Введение

В отличие от ординальной полезности, в экономике

В экономике кардинальная функция полезности или шкала представляет собой индекс полезности, сохраняющий порядок предпочтений однозначно, с точностью до положительных аффинных преобразований. Два индекса полезности связаны аффинным преобразованием, если для значения одного индекса u, соответствующего любому количеству оцениваемого набора товаров, соответствующее значение другого индекса v удовлетворяет соотношению вида

,

где a и b – фиксированные константы. Таким образом, сами функции полезности связаны между собой. Вымышленная логарифмическая функция полезности Бернулли и функция Крамера были разработаны не для теории спроса, а для решения Санкт-Петербургской задачи. Бернулли предположил, что «бедный человек обычно получает больше полезности от равного прироста, чем богатый», – подход, более глубокий, чем простое математическое ожидание денег, поскольку он включает в себя закон морального ожидания. Ранние теоретики полезности считали, что она обладает физически измеримыми атрибутами. Они полагали, что полезность ведет себя как величины расстояния или времени, где простое использование линейки или секундомера дает различимый результат. «Утили» – так фактически назывались единицы измерения в шкале полезности. В викторианскую эпоху многие аспекты жизни поддавались количественной оценке. Теория полезности вскоре стала применяться к дискуссиям в области моральной философии. Суть утилитаризма заключается в оценке решений людей на основе изменения их утилит и определении, стали ли они лучше. Основным предшественником утилитарных принципов с конца XVIII века был Джереми Бентам, который считал, что полезность можно измерить посредством сложного самоанализа и что она должна определять социальную политику и законы. Для Бентама единицей измерения интенсивности в шкале удовольствия является «степень интенсивности, присущая удовольствию, которое является наименьшей из тех, что можно различить как удовольствие»; он также утверждал, что по мере увеличения интенсивности удовольствия более высокие числа могут их представлять. Леон Вальрас, Альфред Маршалл). Однако ни один из них не представил убедительных аргументов в пользу предположения об измеримости. Джевон в более поздних изданиях своей работы добавил примечание о сложности точной оценки полезности. Маршалл занимал неоднозначную позицию в отношении измеримости гедонизма, поскольку он придерживался его психологических гедонистических свойств, но также утверждал, что это «нереалистично». Сторонники теории кардинальной полезности в XIX веке предполагали, что рыночные цены отражают полезность, хотя и не говорили много об их совместимости (то есть об объективности цен и субъективности полезности). Точное измерение субъективного удовольствия (или боли) казалось затруднительным, что, несомненно, осознавали мыслители того времени. Они переименовывали полезность в такие образные понятия, как субъективное богатство, общее счастье, моральная ценность, психическое удовлетворение или офелимите. Во второй половине XIX века было проведено множество исследований, связанных с этой вымышленной величиной – полезностью, – но вывод всегда был один и тот же: невозможно однозначно сказать, стоит ли товар 50, 75 или 125 утиль для одного человека или для двух разных людей. Более того, зависимость полезности от понятий гедонизма вызвала скептицизм в академических кругах. Фрэнсис Эджворт также осознавал необходимость обоснования теории полезности в реальном мире. Он обсуждал количественные оценки, которые человек может сделать относительно своего собственного удовольствия или удовольствия других, заимствуя методы, разработанные в психологии для изучения гедонического измерения: психофизики. Эта область психологии была основана на работах Эрнста Х. Вебера, но во время Первой мировой войны психологи разочаровались в ней. В конце XIX века Карл Менгер и его последователи из Австрийской школы экономики предприняли первый успешный отход от измеримой полезности, в форме теории ранжированного использования. Отказавшись от идеи количественной полезности (то есть психологического удовлетворения, отображенного в множество действительных чисел), Менгеру удалось сформулировать ряд гипотез о принятии решений, основанных исключительно на нескольких аксиомах ранжированных предпочтений относительно возможных вариантов использования товаров и услуг. Его численные примеры «иллюстрируют ординальные, а не кардинальные отношения». Около рубежа XIX–XX веков неоклассические экономисты начали принимать альтернативные подходы к проблеме измеримости. К 1900 году Парето сомневался в точной оценке удовольствия или боли, поскольку считал, что такая субъективная величина, основанная на самоотчетах, не имеет научной ценности. Он хотел найти альтернативный способ рассмотрения полезности, который не зависел бы от непредсказуемых восприятий чувств. Основным вкладом Парето в ординальную полезность было предположение, что более высокие кривые безразличия соответствуют большей полезности, но степень этого увеличения не нужно определять для получения результата в виде убывающей предельной нормы замещения. Работы и учебники Вильфредо Парето, Фрэнсиса Эджворта, Ирвинга Фишера и Эжена Слуцкого отошли от кардинальной полезности и стали отправной точкой для дальнейшего развития ординальности. По мнению Винера, эти экономисты разработали теорию, объясняющую отрицательный наклон кривых спроса. Их метод избегал измеримости полезности путем построения абстрактной карты кривых безразличия. В первые три десятилетия XX века экономисты из Италии и России ознакомились с паретовской идеей о том, что полезность не обязательно должна быть кардинальной. По словам Шульца, к 1931 году идея ординальной полезности еще не была принята американскими экономистами. Прорыв произошел, когда в 1934 году Джон Хикс и Рой Аллен объединили теорию ординальной полезности. Фактически, страницы 54–55 этой работы содержат первое использование термина «кардинальная полезность». Однако первое рассмотрение класса функций полезности, сохраняемых при аффинных преобразованиях, было проведено в 1934 году Оскаром Ланге. В 1944 году Фрэнк Найт убедительно отстаивал кардинальную полезность. В 1960-х годах Пардуччи изучал человеческие суждения о величинах и предложил теорию частотности диапазона. С конца XX века экономисты проявляют возобновленный интерес к проблемам измерения счастья. В этой области разрабатываются методы, опросы и индексы для измерения счастья. Некоторые свойства кардинальных функций полезности можно вывести с помощью инструментов теории меры и теории множеств.

Межвременная полезность

Модели полезности с несколькими периодами, в которых люди дисконтируют будущую полезность, требуют использования кардинализма для обеспечения корректного поведения функций полезности. Согласно Полу Сэмюэлсону, максимизация дисконтированной суммы будущей полезности подразумевает, что человек способен оценивать различия в уровнях полезности.