Введение
Апокриф Иоанна, также называемый Тайной Книгой Иоанна или Тайным Откровением Иоанна, – это гностический христианский псевдоэпиграфический текст сетийской традиции II века, приписываемый апостолу Иоанну. Он является одним из текстов, критикуемых Иринеем в его труде "Против ересей", что позволяет датировать его создание периодом до 180 года н.э. Текст представляет собой описание явления Иисуса и передачи тайного знания (гнозиса) его ученику Иоанну. Автор описывает эти события как последовавшие за тем, как Иисус "вернулся в место, откуда он пришел".
The Apocryphon of John, also called the Secret Book of John or the Secret Revelation of John, is a 2nd century Sethian Gnostic Christian pseudepigraphical text attributed to John the Apostle. It is one of the texts addressed by Irenaeus in his Against Heresies, placing its composition before 180 AD. It is presented as describing Jesus appearing and giving secret knowledge (gnosis) to his disciple John. The author describes it as having occurred after Jesus had "gone back to the place from which he came".
Обзор
Многие христиане второго века, как гностики, так и ортодоксальные, надеялись получить превосходящее личное откровение, подобное тому, о котором сообщил апостол Павел церкви в Коринфе, или тому, что пережил Иоанн на острове Патмос, вдохновившему книгу Откровение. Подобно тому, как Деяния повествуют о событиях после вознесения Иисуса на небо, так и Апокриф Иоанна начинается с той же точки, но рассказывает о повторном явлении Христа Иоанну. Первые слова Тайной Книги Иоанна гласят: «Учение Спасителя и откровение тайн и вещей, сокрытых в молчании, даже то, чему Он научил Иоанна, Своего ученика». Автор Иоанн сразу же определяется как «Иоанн, брат Иакова, сыновей Зеведея». Остальная часть книги представляет собой видение духовных миров и предшествующей истории духовного человечества. Сохранилось четыре отдельных рукописи «Тайной Книги Иоанна». Одна была приобретена в Египте в 1896 году (Берлинский кодекс), а три были найдены в кодексах Наг-Хаммади, обнаруженных в 1945 году. Все они датируются IV веком и являются коптскими переводами с греческого. Три из них, по-видимому, были созданы независимо. Два из четырех достаточно близки друг к другу, чтобы предположить, что они были скопированы из одного источника. Хотя различные версии текстов содержат незначительные различия (в Берлинском кодексе много мелких расхождений с Наг-Хаммади II и IV), все тексты в целом согласны с тем, что главным открывающим существом был Иисус.
История
Книга под названием Апокриф Иоанна была упомянута Иринеем в труде «Против ересей», написанном около 185 года, среди «неописуемого числа тайных и незаконных писаний, которые они сами сфабриковали, чтобы смутить умы неразумных людей, незнакомых с истинными Писаниями» – Писаниями, которые сам Ириней способствовал установлению (см. канонические четыре). Среди писаний, которые он цитирует для разоблачения и опровержения, – «Евангелие истины», «Евангелие Иуды» и эта тайная книга Иоанна. До 1945 года о тексте было известно немного, пока в Наг-Хаммади в Египте (CG II) случайно не был обнаружен тайник из тринадцати папирусных кодексов (сводных книг), спрятанных в IV веке. Среди них был и Апокриф Иоанна, представленный тремя коптскими переводами с греческого. Две из версий очень похожи и принадлежат к одной рукописной традиции; они включают в себя обширный отрывок из определенной Книги Зороастра, приложенный к Апокрифу (как главы 15:29 – 19:8f). Более короткая версия Апокрифа, найденная в Наг-Хаммади, не содержит этой вставки и представляет собой другую рукописную традицию. Еще одна версия этого краткого издания текста была обнаружена в древнем коптском кодексе, приобретенном доктором Карлом Рейнхардтом в Каире в 1896 году. Эта рукопись (известная как «Берлинский гностический кодекс» или BG 8502) использовалась вместе с тремя версиями, найденными в Наг-Хаммади, для создания современных переводов. Тот факт, что сохранились четыре рукописных «издания» этого текста – два «длинных» и два «коротких» варианта – свидетельствует о важности этого текста в ранних гностических христианских кругах. В трех кодексах из Наг-Хаммади Апокриф Иоанна всегда представлен в первой версии.
