Современный западный арамейский язык Сирии

Введение

Современный западноарамийский язык

Западно-неоарамийский (ܐܰܪܳܡܰܝ, arōmay), более известный как сирион (ܣܪܝܘܢ, siryōn, "сирийский"), является современным западноарамийским языком. Сегодня на нём говорят христианские и мусульманские арамеи (сирийцы) лишь в двух деревнях – Маалула и Джуббадин, а до начала сирийской гражданской войны также и в Бахʽа – в Антиливанских горах западной Сирии. Бахʽа была полностью разрушена во время войны, и все выжившие бежали в другие районы Сирии или в Ливан. Считается, что западно-неоарамийский язык является наиболее близким из ныне живущих к языку Иисуса, чей родной язык, согласно научному мнению, был галилейским арамейским, также относящимся к западной ветви; все остальные сохранившиеся неоарамийские языки принадлежат к восточной ветви.

Распространение и история

Западно-неоарамейский язык – единственный сохранившийся остаток западно-среднего арамейского диалекта, на котором говорили на всей территории долины реки Оронт и в горах Антиливан в VII веке н.э. В настоящее время на нём говорят исключительно жители Маалулы и Джуббадина, расположенных к северо-востоку от Дамаска. Сохранение этого небольшого ареала арамейского языка в окружении арабского частично обусловлено относительной изоляцией деревень и тесными связями их христианских и мусульманских общин. После мусульманского завоевания Леванта произошел языковой сдвиг в сторону арабского у местного мусульманского населения, а затем и у оставшихся христиан; арабский вытеснил различные арамейские диалекты и языки, включая западноарамейские, как язык большинства. Тем не менее, западноарамейский язык, по-видимому, существовал относительно долго, по крайней мере, в некоторых горных деревнях Ливана и Сирии. Вплоть до XVII века путешественники в Ливане сообщали о нескольких арамейских деревнях. В последних трёх деревнях, где язык всё ещё сохранился, диалект Бах’а представляется наиболее консервативным. На него арабский язык оказал меньшее влияние, чем на другие диалекты, и он сохранил некоторые устаревшие в других диалектах слова. Диалект Джуббадина претерпел наибольшие изменения. Он подвергся сильному влиянию арабского языка и имеет более развитую фонологию. Диалект Маалулы занимает промежуточное положение между этими двумя, но ближе к диалекту Джуббадина. Взаимное языковое влияние между арамейским и арабским языками было обоюдным, поскольку сирийский арабский (и левантийский арабский в целом) сохраняет арамейский субстрат. Подобно восточным неоарамейским языкам, западно-неоарамейский язык в значительной степени использует курдские заимствования, в отличие от других западноарамейских диалектов, например, в структуре отрицания: *Čū ndōmex* означает «Я не сплю» в диалекте Маалули. Эти влияния могут указывать на более древнюю историческую связь между западно-неоарамейским и восточно-арамейским языками. Другие значительные языковые влияния на западно-неоарамейский язык включают аккадский язык в период нововавилонского царства, например, названия месяцев: *āšbaṯ* (акк. *šabātu*, «февраль»), *ōḏar* (акк. *ad(d)aru*, «март»), *iyyar* (акк. *ayyaru*, «май») или сельскохозяйственные термины, такие как *nīra* (акк. *nīru*, «яко»), *sekkṯa* (акк. *sikkatu*, «рало»), *senta* (акк. *sendu*, «молоть») или *nbūba* (акк. *enbūbu*, «фрукт»). Как и в большинстве регионов Леванта до введения ислама в VII веке, изначально все три деревни были христианскими до XVIII века. Маалула – единственная деревня, в которой сохранилось значительное число мелкитских христиан (они принадлежат к Румской православной церкви Антиохии и Мелкитской греко-католической церкви), поскольку большинство жителей Бах’а и Джуббадина приняли ислам на протяжении поколений и теперь являются