Введение

Ливанское конфессиональное соглашение
Соглашение 1943 года в Ливане

Национальный пакт (الميثاق الوطني) – это неписаное соглашение, которое заложило основу Ливана как многоконфессионального государства после переговоров между шиитским, суннитским и маронитским руководством. Возникший летом 1943 года, Национальный пакт был заключен тогдашним президентом Бешарой аль-Хури и премьер-министром Риадом ас-Сольхом. В основном ориентированный на интересы политической элиты, маронитская элита выступала как голос христианского населения Ливана, а суннитская элита представляла голос мусульманского населения. Пакт также закрепил независимость Ливана от Франции. Ключевые положения соглашения предусматривают, что ливанские марониты-христиане не стремятся к западному вмешательству и признают арабскую идентичность Ливана. Ливанские мусульмане отказываются от своих устремлений к объединению с Сирией и арабским миром. Президент Республики и главнокомандующий Ливанскими вооруженными силами всегда должны быть маронитами-католиками. Премьер-министр Республики всегда должен быть мусульманином-суннитом. Спикер Парламента всегда должен быть шиитом-мусульманином. Заместитель спикера Парламента и заместитель премьер-министра всегда должны быть греческими православными христианами. Начальник Генерального штаба Вооруженных Сил всегда должен быть друзом. В ливанском парламенте всегда должно соблюдаться соотношение 6:5 в пользу христиан по отношению к мусульманам (и друзам). bar box |title= Ливанские христиане Таифское соглашение 1989 года изменило пропорцию в парламенте до 1:1 и ослабило власть президента-маронита; оно также предусматривало, что в конечном итоге парламент станет двухпалатным, с Сенатом, представляющим религиозные общины, и Палатой депутатов, избираемой на неконфессиональной основе. Общепринято считать, что после учреждения этого двухпалатного парламента в Сенате будет соблюдаться пропорция 1:1 между христианами и мусульманами, аналогичная нынешнему парламенту, и президент Сената должен быть друзом в соответствии с принципами Национального пакта.

Стремление к ливанской независимости

В 1922 году французский мандат на Сирию и Ливан предоставил Франции контроль над правительствами нынешнего Ливана и Сирии, отделив их от бывшей Османской империи. Мандат предусматривал размещение французских войск в обеих странах для защиты этих государств и их суверенитета, а также создание ливанских и сирийских ополчений для поддержки мандатной власти. Помимо этого, французский мандат обеспечивал Франции полный доступ к инфраструктуре Ливана и Сирии, исключительный контроль над их внешней политикой и полномочия по проведению раскопок и археологических исследований древних артефактов в обеих странах. Были установлены французский и арабский языки в качестве официальных в обеих странах. Также оговаривалось, что Франция должна ежегодно предоставлять Лиге Наций отчет о прогрессе в Ливане и Сирии. Несмотря на обещания финансовой компенсации и возмещения убытков, вызванных этими решениями, в Сирии и Ливане это вызвало значительное сопротивление. В Ливане, в частности, до обретения независимости значительная часть усилий правительства и политической жизни в целом была сосредоточена на достижении независимости от Франции. Когда Ливан оказался на пороге независимости, особенно остро проявилась сложность организации правительства в условиях огромного религиозного разнообразия страны. Создание Национального пакта обеспечило Ливану устойчивую структуру для дальнейшего развития в условиях новой независимости, хотя и не смогло полностью удовлетворить все религиозные группы. Для многих это обеспечило необходимый порядок и видимость единства и многоконфессиональности, что позволило сохранить собственное политическое государство.

Последствия переписи 1932 года в Ливане

В 1932 году ливанское правительство под французским мандатом провело перепись населения, которая впоследствии определила политическое представительство в ливанском правительстве после обретения независимости посредством Национального пакта. Перепись служила не только для определения пропорций различных религиозных конфессий в Ливане, что в конечном итоге повлияло на пропорции в правительстве, но и для определения ливанского гражданства, с особым акцентом на документирование иммигрантов. Поскольку результаты переписи показали большинство христиан-маронитов в размере 51%, Национальный пакт установил, что пост президента всегда должен занимать христианин-маронит, а в парламенте должно быть соотношение 6:5 в пользу христиан. В связи с переписью возникло немало споров. Первый из них касался отсутствия четкого определения ливанского гражданства, которое основывалось на определении, созданном Османской империей, и подразумевало присутствие в Ливане в августе 1924 года – последний момент, когда это присутствие могло быть зафиксировано. Это затрудняло обеспечение полной точности пропорций, полученных в результате переписи, в отношении демографической ситуации в стране. В связи с этим некоторые утверждали, что сама перепись была необъективной, созданной с целью сохранения существующего положения дел, представляющего Ливан как союзную христианскую нацию западноевропейского и американского образца, и способствовала сохранению власти нынешней элиты. Это приобретает особую важность, поскольку перепись населения Ливана 1932 года стала основой для определения всех пропорций, установленных Национальным пактом, увековечивая власть христиан-маронитов в правительстве Ливана. Поскольку христиане-марониты были тесно связаны с французским правительством и французскими интересами в Ливане, многие опасались, что их последующая власть и создание Национального пакта, гарантирующего независимость Ливана, были осуществлены с целью удовлетворения французских интересов.

