Введение
Гизельбертус, Гизельбертус или Гисельбертус, иногда именуемый "от Отона" (активен в XII веке), был французским скульптором в стиле романского искусства, чьё оформление (около 1120–1135 годов) собора Святого Лазаря в Отонe, Франция – включающее множество порталов, тимпанов и капителей – является одним из наиболее самобытных произведений той эпохи.
Жизнь
Гислебертус впервые работал в Клуни, вероятно, в качестве главного помощника мастера Клуни в 1115 году. В его работах отражены многие библейские сцены, как они изображены в Библии, передающие их сильные эмоции. Гислебертуса учили о сострадании Иисуса, о его любви и заботе, и это нашло отражение в некоторых его произведениях, украшающих собор. Изначально собор был построен как больница для прокаженных, которых считали больными и, в некотором смысле, отверженными. Рельефы на фасаде собора содержат образы, которые должны были вселять надежду в прокаженных. Он также участвовал в оформлении аббатства Клуни. Завершив обучение в Клуни, он отправился в Везеле, где создал тимпан над портиком. Его скульптура выразительна и полна воображения: от ужасающего Страшного суда, изображающего возвращение Иисуса на Землю для суда над всеми душами (и живыми, и мертвыми), определяя их участь – вечное блаженство на небесах или адские муки (Западный тимпан) с его поразительно вытянутыми фигурами, до Евы (Северный портал) – первой крупномасштабной обнаженной фигуры в европейском искусстве со времен античности, являющейся образцом изящной грации. Его влияние прослеживается в других образцах французской церковной скульптуры, а его техники способствовали формированию готического стиля.
Стиль
Имя Гислебертус, латинский эквивалент "Жильбер" (и для других "Жильберов", чаще записываемых в указанных выше вариантах), вырезано на западном тимпане собора Отон: Gislebertus hoc fecit, или "Гислебертус создал это". Некоторые современные ученые полагают, что это имя заказчика работы, а не художника. Ведущий скульптор, в любом случае, имел в своем распоряжении ряд помощников, хотя отличительный дизайн вполне мог быть выполнен одной рукой. Имя Гислеберта – первое, найденное на каменных работах романского периода, поскольку скульпторы до него считали, что работают для Бога, а не проявляют себя как творческие личности. С другой стороны, как утверждают Гривот и Зарнецки, Фернан Обержонуа пишет, что вскоре после середины XVIII века Церковь провела значительную "уборку" в области искусства, заменив романские резные украшения, считавшиеся варварскими, орнаментами, более соответствующими вновь обретенному греко-римскому вкусу эпохи. Священнослужители сняли голову Христа, чтобы аккуратно оштукатурить тимпан западного фасада. Резные изображения над тимпаном с 24 патриархами и пророками были полностью удалены. Обержонуа объясняет, что "северный портал Сен-Лазара пострадал еще сильнее. Здесь Гислебертус изобразил воскресение Лазаря, а также Сатану, Адама и великолепную Еву, чей жест в момент, когда она срывает роковое яблоко, является непревзойденным примером рассеянности. Альтернативно, этот жест можно интерпретировать как выражение скорби. Кирк Амброуз пишет: "Жесты в сценах Грехопадения обычно ограничиваются подношением и принятием запретного плода. Иногда фигура изображается, прикладывающей руку к щеке – традиционный жест скорби, который встречается в более ранних циклах Книги Бытия в различные моменты повествования, такие как Стыд или Изгнание. Этот жест скорби можно увидеть на более ранней капители Грехопадения в Везеле, которая, скорее всего, относится к строительной кампании аббата Арто в первые годы XII века и была повторно использована в нефе. Другие скульптурные романские примеры этой позы в Бургундии включают фрагмент линтела Евы из Отона и сцену Стыда на южном тимпане Анзи-ле-Дюк". Из главных фигур, украшавших этот вход, уцелела только Ева. Она исчезла на годы, после того как ее перевезли к подножию холма, где большой камень, на котором она вырезана, служил строительным материалом для дома, построенного в 1769 году. Там она оставалась скрытой в течение столетия, пока это жилище, в свою очередь, не было снесено. Ева считается одним из величайших произведений искусства в западной традиции. Это первая крупномасштабная скульптура обнаженной фигуры, созданная со времен римлян. Т. С. Р. Боуз, президент колледжа Магдалины в Оксфорде, сказал: "Ева обладает соблазнительным качеством, которому