мусульманами. Однако первыми мусульманами были не местные новообращенные, а мусульманские арабские семьи из Хомса, которые были поселены в трёх арамейских (сирийских) деревнях в османский период для контроля над христианским населением. Маалула сияет бледно-голубой краской, которой каждый год красят дома в честь Марии, матери Иисуса. Исторические свидетельства, задокументированные французским лингвистом Жаном Паризо в 1898 году, указывают на то, что жители Маалулы и окрестных районов утверждают, что являются потомками мигрантов из региона Синджар (современный Ирак). Согласно их устным преданиям, их предки в древние времена предприняли масштабную миграцию, вызванную трудностями, связанными с мусульманской оккупацией северной части Месопотамии. В поисках убежища они пересекли реку Евфрат и прошли через Пальмирскую пустыню, в конечном итоге найдя постоянное пристанище среди западноарамейских общин в восточных высокогорьях Сирии. В Маалуле и окрестных деревнях фамилия «Синджар» (арам. ܣܢܓܐܪ) носят некоторые христианские и мусульманские семьи. Все три оставшихся западно-неоарамейских диалекта находятся под угрозой исчезновения как живые языки. Как и в любой сельской общине в XXI веке, молодые жители мигрируют в крупные города, такие как Дамаск и Алеппо, в поисках лучших возможностей трудоустройства, что вынуждает их переходить на арабский язык и ограничивает возможности для активного поддержания западно-неоарамейского языка как языка повседневного общения. Тем не менее, сирийское правительство оказывает поддержку в обучении языку. В отличие от классического сирийского языка, который имеет богатую литературную традицию на сирийском арамейском письме, западно-неоарамейский язык передавался исключительно устно на протяжении поколений до 2006 года и не использовался в письменной форме. С 2006 года в Маалуле действует Институт арамейского языка, основанный Дамасским университетом, который предлагает курсы для сохранения языка. Деятельность института была приостановлена в 2010 году из-за опасений, что квадратный арамейский алфавит Маалули, разработанный председателем Института языка Джорджем Ризкаллой (Решкаллой), используемый в программе, слишком похож на квадратное письмо еврейского алфавита. В результате все вывески с квадратным алфавитом Маалули были сняты. Программа заявила, что вместо этого будет использовать более отличительный сирийский арамейский алфавит, хотя использование квадратного алфавита Маалули продолжалось в некоторой степени. Al Jazeera Arabic также транслировала программу о западно-неоарамейском языке и деревнях, в которых на нём говорят, с использованием квадратного алфавита. В декабре 2016 года во время Фестиваля арамейского пения в Маалуле была использована модифицированная версия более старого стиля арамейского алфавита, более близкого к финикийскому алфавиту, для западно-неоарамейского языка. Этот алфавит, по-видимому, используется как полноценный алфавит с буквами для обозначения как согласных, так и гласных, в отличие от традиционной системы арамейского алфавита, где он используется как абджад. Недавно опубликованная книга о диалекте Маалули также использует этот алфавит. Aramaic Bible Translation (ABT) более десяти лет переводила Библию на западно-неоарамейский язык (диалект Маалули) и записывала аудио для «Портрета Иисуса». Rinyo, организация сирийского языка, опубликовала контент ABT, разработанный Kanusoft.com. На их веб-сайте Книга Псалмов и «Портрет Иисуса» доступны на западно-неоарамейском языке с использованием сирийского алфавита Серта. Кроме того, перевод Нового Завета на западно-неоарамейский язык был завершен в 2017 году и теперь доступен в Интернете. Электронный речевой корпус диалекта западно-неоарамейского языка Маалули доступен в Интернете с 2022 года.

