Введение

Французский барочный замок в Майнси

Замок Во-ле-Виконт (château de Vaux le Vicomte) – французский барочный замок, расположенный в Майнси, недалеко от Мелуна, к юго-востоку от Парижа в департаменте Сен-э-Марн региона Иль-де-Франс. Построенный между 1658 и 1661 годами для Николя Фуке, маркиза де Белль-Иль, виконта Мелуна и Во, генерального интенданта финансов Людовика XIV, замок стал влиятельным произведением архитектуры в Европе середины XVII века. В Во-ле-Виконте архитектор Луи Лево, ландшафтный архитектор Андре Ленотр и художник-декоратор Шарль Лебрен впервые объединили свои усилия для реализации масштабного проекта. Их сотрудничество положило начало стилю Людовика XIV, объединяющему архитектуру, дизайн интерьера и ландшафтный дизайн. Четко выраженная визуальная ось сада является примером этого стиля.

История

Когда-то небольшой замок, расположенный между королевскими резиденциями Винсенн и Фонтенбло, поместье Во-ле-Виконт было приобретено в 1641 году Николасом Фуке, амбициозным 26-летним членом парижского Парламента. Фуке был страстным меценатом, привлекая многих художников своим щедрым покровительством. Когда в 1656 году Фуке стал генеральным интендантом финансов короля Людовика XIV, он поручил Ле Во, Ле Брюну и Ле Нотру перестроить свое поместье и сад, чтобы они соответствовали его грандиозным замыслам. Художественная и утонченная личность Фуке позволила раскрыть талант каждого из этих трех мастеров. Чтобы обеспечить достаточно места для реализации масштабных планов по обустройству сада и замка Во-ле-Виконт, Фуке выкупил и снес три деревни. Жители этих деревень были затем трудоустроены на уход и содержание садов. По слухам, на строительстве работало 18 тысяч человек, а общая стоимость составила 16 миллионов ливров. Замок и его хозяин на короткое время стали центром изысканных пиров, литературы и искусства. Среди художников, близких к Фуке, были баснописец и поэт Жан де Лафонтен и драматург Мольер. На торжественном открытии Во-ле-Виконт была поставлена пьеса Мольера, организован званый ужин под руководством Франсуа Вателя и дан впечатляющий фейерверк.

Фете и арест

Замок был роскошным, изысканным и ослепительным, но эти качества оказались роковыми для его владельца: король приказал арестовать Фуке вскоре после знаменитого праздника, состоявшегося 17 августа 1661 года, где дебютировала пьеса Мольера "Les Fâcheux". Празднование было слишком пышным, а дом интенданта – слишком роскошным. Фуке намеревался польстить королю: часть замка Во-ле-Виконт была построена специально для него, но замысел Фуке обернулся против него самого. Жан-Батист Кольбер убедил короля в том, что великолепие его министра финансировалось за счёт присвоения государственных средств. Кольбер, впоследствии занявший место Фуке в качестве генерального интенданта финансов, и арестовал его. Позже Вольтер так суммировал знаменитый праздник: "17 августа в шесть вечера Фуке был королём Франции, а в два часа ночи – никем". Лафонтен описал праздник, а вскоре после этого написал свою "Элегию к нимфам Во".

