Дорогой Фрэнки: История любви и обмана.

Введение

"Дорогой Фрэнки" – британская драма 2004 года, снятая Шоной Ауербах, в главных ролях Эмили Мортимер, Джерард Батлер, Джек МакЭлхон и Шэрон Смолл. Сценарий Андреа Гибб рассказывает о молодой матери-одиночке, чья любовь к сыну заставляет её поддерживать обман, чтобы уберечь его от правды об отце. Фильм получил высокую оценку критиков и множество наград, включая две премии BAFTA Scotland.

Сюжет

Лиззи Моррисон и ее девятилетний глухой сын Фрэнки часто переезжают, чтобы оставаться на шаг впереди своего жестокого бывшего мужа и его семьи. Их сопровождает ее ворчливая, заядлая курильщица, мать Нелл. Недавно переехав в шотландский город Гринок, Лиззи устраивается на работу в местную рыбную лавку, принадлежащую дружелюбной женщине по имени Мари, и отдает Фрэнки в школу. Через почтовый ящик в Глазго Фрэнки регулярно переписывается с человеком, которого он считает своим отцом, Дэйви, якобы торговым моряком, работающим на HMS Accra. На самом деле письма, которые он получает, пишет его мать, предпочитающая поддерживать ложь, вместо того чтобы говорить ему, почему она сбежала из брака. Когда она узнает, что «Аккра» скоро прибудет в доки Гринoка, Лиззи в панике придумывает план нанять человека, чтобы тот выдал себя за Дэйви. После безуспешных попыток найти кого-нибудь в местном пабе, она обращается за помощью к Мари. Она договаривается о встрече со знакомым, который случайно проезжает через город как раз в то время, когда «Аккра» будет в порту. Когда Лиззи и незнакомец встречаются, он не называет ей своего имени. Она объясняет ситуацию и передает ему письма для ознакомления. Он соглашается провести день с Фрэнки в обмен на небольшую сумму, которую может предложить Лиззи. Когда незнакомец приезжает за Фрэнки, он привозит с собой книгу о морской жизни (к удивлению Лиззи) – одно из увлечений Фрэнки, и между ними сразу устанавливается связь. Они проводят день вместе (Лиззи тайно следует за ними), забирая выигрыш Фрэнки по пари на футбольный матч у одноклассника, покупая картошку фри, а вечером договариваются о еще одном полудневном визите. Второй день проходит волшебно и заканчивается приятным вечером на танцах, где Фрэнки выигрывает еще одно пари, заставив Лиззи и незнакомца танцевать вместе. После этого они прогуливаются, чтобы обойти негласное правило «не обсуждать прошлое», и она рассказывает незнакомцу о глухоте Фрэнки – «подарок от папы» – и о причине своего ухода от мужа. Она объясняет, что письма от Фрэнки так важны для нее, потому что так она «слышит» своего сына. Незнакомец говорит Лиззи, что она прекрасная мать, защищая Фрэнки. Вернувшись домой, Фрэнки дарит незнакомцу в качестве прощального подарка вырезанного из дерева морского конька. У двери, после долгой паузы, Лиззи и незнакомец прощаются поцелуем. После его ухода она обнаруживает, что он вернул ей деньги, положив их в карман пальто. Через некоторое время Лиззи узнает, что ее муж неизлечимо болен, и неохотно посещает его в больнице без Фрэнки. Она снова испытывает гнев и ярость мужа, когда он требует увидеть Фрэнки. Позже, когда она говорит Фрэнки, что его отец очень болен, он пишет ему записку и рисует рисунок. Во время второго визита она передает их мужу вместе со снимком Фрэнки. Смерть Дэйви приносит всем им покой. Лиззи спрашивает Мари о незнакомце и узнает, что он брат Мари. Последнее письмо Фрэнки показывает, что он давно знал правду – что незнакомец не был его настоящим отцом. Он также знает, что Лиззи грустит, но у нее есть он, чтобы поддержать ее. В письме также говорится, что Фрэнки намерен продолжать жить, рассказывая о смерти своего настоящего отца, о своих друзьях и золотых звездах в школе, и о том, как он попал в запасную футбольную команду. Он заканчивает письмо надеждой, что незнакомец снова приедет. Лиззи находит Фрэнки сидящим на конце пирса, и они проводят вместе тихий момент, глядя на море.

