shaped cells in a fibrous to myxoid stroma intermixed with vacuolated lipoblasts and variable sized adipocytes with atypical nuclei; 3) pleomorphic lipomas (i. e. benign tumors characterized by giant cells with overlapping nuclei);). They rarely if ever metastasize and therefore are regarded as benign or premalignant tumors. However, they are locally invasive and may transform to a more aggressive and potentially metastasizing liposarcoma, i. e. a dedifferentiated liposarcoma. Furthermore, a surgically removed atypical lipomatous tumor/well differentiated liposarcoma may recur as a dedifferentiated liposarcoma. This terminology has prognostic implications: less than 7% of ALT tumors convert to dedifferentiated liposarcomas within a median time of 7 years while 17% of WDL tumors convert to this more malignant liposarcoma within a median time of 8 years. and CDK4 (a gene that when overexpressed promotes the development of various tumors) located at band 14.1. The amplification (i. e. increased copies of a gene without a proportional increase in other genes) of these two genes is a highly sensitive and specific indicator that a liposarcoma is either an ALT/WDL or a dedifferentiated liposarcoma rather than any other liposarcoma or lipoma form. and/or highly specialized cytogenetic G banding analyses) strongly supports the diagnosis of ALT/WDL or dedifferentiated liposarcoma. The clinical presentation and histopathology differences between the latter two liposarcoma forms usually help distinguish between them.

Новые методы лечения

Новые методы терапии ALT/WDL аналогичны тем, что перечислены в разделе «Новые методы терапии» при дедифференцированном липосаркоме.

Дедифференцированный липосарком

Дедифференцированные липосаркомы – это злокачественные опухоли, которые примерно в 10% случаев развиваются в существующей атипичной липоматозной опухоли / хорошо дифференцированной липосаркоме (ALT/WDL) или на месте, где опухоль ALT/WDL была ранее удалена хирургическим путем. У пациентов с впервые установленным диагнозом этой опухоли могла ранее присутствовать ALT/WDL, которая прогрессировала до дедифференцированной липосаркомы, но осталась незамеченной, поскольку развивалась бессимптомно в труднодоступном месте, таком как ретроперитонеум или брюшная полость. Многие клинические и генетические характеристики дедифференцированных липосаркомов схожи с таковыми у опухолей ALT/WDL. При обращении за медицинской помощью опухоли ДДЛ обычно безболезненны, имеют большие размеры и могли медленно и постепенно увеличиваться в течение многих лет. Менее часто у пациентов появляются признаки и/или симптомы, связанные с компрессией опухолью органов (например, боль в животе из-за обструкции кишечника или обструкция мочевыводящих путей из-за закупорки уретры). В редких случаях у пациентов с ДДЛ наблюдаются один или несколько признаков или симптомов хронического воспаления (см. симптомы B) и/или один из эндокринных, неврологических, мукокутанных, гематологических или других тканеспецифических паранеопластических синдромов. Признаки и симптомы хронического воспаления и различных паранеопластических синдромов обусловлены секрецией опухолями цитокинов, гормонов, простагландинов и/или других системно действующих веществ; они полностью исчезают после успешного лечения ДДЛ.

