Введение

Христианское богословское понятие

Гипостатическое соединение (от греческого: ὑπόστασις hypóstasis, "лицо, сущность") – технический термин в христианской теологии, используемый в основной христологии для описания единения человеческой и божественной природы Христа в одной ипостаси, или индивидуальной личности. В наиболее общем виде, концепция гипостатического соединения утверждает, что Иисус Христос является одновременно и полностью Богом, и полностью человеком. Он совершенен и в своей божественности, и в своей человечности, обладая двумя полными и различными природами одновременно. Афанасианский Символ веры признает это учение и подтверждает его важность, утверждая: "Он есть Бог от Отчей сущности, рожденный пред всеми временами, и человек от материнской сущности, рожденный во времени; совершенный Бог и совершенный человек, с разумной душой и человеческим телом; равный Отцу по божеству, ниже Отца по человечеству. И хотя Христос есть Бог и человек, Он не два, но один. Он един не в результате превращения божества в плоть, но в результате принятия Богом человечества к Себе. Он един не в результате смешения сущностей, но в результате единства Его лица. Ибо как один человек состоит из разумной души и тела, так и один Христос состоит из Бога и человека."

Гипостаз

Греческий термин ὑπόστασις (ипостась) начал использоваться как технический термин до христологических споров конца IV и V веков. В дохристианские времена греческая философия (преимущественно стоицизм) использовала это слово. Некоторые случаи употребления термина "ипостась" в Новом Завете предвосхищают более позднее, техническое понимание этого слова. Хотя его можно буквально перевести как "субстанция", это стало причиной некоторой путаницы; соответственно, в "Новом американском стандартном переводе" он переводится как "субсистенция". Ипостась обозначает действительное, конкретное существование, в отличие от абстрактных категорий, таких как платонические идеи. В "Философских фрагментах" Кьеркегора двойственная природа Христа исследуется как парадокс, то есть как "предельный парадокс", поскольку Бог, понимаемый как совершенно доброе, совершенно мудрое и совершенно всемогущее существо, полностью стал человеком, в христианском понимании этого термина: обремененный грехом, ограниченный в доброте, знании и понимании. Кьеркегор считал, что этот парадокс может быть разрешен лишь посредством скачка веры, отходящего от понимания и разума к вере в Бога. Поскольку точная природа этого единения считается непостижимой для конечного человеческого разума, гипостатическое единение также называют альтернативным термином – "мистическое единение".

В истории

Аполлинарий Лаодикийский первым использовал термин «гипостась», пытаясь осмыслить воплощение. Аполлинарий описывал единение божественного и человеческого в Христе как единую природу, обладающую единой сущностью – единой гипостасью.

Эфесский собор

В V веке между Кириллом Александрийским и Несторием возник спор, в котором Несторий утверждал, что термин "теотокос" нельзя применять к Марии, матери Христа. Несторий отстаивал существование в Христе двух различных субстанций или ипостасей – божественной и человеческой. Он утверждал, что божественное не могло родиться от человека, поскольку божественная природа не имеет начала. Эфесский собор в 431 году, под руководством самого Кирилла и эфесского епископа Мемнона, объявил Нестория нео-адопционистом, подразумевая, что Иисус как человек является божественным и Сыном Божьим лишь по благодати, а не по природе, и отложил его от церкви как еретика. В своем письме к Несторию Кирилл использовал термин "ипостасный" (греч. καθ᾽ ὑπόστασιν kath' hypóstasin) для обозначения единства божественной и человеческой природ Христа, говоря: "Мы должны следовать этим словам и учению, памятуя о том, что значит "принять плоть". Мы утверждаем, что Слово, соединившись ипостасно с плотью, одушевленной разумной душой, необъяснимым и непостижимым образом стало человеком". Кирилл также подчеркивал “μία φύσις τοῦ θεοῦ λόγου σεσαρκωμένη”, что означает "единая природа Слова Божьего, воплотившегося в плоть" (или "единая природа Бога Слова, воплотившегося в плоть").

Халкидонский собор

Известный антиохийский богослов Феодор Мопсуэстийский, полемизировавший против монофизитской ереси аполлинаризма, считается, что учил о двух природах (диофизитах) во Христе – человеческой и божественной – и о двух соответствующих гипостасях (в значении "субстанция", "сущность", но не "личность"), которые сосуществовали. Однако в эпоху Феодора слово "гипостась" могло употребляться как синоним "усии" (что однозначно означает "сущность", а не "личность"), как это делали Тациан и Ориген. Греческие и латинские интерпретации христологии Феодора подверглись критическому анализу после обнаружения его Катехитических бесед на сирийском языке. В 451 году Вселенский Халкидонский собор провозгласил Халкидонское определение. Он согласился с Феодором в том, что в воплощении присутствуют две природы. Однако Халкидонский собор также настаивал на том, чтобы термин "гипостась" использовался в том значении, в каком он употребляется в догмате о Троице: для обозначения личности (просопона), а не природы, как это делал Аполлинарий.

Ориенталская Православная Церковь отвергает Халкидонское определение

Восточные православные церкви, отвергнув Халкидонское определение, стали известны как миафизиты, поскольку они придерживаются кирилловского определения, характеризующего воплощенного Сына как имеющего единую природу. Халкидонская формула "во двух естествах" (основанная, по крайней мере частично, на Колоссянам 2:9) рассматривалась как производная от и близкая к несторианской христологии. В свою очередь, халкидонцы полагали, что восточные православные склоняются к евтихианскому монофизитизму. Однако восточные православные последовательно подчеркивали, что они никогда не разделяли учения Евтихия, всегда утверждали, что человеческая природа Христа единоситна с нашей, и поэтому предпочитают, чтобы термин "миафизиты" использовался в отношении кирилловской христологии, которая использовала выражение "μία φύσις τοῦ θεοῦ λόγου σεσαρκωμένη", "mía phýsis toû theoû lógou sesarkōménē". Термин "миафизитский" означает единую объединенную природу, в отличие от единой обособленной природы (монофизиты). Таким образом, миафизитская позиция заключается в том, что, хотя природа Христа происходит от двух, в воплощенном состоянии она может быть обозначена только как одна, поскольку обе природы всегда действуют в единстве. В 1989 и 1990 годах лидеры Восточной православной и Восточных православных церквей подписали совместные заявления, стремясь к воссоединению (подробнее см. Миафизитизм). Аналогичным образом, в 1994 году лидеры Ассирийской церкви Востока, почитающие Нестория и Феодора, подписали совместное соглашение с лидерами Римско-католической церкви, признав, что их исторические разногласия касались не сути, а терминологии.