Lizzie Morrison and nine year old deaf son Frankie frequently relocate to keep one step ahead of her abusive ex husband and his family. They are accompanied by her opinionated, chain smoking mother Nell. Newly relocated in the Scottish town of Greenock, Lizzie accepts a job at the local fish and chips shop owned by a friendly woman named Marie, and enrolls Frankie in school. Through a Glasgow post office box, Frankie maintains a regular correspondence with someone he believes to be his father, Davey, who allegedly is a merchant seaman working on HMS Accra. In reality, the letters he receives are written by his mother, who prefers to maintain the lie instead of telling him why she fled her marriage. When she learns that Accra will soon be arriving at the docks at Greenock, Lizzie in a panic concocts a scheme to hire a man to impersonate Davey. When her effort to find someone at the local pub fails, she enlists Marie's assistance. She arranges for her to meet an acquaintance who coincidentally is passing through town at the same time Accra will be in port. When Lizzie and the stranger meet, he doesn't tell her his name. She explains the situation and gives him the letters for background. He agrees to spend a day with Frankie in exchange for the small amount Lizzie can offer him. When the stranger arrives at their home to pick up Frankie, he brings with him a book about marine life (to Lizzie's surprise), one of Frankie's passions, and a bond is forged immediately. They spend a day together (with Lizzie secretly following them), collecting on Frankie's bet at a soccer match from a school mate, ordering chips, and later in the evening setting up another half day visit. The second day is magical, ending with a nice evening at a dance, as Frankie wins another bet by getting Lizzie and the stranger to dance together. Afterwards, they walk together to get around the "discuss no past" ground rules, and she tells the stranger Frankie's deafness—a "present from his daddy"—and her reason for leaving her husband. She explains the letters from Frankie are so important to her because it is how she "hears" her son. The stranger tells Lizzie she is a great mother for protecting Frankie. Returning home, Frankie gives the stranger a hand carved wooden seahorse as a parting gift. At the door, after a long pause together, Lizzie and the stranger kiss goodbye. After he leaves, she discovers he has returned her payment, stuffed into her coat pocket. Sometime later, Lizzie learns that her husband is terminally ill, and reluctantly visits the hospital without Frankie. She experiences her husband's angry fury again, when he demands to see Frankie. Later when she tells Frankie that his dad is really sick, he writes him a note and draws him a picture. On a second visit, she delivers them to her husband, along with a snapshot of Frankie. Davey's death brings peace to them all. Lizzie asks Marie about the stranger and she learns he is Marie's brother. Frankie's last letter shows that he has known the truth for a while—that the stranger was not his real dad. He knows too that Lizzie is sad, but she has him for support. The letter also indicates that Frankie intends to carry on with his life, telling about his real dad passing, his friends and their gold stars in school, and getting onto the reserve football team. He closes the letter by saying he hopes the stranger will visit again. Lizzie finds Frankie sitting at end of a pier, and they enjoy a quiet moment together, looking out to sea.

Производство

В бонусном фильме "История", включенном в DVD-издание фильма, режиссер Шона Ауербах и некоторые актеры обсуждают работу над проектом. Изначально сценарий был написан как сценарий для 15-минутного короткометражного фильма и представлен продюсеру Кэролайн Вуд, которая запросила образцы сценариев у потенциальных сценаристов для дебютной картины Ауербах после нескольких лет работы в рекламе. Ауербах была настолько впечатлена работой Андреа Гибб, что убедила ее расширить сценарий до полнометражного фильма.

Кастинг

Дизайн производства Дженифер Кернке и цветовая палитра фильма были вдохновлены картинами, созданными группами художников Glasgow Boys и Glasgow Girls, чьи работы отличались изображением обыденных сцен шотландской сельской местности. Джек МакЭлхоун был одним из первых мальчиков, которых Ауэрбах прослушивал на роль Фрэнки.

Релиз

Премьера фильма состоялась на кинофестивале «Трайбека» в мае 2004 года. Он был показан в программе «Un Certain Regard» Каннского кинофестиваля, где удостоился пятнадцатиминутных оваций. Фильм также демонстрировался на Копенгагенском международном кинофестивале, Эдинбургском кинофестивале, Торонтском международном кинофестивале, Международном фестивале женщин в кино в Бордо, кинофестивале в Обане, Динарском фестивале британского кино, кинофестивале в Остине, Чикагском международном кинофестивале, кинофестивале «Хартленд», Международном кинофестивале в Милуоки и кинофестивале в Скоттсдейле, после чего вышел в ограниченный прокат в Великобритании и США. Кассовые сборы фильма в США составили 1 341 332 доллара, а на других рынках – 1 638 804 доллара, что в сумме дало 2 980 136 долларов.