Western Neo Aramaic is the sole surviving remnant of a Western Middle Aramaic dialect, which was spoken throughout the Orontes River Valley area and into the Anti Lebanon Mountains in the 7th century CE. It is now spoken exclusively by the inhabitants of Maaloula and Jubb'adin, about northeast of Damascus. The continuation of this little cluster of Aramaic in a sea of Arabic is partly due to the relative isolation of the villages and their close knit Christian and Muslim communities. Following the Muslim conquest of the Levant, there was a linguistic shift to Arabic for local Muslims and later for remaining Christians; Arabic displaced various Aramaic dialects/languages, including Western Aramaic varieties, as the first language of the majority. Despite this, Western Aramaic appears to have survived for a relatively long time at least in some villages in mountainous areas of Lebanon and Syria. In fact, up until the 17th century, travelers in Lebanon still reported on several Aramaic speaking villages. In the last three villages, where the language still survives, the dialect of Bakhʽa appears to be the most conservative. It has been less influenced by Arabic than the other dialects and retains some vocabulary that is obsolete in other dialects. The dialect of Jubb'adin has changed the most. It is heavily influenced by Arabic and has a more developed phonology. The dialect of Maaloula is somewhere in between the two, but is closer to that of Jubb'adin. Cross linguistic influence between Aramaic and Arabic has been mutual, as Syrian Arabic itself (and Levantine Arabic in general) retains an Aramaic substratum. Similar to the Eastern Neo Aramaic languages, Western Neo Aramaic is heavily using Kurdish loanwords unlike other Western Aramaic dialects, e. g. in their negation structure:”Čū ndōmex“ meaning "I do not sleep“ in the Maalouli dialect. These influences might indicate an older historical connection between Western Neo Aramaic and Eastern Aramaic speakers. Other strong linguistic influences on Western Neo Aramaic include Akkadian during the Neo Babylonian period, e. g. the names of the months: āšbaṯ (Akk. šabāṯu, "February"), ōḏar (Akk. ad(d)aru, "March"), iyyar (Akk. ayyaru, "May") or agricultural terms such as nīra (Akk. nīru, "yoke"), sekkṯa (Akk. sikkatu, "plowshare"), senta (Akk. sendu, "to grind") or nbūba (Akk. enbūbu, "fruit"). As in most of the Levant prior to the introduction of Islam in the seventh century, the three villages were originally all Christian until the 18th century. Maaloula is the only village that retains a sizeable Melkite Christian population (they belong to the Rūm Orthodox Church of Antioch and Melkite Greek Catholic Church) as most of the inhabitants of Bakhʽa and Jubb’adin converted to Islam over the generations and are now all Muslim. However, the first Muslims were not native converts, but Muslim Arab families from Homs who were settled in the three Aramean (Syriac) villages during the Ottoman era to monitor the Christian population. Maaloula glows in the pale blue wash with which houses are painted every year in honor of Mary, mother of Jesus. Historical accounts, as documented by the French linguist Jean Parisot in 1898, suggest that the people of Maaloula and nearby areas claim to be descendants of migrants from the Sinjar region (modern Iraq). According to their oral traditions, their ancestors embarked on a substantial migration in ancient times, driven by the challenges posed by the Muslim occupation of the northern part of Mesopotamia. Seeking refuge, they crossed the Euphrates River and traversed the Palmyrene desert, eventually finding a lasting sanctuary among Western Aramaic speaking communities in the highlands of eastern Syria. In Maaloula and the surrounding villages, the surname ”Sinjar“ (Aramaic:ܣܢܓܐܪ) is borne by some Christian and Muslim families. All three remaining Western Neo Aramaic dialects are facing critical endangerment as living languages. As with any village community in the 21st century, young residents are migrating into major cities like Damascus and Aleppo in search of better employment opportunities, thus forcing them into monolingual Arabic speaking settings, in turn straining the opportunity to actively maintain Western Neo Aramaic as a language of daily use. Nevertheless, the Syrian government provides support for teaching the language. Unlike Classical Syriac, which has a rich literary tradition in Syriac Aramaic script, Western Neo Aramaic was solely passed down orally for generations until 2006 and was not utilized in a written form. Since 2006, Maaloula has been home to an Aramaic Language Institute established by the Damascus University that teaches courses to keep the language alive. The institute's activities were suspended in 2010 amid concerns that the square Maalouli Aramaic alphabet, developed by the chairman of the Language Institute, George Rizkalla (Rezkallah), used in the program, closely resembled the square script of the Hebrew alphabet. Consequently, all signs featuring the square Maalouli script were taken down. The program stated that they would instead use the more distinct Syriac Aramaic alphabet, although use of the Maalouli square script has continued to some degree. Al Jazeera Arabic also broadcast a program about Western Neo Aramaic and the villages in which it is spoken with the square script still in use. In December 2016, during an Aramaic Singing Festival in Maaloula, a modified version of an older style of the Aramaic alphabet closer to the Phoenician alphabet was used for Western Neo Aramaic. This script seems to be used as a true alphabet with letters to represent both consonants and vowels instead of the traditional system of the Aramaic alphabet where it is used as an abjad. A recently published book about the Maalouli Aramaic dialect also uses this script. Aramaic Bible Translation (ABT) has spent over a decade translating the Bible into Western Neo Aramaic (Maalouli dialect) and recording audio for Portrait of Jesus. Rinyo, the Syriac language organization, has published ABT's content, developed by Kanusoft. com. On their website, the Book of Psalms and Portrait of Jesus are available in Western Neo Aramaic using the Syriac Serta script. Additionally, a translation of the New Testament into Western Neo Aramaic was completed in 2017 and is now accessible online. An electronic speech corpus of the Western Neo Aramaic dialect of Maaloula has been available online since 2022.