Генетика

Неопластические клетки как в DDL, так и в ALT/WDL несут аналогичные небольшие сверхчисленные маркерные хромосомы (sSMC) и/или гигантские маркерные хромосомы, которые содержат дополнительные части q-плеча хромосомы 12 в полосах 13–15. Эта хромосомная область включает два гена, связанных с развитием опухоли – гены MDM2 и CDK4. Другие гены в sSMC и гигантской маркерной хромосоме, которые также сверхэкспрессируются в неопластических клетках ALT/WDL и DDL, включают HMGA2, CPM, YEATS4 и DDIT3. Однако, по сравнению с неопластическими клетками ALT/WDL, неопластические клетки DDL: 1) экспрессируют более высокие уровни генов в двух аномальных хромосомах; это может способствовать прогрессированию ALT/WDL в DDL; и 2) более высокие уровни генных продуктов на длинном плече хромосомы 1 в полосе 32, длинном плече хромосомы 6 в полосе 33 и, примерно в 25% случаев, на коротком плече хромосомы 1 в полосе 32.2, который содержит ген JUN (этот ген сверхэкспрессирован в DDL, но не в ALT/WDL). Поскольку продукт гена JUN, c-Jun, ингибирует гибель клеток и способствует их пролиферации, его избыточное производство может способствовать прогрессированию ALT/WDL в DDL и/или злокачественности неопластических клеток DDL. Для этих локализованных форм DDL также может быть рассмотрена периоперационная лучевая терапия в соответствии с рекомендациями Национальной комплексной сети по лечению рака. Основным вариантом лечения ретроперитонеального DDL является хирургическая резекция. Клиническое исследование III фазы показало незначительную разницу в результатах лучевой терапии с последующей хирургической резекцией по сравнению с хирургической резекцией в одиночку при лечении ретроперитонеального DDL. Необходимы дальнейшие исследования для получения данных об эффективности лучевой терапии, химиотерапии и новых методов лечения при всех вариантах DDL.

Новые методы лечения

В настоящее время проходят клинические испытания нескольких новых схем терапии ДДЛ, а также более агрессивных или трудно поддающихся лечению случаев АЛТ/ВДЛ. В настоящее время проводится клиническое исследование фазы II, изучающее применение абемациклиба у пациентов с ранее леченным или нелеченым ДДЛ. Предварительный анализ показал, что этот ингибитор продуктов генов CDK4 и CDK6 – ферментов серин/треонинспецифических протеинкиназ – обеспечивает пролонгированное медианное время выживаемости без прогрессирования, составившее 30,4 недели, в сотрудничестве с компанией Eli Lilly and Company. Рибоциклиб, также ингибитор генов CDK4 и CDK6, в комбинации с ингибитором mTOR эверолимусом находится на стадии II клинического исследования у пациентов с распространенным ДДЛ или лейомиосаркомой. Еще одно клиническое исследование фазы III изучает ингибитор MDM2 миладеметан в сравнении с трабектедином, блокатором онкогенного транскрипционного фактора FUS CHOP, при ДДЛ и АЛТ/ВДЛ с гиперэкспрессией MDM2. Миладеметан продемонстрировал управляемую токсичность и некоторую эффективность, приводящую к стабилизации заболевания и/или нескольким частичным ответам при ДДЛ. ДДЛ составляет около 30% всех липосаркомов. Пик заболеваемости приходится на четвертое и пятое десятилетие жизни, при этом в большинстве исследований наблюдается преобладание мужчин. Хотя МЛС встречается редко у детей и подростков, это наиболее распространенная форма липосаркомы, диагностируемая в этих возрастных группах. Обычно МЛС проявляется как крупная (от 1 до 39 см, в среднем 12 см), подвижная, четко очерченная, безболезненная опухоль, которая развивалась в течение периода от 1 недели до 15 лет до постановки диагноза. Опухоли МЛС локализуются в глубоких мягких тканях бедер (в 65–80% случаев), голеней (в 10–15% случаев), ретроперитонеума (в 8% случаев) и рук (в 5% случаев). Примерно в трети случаев эти опухоли метастазируют в другие участки мягких тканей (например, в ретроперитонеум, грудную клетку или другие конечности), кости и/или легкие. У пациентов могут быть обнаружены эти метастазы, особенно в костях; рекомендуется проводить обследование пациентов на наличие костных метастазов при первоначальной диагностике с использованием методов визуализации, таких как рентгенография, компьютерная томография и/или магнитно-резонансная томография.