Прием

Фильм имеет рейтинг 81% на Rotten Tomatoes на основе 109 рецензий и положительный рейтинг 91% на основе 30 379 отзывов пользователей. Роджер Эберт из Chicago Sun Times писал: "Режиссеры работают предельно точно, находя эмоциональную правду в трудной, одинокой жизни. То, что в итоге происходит, хотя и не совсем неожиданно, выигрывает от пристального наблюдения, сдержанных эмоций, невысказанных чувств и тактичности фильма. Смелый дальний план в конце фильма "Дорогой Фрэнки" позволяет ему двигаться прямо к эмоциональной сути, без единого слова или сюжетного приема, чтобы отвлечь зрителя". В San Francisco Chronicle Рут Штейн назвала фильм "глубоко трогательным" и добавила: "В "Дорогом Фрэнки" магия раскрывается постепенно. Режиссер Шона Ауербах никуда не торопится в своем впечатляющем полнометражном дебюте. [Она] вернула Батлеру карьеру и добилась незабываемой игры от Мортимера. Джек МакЭлхоун кажется прирожденным актером, одним из тех, за чьим взрослением интересно наблюдать". Питер Траверс из Rolling Stone оценил фильм в три из четырех звезд и отметил: "То, что могло обернуться сентиментальной катастрофой, превращается в забавный и трогательный портрет трех израненных людей. Фильм неспешный, неброский и легко завоевывает симпатию". В Variety Дэвид Руни заметил: "Материал, который в других руках мог бы превратиться в банальную историю о дисфункциональной семье, в первом уверенном фильме Шоны Ауэрбах приобретает пронзительную искренность, теплоту и эмоциональную глубину. [Она] обладает твердым контролем над визуальной составляющей и столь же сильным взаимопониманием с актерами. Ауэрбах и сценарист Андреа Гибб создают трогательную историю, которая, несмотря на потенциал, не скатывается в приторность. Фильм частично укоренен в обстановке, более типичной для классических британских кухонных драм или фильмов Кена Лоача, чем для чего-то столь эмоционально нежного. Обогащенная тонкими нотками юмора, интимная история строится на хорошо проработанных отношениях и тонко прорисованных персонажах. Прослеживаются не только семейные узы, но и дружеские и робкие романтические связи, с деликатной экономией и нюансами". Карина Чокано из Los Angeles Times написала, что фильм "уютно вписывается в эту шотландскую кельтскую нишу сказок о рабочих, окутанных туманом и пахнущих жареной рыбой и пивом. "Дорогой Фрэнки" не стремится к жесткому реализму. Наоборот, он обращается к особому типу англофильской фантазии, где посуда не совпадает, а ситец выцветший, но люди заботятся друг о друге, и любовь легко расцветает во влажном климате. [В нем] немного и неброских сюрпризов, но история завершается приятно. В этом смысле фильм не сильно отличается от рыбных обедов, которые Фрэнки добывает от Мари – слегка размокших и пресных, но таких же теплых, крахмалистых и сытных, как коробка картофеля фри". В Tampa Bay Times Стив Персалл оценил фильм на "B" и добавил: "Ауэрбах и сценарист Андреа Гибб обращаются с этими обстоятельствами с такой сдержанной грацией, что сентиментальность становится особенной. Не идеально, но глубже и трогательнее, чем американские зрители привыкли видеть. Легко догадаться, что произойдет, но мы все равно заинтригованы. Поворот в финале чуть не портит впечатление; мы ждем, что с такой хрупкой историей что-то пойдет не так. Затем, почти волшебным образом, игра актеров вытаскивает нас из неуклюжих моментов, приводя к предсказуемому финалу, который, честно говоря, радует". В Великобритании Radio Times оценил фильм на четыре из пяти звезд и прокомментировал: "Эта простая история богата точными наблюдениями и трогает за душу, не будучи при этом сентиментальной или манипулятивной. Благодаря искреннему и проницательному сценарию, прекрасно снятый фильм ярко передает сырые эмоции его сложных персонажей. Несмотря на случайные проблески сказочного финала, Ауэрбах в конечном итоге сопротивляется искушению, сохраняя реализм и целостность, которые придают этой вдумчивой картине ее горько-сладкое очарование". Филип Френч из The Observer описал его как "доброжелательную, но почти полностью неубедительную историю, [которая] представляет собой сентиментальный хаос", в то время как Питер Брэдшоу из The Guardian заявил: "Этот фильм показался мне приторным и фальшивым, когда он был представлен в прошлом году на Каннском кинофестивале. Второй просмотр, безусловно, указывает на наличие хороших актеров, честно выполняющих свою работу, но они не могут ничего сделать с тем, что настолько слащаво и принципиально неубедительно". В своей рецензии в The New York Times Стивен Холден назвал фильм "горой шотландской болтовни", "манипулятивной слезоточкой" и "лживой выдумкой, полной сюжетных дыр и невероятностей, увенчанной циничным финальным поворотом, который выбивает почву из-под ног истории".