Фоналогия

Фонетика западного новоарамейского языка развилась совершенно иначе, чем у других арамейских диалектов/языков. Лабиальные согласные более раннего западного арамейского, и , сохранились в Бахʽа и Маалуле, в то время как в Джаббадине они в основном редуцировались до под влиянием арабского языка. Пара губных согласных редуцировалась до во всех трех деревнях. Среди зубных согласных сохранились фрикативные , в то время как в большинстве мест стали , а , хотя и оставаясь фонемой, в Бахʽа, и в Маалуле и Джаббадине утратила свою традиционную позицию в арамейских словах, занятую соответственно и . Однако, является обычной формой относительного местоимения в этих двух деревнях, с вариантом , при этом Бахʽа всегда использует . Среди велярных согласных традиционная звонкая пара редуцировалась до , в то время как /ɡ/ все еще остается фонемой в некоторых словах. Непридыхательный велярный фрикатив, , сохраняется, но его смычный компонент , также оставаясь отдельной фонемой, в своих традиционных позициях в арамейских словах начал подвергаться палатализации. В Бахʽа палатализация едва заметна; в Маалуле она более выражена и часто приводит к ; в Джаббадине она стала , и таким образом фонетически совпала с исходными позициями . Исходный увулярный смычный , также продвинулся вперед в западном новоарамейском языке. В Бахʽа он стал сильным поствелярным смычным, а в Маалуле – более слабым поствелярным. В Джаббадине же он заменил велярный смычный и стал .