Several novel therapy regimens for DDL and the more aggressive or otherwise problematic cases of ALT/WDL are currently undergoing clinical trials. A phase II clinical study investigating abemaciclib is underway in patients with pretreated or untreated DDL. Preliminary analysis showed that this inhibitor of the CDK4 and CDK6 genes' product Serine/threonine specific protein kinase enzymes produced a prolonged median progression free survival time of 30.4 weeks. in collaboration with Eli Lilly and Company. Ribociclib, also a CDK4 and CDK6 gene inhibitor, in combination with a mTOR inhibitor, everolimus is in a phase II clinical trial in individuals with advanced DDL or leiomyosarcoma. Another phase III clinical trial is investigating the MDM2 inhibitor milademetan versus trabectedin, a blocker of the oncogenic transcription factor FUS CHOP, in MDM2 overexpressing ALT/WDL and DDL. Milademetan has shown manageable toxicity and some activity resulting in stable disease and/or a few partial responses in DDL. represents ~30% of all liposarcomas. It has a peak incidence in individuals' fourth and fifth decades with a male predominance in most studies. While uncommon in children and adolescents, MLS is the most common liposarcoma form diagnosed in these age groups. MLS typically presents as a large (1 to 39 cm; average 12 cm), mobile, well circumscribed, painless mass that developed from 1 week to 15 years prior to diagnosis. MLS tumors are located in deep seated soft tissues of the thighs (65–80% of cases), lower legs (10–15% of cases), retroperitoneum (8% of cases), and arms (5% of cases). In about one third of cases, these tumors metastasize to other soft tissue sites (e. g. retroperitoneum, thorax, or other extremity), skeletal bone, and/or lung. Individuals may present with these metastasis, particularly those in bone; it has been recommended that patients should be tested at presentation for bone metastasis by medical imaging, including X rays, CT scans, and/or magnetic resonance imaging.

Патология

Гистопатологический анализ МЛС (см. рис. 3 и 4 в разделе "Гистопатология липосаркомы" ниже) выявляет клетки, рассеянные в миксоидной матрице (т. е. соединительнотканный фон, который при надлежащей подготовке, окраске гематоксилином и эозином и микроскопическом исследовании выглядит более синим или фиолетовым, чем красный цвет нормальной соединительной ткани). Эти клетки – липобласты, некоторые из которых имеют форму кольца (форма, указывающая на возможность неопластического характера клетки), овальную или округлую форму. Ген FUS расположен в полосе 12q хромосомы 12, а ген EWSR1 – в полосе 11 короткого плеча (также обозначаемого как p-плечо) хромосомы 16. Известно, что белок слияния (также называемый химерным белком), продукт этого химерного онкогена FUS-DDIT3, подавляет созревание жировых клеток и способствует развитию новообразований. Ген слияния EWSR1-DDIT3 (обозначаемый как t(12;22)(q13;q12)) является результатом транслокации гена EWSR1, расположенного в полосе 12.2q хромосомы 22, с геном DDIT2. Белок слияния, продукт гена EWSR1-DDIT3, как и белок слияния FUS-DDIT3, способствует развитию новообразований. Несмотря на эти связи с генами слияния, необходимы дальнейшие исследования для определения их вклада в развитие и/или поддержание опухолей МЛС. Кроме того, требуются дополнительные исследования для определения эффективности лучевой терапии при лечении различных вариантов МЛС. Округлоклеточная форма миксоидной липосаркомы также характеризуется относительно неблагоприятным прогнозом: в различных ретроспективных обзорах миксоидная липосаркома обычно была низкой степени злокачественности и, следовательно, относительно чувствительна к химиотерапии, в то время как миксоидная липосаркома высокой степени злокачественности (т. е. округлоклеточная) демонстрировала более высокую частоту метастазирования, более агрессивное течение и плохую чувствительность к химиотерапии. Препарат изучался в небольшом исследовании фазы I с участием пациентов с различными злокачественными новообразованиями на поздних стадиях. Препарат вызвал выраженный и продолжительный ответ у пациента с МЛС, что позволяет предположить, что агонисты PPARγ могут быть полезны для лечения этого заболевания. Клиническое исследование II фазы, проведенное в Италии, оценивает эффективность трабектедина в сочетании с пиоглитазоном (другой агонист PPARγ) у пациентов со стабильными опухолями МЛС. Исследование состоит из двух последовательных этапов. На первом этапе оценивается ответ пациентов, получавших как минимум 4 цикла терапии только трабектедином. В случае достижения стабильного состояния заболевания, на втором этапе будет оценено влияние дальнейшего лечения пациентов, первоначально ответивших на терапию, комбинацией трабектедина и пиоглитазона. Клиническое исследование II фазы, направленное на оценку эффективности сиролимуса (ингибитор mTOR; сиролимус также известен как рапамицин) в сочетании с циклофосфамидом (химиотерапевтический препарат) при метастатическом или неоперабельном МЛС, приближается к завершению. В клиническом исследовании фазы II набираются пациенты для оценки синтилимаба (моноклонального антитела IgG4 человека, направленного против белка программируемой клеточной гибели-1, расположенного на поверхности клеток) в сочетании с двумя химиотерапевтическими препаратами, доксорубицином и ифосфамидом, в качестве терапии первой линии саркомы мягких тканей, включая МЛС. Т-клетки были генетически модифицированы для нацеливания на антиген MAGE A4, экспрессируемый на пептиде, содержащем HLA A*02 MAGE A4, расположенном на поверхности неопластических клеток в некоторых типах опухолей. Эти модифицированные клетки (называемые ADP A2M4 Т-клетками) атаковали и уничтожали различные культивируемые раковые клетки человека, экспрессирующие этот антиген, и в клиническом исследовании I фазы уменьшали размеры различных типов солидных опухолей у пациентов, опухоли которых содержали неопластические клетки, экспрессирующие этот антиген. В настоящее время проводится клиническое исследование II фазы, в котором набираются участники для оценки эффективности и безопасности ADP A2M4 Т-клеток (полученных из собственных Т-клеток реципиента) у пациентов с HLA A*02-положительными метастатическими или неоперабельными опухолями МЛС с положительным результатом по MSGE 4.