The film holds an 81% rating on Rotten Tomatoes based on 109 reviews, and a 91% positive rating based on 30,379 user reviews. Roger Ebert of the Chicago Sun Times said, "The filmmakers work close to the bone, finding emotional truth in hard, lonely lives What eventually happens, while not entirely unpredictable, benefits from close observation, understated emotions, unspoken feelings, and the movie's tact The bold long shot near the end of Dear Frankie allows the film to move straight as an arrow toward its emotional truth, without a single word or plot manipulation to distract us". In the San Francisco Chronicle, Ruthe Stein called the film "deeply moving" and added, "Dear Frankie takes time weaving its magic Director Shona Auerbach doesn't rush anything in her remarkably accomplished first feature film. [She] has resurrected Butler's career and gotten an unforgettable performance from Mortimer Jack McElhone seems to be a natural, the kind of child actor you can't wait to have grow up to see what he'll be able to do then". Peter Travers of Rolling Stone rated the film three out of four and commented, "What could have been a sentimental train wreck emerges as a funny and touching portrait of three bruised people The film is unhurried, unslick and easy to hold dear". In Variety, David Rooney observed, "Material that might have turned to standard dysfunctional family treacle in other hands is given stirring poignancy, warmth and emotional insight in Shona Auerbach's assured first feature [She has] a firm command of the visual medium and an equally strong rapport with actors Auerbach and screenwriter Andrea Gibb spin a touching story that never descends into schmaltz despite ample potential. The film is anchored in part by its setting in the kind of milieu more common to classic British kitchen sink dramas or the films of Ken Loach than to anything this emotionally tender. Enriched by subtle notes of humor, the intimate story is powered by well drawn relationships and finely shaded characters. Not only the family bonds but also those of friendship and tentative romance are traced with delicate economy and nuance." Carina Chocano of the Los Angeles Times stated the film "nestles comfortably in that Scottish Celtic niche of cozy, overcast, working class fairy tales that seem to smell faintly of fried fish and beer Not that Dear Frankie aspires to any kind of hardened realism. On the contrary, it caters to a particular type of Anglophile fantasy, the kind where the china doesn't match and the chintz is dingy, but people look out for one another and love sprouts easily in the humidity [Its] surprises are few and low key, but the story wraps up nicely. In that way, the movie is not unlike the fish dinners Frankie procures from Marie slightly soggy and bland, but as warm, starchy and satisfying as a box of fries". In the Tampa Bay Times, Steve Persall graded the film B and added, "Auerbach and screenwriter Andrea Gibb handle these circumstances with such understated grace that sap becomes special. Not perfect, but deeper, more affecting than U. S. moviegoers are accustomed to seeing. It's easy to guess what happens, but we're hooked anyway. A last reel twist almost spoils the effect; we're waiting for something to go wrong with such a delicate story. Then, almost magically, the performances pull us through the cumbersome moments, resulting in a pat finale that honestly feels good." In the UK, Radio Times awarded the film four out of five and commented, "This simple story is rich with precise observation and it tugs at the heartstrings without being maudlin or manipulative With its sincere and perceptive script, the beautifully shot film vividly captures the raw emotions of its complex characters Despite occasional flickers of a fairy tale ending, Auerbach ultimately resists the temptation, maintaining the realism and integrity that give this thoughtful feature its bittersweet charm". Philip French of The Observer described it as "a well meaning but almost totally unconvincing tale [that's] a sentimental mess", while Peter Bradshaw of The Guardian stated, "This film struck me as sucrose and false when it premiered at last year's Cannes film festival. A second viewing certainly points up the presence of good actors doing an honest job, but they cannot do anything about something so mawkish and fundamentally unconvincing." In his review in The New York Times, Stephen Holden called the film "a heaping bowl of Scottish blarney", a "manipulative tearjerker", and "a fraudulent yarn riddled with plot holes and improbabilities and topped by a cynical final twist that pulls the rug out from under the story".