Альтернативный арамейский алфавит

Символы системы письма, сходные с древнеарамейским или финикийским алфавитом, иногда используемые для западного новоарамейского языка с соответствующей транслитерацией. Письменность используется как полноценный алфавит с различными буквами для всех фонем, включая гласные, вместо традиционной абджадской системы с парами взрывных и фрикативных звуков. yiṯkan (от ар. litakun, означающее "чтобы это было" или "быть"), ġfurlēḥ & nġofrin (от ар. yaghfir, означающее "простить") и čaġribyōṯa (от ар. jareeb, означающее "искушение"). Несколько десятилетий назад христианские жители Маалулы начали переводить христианские молитвы и тексты на свой местный арамейский диалект, поскольку их фактическими литургическими языками являются арабский и койне-греческий. Пастор Эдвард Робинсон сообщил, что его спутник, Эли Смит, обнаружил в Маалуле в 1834 году несколько рукописей на сирийском языке, но никто не мог их прочитать или понять. Классический сирийский, арамейский диалект Эдессы, использовался в качестве литургического языка местными сирийскими мелкитскими христианами, следующими византийскому обряду. Существовала компиляция сирийских рукописей из монастырей и церквей Маалулы. Однако значительная часть этих рукописей была уничтожена по указанию епископа в XIX веке. Западный новоарамейскийТуройо новоарамейский Классический сирийский (восточный акцент)ИвритŌboḥ/Ōbay/Abūnaḥ ti bišmō/bišmoya yičqattaš ešmaẖAbuna d këtyo bišmayo miqadeš ešmoḵAḇūn d ḇa šmayyāʾ neṯqaddaš šmāḵAvinu šebašamayim yitkadeš šimḵayṯēle molkaẖ/malkuṯaẖ yiṯkan ti čbaҁēlehg dëṯyo i malkuṯayḏoḵ howe u ṣebyonayḏoḵtēṯēʾ malkūṯāḵ nēhwēʾ ṣeḇyānāḵtavo malḵutḵa, ya'aseh retsonẖaiẖmel bišmō/bišmoya ẖet ҁalarҁa.ḵud d'kit bi šmayo hawḵa bi arҁo steʾaykannāʾ d ḇa šmayyāʾ ʾāp̄ b ʾarʿāʾ. kevašamayim ken ba'arets. Aplēḥ leḥmaḥ uẖẖil yōmaḥHaw lan u laḥmo d sniquṯayḏan adyawmaHaḇ lan laḥmāʾ d sūnqānan yawmānāEt leẖem ẖukenu ten lanu hayomġfurlēḥ ḥṭiyōṯaḥ eẖmilwa šbaq lan a ḥṭohayḏan ḵud d aḥna stewa šḇōq lan ḥawbayn wa ḥṭāhaynuselaẖ lanu al ẖata'enunġofrin lti maḥiṭ ҁemmaynaḥsbaq lan lanek laf elanʾaykanāʾ d āp̄ ḥnan šḇaqn l ḥayāḇaynkefi šesolẖim gam anaẖnu laẖot'im lanuwlōfaš ttaẖlennaḥ bčaġribyōṯaw lo maҁbret lan l'nesyunow lāʾ taʿlan l nesyōnāʾve'al tavienu lide nisayonbes ḥaslannaḥ m šēḏaelo mfaṣay lan mu bišoʾelāʾ paṣān men bīšāʾki im ẖaltsenu min hara

Characters of the script system similar to the Old Aramaic or Phoenician alphabet used occasionally for Western Neo Aramaic with matching transliteration. The script is used as a true alphabet with distinct letters for all phonemes including vowels instead of the traditional abjad system with plosive fricative pairs. yiṯkan (from Ar. litakun, meaning "that it may be" or "to be"), ġfurlēḥ & nġofrin (from Ar. yaghfir, meaning "to forgive") and čaġribyōṯa (from Ar. jareeb, meaning "temptation"). Several decades ago, the Christian inhabitants of Maaloula began translating Christian prayers and texts into their vernacular Aramaic dialect, given that their actual liturgical languages are Arabic and Koine Greek. Pastor Edward Robinson reported that his companion, Eli Smith, found several manuscripts in the Syriac language in Maaloula in 1834, but no one could read or understand them. Classical Syriac, the Aramaic dialect of Edessa, was utilized as the liturgical language by local Syriac Melkite Christians following the Byzantine rite. There was a compilation of Syriac manuscripts from the monasteries and churches of Maaloula. However, a notable portion of these manuscripts met destruction upon the directives of a bishop in the 19th century. Western Neo AramaicTuroyo Neo Aramaic Classical Syriac (Eastern accent)HebrewŌboḥ/Ōbay/Abūnaḥ ti bišmō/bišmoya yičqattaš ešmaẖAbuna d këtyo bišmayo miqadeš ešmoḵAḇūn d ḇa šmayyāʾ neṯqaddaš šmāḵAvinu šebašamayim yitkadeš šimḵayṯēle molkaẖ/malkuṯaẖ yiṯkan ti čbaҁēlehg dëṯyo i malkuṯayḏoḵ howe u ṣebyonayḏoḵtēṯēʾ malkūṯāḵ nēhwēʾ ṣeḇyānāḵtavo malḵutḵa, ya'aseh retsonẖaiẖmel bišmō/bišmoya ẖet ҁalarҁa.ḵud d'kit bi šmayo hawḵa bi arҁo steʾaykannāʾ d ḇa šmayyāʾ ʾāp̄ b ʾarʿāʾ. kevašamayim ken ba'arets. Aplēḥ leḥmaḥ uẖẖil yōmaḥHaw lan u laḥmo d sniquṯayḏan adyawmaHaḇ lan laḥmāʾ d sūnqānan yawmānāEt leẖem ẖukenu ten lanu hayomġfurlēḥ ḥṭiyōṯaḥ eẖmilwa šbaq lan a ḥṭohayḏan ḵud d aḥna stewa šḇōq lan ḥawbayn wa ḥṭāhaynuselaẖ lanu al ẖata'enunġofrin lti maḥiṭ ҁemmaynaḥsbaq lan lanek laf elanʾaykanāʾ d āp̄ ḥnan šḇaqn l ḥayāḇaynkefi šesolẖim gam anaẖnu laẖot'im lanuwlōfaš ttaẖlennaḥ bčaġribyōṯaw lo maҁbret lan l'nesyunow lāʾ taʿlan l nesyōnāʾve'al tavienu lide nisayonbes ḥaslannaḥ m šēḏaelo mfaṣay lan mu bišoʾelāʾ paṣān men bīšāʾki im ẖaltsenu min hara