Введение и восприятие

Национальный пакт был впервые представлен общественности 7 октября 1943 года Риадом Аль-Солхом в его министерской декларации, в попытке сформировать уникальную ливанскую идентичность, отличную как от западного, так и от восточного мира. Его представили как основу для общих убеждений различных конфессий Ливана. Кроме того, элита подчеркнула, что это единственный путь к независимости Ливана, и что, несмотря на недовольство суннитов отсутствием объединения с Сирией, определение Ливана как арабской страны является наилучшим компромиссом. Однако, для ливанской элиты это не гарантировало положительного приема пакта общественностью. Предположение о немедленной поддержке Национального пакта ливанцами только из-за консенсуса элиты оказалось неверным. В целом, на протяжении всего процесса формирования пакта звучала оппозиция, но ни одна из них не смогла привести к реальным изменениям в установленном правительстве. Несмотря на существование несогласия среди различных групп, сложившаяся система в целом принималась большинством конфессий до 1958 года, когда угрозы Национальному пакту, в сочетании с другими политическими конфликтами, привели к дестабилизации порядка, установленного пактом в Ливане.

Неподвижность

Утверждается, что Национальный пакт породил застой, который привёл к "административной неэффективности как в процессе принятия решений, так и в их реализации". Несмотря на значительную социальную мобильность в Ливане, включая быстрые демографические изменения и урбанизацию после обретения независимости, государство оказалось неспособно справиться с социальным неравенством и общественным недовольством из-за жёсткой системы разделения власти, лишенной гибкости для адаптации к изменениям в обществе. После того, как система разделения власти сформировалась, поддержание её стало политическим и экономическим интересом тех, кто находился у власти.

Сектантские разделения

Также утверждается, что Национальный пакт укрепил существовавшие религиозные разногласия, институционализировав их через механизм разделения власти. Политики обычно рассматривались как представители религиозных общин, что приводило к непоследовательной политике правительства. "Государственная идея Ливана, насколько бы хрупкой она ни была, усилила уже существовавшие религиозные различия".

Гражданская война в Ливане

Слабость государства и отсутствие национальной идентичности, обусловленные фрагментированностью субнациональных групп, сделали Ливан уязвимым для внешних факторов. Внешний аспект Национального пакта характеризовался нейтралитетом по отношению к «христианскому Западу» или «исламскому арабскому миру». Такая позиция могла поддерживаться до тех пор, пока оставалось верным «ошибочное предположение» о том, что «баланс сил в регионе останется неизменным». Однако, в реальности, внешняя обстановка вокруг Ливана после обретения независимости резко изменилась. В частности, две угрозы для авторитета Национального пакта, в дополнение к растущей напряженности между мусульманами и христианами в борьбе за политическую власть, на фоне близлежащих боевых действий арабо-израильской войны и обвинений в коррупции на выборах, в совокупности привели к ливанской гражданской войне. Первое нарушение Национального пакта произошло, когда Ливан принял помощь в рамках доктрины Эйзенхауэра. Вторая угроза Национальному пакту возникла, когда Египетско-Сирийская Объединенная Арабская Республика и панарабская кампания начали оказывать давление на Ливан с целью присоединения и объединения с другими арабскими странами, что угрожало положению Национального пакта, определяющему Ливан как независимую нацию, отдельную от других стран региона. Помимо близлежащих боевых действий и угроз Национальному пакту, возросла напряженность между мусульманскими и христианскими общинами внутри Ливана. Многие крупные группы начали распадаться: одни объединились с палестинскими беженцами, спасавшимися от арабо-израильской войны, другие присоединились к левым движениям и выступили против Национального пакта, некоторые выражали обеспокоенность по поводу участия ливанской армии, а также существовали различные правые организации, поддерживавшие Национальный пакт и сохранение национального порядка. Это подтверждалось тем, что марониты-христиане были наиболее тесно связаны с французским мандатом в Ливане. Поэтому некоторые полагали, что Национальный пакт был создан для сохранения существующего положения дел, существовавшего во времена французского мандата, под предлогом укрепления независимости. Еще одним предметом споров вокруг Национального пакта является то, что он был сформулирован посредством конституционных поправок, однако большая часть процедур и требований, которые он устанавливает, так и не была подробно проработана. По этой причине не существует установленного срока действия положений Национального пакта, несмотря на то, что демографический состав населения Ливана не всегда характеризуется маронитским христианским большинством. Кроме того, не были определены процедуры реализации пропорционального представительства в правительстве. Фактически, Национальный пакт напрямую противоречит другим положениям конституции, утверждающим, что любой человек может баллотироваться на должность исключительно на основе своих заслуг и компетентности, не принимая во внимание религиозную принадлежность.