Введение

Второй век до н.э. греческий философ Панаэтий (/p//ə/'/n//iː//ʃ//i//ə//s/; Παναίτιος (Panaítios); – ) из Родоса был древнегреческим философом-стоиком. Он был учеником Диогена Вавилонского и Антипатра Тарсского в Афинах, после чего переехал в Рим, где внес значительный вклад в распространение стоических учений, благодаря покровительству Сципиона Эмилиана. После смерти Сципиона в 129 году до н.э. он вернулся в стоическую школу в Афинах и стал ее последним общепризнанным схолархом. С Панаэтием стоицизм приобрел более эклектичный характер. Его самым известным трудом был трактат «О долгах», который послужил основным источником для Цицерона при написании его работы с тем же названием.

Жизнь

Панатий, сын Никагора, родился около 185–180 гг. до н.э. в старой и знатной родосской семье. Говорят, что он был учеником лингвиста Крэта из Малла, который преподавал в Пергаме, и переехал в Афины, где посещал лекции Критолая и Карнеада, но в основном придерживался учения стоика Диогена из Вавилона и его ученика Антипатра из Тарса. Хотя часто полагают, что жители Линдоса на Родосе избрали его жрецом Посейдона Иппия, на самом деле эта честь была оказана его деду, который также носил имя Панатий, сын Никагора.

Вероятно, благодаря Гаю Лаэлию, посещавшему лекции Диогена, а затем и Панатия, он был представлен Сципиону Эмилиану и, подобно Полибию, заслужил его дружбу. И Панатий, и Полибий сопровождали Сципиона в римском посольстве к главным монархам и государствам эллинистического Востока в 139–138 гг. до н.э. Вместе с Полибием он стал членом Сципионского круга. Он вернулся со Сципионом в Рим, где много сделал для распространения стоических доктрин и греческой философии. Среди его учеников было несколько выдающихся римлян, в том числе К. Скаевола, авгур, и К. Элий Туберон, стоик. После смерти Сципиона весной 129 г. до н.э. он попеременно жил в Афинах и Риме, но преимущественно в Афинах, где сменил Антипатра из Тарса на посту главы стоической школы. Афиняне предложили ему гражданство, но он отказался от него. Его главным учеником в философии был Посидоний. Он умер в Афинах примерно в 110/09 гг. до н.э., в год, когда оратор Луций Красс обнаружил там уже не самого Панатия, а его ученика Менесхарха.

Философия

С Панаетия началось новое эклектическое оформление стоической теории; так что даже среди неоплатоников его считали платонистом. По этой причине он также отдал первое место в философии физике, а не логике, и, по-видимому, не предпринимал самостоятельного исследования последней. В физике он отказался от стоического учения о всемирном пожаре, попытался упростить деление способностей души и сомневался в реальности прорицания. В этике он признавал лишь двойное разделение добродетели – теоретическую и практическую, в отличие от дианоэтической и этической у Аристотеля. Панаетий стремился приблизить конечную цель жизни к естественным порывам и показать посредством аналогий неразрывность добродетелей. Вероятно, в ответ на схожую критику стоицизма, высказанную Карнеадом, он утверждал, что одной добродетели недостаточно, если нет достаточного благополучия и здоровья. Он доказывал, что признание морали как чего-то, к чему следует стремиться ради самой себя, было фундаментальной идеей в выступлениях Демосфена. Он отверг доктрину апатии и вместо этого утверждал, что некоторые приятные ощущения можно считать соответствующими природе. Он также настаивал на том, чтобы моральные определения формулировались таким образом, чтобы их мог применять человек, еще не достигший мудрости.

Обязанности

Основным трудом Панаэтия был, несомненно, его трактат «О долгах» (Περί του Καθήκοντος 'Peri tou Kathēkontos' (Классический) или 'Peri tou Kathikodos' (Современный)), состоящий из трех книг. В нем он намеревался исследовать, во-первых, что есть моральное и что аморальное; затем, что полезно и что не полезно; и, наконец, как разрешать кажущийся конфликт между моральным и полезным; ибо, будучи стоиком, он считал этот конфликт лишь мнимым, а не действительным. Третье исследование он обещал в конце третьей книги, но не осуществил; его ученик Посидоний, по-видимому, лишь робко и неполно восполнил недостающее. Цицерон написал свой труд «О долгах» в сознательном подражании Панаетию и утверждал, что в третьей части темы он не последовал за Посидонием, а самостоятельно и без посторонней помощи завершил то, что Панаетий оставил незавершенным. Судя по незначительности отклонений, на которые сам Цицерон обращает внимание – например, попытка дать определение моральному долгу, завершение неполного деления на три части, отказ от излишних рассуждений, небольшие дополнения – в первых двух книгах Цицерон заимствовал научное содержание своей работы у Панаэтия, не внося существенных изменений. Цицерона, по-видимому, побудило последовать за Панаетием, минуя более ранние попытки стоиков исследовать философию морали, не только достоинства его труда в других отношениях, но особенно то, что на протяжении всей работы он стремился, отходя от абстрактных исследований и парадоксальных определений, продемонстрировать философию морали в ее применении к жизни. В целом, Панаетий, следуя Аристотелю, Ксенократу, Теофрасту, Дикеарху и особенно Платону, смягчил строгость ранних стоиков и, не отказываясь от их основополагающих определений, изменил их так, чтобы они могли быть применены к практической жизни, и облек их в форму красноречия. Тот факт, что Цицерон не воспроизвел все содержание трех книг Панаэтия, очевиден из фрагмента, не вошедшего в труд Цицерона, но сохранившегося благодаря Аулу Геллию, который знакомит нас с тем, как Панаетий рассматривал свою тему в ее риторических аспектах.

Другие работы

Панаэтий также написал трактаты «О безмятежности», «О должностных лицах», «О провидении», «О прорицании». Его работа «О философских школах», по-видимому, отличалась богатством фактического материала и критических замечаний, а сведения о Сократе, а также комментарии к книгам Платона и других представителей сократической школы, приводимые со ссылкой на Панаэтия, вероятно, были взяты из этого труда.