Введение

Британская куртизанка

Кэтрин Мария Фишер (1 июня 1741 – 10 марта 1767), известная как Китти Фишер, была выдающейся британской куртизанкой. С подросткового возраста Фишер создала тщательно выстроенный публичный образ, который был подкреплен признанием сэра Джошуа Рейнольдса и других художников. Портреты Фишер, подчеркивающие ее красоту, дерзость и очарование, вместе со статьями в газетах и журналах, способствовали укреплению ее репутации, вызывая у зрителей чувство восхищения. Она была одной из первых в мире знаменитостей, прославившихся не как актриса, музыкант или представитель королевской семьи, а просто благодаря своей известности. Ее жизнь является примером зарождения массовой медиа-индустрии и феномена славы в эпоху, когда капитализм, коммерциализация, глобальные рынки и растущее значение общественного мнения преобразовывали Англию.

Ранняя жизнь и время как куртизанка

Родилась в Лондоне, или, возможно, лейтенант-генерал (тогда энсайн) Энтони Джордж Мартин (ум. 1800) представил её лондонскому высшему обществу. Обладая склонностью к публичности, она стала известна своими романами с богатыми мужчинами. Её внешность и наряды тщательно изучались и копировались. Издавались и распространялись скабрезные памфлеты и сатиры о ней, а также несколько её портретов работы Джошуа Рейнольдса, включая один, где она позировала в образе Клеопатры, растворяющей жемчуг. Отпечатки с этих гравюр продавались тысячам её поклонников, сделав Китти Фишер одной из первых "пинап"-гламурных див. В одном известном случае, 12 марта 1759 года, Китти Фишер упала с лошади, катаясь в парке Сент-Джеймс, и невольно обнажилась (поскольку в то время не существовало нижнего белья с разрезом). Множество памфлетов, баллад и гравюр высмеивали её, обыгрывая каламбур о "падшей женщине". Но Фишер не собиралась оставаться в тени, и она немедленно привлекла внимание общественности к своей персоне, заказав свой портрет Джошуа Рейнольдсу, самому известному художнику Англии. Её слава распространилась по всей Европе. Во время своего визита в Лондон в 1763 году знаменитый итальянский ловелас Джакомо Казанова встретил Фишер и написал:

“знаменитая Китти Фишер, которая только начинала приобретать популярность. Она была великолепно одета, и не преувеличение сказать, что на ней были бриллианты стоимостью пятьсот тысяч франков. Гудар сказал мне, что если я захочу, могу купить её тут же за десять гиней. Однако я не захотел этого делать, потому что, хотя она и была очаровательна, говорила только по-английски, и мне хотелось, чтобы все мои чувства, включая слух, были удовлетворены. Когда она ушла, миссис Уэллс рассказала нам, что Китти съела банкноту в тысячу гиней на ломтике хлеба с маслом в тот же день. Банкнота была подарком от сэра Акинса, брата прекрасной миссис Питт. Я не знаю, поблагодарил ли банк Китти за этот подарок.”

Неясно, насколько можно доверять рассказу Казановы, поскольку подобные истории о сэндвиче с монетами или банкнотами рассказывали и о других женщинах, современницах Фишер. Ответ Фишер леди Ковентри демонстрирует её намерение выйти замуж за лорда и, таким образом, подняться по социальной лестнице посредством брака, подобно самой Ганнинг. Циничная оценка Фишер гендерной политики того времени свидетельствует о её осознании ограничений, с которыми сталкивались незамужние женщины, стремящиеся к социальной мобильности, но также служит осуждением сестёр Ганнинг за то, что они стремились выйти замуж за богатых и влиятельных мужчин исключительно ради собственной выгоды и сохранения своего положения. Уинн также писал, что "Она живёт в небывалой роскоши, тратит 12 000 фунтов в год, и она первая в своём кругу, кто нанимает слуг в ливрее – у неё даже есть носильщики в ливрее".

Поздние годы и смерть

Первым художником, запечатлевшим Фишер, был Джошуа Рейнольдс. Помимо портретов, получивших известность благодаря гравированным отпечаткам, которые продавались напрямую публике, он создал несколько других картин Фишер, некоторые из которых, по всей видимости, являются незавершенными этюдами. Натаниэль Хоун написал её как минимум однажды в 1765 году, в зените её популярности, и, возможно, во второй раз. Его знаменитая картина сейчас находится в Национальной портретной галерее в Лондоне. Помимо позирования для Хона и Рейнольдса, она, вероятно, была изображена Филиппом Мерсье, Джеймсом Норткотом и Ричардом Перселем, среди прочих. Помимо писем Джустинианы Уинн, она также упоминается в дневниках и письмах мадам Д’Арбле и Горация Уолпола, и других. В 1766 году она вышла замуж за Джона Норриса, сына депутата парламента от Рай и внука адмирала сэра Джона Норриса. Она поселилась в семейном поместье своего мужа, Хемстеде (в настоящее время здание престижной английской частной школы Бененден). Некоторые источники утверждают, что она успешно вжилась в роль хозяйки Хемстеда, приумножая состояние Норриса и наслаждаясь обществом местных жителей, которые ценили её щедрость к бедным. Однако она умерла всего через четыре месяца после свадьбы, по некоторым сведениям, от отравления косметикой на основе свинца (хотя это может быть путаница с судьбой её соперницы леди Ковентри), либо, возможно, от оспы или чахотки (известной сегодня как туберкулез), в 1767 году. Она была похоронена на церковном кладбище в Бенендене в своём лучшем бальном платье.