Введение
Социология истории науки, связанная с социологией и философией науки, а также со всей областью исследований науки, в XX веке была сосредоточена на вопросе о крупных закономерностях и тенденциях в развитии науки, а также на вопросах о том, как наука "функционирует" как в философском, так и в практическом плане.
The sociology of the history of science—related to sociology and philosophy of science, as well as the entire field of science studies—has in the 20th century been occupied with the question of large scale patterns and trends in the development of science, and asking questions about how science "works" both in a philosophical and practical sense.
Наука как социальное предприятие
В последние несколько столетий наука как социальное предприятие быстро развивалась. Небольшое число людей, способных проводить естественнонаучные исследования в античности, либо сами были состоятельными, либо имели богатых спонсоров, либо пользовались поддержкой религиозной группы. Сегодня научные исследования получают значительную поддержку от государства, а также постоянную поддержку со стороны частного сектора. Доступные средства коммуникации значительно улучшились с течением времени. Вместо того чтобы ждать месяцы или годы, пока придет письмо, переписанное от руки, сегодня научная коммуникация может быть практически мгновенной. Ранее большинство естествоиспытателей работали в относительной изоляции из-за трудностей и медлительности обмена информацией. Тем не менее, наблюдался значительный обмен идеями между отдаленными группами и отдельными исследователями. В настоящее время почти все современные ученые участвуют в научном сообществе, которое гипотетически имеет глобальный характер (хотя часто базируется вокруг относительно небольшого числа стран и престижных институтов), но также сильно сегментировано по различным областям исследования. Научное сообщество важно, поскольку оно представляет собой источник установленных знаний, которые, при правильном использовании, должны быть более надежными, чем знания, приобретенные отдельным человеком самостоятельно. Сообщество также предоставляет механизм обратной связи, часто в форме таких практик, как рецензирование и воспроизводимость. Большинство научных материалов (экспериментальные результаты, теоретические предложения или обзоры литературы) публикуются в научных журналах и, предположительно, подвергаются экспертной оценке, хотя в последние десятилетия ряд ученых-критиков как внутри, так и вне научного сообщества начали ставить под сомнение влияние коммерческих и государственных инвестиций в науку на процесс рецензирования и публикации, а также внутренние дисциплинарные ограничения в процессе научной публикации. Важным событием научной революции стало создание научных обществ: Academia Secretorum Naturae (Accademia dei Segreti, Академия тайн природы) можно считать первым научным сообществом, основанным в Неаполе в 1560 году Джамбаттистой делла Портой. В академии действовало исключительное правило членства: открытие нового закона природы являлось обязательным условием для приема. Вскоре она была закрыта папой Павлом V по обвинению в колдовстве. Academia Secretorum Naturae была заменена Accademia dei Lincei, основанной в Риме в 1603 году. Галилей был членом Линьсеи, но она прекратила свое существование после его осуждения в 1633 году. Accademia del Cimento во Флоренции, основанная в 1657 году, просуществовала 10 лет. Лондонское королевское общество, существующее с 1660 года по настоящее время, объединяло разнообразный коллектив ученых для обсуждения теорий, проведения экспериментов и взаимной оценки работ. Академия наук была создана как учреждение правительства Франции в 1666 году и заседала в королевской библиотеке. Академия наук в Берлине начала свою деятельность в 1700 году. Ранние научные общества выполняли важные функции, включая создание сообщества, открытого и заинтересованного в эмпирических исследованиях, а также более знакомого и образованного в этой области. В 1758 году Лагранж при поддержке своих учеников основал общество, которое впоследствии было включено в состав Туринской академии. Большая часть того, что сегодня считается современной научной институционализацией, сформировалась в процессе ее профессионализации в XIX веке. В это время место проведения научных исследований в основном переместилось в университеты, хотя в некоторой степени оно также стало стандартным компонентом промышленности. В начале XX века, особенно после роли науки в Первой мировой войне, правительства ведущих индустриальных держав начали активно инвестировать в научные исследования. Эти усилия были затмлены финансированием научных исследований, проводимых всеми сторонами во Второй мировой войне, что привело к созданию такого «чудо-оружия», как радар, ракеты и атомная бомба. Во время холодной войны значительные государственные ресурсы были направлены на науку Соединенными Штатами, СССР и многими европейскими державами. Именно в этот период DARPA финансировала общенациональные компьютерные сети, включая ARPANET, предшественника Интернета. В постхолодной войне период сокращение государственного финансирования во многих странах компенсировалось увеличением промышленных и частных инвестиций. Финансирование науки является ключевым фактором ее исторического и глобального развития. Поэтому, хотя наука гипотетически имеет международный охват, на практике она обычно концентрировалась там, где можно было найти наибольшее финансирование. Во время научной революции ранние ученые общались на латыни, которая была языком академической среды в Средние века и на которой читали и писали ученые из разных стран. В середине 1600-х годов публикации начали появляться на местных языках. К 1900 году доминировали немецкий, французский и английский языки. Антигерманские настроения, вызванные Первой и Второй мировыми войнами, и бойкот немецких ученых привели к утрате немецкого языка как научного. В последующие десятилетия XX века экономическое доминирование и научная продуктивность Соединенных Штатов привели к подъему английского языка, который после окончания холодной войны стал доминирующим языком научной коммуникации.