Влияние
Апокриф, представленный как откровение, переданное воскресшим Христом Иоанну, сыну Зеведея, содержит наиболее подробное из сохранившегося изложение классической дуалистической гностической мифологии. Являясь одним из ключевых текстов библиотеки Наг-Хаммади, он является основополагающим для изучения гностицизма. Фредерик Виссе, его переводчик, утверждает, что «Апокриф Иоанна продолжал использоваться в восьмом веке аудианцами Месопотамии» (Wisse p 104). Апокриф Иоанна стал центральным текстом для исследования гностической традиции Античности. Мифологию творения, изложенную в нем, изучали Карл Юнг и Эрик Вогелин.
Тексты
В настоящее время сохранилось четыре копии Тайного откровения Иоанна. Они в значительной степени совпадают по своей основной структуре и содержанию. Одно из заметных различий между кодексами – их индивидуальная длина. Берлинский кодекс и кодекс III из Наг-Хаммади короче, чем кодексы II и IV из Наг-Хаммади. Другое различие между кодексами заключается в изображении фигуры Спасителя/Христа. В Берлинском кодексе термин «Христос» используется чаще, тогда как в повествовании кодекса III из Наг-Хаммади часто вместо него употребляются термины «Господь» или «Спаситель». Однако кодекс III из Наг-Хаммади завершает свой текст молитвой: «Иисус Христос, Аминь». Дополнительное отличие, касающееся христианской интерпретации текстов, состоит в том, что кодекс III из Наг-Хаммади более подробно описывает нисхождение фигуры Христа/Спасителя в тюремный мир Демиурга и его роль в пробуждении и освобождении человечества. Эти различия могут отражать определенную степень вариативности в том, как гностическая космология была интегрирована в христианский контекст.
Резюме текста и его космология
Следующее резюме Апокрифа взято из перевода Висса. Текст начинается с того, что Иоанн описывает свое собственное состояние скорби и недоумения после распятия Христа. Затем является Спаситель, принимающий различные формы, и после рассеивания страха Иоанна, предоставляет следующий космологический рассказ. Высший божественный принцип – Монада. Монада описывается как «монархия, над которой нет ничего выше». Он верховный, абсолютный, вечный, бесконечный, совершенный, святой и самодостаточный. Однако подчеркивается также его трансцендентная невыразимость. Его нельзя ни количественно оценить, ни полностью описать его качества. Монада существует в невообразимом совершенстве. Монада производит из своей мысли женское божественное существо или принцип по имени Барбело. Она описывается как «первая мысль» и «образ» Монады. Хотя Барбело всегда упоминается как «она», она также описывается как изначальная мать и отец. Ее также считают «первым человеком», «Святым Духом», «Матерью/Отцом» и описывают в различных терминах андрогинии. Она – первая из класса существ, называемых Эонами, и обмен между ней и Монадой приводит к возникновению других Эонов. Кроме того, свойства Света и Ума рождаются из отражения Монады в Барбело. Свет является синонимом Христа, также называемого «Христом Автогеном». Свет и Ум участвуют в дальнейшей творческой деятельности, помогая и прославляя высшие принципы Барбело и Монады. Вместе они порождают новые Эоны и силы. В конечном итоге одна из Эонов, София «из Эпинои», нарушает гармонию этих процессов, занимаясь творчеством без участия или согласия Духа Монады и без помощи мужского сотоварища. Творческая сила ее мысли производит существо по имени Ялдабаот, который является первым из серии неполноценных, демонических существ, называемых Архонтами. Ялдабаот, чьи черты характера злобны и высокомерны, также имеет гротескную форму: голова льва и змеиное тело. Осознавая деформированную, несовершенную природу своего потомства, София пытается скрыть его там, где другие Эоны не обнаружат его. Акт сокрытия Ялдабаота также приводит к тому, что сам Ялдабаот остается невежественным относительно высшего мира и других Эонов. Несмотря на то, что Ялдабаот имеет только одного родителя и был создан без согласия Духа Монады, он достаточно силен, чтобы имитировать творческие процессы высших Эонов. Он создает множество других Архонтов, каждый из которых разделяет его в основе дефектный