Введение

Материалистический феминизм – это теоретическое течение радикального феминизма, сформировавшееся вокруг французского журнала Questions féministes. Ему свойственно использование концептуальных инструментов марксизма для теоретизирования патриархата и его отмены. Материалистический феминизм понимает пол и гендер как социальные конструкты, производимые посредством репродуктивной эксплуатации и сексуального подчинения женщин. В его литературном наследии содержится анализ женского труда в браке и в формальной экономике, критика других течений феминизма, деконструкция сексуальности и поддержка автономного женского движения. Дженнифер Уик определяет материалистический феминизм как «феминизм, который настаивает на изучении материальных условий, в которых развиваются социальные структуры, включая гендерную иерархию. Материалистический феминизм избегает рассмотрения этой гендерной иерархии как следствия единого патриархата и вместо этого анализирует сеть социальных и психических отношений, составляющих конкретный материальный и исторический момент». Она утверждает, что «материалистический феминизм постулирует, что материальные условия всякого рода играют жизненно важную роль в социальном производстве гендера и исследует различные способы, которыми женщины сотрудничают и участвуют в этих процессах». Розмари Хеннесси прослеживает историю материалистического феминизма в работах британских и французских феминисток, которые предпочитали термин «материалистический феминизм» марксистскому феминизму. По их мнению, марксизм необходимо было изменить, чтобы объяснить половое разделение труда. Марксизм оказался неадекватным для этой задачи из-за его классовой предвзятости и сосредоточенности на производстве. Феминизм также был проблематичен из-за своей эссенциалистской концепции женщины. Материалистический феминизм возник как позитивная альтернатива как марксизму, так и феминизму, указав на неравномерное распределение социальных ресурсов. Материалистический феминизм частично берет начало в работах французских феминисток, в частности Кристин Дельфи. В момент появления термина Дельфи подверглась критике со стороны других феминисток. Поскольку материалистический феминизм был близок к марксизму, но фактически не подчинялся марксистскому дискурсу, многие считали это направление излишним из-за его недостаточной марксистской направленности. Однако после 1980-х годов большинство современных феминисток стали отходить от акцента на физическом угнетении и переключились на язык угнетения. В 1990-х годах произошел культурный поворот, направленный на расширение границ категории «женщина». По мере трансформации феминизма в постфеминизм понятие женственности стало «подвергаться критическому осмыслению, а не приниматься как данность», как отмечает Стиви Джексон. Для нее «исходным пунктом угнетения является материалистический подход, поскольку угнетение – это материалистическая концепция». Материалистические феминистки считают, что построение теории патриархата, сводящей женский труд к воспроизводству, в конечном итоге укрепляет патриархальную идеологию. Она утверждает, что домашний способ производства является материальной основой угнетения женщин, а брак – это трудовой договор, дающий мужчинам право эксплуатировать женщин. Поэтому они выступают против любых дискурсов, пытающихся объяснить положение женщин какими-либо внутренними характеристиками этой группы, в частности анатомическими, такими как способность к деторождению или физическая слабость женщин по сравнению с мужчинами, а также психологическими или психоаналитическими, предполагающими различие в психике мужчин и женщин.

Критика

Отношения между материализмом и феминизмом описывались как "проблематичные" и рассматривались как "несчастливое сожительство". Также выражалась обеспокоенность общей неопределенностью материалистического феминизма. Подвергалось сомнению, достаточно ли велико различие между материалистическим и марксистским феминизмом, чтобы представлять собой значимый вклад в феминистскую теорию. Вклад Кристин Дельфи в материалистический феминизм также подвергался критике, в частности, со стороны Мишель Баррет и Мэри Макинтош. Они утверждают, что определение материалистического феминизма содержит слишком вольную интерпретацию патриархата, и что статья Дельфи "На пути к материалистическому феминизму" фокусируется исключительно на угнетении жен и не увязывает это с глобальным угнетением женщин в целом. Розмари Хеннесси отмечает, что в последнее время растет давление с целью признания различий внутри самого понятия "женщина" и того, как это пересекается не только с классом, но и с расой, сексуальностью и гендерами. Стиви Джексон выражает обеспокоенность по поводу недавнего возрождения интереса к материализму, утверждая, что многие новые идеи сводят материальное к капиталистическим концепциям, и что "это может вернуть нас к наименее продуктивным формам марксизма 1970-х годов".