Политическая поддержка
Одним из основных требований к научному сообществу является наличие и поддержка политического спонсора; в Англии Королевское общество действует под покровительством монархии; в США Национальная академия наук была основана законом Конгресса Соединенных Штатов; и так далее. В противном случае, на этапе формирования основ знаний, политические власти соответствующих сообществ могли произвольно поддерживать или запрещать возникающие научные сообщества. Например, Альхазену пришлось притвориться безумным, чтобы избежать казни. Полимат Шэнь Куо лишился политической поддержки и не мог продолжать свои исследования, пока не совершил открытия, продемонстрировавшие его ценность для политической власти. Адмирал Чжэн Хэ не смог продолжить свои исследовательские экспедиции после того, как императоры прекратили его финансирование. Другой известный пример – преследование работ Галилея, который был посмертно реабилитирован к двадцатому веку.
Образцы в истории науки
Одним из основных вопросов, интересующих тех, кто изучает историю науки, является то, демонстрирует ли она определенные закономерности или тенденции, обычно в контексте изменений между научными теориями. В целом, исторически сложилось три основные модели, принятые в различных формах в философии науки. Первая модель, подразумеваемая в большинстве ранних работ по истории науки и обычно предлагаемая практикующими учеными в их учебной литературе, связана с критикой логического позитивизма, выдвинутой Карлом Поппером (1902–1994) с 1930-х годов. Модель науки Поппера основана на достижении научного прогресса посредством фальсификации ложных теорий и принятия вместо них теорий, постепенно приближающихся к истине. В этой модели научный прогресс представляет собой линейное накопление фактов, каждый из которых дополняет предыдущий. Согласно этой модели, физика Аристотеля (384–322 гг. до н.э.) была просто включена в работу Исаака Ньютона (1642–1727) (классическая механика), которая, в свою очередь, была вытеснена работой Альберта Эйнштейна (1879–1955) (теория относительности), а затем теорией квантовой механики (установленной в 1925 году) – каждая из них была точнее предыдущей. Серьезный вызов этой модели возник в работе историка и философа Томаса Куна (1922–1996) в его книге «Структура научных революций», опубликованной в 1962 году. Кун, бывший физик, возражал против представления о том, что научный прогресс является линейным, и что современные научные теории обязательно представляют собой более точные версии теорий прошлого. Скорее, версия научного развития Куна состояла из доминирующих структур мышления и практики, которые он называл «парадигмами», в рамках которых исследования проходили через фазы «нормальной» науки («решение головоломок») и «революционной» науки (проверка новых теорий, основанных на новых предположениях, вызванных неопределенностью и кризисом в существующих теориях). В модели Куна различные парадигмы представляли собой совершенно разные и несравнимые предположения о Вселенной. Таким образом, было неясно, происходит ли смещение парадигм таким образом, что обязательно связано с более глубоким постижением истины. По мнению Куна, физика Аристотеля, классическая механика Ньютона и теория относительности Эйнштейна были совершенно разными способами мышления о мире; каждая последующая парадигма определяла, какие вопросы можно задавать о мире, и (возможно, произвольно) отбрасывала аспекты предыдущей парадигмы, которые больше не казались применимыми или важными. Кун утверждал, что каждая новая парадигма не просто опирается на достижения предыдущей теории, а по существу отвергает старый взгляд на Вселенную и разрабатывает свой собственный словарь для ее описания и свои собственные руководящие принципы для расширения знаний в рамках новой парадигмы. Модель Куна вызвала значительное недоверие у ученых, историков и философов. Некоторые ученые считали, что Кун зашел слишком далеко в отделении научного прогресса от истины; многие историки полагали, что его аргумент был слишком кодифицирован для чего-то столь многообразного и исторически обусловленного, как научные изменения; а