После Фуке

После ареста и пожизненного заключения Фуке, а также ссылки его жены, Вакс-ле-Виконт был передан под секвестр. Король изъял, конфисковал или выкупил 120 гобеленов, статуи и все апельсиновые деревья из Вакс-ле-Виконта. Затем он направил команду художников (Ле Во, Ле Нотр и Ле Брен) для разработки проекта, значительно превосходящего Вакс-ле-Виконт по масштабу – дворца и садов Версаля. Мадам Фуке вернула свою собственность десять лет спустя и поселилась там со своим старшим сыном. В 1705 году, после смерти мужа и сына, она решила продать Вакс-ле-Виконт. Замок был пуст, некоторые хозяйственные постройки пришли в упадок, а сады полностью заросли. Реставрация и обновление начались под руководством архитектора Габриэля Ипполита Дестальера при содействии ландшафтного архитектора Эли Лене. К 1908 году, когда умер Сомье, замок и сады вернули свой первоначальный облик. Его сын, Эдме Сомье, и его невестка завершили эту работу. Его потомки продолжают сохранять замок, который остается в частной собственности. С 1967 года владельцем является Патрис де Воге, правнук Альфреда Сомьера, получивший его в качестве свадебного подарка вместе со своей женой Кристиной, графом и графиней де Воге. К тому времени в поместье сохранилось лишь несколько предметов, первоначально принадлежавших Фуке. В течение некоторого времени семья жила на первом этаже, а затем в отреставрированных конюшнях этого крупнейшего частного замка во Франции с садами площадью 1235 акров. Замок был отреставрирован в 2016–2017 годах и впервые представлен публике в марте 2017 года. Сейчас бизнесом управляют их трое сыновей: Александр, Жан-Шарль и Асканио де Воге. "Нас не интересует аристократическая сторона этой жизни", – заявил Александр де Воге, но они полны решимости продолжать сохранять замок.