Histopathologic analyses of MLS (see Figs. 3 and 4 in the below Histopathology of liposarcomas section) reveals cells scattered throughout a myxoid matrix (i. e. a connective tissue background that appears more blue or purple than the red color of normal connective tissue when these tissues are properly prepared, H&E stained, and viewed microscopically). These cells are lipoblasts, some of which are signet ring shaped (a shape suggesting that the cell may be neoplastic), oval shaped, or round shaped. at band 12 of chromosome 12's q arm and the site of the FUS gene at band 11 on chromosome 16's short arm (also termed the p arm). The fusion protein (also termed chimeric protein) product of this chimeric oncogene gene, FUS DDIT3, is known to arrest fat cell maturation and promote neoplasia. The EWSR1 DDIT3 fusion gene (termed t(12;22)(q13;q12)) results from a translocation of the EWSR1 gene located at band 12.2 on chromosome 22's q arm with the DDIT2 gene. The fusion protein product of the EWSR1 DDIT3 gene, like the FUS DDIT3 fusion protein, promotes neoplasia. In spite of these fusion gene relations, further studies are required to define their contribution to the development and/or maintenance of MLS tumors. However, further studies are needed to determine the value of radiotherapy in treating the various varieties of MLS. The round cell form of myxoid liposarcomas also appears to have a relatively poor prognosis: in various retrospective reviews, myxoid liposarcoma was usually found to be low grade and therefore relatively responsive to chemotherapy whereas high grade (i. e. round cell) myxoid lipsarcoma had higher rates of metastasis, behaved more aggressively, and did not respond well to chemotherapy. was studied in a small phase I trial on individuals with various advanced stage malignancies. The drug produced a markedly durable response in a person with MLS suggesting that PPAR γ agonists would be useful for treating this disease. A stage II clinical trial conducted in Italy is examining the effects of a trabectedin plus pioglitazone (another PPAR γ agonist) in individuals with stable MLS tumors. The study involves two sequential steps. The first step examines the response of patients treated for a minimum of 4 cycles with trabectedin alone. If stable disease is attained, the second step will examine the effects of further treating initially responding patients with a combination of trabectedin and pioglitazone. A stage II clinical trial is nearing completion to evaluate the efficacy of sirolimus (an inhibitor of MTOR; sirolimus is also known as rapamycin) plus cyclophosphamide (a chemotherapy drug) in metastatic or unresectable MLS. A phase II clinical trial is recruiting patients to evaluate sintilimab (a human IgG4 monoclonal antibody directed against the programmed cell death protein 1 located on the surface of cells) in combination with two chemotherapy drugs, doxorubicin and ifosfamide, as first line treatment of soft tissue sarcomas including MLS. T cells have been genetically engineered to target the MAGE A4 antigen expressed on a HLA A*02 MAGE A4 containing peptide located on the surface of the neoplastic cells in certain types of tumors. These engineered cells (termed ADP A2M4 T cells) attacked and killed various cultured human cancer cells bearing this antigen and, in a clinical stage 1 study, shrank various solid tumor types in patients whose tumors' contained neoplastic cells expressing this antigen. A phase II clinical study is now recruiting individuals to investigate the efficacy and safety of ADP A2M4 T cells (engineered from the recipient's own T cells) in HLA A*02 positive patients with metastatic or inoperable, advanced stage MSGE 4 positive MLS tumors.