многие философы считали, что аргумент не был достаточно радикальным. Наиболее крайнюю точку зрения выразил философ Пол Фейерабенд (1924–1994), который утверждал, что не существует последовательных методологий, используемых всеми учеными во все времена, которые позволяли бы определенным формам исследования называть «научными» и отличать их от любой другой формы исследования, такой как колдовство. Фейерабенд резко критиковал представление о том, что фальсификация когда-либо действительно соблюдалась в истории науки, и отметил, что ученые давно практиковали произвольное признание теорий точными, даже если они не выдерживали множество тестов. Фейерабенд утверждал, что для исследования знаний следует использовать плюралистическую методологию, и отметил, что многие формы знаний, которые ранее считались «ненаучными», впоследствии были признаны действительной частью научного канона. За прошедшие годы было предложено множество других теорий научных изменений с различными акцентами и последствиями. Однако в целом большинство из них находятся где-то между этими тремя моделями изменения научной теории, связью между теорией и истиной и природой научного прогресса.
Природа научных открытий
Индивидуальные идеи и достижения – одни из наиболее известных аспектов науки как внутри научного сообщества, так и в обществе в целом. Выдающиеся личности, такие как сэр Исаак Ньютон или Альберт Эйнштейн, часто почитаются как гении и герои науки. Популяризаторы науки, включая средства массовой информации и научные биографы, способствуют формированию такого восприятия. Однако многие историки науки подчеркивают коллективный характер научных открытий и принижают значение момента "эврики". Детальное изучение истории науки часто показывает, что сознание великих мыслителей было подготовлено результатами предшествующей работы, и они зачастую сталкивались с кризисом в той или иной области. Например, Эйнштейн не рассматривал физику движения и гравитации изолированно. Его главные достижения разрешили проблему, которая обострилась в этой области лишь в последние годы – эмпирические данные, демонстрирующие необъяснимую постоянство скорости света, независимо от кажущейся скорости наблюдателя (см. эксперимент Майкельсона — Морли). Без этой информации маловероятно, что Эйнштейн смог бы сформулировать теорию относительности. Вопрос о том, кому следует отдать приоритет в совершении того или иного открытия, часто является предметом споров. Существует множество споров о приоритете, в которых несколько отдельных ученых или групп предъявляют конкурирующие претензии на первенство. Одновременное открытие – на удивление распространенное явление, которое, возможно, во многом объясняется тем, что предыдущие достижения (включая возникновение противоречий между существующими теориями или неожиданные эмпирические результаты) делают определенную концепцию готовой к открытию. Простые споры о приоритете часто сводятся к установлению даты проведения определенных экспериментов или момента, когда определенные идеи были впервые представлены коллегам или зафиксированы. Вопрос о том, какое именно событие следует считать моментом открытия, зачастую трудно разрешить. Одним из наиболее известных примеров является вопрос об открытии кислорода. Хотя Карлу Вильгельму Шееле и Джозефу Пристли удалось выделить кислород в лаборатории и охарактеризовать его свойства, они не распознали его как компонент воздуха. Пристли полагал, что воздуху не хватает гипотетического компонента, известного как флогистон, который воздух должен поглощать из горящих материалов. Лишь несколько лет спустя Антуан Лавуазье впервые сформулировал современное представление о кислороде как о веществе, которое потребляется из воздуха в процессах горения и дыхания. К концу XX века научные исследования превратились в крупномасштабные усилия, осуществляемые в основном институциональными командами. Объем и частота сотрудничества между командами продолжают расти, особенно после появления Интернета, который стал центральным инструментом для современного научного сообщества. Это еще больше усложняет представление об индивидуальных достижениях в науке.