характер, и создает мир для их обитания. Этот мир принципиально уступает миру наверху. Он создан из тьмы, но оживлен светом, украденным у Софии. В результате мир не является ни «светлым, ни темным», а скорее «тусклым». В своем высокомерии и невежестве Ялдабаот объявляет себя единственным и ревнивым Богом этого царства. Осознавая несовершенство Ялдабаота и его поддельного мира, София раскаивается. В знак прощения за ошибку Дух Монады помогает другим Эонам и силам в попытке искупить Софию и ее незаконнорожденное творение. Во время этого процесса Ялдабаот и его Архонты слышат голос Духа Монады. Хотя они в ужасе от этого голоса, его эхо оставляет след образа Духа на «водах», образующих крышу их царства. В надежде использовать эту силу для себя, они пытаются создать копию этого образа. Результатом этого процесса становится первый человек, Адам. Осознавая возможность вернуть свет, заключенный в темноте Ялдабаота и его мира, София и агенты высшего порядка, называемые по-разному «пленория» или «Эпиноя», а позже «плерома», разрабатывают план. Они обманом заставляют Ялдабаота вдохнуть свою духовную сущность в Адама. Это одновременно оживляет Адама и лишает Ялдабаота части его существа, полученной от Софии. Увидев сияние, интеллект и общее превосходство теперь оживленного Адама, Ялдабаот и Архонты сожалеют о своем творении и делают все возможное, чтобы заключить его в тюрьму или избавиться от него. Не сумев этого сделать, они пытаются нейтрализовать его, поместив в Эдемский сад. В этом повествовании Эдемский сад – это ложный рай, где плоды деревьев – грех, похоть, невежество, заточение и смерть. Они дают Адаму доступ к Древу Жизни, но скрывают Древо познания добра и зла. Согласно этому повествованию, Древо Познания на самом деле представляет собой проникновение позитивных сил высшего мира и Эпинои в царство Ялдабаота. В этот момент рассказа Христос открывает Иоанну, что именно он заставил Адама вкусить плод с Древа Познания. Кроме того, раскрывается, что Ева – помощница, посланная агентами высшего порядка, чтобы помочь освободить свет, заключенный в творении Ялдабаота и в Адаме. Она создана, когда Ялдабаот пытается вытянуть свет из Адама. Это приводит к созданию женского тела. Когда Адам видит ее, он видит отражение своей собственной сущности и освобождается от завораживающей силы Ялдабаота. Затем в повествовании подробно описываются попытки Ялдабаота вернуть контроль над сущностью Света. Его основной план – инициировать деятельность человеческого размножения, посредством которой он надеется создать новые человеческие тела, населенные поддельной душой. Эта поддельная душа позволяет Ялдабаоту и его агентам обманывать человеческий род, удерживая его в неведении относительно его истинной природы, и является основным средством, с помощью которого Ялдабаот держит человечество в подчинении. Это источник всего земного зла и смятения, и заставляет людей умирать «не обретя истины и не познав Бога истины». После этого откровения повествование принимает форму серии вопросов и ответов между Иоанном и Спасителем. Они касаются ряда тем, но в основном носят сотериологический характер. Иоанн спрашивает Христа, кто имеет право на спасение, и Христос отвечает, что спасение получат те, кто соприкоснутся с истинным Духом, а те, кто подвержен влиянию поддельной души, будут прокляты. Христос также раскрывает свою собственную роль как освобождающего агента высшего мира в этом контексте. Христос, который описывает себя как «память о Пронои» и «память о плероме», приносит свет во тьму тюрьмы Ялдабаота. Здесь он пробуждает заключенных к бодрствованию и воспоминаниям. Те, кто принимает откровение Христа и пробуждается от него, возносятся и «запечатываются светом воды пятью печатями». Таким образом, они избавлены от смерти и проклятия. Этот аспект роли Христа более полно разработан в Наг-Хаммадском кодексе III, в то время как он опущен в Берлинском кодексе. Это завершает послание Христа. Наконец, Спаситель заявляет, что любой, кто делится этими откровениями ради личной выгоды, будет проклят. Версия текста из Наг-Хаммадского кодекса III заканчивается молитвой: «Иисус Христос, Аминь».