Различные слова и примерные фразы

Английский Западный Неоарамик Здравствуйте/Мир šlōma Алтарный слуга šammōša Утро ṣofra Гора ṭūra Вода mōya Бог alo (определенный) /iloha (неопределенный) Солнце šimša Рот femma Голова rayša Деревня qriṯa Я клянусь (крестом) bsliba Хорошо ḥalya Здесь/Здесь это hōxa/hōxa hū Лжец daglōna После bōṯar min Сын ebra Дочь berča Брат/Братья ḥōna/ḥuno Сестра ḥōṯa Осел ḥmōra Язык/Язык liššōna Деньги kiršo Нация omṯa Год ešna Луна ṣahra Король malka Земля arʕa Голубь yawna Да здравствует! tiḥi! Гроб qabra Пища xōla (отцовский) Дядя ḏōḏa (материнский) Дядя ḥōla (отцовский) Тётя ʕamṯa (материнский) Тётя ḥōlča Отец ōbu Мать emma Моя мать emmay (лит. "мои матери", архаичная фраза) Дед žetta Бабушка žičča Путь tarba Океан yamma Поздравляю! ibrex! Арамейский (сирийский) sūray Небо šmōya/šmō Кто? mōn? Любовь rḥmōṯa Поцелуй nōšqṯa Как дела? (м) ex čōb? (м)/Как дела? (ж) ex čiba? (ж) Пост ṣawma Человек barnōša Святой Дух ruḥa qutšō Яд samma Меч seyfa Кость ġerma Кровь eḏma Половина felka Кожа ġelta Голод xafna Камень/Камень xefa Виноградник xarma Спина ḥaṣṣa Коза ʕezza Губа sefta Подбородок/Борода ḏeqna Зуб/Скальный выступ šenna Прошлое zibnō Королева malkṯa Маленький человек ġabrōna zʕōra Мир вам всем šlōma lxulḥun Кто это? mōn hanna? (м)/mōn hōḏ? (ж) Я арамей (сириец) и мой язык арамейский (сирийский) ana sūray w lišōni siryōn Мы арамеи (сирийцы) и наш язык арамейский (сирийский) anaḥ suroy w lišonaḥ siryōn Церковь klēsya (греческое заимствование) Рубашка qameṣča (от лат. "camisia") Как тебя зовут? (м) mō ušmax? (м) Сон ḥelma Старик sōba