Архитектура

Замок расположен у северного конца оси длиной 1,5 км, ориентированной с севера на юг, фасадом, обращенным на север. Его объемы идеально симметричны относительно этой оси. Удивительно, но внутренняя планировка также почти полностью симметрична, с небольшими различиями между восточной и западной половинами. Две комнаты в центре – входной вестибюль на севере и овальный салон на юге – изначально представляли собой открытую лоджию, разделяющую замок на два отдельных сектора. Внутреннее убранство этих двух комнат было, следовательно, более характерным для открытого пространства. Три набора по три арки – на фасаде, между вестибюлем и салоном, и ведущие из салона в сад – выровнены по одной оси и позволяют прибывающему посетителю увидеть сквозь них центральную ось сада еще до входа в замок. Внешние арки могли закрываться железными воротами, а позднее были заполнены стеклянными дверями, а внутренние – зеркальными. Поскольку лоджия разделяет здание на две половины, по обе стороны от нее расположены две симметричные лестницы, а не одна. Комнаты в восточной половине замка предназначались для короля, в западной – для Фуке. Предоставление королю целого набора комнат было обычной практикой в аристократических домах того времени, поскольку король часто путешествовал. Еще одна неожиданная особенность планировки – толщина основного корпуса (corps de logis), состоящего из двух рядов комнат, идущих с востока на запад. Традиционно, центральная часть корпуса де логи французских замков состояла из одного ряда комнат. Двойной корпус де логи уже использовался в парижских отелях, в том числе в Hôtel Tambonneau Ле Во, но Во стал первым замком, воплотившим это новшество. Еще более необычно, что все главные помещения расположены на первом этаже, а не на втором (традиционный piano nobile). Это объясняет отсутствие большой лестницы или галереи, стандартных элементов большинства замков того времени. Также примечательны коридоры в подвале и на первом этаже, проходящие вдоль всего дома и обеспечивающие уединение комнатам, к которым они ведут. До середины XVII века коридоры были практически неизвестны. Более традиционной является и другая особенность планировки – четыре павильона, по одному на каждом углу здания. Изначально Во-ле-Виконт планировалось строить из кирпича и камня, но после середины века, когда средний класс начал подражать этому стилю, аристократия стала использовать исключительно камень. На позднем этапе проектирования Фуке и Ле Во перешли на камень, на решение, которое, возможно, было обусловлено использованием камня в Château de Maisons Франсуа Мансара. Служебные здания, примыкающие к большому парадному двору к северу от замка, остались из кирпича и камня, а другие постройки, предшествующие им, были выполнены из грубого камня и штукатурки, что отражало социальную иерархию строительных материалов, характерную для Франции на протяжении долгого времени. Фасад главного замка типично французский, с двумя боковыми павильонами, фланкирующими центральный аван-корпус, что напоминает работы Мансара в Maisons. Ле Во дополнил их двумя дополнительными отступающими объемами между павильонами и центральной частью. Все эти элементы подчеркнуты крутыми пирамидальными крышами. Такие крутые крыши были унаследованы от средневековья и, как и кирпич, быстро выходили из моды. Ле Во больше никогда не использовал их. По словам Эндрю Айерса, общий эффект в Во «в некоторой степени разрознен и беспорядочен». Однако Айерс признает, что «хотя и несколько неуклюжий, фасад замка все же живописен, несмотря на, или, возможно, благодаря своим особенностям». Садовый фасад главного замка считается более удачным. Огромный, двухэтажный Большой салон, значительно выступающий из корпуса де логис, явно доминирует над южной экспозицией. Салон покрыт огромным шиферным куполом, увенчанным внушительным фонарем, и предстоит двухэтажный портик, почти идентичный портику в Hôtel Tambonneau. Использование центрального овального салона – новшество, заимствованное Ле Во из Италии. Хотя он сам там никогда не был, он, несомненно, знал из рисунков и гравюр примеры в таких зданиях, как Палаццо Барберини в Риме, и уже успешно использовал его в своем Château du Raincy. В Ле-Ренси салон охватывает корпус де логис и выступает с обеих сторон, но в Во, из-за двойного ряда комнат, ему предшествует вестибюль со стороны входа, «тем самым задерживая и драматизируя открытие посетителем центрального элемента дома». Местность была естественно хорошо увлажнена, с двумя небольшими реками, сливающимися в парке; искусственно проложенное русло одной из них образует Большой канал, ведущий к квадратному бассейну. Ле Нотр создал великолепную перспективу, открывающуюся из замка, используя законы перспективы. Он использовал естественный рельеф местности в своих интересах, разместив канал в самой низкой части комплекса, тем самым скрыв его из основной точки обзора. За каналом сад поднимается на большой открытый газон и заканчивается колонной Геркулеса, добавленной в XIX веке. Живые изгороди обрамляли сад, служа также сценой для королевских празднеств. Анамморфоз abscondita создает визуальные эффекты, не встречающиеся в природе, делая зрелище садов, спроектированных таким образом, чрезвычайно необычным для зрителя (который испытывает напряжение между естественной перспективой в периферийном зрении и принудительной перспективой формального сада). Перспективные эффекты также не всегда очевидны на фотографиях, поэтому лучший способ по-настоящему ощутить сады – увидеть их лично. С вершины большой лестницы создается впечатление, что весь сад открывается перед глазами в один миг. Изначально вид состоит из симметричных рядов живых изгородей, аллей, фонтанов, статуй, цветов и других элементов, имитирующих природу: эти элементы отражают барочное стремление подчинить природу своей воле, используя природу для имитации природы. В центре расположен большой отражающий бассейн, фланкированный гротами со статуями в нишах. Большой пологий газон становится виден только тогда, когда начинаешь исследовать сад, когда зритель осознает вовлеченные оптические элементы и обнаруживает, что сад намного больше, чем кажется. Далее проходит круглый бассейн, который из-за перспективы ранее казался овальным, и канал, рассекающий территорию, а также нижняя тропа. Продолжая путь, второй бассейн оказывается квадратным, а гроты и статуи в нишах становятся более четкими. Однако, когда вы приближаетесь к гротам, соотношение между бассейном и гротами кажется искаженным. Гроты на самом деле расположены намного ниже остальной части сада и отделены широким каналом длиной более полумили (почти километра). По словам Аллена Вайсса, в Mirrors of Infinity, этот оптический эффект является результатом использования десятой теоремы оптики Евклида, которая утверждает, что «самые дальние части плоскостей, расположенные ниже уровня глаз, кажутся наиболее возвышенными». Во времена Фуке заинтересованные лица могли пересечь канал на лодке, но прогулка вокруг канала открывает вид на лес, который отмечает границу сада, и показывает искажение гротов, ранее воспринимавшихся как скульптурные. После прохождения канала и гротов достигается большой пологий газон, и сад рассматривается с точки обзора, с которой Ле Нотр намеревался его показать, завершая тем самым задуманный круг. С этой точки зрения искажения создают иллюзию, что сады намного длиннее, чем они есть на самом деле. Множество дисков…