Введение

Украинский раввин (1780–1844)

Натан Бресловский (22 января 1780 – 20 декабря 1844), также известный как Реб Носон, при рождении Натан Стернхарц, был главным учеником и секретарем ребе Нахмана Бресловского, основателя бресловской хасидской династии. Реб Носону приписывают сохранение, популяризацию и развитие движения Бреслова после смерти ребе. Сам ребе Нахман говорил: "Если бы не Реб Носон, ни одна страница моих трудов не сохранилась бы".

Духовный искатель

Реб Носон родился в городе Немириве, Украина. Его отец, раввин Нафтали Герц Стернхарц, был известным тальмудическим ученым и состоятельным бизнесменом. Его мать звали Хая Лейне. Реб Носон был первенцем в семье; у него было три брата — Реб Юдель, Реб Йосеф и Реб Лейбуш, и одна сестра, имя которой неизвестно. Реб Носон получил традиционное еврейское образование и перенял дело отца. В возрасте 13 лет (как было принято), он женился на Эстер Шайндель, дочери раввина Довида Цви Орбаха, ведущего раввинского авторитета в Могилеве, Шарограде и Кременеце. Его отец и тесть были ярыми противниками хасидизма. Хотя Реб Носон был ученым, он чувствовал, что в его духовных устремлениях чего-то не хватает. Он начал посещать различных хасидских ребе, в том числе Леви Ицхака Бердичевского, и был впечатлен искренностью их последователей. Однако он не мог достичь той же глубины в своих религиозных чувствах. В 1802 году ребе Нахман переехал в Брацлав, Украина, который находится в девяти милях к югу от Немирива (в те дни это было трехчасовое путешествие верхом). Реб Носон пошел послушать ребе, который был старше его всего на 8 лет, и нашел духовного наставника, которого искал. Реб Носон стал пожизненным учеником ребе Нахмана. Хотя семья Реб Носона изначально была против его общения с хасидизмом, они в конце концов уступили, увидев, что его знания Торы и личная набожность только возросли под руководством ребе Нахмана. У Реб Носона и Эстер Шайндель было трое сыновей — Шахне, Ицхок и Довид Цви, и одна дочь, Хана Цирель. Эстер Шайндель умерла в сентябре 1826 года, а Реб Носон женился на Дишель, вдове с сыном и дочерью, в октябре 1826 года. Во втором браке у него родилось еще двое сыновей, Нахман и Йосеф Йона.

Писатель

Реб Носон лично отвечал за сохранение учений, рассказов и повседневных бесед своего наставника, а также за распространение бресловского движения после смерти Нахмана в 1810 году. При жизни Ребе реб Носон был его официальным писцом, тщательно записывая слова учителя. Поскольку многие уроки Ребе произносились в субботу и еврейские праздники, когда писать запрещено (согласно Галахе, еврейскому закону), материал приходилось записывать позже. Однако у Реб Носона была феноменальная память, и он мог воспроизвести многие уроки почти дословно. Затем он показывал рукопись Ребе, который вносил окончательные исправления. Некоторые уроки Ребе Нахман диктовал Реб Носону после субботы или еврейского праздника на идише, а Реб Носон переводил их на иврит. В своих более поздних публикациях Реб Носон тщательно указывал, был ли урок отредактирован и одобрен самим Нахманом, или же это был менее формальный рассказ, не получивший его одобрения. Он также чётко разграничивал слова Ребе и собственные комментарии.

Создание движения

После смерти ребе Нахмана 16 октября 1810 года, реб Носон переехал в Бреслов и стал известен как Натан Бресловский. Он стал лидером бресловских хасидов, но не ребе, поскольку ребе Нахман не назначил преемника и не учредил династию. Вместо этого, реб Носон направил все свои усилия на укрепление бресловского движения, при этом сохраняя свой строгий распорядок дня, посвященный изучению Торы. Он приобрел типографию и опубликовал все сочинения ребе Нахмана, а также все беседы, которые он и другие запомнили от Нахмана. Реб Носон также написал множество оригинальных лекций и учений, некоторые из которых были опубликованы при его жизни. Он поддерживал переписку с бресловскими хасидами по всей Украине и посещал их несколько раз в год. Реб Носон также сыграл ключевую роль в превращении Умани, Украины – города, где похоронен ребе Нахман – в духовный центр хасидутов. В 1811 году он организовал первое ежегодное собрание на Рош ха-Шана (молитвенное объединение) у могилы и продолжал возглавлять это паломничество до своей смерти в 1844 году. Около 1830 года он собрал средства на строительство синагоги в Умани, чтобы вместить все возрастающий поток паломников на Рош ха-Шана, и сочинил ряд молитв для произнесения у могилы Нахмана его последователями.

Преследование

Даже при жизни ребе Нахмана некоторые хасидские группы выступали против нового подхода, принятого ребе для распространения хасидизма. После смерти ребе Нахмана эта оппозиция была направлена против реба Носона, который отказался принять на себя руководство и продолжал распространять учения покойного ребе, как будто тот был жив. В конце 1834 года, после открытия синагоги Бреслова в Умани, раввин Моше Цви из Саврана (Савранский ребе) развязал клеветническую кампанию против реба Носона и бресловских хасидов. Противники донесли на реба Носона российским властям, утверждая, что он – лжепророк, чья деятельность противоречила интересам царя. Реб Носон был арестован, обвинен в государственной измене, сослан в Немиров (его родной город) и помещен под домашний арест. За неделю до Рош ха-Шана реб Носон получил разрешение на поездку и тайно отправился в Умань. Однако его обнаружили, донесли властям, и арестовали накануне Рош ха-Шана. Ассимилированные евреи, жившие в Умани и поддерживавшие дружеские отношения с ребе Нахманом, вступились за реба Носона, позволив ему остаться в Умани на праздник. Внезапная смерть Савранского ребе в 1838 году ослабила антибресловский пыл его последователей. Реб Носон смог вернуться в Бреслов в конце того же года. Реб Носон умер незадолго до начала субботы в пятницу, 20 декабря 1844 года. Согласно преданию, в субботу утром его друг детства, реб Нафтали, живший тогда в Умани, сказал своим спутникам, что уверен в смерти реба Носона накануне вечером. На вопрос, как он может быть так уверен, он ответил: «Мне приснилось, что реб Носон быстро бежит. Я спросил: «Реб Носон! Куда ты бежишь?» Он ответил: «К ребе!»». Реб Носон похоронен в Бреслове на старом еврейском кладбище с видом на реку Буг.