Презентация

Плеоморфные липосаркомы (PLS), составляющие от 5% до 10% всех случаев липосаркомы, быстрорастущие, обычно крупные (>5 см), безболезненные, но высокозлокачественные опухоли, происходящие из жировых клеток. Они преимущественно возникают у лиц старше 50 лет в области грудной стенки, тазовой полости, плевры легких, перикарда и позвоночника, и характеризуются сочетанием дифференцированных и недифференцированных участков. Недифференцированный компонент опухоли чаще всего представлен веретенообразными клетками, при этом в 25% случаев наблюдаются клетки с эпителиоидной морфологией. Эти опухоли содержат хотя бы некоторые очаги с гистопатологией, сходной с гистоцитомами типа миксофибросаркомы высокой степени злокачественности, опухолью, ранее известной как злокачественная миксофиброзная гистоцитома.

Генетика

Неопластические клетки PLS содержат различные генные и хромосомные аномалии: ген TP53 делетирован или мутирован в 17–60% случаев; ген RB1 делетирован в 60% случаев; и ген Neurofibromin 1 теряется вследствие инактивирующих мутаций в 8% случаев или, реже, в результате делеции в области 11.2 на длинном плече хромосомы 12. Эти клетки также могут демонстрировать увеличение генетического материала в областях: 12–15 на коротком плече хромосомы 5; 21 на коротком плече хромосомы 1; и 22 на длинном плече хромосомы 7. Изменения в числе копий генов, вызванные этими аномалиями, сходны с теми, что наблюдаются при миксофибросаркоме, являющейся типом гистиоцитомы. Роль этих изменений в числе копий генов в развитии PLS не установлена. Таким образом, PLS отличается от других липосаркомы тем, что неопластические клетки характеризуются сложным геномом, не имеющим специфических геномных изменений или идентифицируемых генов, определяющих развитие заболевания. Выявление изменений в экспрессии генов TP53, RB1 и нейрофибромина 1, а также других генов, изменяющихся менее часто при PLS (например, PIK3CA, тирозинкиназы SYK, PTK2B, EPHA5 и ERBB4), может помочь в диагностике, но не позволяет однозначно определить опухоль как PLS. Впервые описан в крупном исследовании липосаркомы, проведенном в 2009 году. Изначально рассматривался как возможный вариант миксоидной липосаркомы с плеоморфными особенностями, однако Всемирная организация здравоохранения (2020) классифицировала его как новую и самостоятельную форму липосаркомы. Эта классификация основана на данных о том, что миксоидные плеоморфные липосаркомы, несмотря на сходные с миксоидными липосаркомами гистопатологические признаки, обладают клиническими и, что наиболее важно, критическими генетическими и молекулярными особенностями, отличающими их от миксоидных, а также от других трех форм липосаркомы.