не смог бы сравниться ни один художник XII века. Если бы другой блок (Адам) сохранился, мы, несомненно, получили бы в нем завершение великого шедевра". Недавно обнаружены алабастровые статуэтки Адама и Евы из Фонда Юко Нии; эти версии XII века линтела Адама и Евы собора Отона могут быть единственной сохранившейся копией этого шедевра Гислеберта Адама, что делает их значимыми. Никаких других рисунков или копий Адама Гислеберта в наше время не обнаружено ни в одной библиотеке или музее. В 1837 году археологи освободили "Страшный суд" от раствора, а в 1858 году архитектор-реставратор Виолет-ле-Дюк восстановил тимпан, заменив утраченные или поврежденные скульптуры копиями, оставив голову Христа нетронутой. В 1948 году хормейстер Сен-Лазара, аббат Денис Гривот, доказал то, что он и другие подозревали: голова Христа из близлежащего музея была скульптурой, снятой 200 лет назад. Гривот обнаружил, что скульптура идеально подходит к тимпану. Другие скульптуры до сих пор не найдены.
name is the first ever found on stone work from the Romanesque period, as the sculptors before him believed themselves to be working for God, instead of themselves being creative individuals. On the other hand, as Grivot and Zarnecki state:
Fernand Auberjonois writes that shortly after the mid 18th century the Church "did considerable artistic 'house cleaning' replacing Romanesque carvings looked on as barbaric with ornaments more suited to the era's new found Greco Roman taste." Clergy removed the head of Christ in order to smoothly plaster over the tympanum of the west front. Carvings above the tympanum of 24 Patriarchs and Prophets were completely removed. Auberjonois explains that "The north portal of St. Lazare suffered even more grievous harm. Here Gislebertus had portrayed the resurrection of Lazarus, as well as Satan, Adam, and a magnificent Eve whose gesture at the moment she picks the fatal apple is an unrivaled example of absent minded detachment. Alternatively, the gesture can be interpreted as representing lamentation. Kirk Ambrose writes:
"Gestures in Fall scenes are typically limited to the offering and receiving of the forbidden fruit. Occasionally, a figure is represented placing a hand to his or her cheek, a traditional gesture of lamentation that appears in earlier Genesis cycles at various moments in the narrative, such as the Shame or Expulsion. This lamentation gesture is found on an earlier Vezelay capital of the Fall, which most likely dates to Abbot Artaud's building campaign in the first years of the twelfth century and which was reemployed in the nave. Other sculpted Romanesque examples of this pose in Burgundy include the Eve lintel fragment from Autun and a scene of the Shame on the south tympanum of Anzy le Duc." Of the main figures that adorned this entrance, only Eve has survived. She disappeared for years, having been carted down to the foot of the hill where the large stone on which she is carved served as building material for a house constructed in 1769. There she remained hidden for a century until that dwelling in turn was torn down." Eve is considered one of the greatest art works in the Western tradition. It is the first large scale nude sculpture produced since Roman times. T. S. R. Boase, President of Magdalen College, Oxford, said "Eve has a seductive quality that no other 12th century artist has equalled. If the other block (Adam) had survived, we would most certainly have had in it the completion of a great masterpiece". The Yuko Nii Foundation alabasters of Adam and Eve recently came to light; these 12th century versions of the Autun Cathedral Adam and Eve lintels may be the only surviving replica of this Giselbertus Adam masterpiece, which makes it significant. No other drawings or other copies of the Giselbertus Adam have been seen in our time in any library or museum. In 1837, archaeologists freed the Last Judgment from the mortar and in 1858, the architectural restorer Viollet le Duc restored the tympanum by replacing lost or damaged sculptures with copies, leaving the head of Christ unrestored. In 1948, St. Lazare's choir master Abbe Denis Grivot, proved what he and others had suspected. A head of Christ in a nearby museum was the sculpture that had been removed 200 years previously. Grivot found that the sculpture fit perfectly into the tympanum. Other sculptures remain missing.